Ритм сердца.

Первый рабочий день. Новое место, незнакомые коридоры — все это вводило в легкое волнение, несмотря на уверенность в собственных способностях. Успокаивало лишь одно — привычный запах антисептиков и лекарств, к которым девушка успела так привыкнуть за годы работы на предыдущем месте. Ремонт в этом месте был новым — и неудивительно. Столько денег Минздрав вложил лишь за последний год… Двери блестели после недавно снятой защитной пленки, а Кларк невольно представляла, сколько же зарабатывают здесь врачи. Клиника частная, цены… соответствующие, как и… качество «обслуживания» и профессионализм каждого врача. Красивая и стройная блондинка шагала по коридорам, оглядываясь при этом на кабинеты по пути в поисках нужного — что-то вроде «Раздевалка». Ну, это если выражаться по-школьному. А если быть точнее — «комната персонала». Взгляд девушки бегал по кабинетам и палатам, всматриваясь в название каждого — сейчас она старалась уже не просто найти нужное ей помещение, она запоминала расположение остальных, которые могут вскоре ей понадобиться. Вскоре ее поиски себя оправдали, и она увидела перед собой «комнату персонала». Конечно, не раздевалку. Она порыскала в карманах и достала нужную карточку — маленький пластмассовый прямоугольник с инициалами места работы и ее именем — «Кларк Гриффин». Ох, касательно этого имени… Кларк Гриффин — молодая девушка двадцати пяти лет. Совсем недавно она перевелась в эту больницу из-за более «щедрой» вакансии, получив множество положительных рекомендаций с прошлого места работы, где была лишь «практиканткой» за какие-то копейки. Она и не ожидала, что уже в таком возрасте ее способности оценят так высоко и пригласят работать в такое престижное место, как «The Smith Memorial Hospital». Больница имени Майкла Смита. Майкл Смит успел оставить свой след в медицине… Это Кларк знала. Правда, саму его историю она помнила смутно. Лишь одно — он был хирургом. Великим хирургом. Дверь зажужжала. Она даже не заметила, как, погрузившись в свои мысли, машинально карту к считыванию. Не успела Кларк потянуться к ручке, как тяжелая дверь распахнулась прямо ей навстречу. Через мгновение последовал удар. Тупая боль тут же пронзила переносицу и часть лба, которая сразу покраснела и неприятно запульсировала. Уж не думала Гриффин, что ее первый рабочий день на новом месте начнется с поцелуя… Поцелуя с дверью. Кларк прижала ладонь к несчастному носу, сильнее надавливая, чтобы хоть немного унять боль. Ей стоило огромных усилий не прошипеть, хотя наружу так и рвались маты, от которых блондинка мужественно отказалась в самый неподходящий момент. Мало ли, кто перед ней сейчас стоит. Именно эта мысль наконец заставила ее поднять взгляд на виновника происшествия. Точнее, виновницу. Она моментально оказалась рядом и принялась осматривать чужой нос, явно осознав собственную невнимательность. И не успела Кларк возмутиться, как почувствовала на коже чужие теплые ладони. Слишком неожиданно. Слишком бесцеремонно. Но обладательницу этих самых мягких ладоней ничего не смутило. Она крутила голову Кларк из стороны в сторону, разглядывая возможные повреждения. Вот только в ее глазах не читалось настоящего беспокойства — девушка словно больше забавлялась, чем переживала из-за причиненной боли. И несмотря на весь гнев и негодование, Кларк невольно воспользовалась моментом, чтобы получше рассмотреть одну из своих коллег. От увиденного раздражение почти сразу сменилось легким жаром, быстро окрасившим щеки в розовый. Четкие черты лица, аккуратный нос, идеальный разрез глаз, а сами глаза — зеленые. Лесные. Такие, что от них было тяжело оторваться. Кларк не смогла даже оттолкнуть