Работа и забота

      Стоп, нет. Нет-нет-нет. Только не детей, а то вдруг еще семью захочется, он засомневается в том, чтобы отказаться от странной просьбы в записке и пойдет-поедет: жизнь одинокой матери, проблемы в школе, первые отношения, университет еще оплачивать, потом на свадьбе плакать и с внуками нянчиться.       Жесть. Мозг в стрессовом состоянии выдал всю жизнь Бию наперед, и всё с Докчей рядом. Ну нет. Ну пожалуйста. Не мог же он за жалкие полдня привязаться к младенцу??       Мог. Одинокий человек нашел одинокого ребенка, подсознание сложило 2+2 и захотело позаботиться о ком-то, чтобы это самое кто-то не повторило его жизнь бедного затворника. Прям материнский инстинкт. Вовремя, Ким Докча. Лучше бы это подсознание пыталось так заботиться о самом себе, а то чёто как проверять спокойствие сна малышки каждые две минуты, так мы первые, а как попытаться себя убедить купить нормальных продуктов, вместо лапши, и что-то приготовить, так нет.              Из самобичевания вырвал голос очнувшейся Уриэль. — Решено, раз она так поручила, ты будешь ответственным за Бию. С документами разберемся позже, сейчас время работать! А я пока... — СТОП! — Удивительно громко даже для себя сказал Докча, быстро пожалев — в переноске послышалось копошение, а после — негромкий плач. — Ой нет, нет, нетНЕТнетнет, нееЕеТ, НееЕЕЕет... Я ж понятия не имею, как младенца успокоить... — Искренне паникуя, воспитатель, как настоящая мама, в конце-концов достал ребенка из переноски и очень аккуратно начал качать. Все звуки вокруг перестали иметь значение, остались только тихие всхлипы и мягкие шушуканья, которые, на удивление, сработали. Малютка успокоилась, теперь просто осматривая происходящее вокруг.       Это был отличный момент, чтобы наконец разглядеть, насколько же она белая. Альбинизм, определенно. Фиолетовые глаза дрожат, ладошки немного дёргаются. Материнское сердце Докчи это не переживёт. Уже даже перестал отрицать, что (только сегодня!!) он мама-утка для нее и всего этого выводка.       Так как проблема плача была решена, Ким Докча повернулся в сторону начальницы, но там уже никого не было. Убежала-таки. Но когда? Вроде не так и много времени прошло... — Вау, это было профессионально. — Детский сад дал о себе напомнить от лица Ю Мии. — и ты говоришь, что с детьми никогда не работал? Даже мой оппа не может так легко никого успокоить, а он очень крут!       Что ж там за сын маминой подруги, раз его так младшая описывает-то. Ну, по крайней мере, хоть один минус был подмечен. — Твой брат не может никого успокоить, потому что он обычно и причина слёз! Его гримаса не вызывает ничего, кроме страха! — О, смотрите-ка, и Гильён отвис. — Докься мама. — Самое важное было произнесено самым неразговорчивым членом клуба, жаль только, что она подала идею, оставшуюся мысль-то развивать все остальные дети будут, а это очень плохо. От их умозаключений не стоит ожидать чего-то... Просто чего-то. — И правда, тётя Уриэль ведь её тебе поручила — уж больно расстроенно сказал Гильён. — Ты нас бросишь, чтобы заниматься маленькой??? — Юсон готова была заплакать. — Что?? Нет конечно, я же устроился за вами следить, а не за ней. Она, получается, идёт бонусом! — В голову пришла мысль, а будут ли ему доплачивать. Да и не помешало бы помочь с арендой жилья подороже, потому что его собственное находилось в крайне неприятном районе, почти аварийном доме с очень тонкими стенами и протекающим потолком, а единственным плюсом того количества соседей-алкашей можно было считать то, что весь дом настолько пропитался спиртным, что никакие тараканы не осмеливались в него заселиться.       М-да, от сегодняшнего дня молодой маме стоит в связи с такими событиями попросить зарплату вперед, заняться арендой...Так!!!!! он только недавно собирался убедить себя отказаться от материнства, какая аренда??       Пожалуй, пора бы смириться со своим положением и родительским отношением к младенцу, но уйти в отрицание уж очень сильно хотелось.       Малютка на руках с интересом рассматривала лицо человека перед собой, какая же она тихая, милая и хорошая! Ну золото, не дитё!       Хм, может стоит ее покормить? Да и не только ее, близилось время обеда, все утята уже, должно быть, сильно голодны. Ему бы и самому не помешало поесть, но Докча слишком привык покупать лапшу в магазинчике у офиса.       