Cum-making eyes

Солнечный свет, пробивавшийся сквозь жалюзи в небольшом, но уютном кабинете, играл на пустой бутылке из-под виски. В воздухе витал знакомый запах дорогого парфюма, выпивки и мужской неги. Дейрон Таргариен, растянувшись на диване из мягчайшей кожи, лениво наблюдал за Дунканом, который со сосредоточенным видом натягивал джинсы. — Ну что, Высокий, опять сбегаешь, как Золушка после полуночи? — Дейрон хрипло рассмеялся, проводя рукой по своему плоскому животу. Он был голый, и это его ничуть не смущало. Дункан покраснел, пытаясь увести взгляд куда угодно, только не на хозяина кабинета. Его огромная, нескладная фигура казалась еще более неуклюжей в маленькой комнате. — Мне… сегодня к твоему отцу, Дейрон. Уже почти десять, а мне нужно быть готовым к одиннадцати. — Так время есть, да и отец подождёт, — Дейрон махнул рукой, потягиваясь, отчего мышцы на его красивом торсе напряглись. — Не уволит же он сыночкиного лучшего… мастурбатора? Дункан фыркнул, но уголки его губ дрогнули. Между ними давно установилась эта странная, простая рутина. Началось всё с той пьяной ночи, когда Дейрон, захлебываясь смехом и виски, в «знак благодарности» за что-то (уже и не вспомнить за что) опустился перед Дунканом на колени. Тот тогда упирался, бормотал что-то о неправильности, но Дейрон, со своей фирменной ухмылкой, заявил, что он «профессионал в оральном деле, так что расслабься и получай удовольствие, великан». С тех пор Дейрон больше к тому не возвращался, но их руки периодически находили друг друга в темноте кинотеатра, на заднем сиденье лимузина или вот здесь, на этом самом диване. Быстро, без лишних слов, по-дружески. Но сегодня что-то витало в воздухе. Дункан, застегнув ширинку, не ушел. Он стоял, переминаясь с ноги на ногу, его честное, открытое лицо было преисполнено решимостью. — Дейрон. — М-м? — Таргариен уже закрыл глаза. — Я хочу попробовать. Дейрон приоткрыл один глаз: — Попробовать что? Мой виски? Бери, последнюю бутылку я спрятал от тебя за телеком. — Не виски, — Дункан сделал шаг вперед. Его голубые, по-детски огромные глаза были серьёзны. — Я хочу… отсосать тебе. Мне интересно. Тишина повисла на секунду, а затем была разорвана громким, искренним хохотом Дейрона. Он схватился за живот, катаясь по дивану. — О, боги! Ты решил вернуть мне должок?Спасибо, конечно, но я сегодня щедрый, ха-ха! Так что забудь! — Я серьёзно, — пробормотал Дункан, его щеки уже пылали. Дейрон перестал смеяться так же внезапно, как и начал. Он приподнялся на локте, изучая Дункана. Его взгляд, обычно насмешливый, стал пристальным, почти аналитическим. — Ты точно этого хочешь? Не потому что должен, или я как-то… подтолкнул тебя на эту мысль? Дункан твёрдо и прямолинейно кивнул: — Хочу. Просто… хочу попробовать. «Ну что ж, — промелькнуло в голове Дейрона. — Любопытство – не порок. Да и понаблюдать за этой попыткой будет чертовски забавно» — Ладно, — он снова откинулся на спинку дивана, развалившись с королевской небрежностью. Его член, ещё не возбужденный, лежал на бедре. — Действуй, любознательный мой. Я в твоём распоряжении. Полностью. Дункан подошёл к дивану, его движения были скованными, как у робота. Он опустился на колени на мягкий ковер, его руки беспомощно повисли в воздухе. Он смотрел на Дейрона, как ученик на нерешаемую задачу. — Я… я не знаю, с чего начать, — признался он жалобно. Дейрон закатил глаза, но улыбка не сходила с его лица: — С чего обычно начинают? С визуального осмотра? С тактильного контакта? Выбери что-то одно, не перегружай себя. — Ты… можешь направлять меня? — попросил Дункан, и в его голосе прозвучала такая искренняя, глупая надежда, что Дейрон не смог отказать. — Направлять? — Дейрон фыркнул. — Отлично. Значит, я теперь и режиссер, и продюсер, и главный актер этого… эм… исследования. Ну ладно. Для начала, можешь взять его в руку. Тут тебе подсказки не нужны. Дункан приободрился от того, что первый этап в новом деле оказался для него привычным. — Медленнее. Помедленнее, — предостерёг его Дейрон, когда Дунк слишком рьяно взялся за дело. Под ладонью его плоть начала постепенно оживать, наполняясь кровью. Когда член достиг полной, внушительной твёрдости, Дейрон кивнул. — А теперь, звёздный час. Рот. Но без зубов, умоляю. Не заставляй меня пожалеть о моей доброте. Первое прикосновение было… влажным. Рот Дункана неуклюже обхватил головку, губы сомкнулись вокруг нее с чрезмерным усилием, язык был напряжённым и неуверенным. Дейрон ощущал тепло, давление, но не было ни ритма, ни техники. Словно