Сломанные чувства

Дожь бьёт по окнам

Мои чувства намокли

И осколками стекла

Полетели на пол

***

Сухо переживает, правда переживает. Полчаса назад ему звонил Баку и рассказал во всех подробностях, что с ними произошло и против кого они дрались. А особенно рассказал про бой Шиына. Он говорил ему не драться. Знал ,что тот может не послушать ,но все равно предупреждал. Иначе он может закончить, как он. Кома, реабилитация, пропущенные моменты и жизнь с чистого листа. Это еще малая часть. Сейчас Сухо пусть и восстановился почти до конца, но проблемы со здоровьем у него все же есть. Нельзя перенапрягаться, потому что это может плохо повлиять на нынешнее состояние. Заниматься можно, но не с фанатизмом, как он раньше делал. Для него это значило, что ничего нельзя. Он любил изнурять себя тренировками, чтобы потом отдохнуть два или один день. Но это уже неважно. Важно то, что после того звонка бывший спортсмен сразу же написал Ену. Тот, как назло, не отвечал. Ни на смски, ни на звонки. Пару гудков, и роботизированный голосовой автоответчик говорит о том, что абонент находится вне зоны действия сети или его телефон выключен. Он надеялся на второе. Пытался себя не накручивать и не нервничать. Хотя, как этого не делать, когда он узнал подробности драки. То, как Ен Шиын падал и поднимался вновь. Как достал кастет и после валялся на земле, изнурив себя окончательно. Последняя надежда была на приложение для нахождения геолокации телефона. Его он предварительно установил и спросил название у Ен и, когда та ещё дружила с ним, Шиыном и Бомсоком. Ан и раньше опасался, что на другого могут напасть, и ничего лучше, кроме этого приложения, не нашел. На всякий случай, вдруг что случится. Достав телефон из кармана спортивных штанов, он мигом зашел в то приложение. Пару секунд ждал, пока загрузится геолокация, и вот всё на блюдечке. Парень пониже находился около круглосуточного магазина. Будь что будет, но если он сейчас не успокоит свою тревогу и наконец не увидит кареглазого, то окончательно сойдет с ума. Подорвавшись с кровати, на которой сидел, быстро накидывает свою излюбленную ветровку и кроссовки. Почти бегом направляется на место того магазинчика. Он должен его увидеть, должен понять, что с ним всё хорошо.

***

Школьник стоял в паре метров около фонарного столба недалеко от круглосуточного. Не решаясь зайти. Он выглядит странно: лицо в царапинах и ссадинах, помятая и замаравшаяся школьная форма и побитые костяшки пальцев от металлического кастета. Пальцы немного жгло, надо будет их обработать. И в принципе полностью обработать все раны на лице и на теле. Он не собирается оставлять всё так. На него кто-нибудь да и вызовет полицию под предлогом, что тут разбойник старшеклассник. Которым он совсем не является. На улице было довольно тихо, не считая проезжающих мимо машин. Лёгкий ветерок то поднимался, то снова утихал. Людей было реже, чем утром, кто-то шел с работы, а кто-то прогуливался, чтобы подышать свежим воздухом. Тишину ночной улицы нарушил стремительный, рваный топот. Кто-то бежал, не жалея дыхания. Шиын даже не успел обернуться, как знакомая тень перекрыла свет фонаря. — Ен Шиын! — голос сорвался от тяжелой одышки. Ан замер в нескольких шагах, упираясь ладонями в колени и жадно глотая воздух. Его ветровка была расстегнута, а в глазах читалась смесь ярости, страха и облегчения. Когда он наконец поднял голову и разглядел Шиына в свете уличных фонарей. Его помятую, серую и одновременно коричневую от грязи и пыли форму, запекшуюся кровь на скуле и пустой, отрешенный взгляд. Сухо почувствовал, как внутри всё похолодело. — Ты... ты хоть понимаешь, что ты творишь? — нервно, делая шаг вперед. Поближе к тому — Я же просил. Я же говорил тебе, Шиын-а.— — Баку рассказал мне всё, — подошел ближе, и теперь его голос дрожал от сдерживаемых эмоций. — Зачем тебе кастет? Зачем ты довел себя до такого состояния, ты едва стоишь на ногах. Думаешь, ты бессмертный? — Слегка перегибая палку, чуть ли не крича. Он выглядел взволнованно, волосы немного взъерошенные. И розоватые щеки от бега. Ен чувствовал вину, но сказать об этом не мог. Он вообще мало что говорит. Лишь глаза выдают его эмоции. Единственное оголенное место, которое хоть и может прочитать, но не каждый. Но Ан Сухо это точно удавалось всегда. — Пошли. — Выдыхая и беря за запястье другого. — Раны надо обработать. — Парень повыше не умеет выражать извинения, но свою вину точно видит за то, что так резко на все отреагировал.