от себя наглую девушку. Что уж говорить — она и языком пошевелить не могла. Настолько та ее заворожила. — Ох! Прости… Но хорошие новости. Как хирург говорю: ты его не сломала. Старайся больше не стоять за дверями. Почему ты… — взгляд шатенки упал на карту в руках незнакомой девушки. Впрочем, теперь она уже не казалась такой незнакомой. Лекса успела мельком услышать про нового сотрудника. Губ хирурга коснулась хитрая улыбка. — Ты новая медсестра. Кларк, по-моему… Меня зовут Лекса, — дружелюбно сказала она, наконец убирая ладони с лица Кларк, отчего последняя даже немного разочарованно вздохнула. И тут же мысленно себя за это упрекнула. Но Лекса уже не смотрела на нее: она перевела взгляд к двери. — Пойдем, дам тебе льда, чтобы не болело, — вежливо предложила шатенка, кивнув в сторону кабинета. — Кларк… Медсестра… — пробормотала девушка почти пьяно, глядя в глаза напротив. В эти очаровательные глаза. Ах да. Она ведь зависла, словно статуя, будто на мгновение покинула реальность и провалилась в мир собственных фантазий… и тайных желаний. Но ее прервали. — Ты идешь? — спросила Лекса, замечая, что Кларк все еще застыла в шаге от двери. Кажется, мыслями она была совсем не здесь. Кларк вздрогнула от голоса, прикладывая холодные подушечки пальцев к ноющему месту, словно пытаясь его охладить. — Да… Я иду, — ответила она уже спокойнее, переводя взгляд на дверь, будто сердито глядя на нее. И все же блондинка несмело шагнула за Лексой, уже скрывшейся за дверью. Перед ней открылась комната, которую Кларк, кажется, предстояло посещать довольно часто. Светлые стены, просторное помещение, совмещающее кухню и зону отдыха. Шкафчики, холодильник, диванчики — здесь было все, и даже больше. Осмотревшись внимательнее, Кларк заметила даже душевую, что приятно удивило ее. Продумать все удобства для персонала — похвально. Несмотря на все еще ноющую боль в носу, Кларк уже начинало нравиться здесь. Или ей начинала нравиться эта красивая шатенка, покачивающая бедрами, словно кошка… хищница. Она интересовала Кларк, и та не могла свести с нее глаз, будто попалась на самую дешевую приманку. Или нет, все-таки дело в месте работы? — Здесь и лед есть? — спросила Кларк, уже немного смелее проходя вглубь уютной комнаты. Гриффин заметила, как Вудс довольно ухмыльнулась в ответ на ее слова. Самой ухмылки она не видела — Лекса стояла к ней спиной и шла к холодильнику, — но Кларк была готова поклясться, что услышала ее в голосе. Новоиспеченная знакомая создавала образ слишком самодовольной и уверенной в себе особы. Конечно, она ведь хирург, наверняка страдающий синдромом бога. Хотя вряд ли страдающий — скорее наслаждающийся им. От этой напыщенности хотелось закатить глаза и фыркнуть. Но Кларк снова сдержала свои порывы. Как ни крути, эта девушка сейчас ей помогала. Хоть и была причиной ее проблемы. — Знаешь ли, когда-то… здесь было и вино. Но, к сожалению, это был всего лишь чей-то подарок, — с досадой в голосе поделилась Лекса, открывая морозильную камеру. — Но здесь всегда есть йогурты, разные перекусы… кофе, сахар… все нужное для хорошей смены. Некоторые все же берут еду из дома, но тут правда хорошо кормят, — добавила она и наконец нашла нужное. Она достала лед в забавной форме — лимоны. Интересный выбор. И взяла всего один. Этого было достаточно, учитывая отсутствие у Кларк кровотечения. — Держи, думаю, этого хватит… Завернуть бы только в тряпку. Подожди. Лекса отошла в сторону, достала из шкафа новую кухонную тряпку и завернула в нее кусочек льда. Затем протянула свой «подарочек» Кларк, мило при этом улыбаясь. Слишком мило. За эти несколько секунд Гриффин успела заметить оценивающий, скользящий взгляд