Юкими мадо

На предложение Юнги — поехать на пару дней в Японию — Чимин соглашается сразу. — Моя девочка-анимэ. Чимин с нежностью смотрит на Юнги, стоящего в зоне дьюти-фри, игнорирующего корзинку и прижимая к груди банку кока-колы и кит-кат. Юнги очаровательно дуется, и нет никого симпатичнее него. Даже в обычных джинсах и белой футболке. Он идеален. Финальный штрих — финальный выстрел в сердце Чимина, это маленький пучок волос, небрежно собранный на затылке. — Я так сильно тебя люблю. — Спасибо? Если ты хочешь у меня что-то отжать, то лучше купи, пока мы здесь. — Жадный ребёнок. — Я видел орешки в глазури васаби. И солёные прянички... — О! Чимину нравится их маленькое путешествие. Нравится разглядывать чемоданы людей, облепленные наклейками, обмотанные плёнкой или обтянутые чехлом с каким-нибудь забавным принтом. Нравится пить горячий какао, глядя в гигантское окно на ряд самолётов. Нравится включать авиарежим на телефоне. Нравится прижимать палец к холодному стеклу иллюминатора, понимая, что от облаков его отделяет только оно... Нравятся и пальцы Юнги, сосредоточенно перебирающие стопку газет и журналов, вытащенных из кармашка сиденья впереди. Япония удивительным образом подходит Юнги. В такси он с важным видом рассказывает о том, как искал и снял шикарное жильё. — Главное в дизайне это не внутреннее убранство, а окружающий вид. — Сад? Сакура? — Да. Клён, камни, мох, дорожки, фонарики-пагоды, пруд. Жилые пространства модульные, мебель лёгкая, стены раздвижные, футон, как и у нас, собрал да убрал в шкаф. А вот природа... — Юнги-я? Но ведь сейчас зима. — Юкими мадо. Так называются окна для любования снегом. Они низкие, где-то пол метра над полом. Скоро увидишь. Продуктовый магазин. Ещё одно такси. Хруст снега. Изящный деревянный дом. Горячий душ. Подпрыгивающий от нетерпения Чимин и довольный Юнги, выдвигающий решётку гриля под плитой. Рис, рыба, закуски — на один укус. Закутанный в халат-кимоно, Чимин сидит на полу, любуясь снежинками, медленно танцующими в воздухе, и поворачивается к Юнги. — Люблю тебя. — Взаимно. Утром солнечный свет мягко проникает через полупрозрачную бумагу на окнах, и ярко врывается снизу, освещая белоснежный покров — и снег, и постельное бельё, и голые плечи и спину Юнги, лежащего между раздвинутых ног Чимина. — На самом деле, они меня уже бесят. Пряди рассыпаются лёгкими волнами, щекоча бёдра. Чимин собирает их, зачёсывая рукой, и держит в кулаке. — Юнги-я, они не отросли за один день, неужели ты не привык? — Я когда моюсь, из ложбинки достаю выпавший и спустившийся по позвоночнику вниз волос... — М-м. Твоё мыльное тело и нагота, даже это для меня звучит эротично. — Потому что ты извращенец. — Нет. Это потому что... — Я знаю, знаю. Слегка потянув, Чимин побуждает Юнги выгнуть шею и посмотреть себе в глаза. — Я люблю тебя. — Я люблю тебя тоже.