Время как раз подходило к 12, значит где-то на кухне еда доготавливался. Не морят же здесь детей голодом, верно? Наверное, нужно пойти спросить, где находится столовая... — ОБЕД! О. А вот и решение. Точно, кто вообще будет заставлять детей богачей куда-то идти, чтобы поесть? Естественно, все раздавать будут так. — О, вы новенький? Добрый день! Я Чон Хивон, разношу тут еду. Вечером зайду за Гильёном. Ну что, малышня, готовы к омурису? Налетай! Почти такая же активная, как и Уриэль, но очевидно более уставшая девушка с неаккуратным пучком на голове, пока разговаривала, успела расставить приборы и тарелки с очень хорошо выглядящим блюдом. Уууу, как бы он хотел тоже попробовать. — Ой, Хивон, тут несостыковка. Вы расставили пять тарелок и приборов, но в группе же четверо детей. — Докча почувствовал себя молодцом, вон он какой честный, решил не пользоваться тем, что девушка обсчиталась. — Да нет, всё верно. Воспитатели едят с детьми. Я только не знала, что ты с ребенком, поэтому смеси у меня увы нет, щас сбегаю, сори. — Ой, нет-нет-нет, здесь есть, и это эээ...не то что бы мой ребенок. Кстати, ты смесь заваривать умеешь?... — Приняв обращение на ты, захотелось попросить помощи в таком сложном деле, потому что телефон как назло сел, а засыпать младенцу в рот порошок как-то не хотелось. — А, пардон. Да, конечно. Я за этим дурачком с самых пелёнок смотрю, всё знаю! — Хивон очень нагло и активно потрепала Ли Гильёна по голове, что последнему не очень понравилось. — Чайник в соседней комнатке для воспитателей, пошли туда. — Ээээ....а как я их брошу.. — Ой, твои — самые спокойные из всех, повесь их на Ю Миа, или если уж так переживаешь, я могу племянницу позвать, она щас урок с другом прогуливает, а так хоть поможет. —Давай лучше уж племянницу, Ю Миа их не переживет. По облегченному и благодарному вздоху где-то на фоне Докча понял, что сделал верный выбор. — Харшо, щас всё будет! — женщина уже держала трубку с набранным номером. — Джихё! Дуй в группу к Гильёну, посидишь с малышнёй минут 15, мне тут человеку помочь надо. —Большое тебе спасибо, Хивон. Спасла. Я, кстати, Ким Докча. Приятно познакомиться. —Одиночка? По тебе видно —Скорее читатель, это значение мне больше импонирует. Непринуждённый разговор не вызывал обычного чувства усталости через полминуты после начала, что было удивительно. Долго ждать не пришлось, буквально через пару минут за дверями послышались громкие шепотки, а потом на территорию ворвались двое старшеклассников, девушка и парень. Девочка с высоким черным хвостом, похоже, и есть Джихё, а этот странный нефороватый парень, похоже, друг. Выбеленные убитые волосы осталось только пожалеть, но опять-же чем бы дитя не тешилось. —Ким Намвун!! Мне сказали посидеть здесь! Без тебя! Оставь меня в покое! Ага, Ким Намвун. —Ли Джихё, че мне там одному делать!!! Я уж лучше с малышней побуду! Ага, значит Джихё у нас Ли. Теперь уже оставлять детей на этих крикливых подростков не очень-то и хотелось...А если Бию опять заплачет? А если докапываться до молчаливости Дарым будут? А если обзовут жуков Гильёна? А если... — Так, курица-наседка, у тебя на лице написано, что ты не хочешь на них детей оставлять, я понимаю, но мы, если что, за дверью и любые крики и плачи ты услышишь. Хай сидят едят себе спокойно, если им эти двое будут мешать, по щам пропишу обоим. Оставь маленькую где-то здесь и пойдем, потребуется кипяток, а его лучше возле младенца не держать, да и руки в приготовлении потребуются. Крайне нехотя, Докча наконец опустил Бию назад в переноску, потому что других вариантов не было, и даже сдержался от того, чтобы взять назад на руки, пока девочка провожала встающего человека грустным взглядом и пыталась удержать его за пальцы. Какая же она чудесная дочь, Докча теперь понимает, почему Хан Мёно свою фотографирует каждый момент жизни. Жаль его собственный телефон сел, а фотоаппарата здесь быть, по идее, не должно. Еле как переборов грусть, он, взяв необходимое, вышел за Хивон. Это и правда оказалась соседняя дверь, за которой было маленькое помещение с чайником, микроволновкой и всякой лабудой типа салфеток, которая может внезапно закончиться. — Ну, что ж, пока чайник кипятится, расскажи, как ты сюда попал? Наняли родители младенца? Бию, верно? И что за люди? — Нет, всё немного сложнее.... — Такое количество вопросов немного раздражало, но всё же делать нечего, надо отвечать. — Я сюда просто так устроился, а ребенок, как бы сказать, теперь мой. — Что значит "теперь"? Подарили? Как тебя взяли, если ты не чей-то рабочий вообще? У нас тут все либо члены семьи воспитанников, либо прислуга, типа меня. Ну и охраннику делать нечего, вот и сидит. — Девушка откровенно неверующе пялилась. Стало