Лексы. Вудс шагнула ближе, намереваясь помочь своей пациентке по совместительству коллеге. Ее рука со льдом уже потянулась к лицу Кларк, когда вдруг… она остановилась. Кто-то зашел. — Значит, это ты наша новая медсестра? Будем знакомы, — раздался чей-то голос позади. Лекса недовольно цокнула и закатила глаза, слишком открыто показывая раздражение из-за того, что их прервали. Или раздражение было адресовано самой вошедшей? Вошедшая девушка была немного ниже Лексы. Темные волосы аккуратно собраны в пучок, и она тоже была врачом. Но не хирургом — это Кларк поняла почти сразу. Она была акушером-гинекологом. Такая молодая, но уже заведующая целым отделением. — Октавия, — голос Лексы прозвучал строго. Совсем не так, как до прихода гостьи. Она наконец отступила от Кларк и перевела взгляд на Блейк. — Лекса, — ответила та после короткой паузы с мягкой улыбкой и подошла к ним ближе, рассматривая Кларк с раскрасневшимся носом и теперь уже щеками. Кларк ничего не сделала, но ощущение было такое, будто ее поймали с поличным за чем-то непристойным. За чем-то смущающим. Этот день складывался совсем не по тому сценарию, который Гриффин успела придумать у себя в голове. Точнее — ни по одному из придуманных. Губы Кларк растянулись в кривоватой приветливой улыбке, по которой легко можно было понять, что она нервничала. Возможно, даже голос сейчас задрожал. Она не стала это проверять и, перед тем как заговорить, слегка прочистила горло. — Привет. Я Кларк, — девушка неуверенно протянула руку новой знакомой. Гриффин ощущала себя ужасно глупо и нелепо, так что, казалось бы, переживать о первом впечатлении было уже поздно. Но, конечно же, она все равно переживала. Вопреки ожиданиям Кларк, брюнетка сразу ответила на рукопожатие и дружелюбно улыбнулась. Улыбка казалась искренней. В отличие от той, которой недавно наградила ее Лекса. От такого приема стало немного спокойнее, и кривая улыбка Гриффин приобрела более приемлемый, более приветливый вид. — Октавия Блейк, гинеколог, — вежливо представилась врач. — Хотя ты, кажется, уже и так услышала мое имя из уст нашего хирурга. Она набросилась на тебя прямо с порога? Свой вопрос она произнесла тихо, почти шепотом, наклонившись ближе к своей “новой подружке”. При этом ее хитрый взгляд был устремлен на Лексу, ставшую причиной их маленьких сплетен. Та недовольно стояла поодаль со скрещенными на груди руками. И, конечно же, она все слышала. Октавия будто специально шептала ровно настолько громко, чтобы Лекса не пропустила ни слова. В это время Кларк непонимающе переводила взгляд с Октавии на Лексу. Она не понимала, как воспринимать ей вопрос-намек от Блейк. Слишком уж многозначительно он прозвучал. Раз Вудс сейчас метала глазами молнии в ухмыляющуюся брюнетку, в этих словах явно скрывалось что-то еще. Неужели она стояла на пороге того, чтобы узнать что-то, чего знать не должна? Или чего-то, что Лекса не хотела, чтобы Кларк знала? Было только начало рабочего дня, а у Гриффин уже разболелась голова. — Знаете ли, необязательно портить все новое, доктор Вудс. Всего пять минут с вами — и бедняжка уже вся дрожит, так еще и с ушибленным носом, — тон Октавии стал вдруг серьезнее, даже язвительнее. Кларк уже открыла рот, собираясь что-то сказать фф то ли в свою защиту, то ли в защиту Лексы, — но в следующую секунду ей к лицу прижали тряпку с подтаявшим льдом. От неожиданности она только сильнее вцепилась в холодный сверток. Вот так ее и заткнули. Без единого слова. Не самым тактичным способом. И все же, пока ситуация была ей неясна, она решила понаблюдать и не встревать без видимой причины. Портить отношения с новыми коллегами ей совсем не хотелось. — И