Сон двенадцатого брата

      Дни во дворце Валториса пролетели для Леонардо в странном ритме, напоминающем судебное заседание. Утро начиналось с завтрака под диктовку Ареем очередного меморандума в Магический арбитраж. День проходил в попытках избежать любопытных взглядов придворных, а вечером он резал по дереву, сидя в алькове, пока Арей строчил возражения на возражения короля Ардана.       Однажды в этот размеренный ритм ворвался шторм по имени Итан. Это случилось во время очередного напряжённого совещания в кабинете короля Валториса. Леонардо присутствовал как «вещественное доказательство».       – Арбитраж встал на нашу сторону в части формального соответствия Договору, – Арей с торжеством клал на стол пергамент с сургучной печатью. – Но они постановили, что ситуация требует «практического разрешения во избежание межкоролевского конфликта». Фактически, это ничто.       – Это катастрофа! – король Валторис в отчаянии метался по кабинету. – Ардан пригрозил ввести войска на спорные пограничные земли под предлогом «обеспечения исполнения договорных обязательств»! Брак Спящей Принцессы с принцем – единственное, что его успокоит.       – Брак с кем? Со мной? – Арей скривился. – Юридически я связан с Леонардо.       – Не напоминай мне об этом! – король взорвался. – Сейчас не до твоих юридических казусов! Но если для урегулирования конфликта нужен брак, а ты категорически отказываешься, значит, нужно найти другого принца. Жениха. Любого!       Король сам был готов жениться хоть на садовой гномихе, лишь бы остановить эскалацию конфликта, но он не подходил под определение «принца».       В этот момент дверь с лёгким стуком открылась, пропуская молодого человека. Он был одет не по-дворцовому – в поношенную, но добротную дорожную куртку, а за поясом у него болталась изящная, явно не для украшения, шпага. Его улыбка была ослепительной и абсолютно бесцеремонной.       – Мне сказали, что здесь решают судьбу одного королевства и одной спящей красавицы?       – Его голос был лёгким, с приятной хрипотцой. – Кажется, я могу предложить вам решение.       Стража замерла в нерешительности, но король Валторис жестом остановил их.       – Кто вы и как смеете вторгаться сюда?       – Итан, – парень сделал изящный, чуть насмешливый реверанс. – Позвольте опустить формальности моего происхождения. Скажем так, я – незаконнорожденный отпрыск дома Вальгримов. Наследства мне не видать, как собственных ушей, но королевская кровь в жилах течёт. А главное – мне абсолютно всё равно, кого целовать, чтобы получить, наконец, свой трон. Ваша принцесса мне идеально подходит.       В кабинете повисла тишина. Леонардо смотрел на новоприбывшего с оторопью. Этот человек был полной противоположностью Арею – лёгкий, беззаботный, опасный. Арей первым нарушил молчание, его юридический ум уже работал на полную катушку.       – Дом Вальгримов… – проговорил он, оценивающе глядя на Итана. – Да, это соседнее королевство, сопоставимое по статусу. Ваше предложение, на первый взгляд, не лишено определённой… циничной логики.       – Я предпочитаю слово «прагматичной», ваше высочество, – парировал Итан, его взгляд скользнул по Леонардо с нескрываемым интересом. – Итак, что наша главная проблема? Принцесса спит, а её официальный жених, – он кивнул на Арея, – увлёкся другим… проектом. Нужен новый принц, который пробудит её поцелуем и возьмёт в жёны. Я – идеальный кандидат. Мне нужен трон, вам – мир. Все в выигрыше.       – Кроме самой принцессы, – тихо, но чётко сказал Леонардо.       Все взгляды устремились на него. Итана он, кажется, заинтересовал ещё больше.       – Ух ты, голос Стороны А! – авантюрист улыбнулся. – А ей-то что? Она проспала всю эту суматоху. Проснётся – а у неё уже муж и королевство в придачу. Какая девушка откажется?       – Это… безнравственно! – вырвалось у Леонардо.       – А похищение людей по юридическим казусам – морально? – парировал Итан, поднимая бровь.       Арей вздохнул, снова становясь центром принятия решения.       – Предложение принца Итана, каким бы циничным оно ни казалось, является вполне рабочим вариантом. Однако есть нюанс. – Он посмотрел на отца. – Мы не можем просто отправить его одного. Король Ардан никогда не поверит в бескорыстную помощь незаконнорожденного принца из враждебного дома. Это должна быть официальная делегация Валториса.       – И что ты предлагаешь? – спросил король, чувствуя подвох.       – Я предлагаю возглавить эту делегацию, – невозмутимо заявил Арей. – Только моё присутствие придаст миссии необходимый вес. Кроме того, – он взглянул на Леонардо, – согласно Договору, Инициатор не может надолго удаляться от Стороны А без угрозы для её статуса. Леонардо тоже едет с нами.       – Что?! – воскликнул Леонардо.       – Прекрасно! – почти одновременно с ним произнёс Итан, смотря на Леонардо с нескрываемым весельем. – Путешествие становится интереснее.       – А я поеду, чтобы убедиться, что этот авантюрист, – король мрачно ткнул пальцем в сторону Итана, – не провернёт какую-нибудь свою схему. И чтобы лично усмирить Ардана, если что.       Арей кивнул, словно так и должно было быть.       – Что ж. Тогда юридически оформляем миссию как «Королевскую дипломатическую экспедицию с целью урегулирования правового казуса и приведения ситуации в соответствие с первоначальным духом межкоролевского Договора».       – Можно проще? – попросил Итан. – «Поездка, чтобы я поцеловал принцессу и все стали счастливы».       – Нет, – сухо ответили Арей и король Валторис почти хором.