даже страшно. — Формально, да, подарили. Видимо, ребенка занесли сюда еще ночью, потому что я пришел рано утром, и она уже здесь была, а в журнале только записка "Ким Докча, я так больше не могу, позаботься о ней пожалуйста". По взгляду Чон Хивон было видно, что от такого она, мягко говоря, охуела, но это еще не конец. — Ну а взяли меня я вообще не знаю как. Пришел, посмотрели резюме, поговорили. Сказали, мол: «мы вам перезвоним» — перезвонили. Ваша Уриэль просто солнце, а не начальница. — Нууу, она тут на месте начальницы, "настоящая", — Хивон сделала выразительный жест "кавычек" пальцами, — сейчас занята чем-то другим. И уж поверь, она бы тебя не взяла. Особенно, если ты не умеешь работать с детьми любого возраста. — При упоминании возрастов Докча очень кстати вспомнил, что сейчас за его выводком присматривают два не внушающих доверия подростка, поэтому захотелось закончить со всем здесь побыстрее. Чайник очень вовремя вскипел, и теперь в игру вступает барменское мастерство месителя смесей. Чон Хивон, кажется, забыла, что должна не сдать норматив по скорости исполнения, а научить другого, менее опытного ухаживающего заваривать не только лапшу. Так что пришлось делать вторую бутылку, которую Докче, с горем пополам, удалось намешать так, чтобы это было безопасно вливать в младенца. Кисти после такой встряски бутылки болеть будут еще долго, но жаловаться сейчас — только время терять, поэтому стоит поспешить назад. Почти бегом влетев в группу и так же оглядев, Докча не увидел ничего необычного. Всё, наверное, было хорошо. Ну, кроме того факта, что вообще все выглядели так, будто бы что-то натворили, но никому ничего не скажут, иначе внезапно на лбу появится красный след лазерной указки. Еда съедена, тарелки сложены, со стола вытерто, пару мордашек тоже не мешало бы. Чего это они такие спокойные? — Вы чего все затихли? И где старшие? Подростков действительно не было в обозримой округе. Тихо подкравшись, Хан Дарым ответила на всё и сразу — потянула за штанину и жестом показала посмотреть в окно. Заглянув туда, Докча увидел крайне интересную картину. Ранее упомянутые подростки, на которых бросили детей, пиздились во дворе. Хотя сражением называть это нельзя, Ли Джихё просто с лютым ором бегала за Ким Намвуном, который что-то пытался тараторить в ответ, этим самым пропуская удары и не успевая увернуться. Хм, а он крепче, чем кажется на первый взгляд, раз может так резво скакать от этой озверелой девчушки. Хотелось бы понаблюдать за этим цирком двух клоунов и дальше, но по расписанию как раз детям скоро гулять идти, поэтому этих оттуда убрать надо. Не успел Докча подумать о том, что надо бы кому-то прописать по макушке, им уже и прилетело. И в какой только момент Хивон вылетела из группы? Кажется, расспрашивать ее не стоит, потому что, после подобного, настроение у нее вряд ли будет. — Как обычно, ничего интересного. — Кажется, впервые за таким наблюдает только Ким Докча, а с энтузиазмом — только Гильён и Юсон, потому что оставшимся членам было крайне всё равно. Ю Миа разочарованно вздохнула после своих слов. — Ну что ж, раз ничего особенного, тогда потихоньку пошли собираться на улицу. Если вам потребуется помощь, я сделаю всё возможное, а пока займусь кормёжкой младшей, ладно? — Хорошо. — Дети без вопросов направились к шкафчикам с вещами. Настало время самого непонятного момента: как Бию будет себя вести. Дети же часто не любят пить смеси, так? — Ну что, малыш, пора есть. — Где-то на фоне послышались приближающиеся тяжёлые шаги и перетаскивание двух тел — Кажется, вон и Хивон-сси идёт — Докча за мягкостью голоса пытался скрыть страх того, что следующим телом, которое потащит эта женщина, будет его собственное. Нервно сглотнув, он взял девочку на руки и просто надеялся, что всё пройдет гладко. Не совсем прошло. Ладно. В группу зашла злющая Чон Хивон, таща за собой бесконечно извиняющихся подростков, а после долго их ругала. Побитые и униженные, их рассадили по разным углам, чтобы не подрались еще раз. В это время малышня пыталась натянуть кроссовки, просунуть руки в кофты и тому подобное. Словесных подсказок, а особенно совета помогать друг-другу вполне хватило, поэтому уже собранные малыши наблюдали чудеса питания детской смесью. Бию на удивление спокойно ела, вызывая тревогу только тем, что очень пристально глядела в глаза своей "мамы". Жуть. Ну ничего, младенцам простительно, они в целом крипово себя ведут иногда, а она еще и альбинос. Покончив со всем, Докча оглядел свой набор присутствующих: раздражённая