вас, по-моему, звал один из пациентов. Вы его недавно оперировали, вдруг что-то случилось? Не смею сомневаться в вашем профессионализме, но… кто знает, может, у него разошлись швы? Если уж в чем-то Лекса и не ошибалась, так это в швах. Она могла накладывать их почти с закрытыми глазами — слишком много лет ушло на то, чтобы довести этот навык до автоматизма. Октавия могла бы придумать что угодно, но сказать про швы? Просто смешно. Но Вудс решила уступить. Но лишь только потому, что здесь была Кларк. Новая коллега, на которую Лекса уже имела определенные планы. Но это не значит, что Лекса все проглотит и забудет — нет, она обязательно напомнит об этом Блейк. Позже. — Конечно. Я посмотрю, — уступила в этот раз Лекса. И скольких усилий ей стоило переступить через свою гордость и не ответить колкостью. — До скорого, Кларк. Еще раз извини за… — она обвела пальцем вокруг собственного носа, затем шепотом добавила: — Нос. Вудс наконец покинула помещение, оставляя девушку наедине с Блейк, к которой Кларк еще не до конца понимала, как ей относиться. Эта перепалка сделала все крайне неоднозначным. — Прости, что так грубо, — извиняющимся взглядом посмотрела на Кларк Октавия. Она взяла в руки несчастную тряпку, которую минутой ранее так бестактно швырнула в новенькую, и принялась вытирать тонкую струйку крови, побежавшую из носа. Хотя Кларк была уверена, что еще секунду назад ее не было. Перенервничала? Или это все сила гинеколога, способного раздвинуть бедра даже самым скромным пациентам? Гриффин не стала забивать голову всякой ерундой, боясь почувствовать себя еще более неловко. Она послушно стояла и поворачивала голову, поворачивая голову туда, куда просила Октавия, упрощая работу коллеге. Тихое «ничего» послышалось из губ Кларк в ответ на извинение. Почти неслышно. Глупо. Хотелось повторить, но, если Октавия все-таки услышала первое, второе выглядело бы еще глупее. Так что Кларк предпочла показаться скорее равнодушной, чем нелепой. — И за сценку… тоже извини, — Блейк усмехнулась. Новенькая, а перед ней уже столько раз извинились за одно утро. Нехорошее предчувствие медленно подкрадывалось к груди. Будто Кларк тоже должна просить прощения. Будто оказаться здесь было ошибкой. — Знаешь, ты мне просто нравишься. Да. Я сразу почувствовала — мы с тобой определенно споемся. И отдавать тебя в лапы Вудс… С этими словами Октавия театрально поморщилась, не желая заканчивать фразу. Но намек был понят — ничем хорошим она не заканчивается. — А что с ней? — подала уже немного охрипший от долгого молчания голос Кларк. С каждой минутой нахождения на новой работе Кларк все больше забывала, что пришла сюда спасать жизни и помогать людям. Но эти разборки и недопонимания поглотили ее с головой, вынуждая потеряться. Октавия не решилась сразу ответить на вопрос. Она закатила глаза в сторону и сделала задумчивое лицо, раздумывая, как бы лучше ответить. — Ну… она неплохая. Но ее легкомыслие… — Октавия немного осуждающе усмехнулась, — Думаю, тебе уже ясны ее намерения. Могу сказать вот что — несмотря на то, что из нас двоих гинеколог я, вагин она видела не меньше. Если не больше. От услышанного брови Кларк слегка приподнялись. Она и сама уже успела сделать кое-какие выводы о Лексе, но услышать все это настолько прямо оказалось неожиданно. Проведя в новой клинике совсем недолгое время, Кларк уже для себя кое-что решила и поняла. Например, что портить отношения ни с Лексой, ни с Октавией ей бы не хотелось. Особенно с Лексой, что сидела среди таких людей, как глава клиники или… глава отделения. Нет. Это было плохой идеей. Очень плохой. Лекса, несмотря на свой характер или шустрый, даже «кроличий» образ жизни, была