Трон из костей и лепестков

Это утро было другим. Туман за окнами был плотным, как вата, скрывая мир, который я так ненавидел. Я проснулся в нашей постели - огромном ложе, где я спал, обнимая её костлявое, холодное тело. Ткань простыней была чистой и прохладной, окутывая нас, словно саван. Странное умиротворение снизошло на меня. Гнев, который жег мои внутренности все эти месяцы, внезапно угас, оставив после себя лишь легкую, прозрачную пустоту. Легкий ветерок пробился сквозь щели в ставнях, заставив шторы колыхаться в медленном, призрачном танце. В комнате пахло... дикой вишней. На мгновение запах тления исчез, уступив место тому самому аромату с берега реки Камо. Я приподнялся на локте и посмотрел на Айко. В мягком утреннем свете её иссохшее лицо не казалось мне страшным. Она была моей невестой, моей вечной любовью, которая ждала меня на той стороне. - Пора, -прошептал я. Мой голос звучал чисто и спокойно, как у человека, наконец-то нашедшего путь домой. Я поднялся и подошел к окну. Туман медленно рассеивался, открывая вид на сад, где когда-то цвела сакура. Теперь там были лишь голые, черные ветви. Однако я видел другое. Я видел её, стоящую под деревом в лавандовом юката, манящую меня рукой. Я вернулся к постели и лег рядом с ней, аккуратно положил её голову себе на плечо, чувствуя, как её челюсть упирается мне в ключицу. Достал короткий кинжал танто, подарок моего отца, единственный предмет из прошлого, который я сохранил. Лезвие блеснуло в луче света, чистое и безжалостное. Я не колебался. Острие вошло в мою шею, чуть ниже уха, в то самое место, где пульсировала жизнь. Боль была мгновенной и острой, как укус льда, но она почти сразу сменилась жаром. Горячая, густая кровь фонтаном брызнула на белоснежные простыни, мгновенно окрашивая их в багрянец. Она стекала по моей груди, затекая в складки её кимоно, пропитывая сухую кожу Айко моей жизнью. Я чувствовал, как с каждым толчком сердца из меня уходит мир. Стены замка, кровь врагов, тяжесть короны... всё это становилось неважным. Свет в комнате становился всё ярче, ослепительнее. - Жди меня... - прохрипел я, захлебываясь собственной кровью. Мои пальцы в последний раз судорожно сжали её холодную руку. Сознание начало гаснуть, как свеча на ветру. Последним, что я почувствовал, было не прикосновение смерти, а мягкое прикосновение губ к моему лбу. Туман заполнил комнату. Мы уходили в мир, где нет сословий, нет мести и нет конца. Там, где вечно цветет дикая вишня, и река Камо несет свои воды в бесконечность. Тела нашли лишь спустя неделю. Говорят, что когда стражники ворвались в комнату, они увидели двух влюбленных, застывших в объятиях. И несмотря на запах смерти, на лицах живого и мертвой застыла одинаковая, блаженная улыбка.