женщина с небрежным пучком и закатанными рукавами мятой рубашки, четыре ребенка в хороших костюмах: Гильён, очевидно весь в жуках, Юсон в милом жёлтом свитере, коричневых штанах и зеленых ботинках, Хан Дарым, одетая как принцесса: очень красивое кружевное фиолетовое платье было морально помято под гнётом такого же цвета пальто. Интересно, через сколько ее белые колготы и (опять...) фиолетовые туфли станут коричневыми из-за песка, грязи и листьев? Докча ставит на минуты полторы. Ю Миа была собрана, как на похороны: всё черное, кроме дождевых сапог. Они были канонично жёлтые и идеально чистые. А нет, теперь она потянулась за розовым дождевичком. Слава богу, ребенок и правда не идет сейчас на похороны, а просто на прогулку. Кто такой предусмотрительный ее собирал, раз знал, что днем пройдет дождь, будет сыро и вязко? Неужели тот самый брат еще и погоду предсказывает? К счастью, в ранее упомянутой подсобке дождевики тоже были, а то мало ли что. Поэтому все дети, кроме Ю младшей, получили по одному. Каждый выбирал цвет себе сам, поэтому маленькая радуга из оранжевой Юсон, зеленого Гильёна, Фиолетовой Дарым и Розовой Мии аккуратно шла на площадку дружным гуськом за мамой-уткой. Хивон с тарелками откланялась, а подростки всё так же наказанные, присматривают за спящим младенцем, поэтому на улице сейчас только выводок с воспитателем. Ну, если не брать в расчёт еще другие группы, которые размерами тоже не особо славились. Но, несмотря на это, у каждой своя площадка. Похвально. Разбредаясь по округе дети заняли, судя по всему, свои привычные места. Уж больно целеустремленно каждый оказывался в конкретной точке. Кроме Дарым. Она, неловко переминаясь с ноги на ногу, то приподнимала руку, чтобы окликнуть Докчу, то опускала, нервно прижимая кулачок к груди. Много времени понять, что она чего-то хочет, у взрослого не заняло. Он, по старой тактике присев, спросил: — Ты что-то хочешь? Если хочешь, нужно говорить. Я, к сожалению или к счастью, не твой папа и с полудвижения не пойму. — Многовато он сказал, можно было остановиться на первом предложении, но развивать умение вести диалог в ребенке точно стоит. — Не переживай, ты хорошо говоришь, просто делай это немного увереннее. Ты молодец. Кажется, это сработало. Потому что Дарым, набравшись всей своей храбрости за месяц, таки произнесла свою просьбу. — Касельки... Пожалуйста. — Ей было неловко, тяжело, но это прогресс! Раз раньше она говорила только с одногруппниками и максимально редко, значит сейчас шла на рекорд? — Хорошо, пойдем на качельки. Тебя понести? Тут везде грязь и лужи, ты можешь сильно перепачкать свой костюмчик. М? — Хасьо. Девочка стала на цыпочки и потянула к нему руки. Докча быстро ее подтянул к себе и пронёс жалкие сто метров до качель, держа под ноги. Дарым вообще не была тяжёлой, но даже столешница из доширака была не такой крепкой, как казалось, не то, что его позвоночник, державшийся на этом блюде годами. — Ух, мне стоит начать нормально питаться... — Дарым тязело? — Нет, нет, я просто жуткий слабак. И запомни на всю жизнь — если мужчина не может тебя поднять, это он позорище. Твой папа должен был тебе такое сказать пару раз точно. — Ни в коем случае нельзя было вызвать в ребенке комплексы, вдруг это скажется на ее отношении к себе в будущем, а он своей хлипкостью виноват будет. — Говолил, спасибо. — Кажется, она о чем-то задумалась, но не выглядела печальной, так что пока что переживать не стоило. Ким Докча начал легонечко и аккуратно ее раскачивать. Примерно настолько, чтобы ребенок почувствовал, как дует от движения ветерок, но это было безопасно. Остальные были куда менее озабочены своим внешним видом, поэтому сейчас больше походили на маленьких поросят. И как их отмывать? Во что переодеть? Даже у невероятно спокойной Ю Мии сейчас хвостики сменили цвет на тот, что был ближе к волосам Гильёна, чем к ее собственному. Черные, как воронье крыло волосы действительно сейчас были просто двумя сосульками из грязи. Когда они вообще успели? Только ж вот Юсон сидела спокойненько себе лепила паски из песка, Гильён лопаткой пытался найти червяков, а Миа, похоже, у Юсон в ресторане работала дегустатором, отклоняя все шедевры земляной кулинарии. Что же, до момента, когда их позабирают родители, еще часов пять точно. Докча решил, что перемыть их успеет — в группе была предусмотрена душевая, хоть и для ног. Тут выбирать не придется. Еще через какое-то время барахтаться в лужах малышня устала, поэтому было принято решение завершить прогулку на пол часика раньше.