той, перед кем дрожала почти вся больница. Ей платили больше, многие пациенты приезжали с других городов, чтобы попасть именно к ней, ведь Вудс славилась высоким профессионализмом. Она спасала людей в тех случаях, когда некоторые врачи ставили крест, не брались за дело из-за рисков. Ее умелые руки творили на операционном столе чудеса, спасая порой даже в самых безнадежных случаях. — А в остальном… ничего, — уже с большей легкостью произнесла шепотом Октавия. Словно не она минутой ранее метала глазами молнии в Вудс. «Ничего». Это «ничего» явно не означало то, что должно значить. И звучало слишком интригующе. Что Лекса, что Октавия определенно что-то скрывали. Там точно таилась какая-то история, из-за чего они не так не ладили. Кларк начала раздумывать и перебирать разные теории в голове. Может, парня увела? Или создала проблему с пациентом… А если врачебная ошибка? Вариантов было миллион, но Кларк удержалась от лишних расспросов. Хоть язык так и чесался задать парочку колючих вопросов. Из размышлений Кларк вывел голос Октавии. — Расскажешь, откуда перевелась? Как там было? Гриффин видела, что Октавия просто пытается перевести тему, отвлечь от себя. Видела, но решила не напирать. — Я проходила практику в другой клинике, малоизвестной, там же и работать осталась. Оттуда уже, скажем… за трудолюбие и хорошую работу мне предложили откликнуться на вакансию к вам. Ничего особенного, — немного неловко рассказывала Кларк. Было слегка смущающе делиться такой скучной историей перевода. Октавия тем временем потянулась к высокому хвосту на своей голове и в моменте стянула с себя резинку… Корни волос расслабились, темные длинные волосы до лопаток рассыпались по плечам, а в нос Кларк тут же ударил приятный запах чужого шампуня. Октавия от наслаждения прикрыла глаза и выдохнула. — Ну, детка, забудь про свою маленькую уютную клинику, здесь все по-другому. Смены здесь никого щадить не будут. Восемь часов, а ощущаются как сутки. Я скоро эту картину… «между-ногую» буду закрытыми глазами видеть, — с наигранной обреченностью, но с определенной усталостью в голосе ответила Октавия. Она принялась махать руками, изображая веер, затем, немного проветрившись, аккуратным движением указательного пальца смахнула с уголка глаза несуществующую слезинку. Ну прям настоящая актриса. — Ты, как всегда, откровенна в своих выражениях, — послышался низкий мужской голос позади. Кларк тут же обернулась на его обладателя и увидела высокого темнокожего мужчину возле двери. — Лекса чуть дверь не вырвала с петель. Что случилось? Перед парнем стояла незнакомка, однако она не сильно привлекла его внимание, он не спешил представляться или знакомиться. Его больше интересовала дверь и причина такого жестокого к ней обращения. И, как оказалось, интересовала Блейк. Он подобрался к ней со спины и молча поцеловал в макушку. — Опять поругались? — с ноткой легкой строгости спросил Линкольн, словно воспитатель у ребенка. Мужчина смотрел исключительно на Октавию, совсем не обращая внимания на Кларк. Стало даже немного неуютно. Гриффин быстро почувствовала себя лишней в этот момент. Октавия же с приходом молодого человека просияла, расслабилась. И это несмотря на то, что он ее ругал. — Зайчик, давай поговорим об этом… позже, — лукаво растягивала слова Октавия, явно зная, как себя вести и какие кнопки жать рядом с этим «громилой», — А пока… Линкольн, познакомься! Это Кларк, наша новая операционная медсестра. Кларк, это Линкольн! Он нейрохирург, — наскоро представила их друг другу Октавия с улыбкой, чья душа, кажется, вернулась обратно в тело. Она подняла голову и посмотрела на возлюбленного, а после вернула взгляд на Кларк. — Привет, Кларк, — коротко поздоровался Линкольн, прежде чем окинуть новенькую быстрым оценивающим взглядом. но очень скоро он снова перевел его на свою ненаглядную, которая так шустро и умела прыгала с одной темы на другую.  — Из-за чего вы поругались? Октавия, я не собираюсь вновь разнимать вас двоих. Вы достаточно взрослые девушки. Помимо того… она моя лучшая подруга, ты это знаешь. Зачем начинать? — спокойно спросил мужчина, делая шаг назад. Его тон тоже был уставшим. Было ясно, что они оба после ночной смены. Вот только у Октавии хватало сил еще и поругаться с кем-то.  — Я начала? Я даже слова ей не сказала! Она первая начала. Вон, нашу новую медсестру уже избила… — защищалась как могла Октавия, но оправдания ее звучали слишком неубедительно и даже по-детски. Однако в своих обвинениях она явно была искренна и серьезна.  И в такой важный момент выяснения отношений пожаловал еще один гость. Кларк его тут же узнала и выпрямилась, сделала более деловой вид. Зашедшим был Маркус Кейн. Человек, принявший ее на работу. Не слишком короткая стрижка, проступающая местами седина, хмурые брови — сама серьезность. Выглядел Маркус строгим, но на деле был очень приятным и справедливым мужчиной. Благодаря нему у Кларк сразу сложилось хорошее впечатление о клинике и ее составе. Отзывы — это одно. Люди, с которыми предстоит работать, — совсем другое. Мужчина бегло окинул взглядом присутствующих. Октавия тут же успокоилась, а Линкольн... Он, впрочем, и так был спокоен, как удав. Они уже здоровались, так что просто молча обменялись кивками. Кроме Кларк, что выдала немного нервное «здравствуйте». — Здравствуй, Гриффин. Пройдем со мной, — Кейн махнул рукой на себя, приглашая девушку последовать за ним. Не дожидаясь, тот сразу же покинул помещение, так что Кларк, дабы не отставать, пришлось поспешить. — Октавия, Линкольн, было приятно познакомиться. Мне пора, — бросила напоследок своим новым коллегам Кларк и метнулась за своим начальником. Довольно быстро она поровнялась с профессором, и шли они уже вместе. Шаги у мужчины были широкие, быстрые, так что Кларк приходилось немного постараться, чтобы не отставать. Быстрая ходьба — уже привычка. Особенно если работаешь в отделении неотложной помощи или в экстренных ситуациях. Кейн был реаниматологом. — Добро пожаловать в нашу клинику, Гриффин, — прямо на ходу пожелал он, косясь на новенькую, — К сожалению, сам я все показать и про все рассказать не могу, слишком занят.. Однако этим может заняться наш доктор Вудс. Она как раз только недавно закончила операцию. Кларк не знала куда себя деть от этой «радостной» новости, но виду не показала. От нахлынувших мыслей Кларк едва не врезалась в спину Маркуса. Он деликатно постучался кулаком два раза и, услышав «войдите», покрутил ручку двери и проскользнул внутрь. Кларк ничего не оставалось, кроме как пойти за ним. Лекса сидела за своим столом и заполняла бумаги. Работа врача не ограничивалась лишь пациентами, было и достаточно бумажной работы. Но стоило им войти, девушка отложила ручку и подняла взгляд на гостей. — Знакомься, Кларк, это.. — О, не стоит, Кейн, мы уже знакомы, — расплылась в довольной улыбке Лекса, подпирая голову рукой. Маркус оказался приятно удивлен сей новостью.  — Отлично, тогда я пойду, — он уже развернулся, собираясь покинуть помещение, когда вдруг остановился, вспомнив кое-что важное, — О, и да, Кларк. Вудс также заявила, что ей хотелось бы посмотреть на новенькую в деле. Сегодня на операциях ты будешь помогать ей. С этими словами мужчина удалился из кабинета. Хлопок закрывающейся двери прозвучал как выстрел, что Кларк аж немного вздрогнула. И снова она оказалась наедине с Лексой.