***

      На следующий день маленький, но чрезвычайно официальный кортеж двинулся в сторону Арданов. Леонардо сидел в карете напротив Арея и сбоку от Итана, чувствуя себя между молотом и наковальней. Молотом был Арей, погружённый в изучение карты и выискивающий юридические ловушки в старых пограничных договорах. Наковальней – Итан, который без умолку болтал, строил глазки то ему, то Арею и в целом вносил в их упорядоченный, хоть и абсурдный мир, элемент непредсказуемого хаоса.       – Так значит, ты резчик? – Итан наклонился к Леонардо, разглядывая солдатика, которого тот, как всегда, вертел в руках. – Неплохо. Очень живо. Хотя, – он бросил взгляд на Арея, – оригинал, на мой вкус, слишком напряжён. Тебе стоит вырезать его, когда он спит. Более… расслабленное выражение.       – Месье Итан, – Арей не отрывал взгляда от карты. – Пожалуйста, не отвлекайте Леонардо. Он обдумывает свою роль в предстоящих переговорах.       – А какая у него роль? – искренне удивился Итан. – Быть красивым и молчать? Потому что, должен сказать, он с этой ролью справляется блестяще.       Леонардо покраснел от злости и смущения.       – Моя роль, – сквозь зубы проговорил он, – быть живым доказательством того, что ваш будущий брак основан на огромном мошенничестве.       – О, не будь так суров! – рассмеялся Итан. – Все браки в нашем кругу – мошенничество. Просто наше будет чуть более откровенным. Кстати, Арей, а что будет с твоим Стороной А, когда принцесса проснётся? Договор аннулируется?       Арей медленно поднял на него взгляд.       – Это очень сложный юридический вопрос. Фактически, связь будет разорвана. Но формально…       – Формально он станет ничьим? – Итан подмигнул Леонардо. – Интересная перспектива.       – Я не вещь! – вспылил Леонардо, сжимая солдатика так, что тот чуть не треснул.       – Конечно, нет, – неожиданно мягко сказал Арей, глядя на него. – Вы – человек, попавший в уникальные правовые обстоятельства. И я несу за вас ответственность.       В его тоне прозвучала та самая серьёзность, которая заставила Леонардо замолчать. Итан посмотрел на них обоих, и его бесцеремонная улыбка на мгновение сменилась более вдумчивым, оценивающим выражением.       – Ну что ж, – протянул авантюрист, откидываясь на спинку сиденья. – Тогда предлагаю поменять тему. Давайте лучше подумаем, что мы скажем принцессе, когда она проснётся в объятиях совершенно незнакомого человека, в то время как её законный жених стоит рядом со своим… резчиком по дереву.       – Я вовсе не его, – сквозь зубы проговорил Леонардо. – Между нами нет никаких отношений. Он просто поцеловал меня по ошибке.       – Как занимательно! – Итан рассмеялся, и его глаза весело сверкнули. – Я, признаться, целовал самых разных людей... Но никогда такого не случалось по ошибке. Хотя, – он многозначительно посмотрел на Арея, – если подобная «ошибка» требует столь сложных юридических обоснований, возможно, это самая продуманная оплошность в истории. Вы не задумывались об этом, дорогой Леонардо?       В карете воцарилась мёртвая тишина, нарушаемая лишь стуком колёс. Арей сохранял каменное выражение лица, но кончики его ушей заметно покраснели. Он поправил манжеты с таким видом, будто собирался зачитать целый трактат о неприкосновенности личного пространства. Леонардо же, глядя в запотевшее окно, поймал себя на мысли, от которой застыл в изумлении: ему, против всякой логики, нравилось думать, что та «ошибка» могла быть вовсе не случайной.