***

Если заменить грязь на кровь, то можно было бы решить, что кому-то вспороли живот и заставили идти по детскому саду. Пока утята добрались до своей группы, они перемазали весь холл и все коридоры. Благо, воспитателя убирать не заставили, потому что пара-тройка уборщиц с абсолютным нюхом на загрязнения тут водились, подтирая следы буквально под пятками до самого входа в комнату. Хвала небесам, малышня настолько устала, что не толпилась и дергалась, а просто плелась позади Докчи в помещение. Там Ким Докча запретил им подходить к шкафчикам, самостоятельно стягивая с каждого верхнюю одежду, вымывая руки и буквально отставляя, как деревянного солдатика, на ковер. Единственный ребенок, которого так обрабатывать не нужно было, была Дарым, всю дорогу назад опять сидевшая на руках у мамы-утки и со злорадством смотревшая в глаза плетущихся сзади Юсон и Гильёна. Они ей очень завидовали, и она это знала: маленький дьяволёнок, прямо как Хан Суён, улыбалась так, как будто бы ведьма в неё вселилась и сейчас будет донимать Докчу своими книженциями. Хорошо, что он смотрел только вперед, не огладываясь, как там куколка у него в руках себя ощущает, лишь иногда фыркая от попавших в нос волос из причёски с завёрнутыми косами. В противном случае маленькой Хан пришлось бы до конца своих дней ходить самостоятельно, потому что такая близость копии Суён была опасна для жизни. Докча хоть свое существование и не ценил вовсе, но теперь ему надо было думать об еще одном маленьком человеке. Ким Намвун и Ли Джихе все так же сидели и дулись друг на друга. Это было хорошо, потому что в таком случае они точно не потревожили сон Бию. Мельком заглянув в ее переноску мама успокоился, потому что с девочкой все было в порядке. Малышне постарше было поручено подождать стоя на коврах, потому что их штаны все так же были перемазаны, а снимать их, сидя на полу, как-то нехорошо. Поэтому Докча в "ванной" комнате нарыл таз, сложил туда все, что при переодевании скинул в большую кучу, отнёс в угол душевой и экстренно помыл пол в секции раздевалки, не забывая так же про все остальные вертикальные и горизонтальные поверхности, к которым успели прикоснуться земляные монстрики. Завершив с этим, воспитатель так же, как и принес, переставил детей назад у лавочек, приказав снимать всё грязное и мокрое. Какие же они послушные когда уставшие, прям пример для подражания. Так все остались в одних колготах и футболках. — Похоже, придется писать вашим родным, чтобы когда шли забирать, притащили с собой сменную одежду. — Не принесут, нас почти всех забирают работники, которые сейчас здесь. — Насупившись, сказал Гильён. — Если повезет, и меня будет забирать брат, то у меня сменная одежда будет. Но я в этом не уверена. — Теперь погрустнела еще и Ю Миа. Неужели брат так редко забирает любящую сестру?? Как же он бессердечен, стоит сделать этому человеку выговор. — И папа Дарым точно не согласится принести пару лишних вещей его дочери, чтобы помочь другим детям — было уже такое. — Сказала Шин Юсон. От этого раскисли сразу трое — Дарым, Юсон и сам Докча, теперь не понимающий, что ему делать: не натягивать же грязную одежду назад на детей. Тут помогли очнувшиеся подростки: — А у них тут разве не должно быть спальных комплектов? Думаю, переживут если раз домой придут в пижаме: на улице уже не так и холодно, а их почти всех всё равно на машинах забирать будут. — Ли Джихе, какая ты молодец! — Абсолютно искренне восхитился воспитатель, надеясь, что эту идею сами дети не отвергнут. — А это и правда идея, да и вам уже пора пообедать и на боковую. Давайте, бегом! Только Миа, подожди, я тебе волосы перевяжу, потому что хвосты перепачкают всё в радиусе метров трех от тебя точно. Ю Миа еще больше помрачнела: ей никто, кроме брата, никогда ничего не заплетал, а тут придется терпеть непонятного дядьку. Возражения не принимались, поэтому Докча быстро стянул резинки, одну отложив себе в