он оказался в тёплой, неподвижной пещере. Удовольствия было мало. — Глубоко не надо, — наставительно сказал Дейрон, глядя в потолок. — Сосредоточься на кончике. Кончиком языка. Да, вот там. Нет, не так. Осторожней с зубами, я же просил! Он продолжал шутить, давать советы, но внутри уже начинал слегка раздражаться. Это было не возбуждающе, это было утомительно. Его тело откликалось вяло, лишь благодаря механической стимуляции. Он уже думал, как бы тактично прекратить этот провальный опыт, когда Дункан, отчаявшись, поднял на него взгляд. И всё. Огромные, голубые глаза полные смущенной концентрации, робкой надежды понравиться и какой-то щенячей преданности. В них отражался и сам Дейрон – расслабленный, циничный, позволяющий этому простодушному гиганту вот так вот служить ему. И что-то в этом взгляде, в этой абсолютной, глупой искренности, вонзилось Дейрону прямо ниже живота, сжимая всё в тугой, горячий узел. Волна возбуждения, настоящего, пронзительного, ударила в него с такой силой, что он аж подпрыгнул на диване. — Ох, блять! — вырвалось хрипло, неожиданно даже для него самого. Дункан мгновенно отпрянул, выпустив член изо рта. На его губах блестела слюна: — Что? Я сделал что-то не так? Я… я пожалуй закончу… Но Дейрон его не слушал. Эта картина – испуганное, влажное лицо, растерянные голубые глаза – лишь подлила масла в огонь. Его рука сама потянулась вперёд, нежно, но твердо обхватив Дункана за щеку. — Нет, — прошептал Дейрон, и в его голосе не осталось и следа насмешки. Он звучал глухо, но повелительно. — Продолжай. И смотри на меня. Смотри своими… блядскими глазищами. Дункан, широко раскрыв глаза, кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Он замер, его губы были приоткрыты. Этого было достаточно. Дальше Дейрон повиновался только чистому, грубому инстинкту. Он придвинулся ближе к краю дивана, одной рукой продолжая держать Дункана за лицо, а другой направив свой напряженный до боли член обратно к его рту. — Открой пошире, — скомандовал он, и Дункан послушно подчинился. И затем Дейрон вошёл. Не так, как это делал Дункан – неуверенно и робко. А решительно, глубоко, чувствуя, как горячая, влажная плоть рта и языка обхватывает его. Он застонал, низко и глубоко. Его бёдра заработали сами по себе, в ритме, который знало только его тело. Он трахал этот рот. Медленно вначале, наслаждаясь каждым сантиметром, каждым содроганием Дункана, который лишь смотрел на него снизу вверх, глазами полными шока и полного подчинения. Потом быстрее. Глубже. Рука в волосах Дункана сжала их, мягко направляя его голову, задавая темп. Звуки были откровенными, мокрыми, животными. Частые, прерывистые вздохи Дейрона. Легкое, подавленное похныкивание Дункана, когда член касался его нёба. Дейрон не сводил глаз с его лица, с голубых глаз, и каждый раз, когда их взгляды встречались, спазм наслаждения прокатывался по его спине. — Вот так… — бормотал он сквозь стиснутые зубы. — Вот так, Дунк… Смотри на меня… Смотри… Он чувствовал, как нарастает давление внизу живота, знакомое и неудержимое. Его движения стали резкими, хаотичными. Он уже не трахал, а долбил этот покорный, принимающий его рот, теряя всякий контроль. — Я сейчас… — только и успел он выдохнуть. Оргазм накатил не волной, а взрывом. Белое, горячее семя вырвалось из него пульсирующими толчками, часть попала Дункану в рот, часть на его щеку и подбородок, но большая часть брызнула на собственный, напряженный живот Дейрона. Он кричал тихо, хрипло, впиваясь пальцами в диван, его тело изогнулось дугой в последней судороге наслаждения. Он обмяк, дыхание срывалось на хрип. Перед глазами плыли круги. Через мгновение он услышал кашель и отплевывание. Дункан, с измазанным лицом, смотрел на него, широко раскрыв глаза, и Дейрон, встретив этот взгляд, не смог сдержаться. Сначала хриплый смешок, затем настоящий громовой хохот, от которого тряслось всё его тело. Дункан, сперва ошарашенный, через секунду тоже начал смеяться – смущенно, но всё же. — Ну и… опыт, — сквозь смех выдохнул Дейрон, глядя на потолок. Он провел рукой по липкому животу. — Честно? Не думаю, что мы должны это повторять. Но всё равно, спасибо. Дункан, всё ещё сидя на коленях, кивнул, вытирая лицо тыльной стороной ладони. Он тоже смеялся, облегченно и глупо: — Да уж… Не очень-то у меня… получилось. — О, не скромничай, — Дейрон шлепнул его по плечу, всё ещё хихикая. — Твой главный талант – это твои глаза, Высокий. А всё остальное… — он развел руками, — лучше оставить профессионалам. Или нашим умелым ладоням.