карман, а второй завязав крайне хлипкую петлю, которая была нужна только до момента мытья головы. Быстро отобедав, все, кроме как раз маленькой Ю и Докчи, направились на тихий час. У Ю Мии не было сил протестовать, а уж тем более, когда не ей самой придется мыть себе голову. Так что процесс этот прошел тихо и мирно, лишь с редкими ойками, когда при расчёсывании мокрой копны обнаруживались колтуны или попавшие с улицы листья и трава. Но, тем не менее, Миа настолько расслабилась, что уснула, чуть не шмякнувшись лбом о керамическую плитку. Слава богу, Докча чего-то такого и ожидал, поэтому отреагировал молниеносно. Быстро протерев голову полотенцем он отнес ее в спальню, укрыл, поправил одеяла на всех остальных и ушел. Настал и его час отдыха. Спина, что сначала пережила катания Дарым, а потом сгорбливания над "ванной", давала о себе знать. — Уооо как я устал... — Потянувшись, произнес воспитатель. — А вы чё, так же дуетесь? Из-за чего поругались хоть? На самом деле, ему не было и малейшего дела до споров учеников старшей школы. Просто нужно было себя чем-то занять, пока пытался придумать, как же организовать более мягкое местоположение младшему члену выводка. Может, поискать в кладовой? Должно же там быть что-то типа коврика… Просто на ковер класть младенца не хотелось, мало ли что понанесли дети постарше. — Он меня достал! Я еще и тренировку пропустила из-за всего вот этого! Мастер доволен точно не будет. — Эй, сама виновата, не надо было мой телефон забирать! — Потому что ты не переставал фоткать! Это раздражает! — Кажется, ругань нарастает по новой. — А ну вы оба, молчать. Утят мне еще перебудите, а я с ними заколебался между прочим. — Пф, а че ж вы тогда в воспитатели попёрлись? — Оба подростка очень, видимо, захотели побесить старшего. Ну и где малейшее уважение?? Фу, что за поколение. — Проспорил. — Почему-то захотелось сказать правду. — ... — ... — ? — Та ну. Шутить вы не умеете, дядя. — С чего ты взяла, что я шучу? — Вас бы просто из-за такой глупости сюда не взяли, вы видели вообще, за чьими детьми следите? — Нет? С чего я должен знать детей рандомных богачей? Школота переглянулась с крайне удивлёнными лицами. Им, похоже, искренне не верилось в то, что они слышат. — Да ну, не верю. Хоть парочку вы должны были узнать же. — Я всю жизнь читаю только веб-новеллы, о коронавирусе узнал только от подруги, пока военное положение не отменили и начальство в честь этого не устроило праздник, я о нём и не знал, так что моя неосведомленность в новостях должна стать вам понятна. Эти двое были в шоке от такого и быстро откланялись. Чего они вдруг? Ладно, думать об этом стоит немного позже, а сейчас проснулась Бию от своего кошачьего режима, и, кажется, ей явно хочется поделать что-то кроме лежания. Хорошо, что теперь за внезапное исчезновение несущих стен можно было не переживать, поэтому Докча со спокойным сердцем смог пойти и сделать ребенку смеси. Ему казалось, что он морит ее голодом. Малыши определенно должны есть чаще. К счастью, в кладовке таки оказалось новое чистое полотенце, которое можно положить на слой пелёнок, чтобы Бию было мягко лежать, поэтому малютка после еды рассматривала окружающий мир уже с уровня пола, что ей нравилось определенно больше. Докча лежал рядом на ковре, как ребенок, у которого появилась младшая сестра, и сейчас он в восторге от первой встречи. Единственным отличием было то, что Ким Докча уже не ребенок, а эта деточка теперь его. Кажется, сейчас ему нужно встать и порешать взрослые дела: например, написать родителям, чтобы они принесли сменные вещи своему чаду, спросить Уриэль почему она вообще его назначила и куда деть Бию, приготовить какой-нибудь алфавит, чтобы учить его с утятами после сна, но день, начатый чрезмерно рано и проведенный в окружении маленьких гиперактивных детей, дал знать о себе, поэтому глаза как-то сами по себе закрылись и воспитатель погрузился в глубокий сон.

***

— Ким Докча, подъем, нам не положено спать на рабочем месте. — Кто это? — Ыээаа... А? — Извини, не понимаю язык дураков, вставай давай. — А, Чон Хивон, точно. Почему она тыкает его в щёку? — Я уснул...? О нет, я уснул!.. Где все?? Он только хотел подорваться со своего места, но его быстро прижали за плечо назад к полу. Зачем? — Тссс. — Хивон указала куда-то в бока мужчине, наконец перестав тыкать его в щёку. Воспитатель наконец ощутил какую-то тяжесть вокруг себя и понял, что на нём нагло лежат. — Они пополудничали и очень захотели с тобой еще поспать. С двух сторон от Ким Докчи лежали Ли Гильён и Шин Юсон, вцепившись ему в талию так, будто бы хотели порвать напополам. — Оо… Эм.. А где Бию? На это Чон Хивон выгнула бровь, указывая пальцем теперь ему куда-то в район солнечного сплетения. А. вот где она. Лежит, свернувшись клубочком, и сопит у мамы на животе. Какая идиллия. еще б не затекло всё, было бы супер. — Эй, Хивон, будь другом, помоги мне всех их поднять, я уже ничего ниже лопаток не ощущаю. — Что б ты без меня делал, а? — Лежал и ждал смерти. Спасибо тебе, Хивон-сси. — Ой, льстишь. Малышня, подъем, скоро вас уже забирать будут, нужно привести себя у порядок и вернуть подвижность мамке, вы ж его раздавите. С кряхтениями и абсолютным нежеланием отрываться от "мамки" утята все же встали и даже пошли умыться. Не умывалась только, конечно же, Бию, которую держали на руках. Злобы это в остальном выводке прибавляло знатно. Во всяком случае, в двух конкретных умывающихся точно. После еды потихоньку начали подтягиваться родные, которые забирали малышню. За Юсон приш...ла? Пришёл? Сестра? Брат? В общем, невероятной красоты человек, судя по всему, среднего пола. Оно спокойно приняло просьбу Докчи показать документы, так как воспитатель новенький и не может допустить, чтобы ребенка забрал неизвестно кто (и бонусом подглядел, что это таки она), похвалила за такую ответственность, подождала пока Юсон будет долго плакать, потому что не хочет уходить и наконец, взяв малышку за руку, ушла. Дальше прилетел, конечно же, Хан Мёно. Долго проверял дочь на наличие повреждений, а ничего не найдя, злобно прыснул и ушел. Даже не дал Дарым на прощание ручкой помахать, ну что за человек! И вообще, как только он успел за пять минут после окончания рабочего дня прилететь из офиса Мино Софт в соседний район? Жуть какая, на чем он ехал? Неужели его хвалёная новоприобретённая машина так разгоняется? Правильно Ю Сана делает, что отказывает ему в покататься. — Интересно, как там Сана... Надо бы ей написать... — Эт кто? — Ой, мысли вслух, прости, Мия. — Ты не ответил на вопрос, уродливый аджосси. — Бывшая коллега, к которой как раз этот лопух и подкатывает. — Ааа...А она хорошая девушка? — Ну, работник из нее идеальный, она добрая и отзывчивая. А еще единственная, кто пытался со мной поладить, но мне кажется это потому, что мы одновременно в компанию пришли. Сейчас уже, скорее всего, на полную ставку работает, не то, что я. — Ммм... У тебя вообще друзья есть? Ты за целый день только про нее и про папу Дарым вспомнил. — Кажется, девочке скучно, потому и спрашивает. Видимо, фанатизма Гильёна по членистоногим не разделяет и развлекать себя приходится самым банальным способом. — Проспорил ты тоже ей? — Ну, друзья...Возможно есть по мимо Саны еще одна, но с ее характером дружить с ней не хочется вовсе. Да и взаимодействовать в целом тоже, вот ей я как раз и проспорил. — И всё? Хивон-сси была права, твое имя надо трактовать как одинокий. — Ну, я не один. У меня всю жизнь были книги. Предпочитаю, чтобы меня считали читателем. — Хм, книжки читать любишь, а нам ничего не прочёл. Пока ждём эээ.. кого-то, почитай мне сказку, скучно совсем. — Ю Мия определённо хотела сказать брата, но, похоже, либо вспомнила, что не одна, и есть еще смотрящий телевизор Гильён, либо, что более вероятно, не ждала прихода родственника. — Пф, как ты гладко стелишь к тому, что тебе нужно. Ну, давай почитаю, неси что хочешь. Ю Мия ушла за книжкой, настало время проверить Бию. Положить ее на пол было отличным решением, малышка с восторгом смотрела на всё, что только могла заметить, спокойно жуя (скорее слюнявя) попавшую под руку игрушку. Пока Ким Докча поумилялся такому виду, почесал под звонкий смех ребенку животик и снова покормил, Ю Мия вернулась со сказкой. Тогда же к ним присоединился Гильён, не желая упустить в угоду телевизору такой момент, как чтение воспитателем книжки. Это была сказка про Гамельнского крысолова. Кажись книженция не совсем под их возраст, но её захотела Мия, выбор был сделан. Правда, не успел он начать читать, как за уже успевшим удобно пристроиться в ногах мамы-утки Гильёном пришли. Хивон, как и обещала. — О, Мию опять забыли? Ну ничего, кто-то скоро вспомнит, не переживай ты так, малышня. Еще ни разу позднее десяти вечера не забирали. Удачи вам тут, а мы и так задерживаемся. Гильён, прощайся с мамкой и пойдем, сегодня бабушка тебе булочек напекла, как ты любишь. — Уууу... Не хочу уходить.. но булочки... Прости, хён, но я очень люблю бабушкины булочки, завтра обязательно и тебе принесу, пока-пока! Ушли. Теперь в полутёмном помещении остались двое. И что это было? В смысле "Не позднее десяти вечера"? А если сегодня так будет? Докча ж домой не доберется. — Не переживай, Сольхва-сси скоро должна закончить, потом за минут двадцать доберется сюда, и ты свободен. — Ну, мне еще думать, что с Бию делать. — А почему бы тебе ее к себе домой не забрать? Уриэль-сси же тебе ее вверила. —Т о, что можно назвать моим домом, для наличия маленького ребенка не предназначено от слова совсем. Мне самому туда возвращаться страшно, а с младенцем и подавно. — Так переедь в общажную квартиру, мы с братом в такой живем. — Эээээ.....я не знал, что такие здесь есть… Зачем они вообще? На каких условиях дают в такой жить? — У тебя в договоре разве не должно было быть написано? — ... — Ты его не читал, да? — Ну а кто будет читать договор на сорок страниц, а? — Почему ему вообще сейчас надо оправдываться перед трёхлетним ребенком? — И вообще, теперь ты на вопрос не ответила. — Мы с оппой тут живем, потому что он здесь считается работником. Вообще это место имеет кучу секций, брат преподает в той, что учит на мечах драться. Не помню как называется. Там еще Джихё учится. — Кэндо, кажется... — Перспектива жить через стенку с сыном маминой подруги как-то не вдохновляла, но всё-же была лучше сотни алкашей вокруг. — Спасибо, спрошу Уриэль-сси, если успею застать.

И опять!

Вспомнишь солнце вот и лучик, в группу ворвалась Уриэль собственной персоной, разрушив умиротворённую атмосферу. — Ну что ты, как обжился?? О, тебя еще не забрали? Не сильно помешала? — И снова сотня вопросов... Как она осталась такой активной спустя целый день? — Здравствуйте, Уриэль-сси. Как раз вас вспоминали. — Ой как здорово, и по какому поводу? — По поводу Бию и того, что я теперь ей родитель. Так уж вышло, что мой дом непригоден для жизни младенца, а Мия очень кстати подсказала, что тут есть общежитие, можно ли мне туда заехать? Вам же спокойнее, я точно буду под присмотром и не наврежу бедной малышке. — Я как раз за этим. С утра занималась этим вопросом, вот твои ключи, пароль 4951, поручу Сольхве-сси тебе показать, она как раз в том же доме неподалёку. Может подружитесь. А мне домой пора, пока-пока!! Как выходить будешь, закроешь группу и всё такое, надеюсь помнишь! Чао~ Уриэль убежала, успев лишь блеснуть изумрудными глазами и потрусить идеальными золотыми кудрями. — Как залетела, так и улетела. А я даже не поздоровалась. — Из меня как будто бы высосали все соки. — Понимаю.

***

Прошел час, второй. Прочитано пять сказок, просмотрено пять программ, Мия научилась решать простейшие примеры и писать свое имя. Никто не пришел. — Уже определенно позже десяти вечера, кажется, сегодня рекорд не только по разговорам Дарым, но и по пропущенным часам сбора утят. — Брат впервые настолько задержался. Значит либо что-то очень важное, либо уснул после этого самого очень важного. Может тётя Намгун задержала. А Сольхва-сси вся в работе наверное, вот и забыла. Или занята. — Мия определенно очень сильно расстроилась. — Сольхва это девушка твоего брата? А тётя Намгун кто? —Нет. Ну, они, конечно, встречались когда-то, но это было недолго и, кажется, еще до моего рождения. А тётя Намгун это тётя Намгун. — Ага, ясно. Ну что ж... Может мне тебя отвести? Ты помнишь дорогу? А пароль от двери? — Конечно помню, каждый день там прохожу. И пароль выучила. Пошли. — Отлично, тогда жди. Докча перепроверил всё, что посчитал нужным, закрыл группу и спустился на первый этаж. На посте охраны сидел хмурый дядька, явно недовольный тем, что ему приходится здесь находиться. Ну, это можно понять. — Слушай, парень, ты кто такой? — Мужчина оказался куда больше наделён шестеренками в голове, чем новообретенная начальница. — Ты хоть примерно осознаешь, как это выглядит со стороны? Непонятный парниша в плаще, с глубокими синяками под глазами ведет точно не своего ребенка за руку и несет второго в переноске в неизвестном направлении. Нервишки щекочешь или нормальная причина найдётся? — Добрый вечер, рад, что хоть у кого-то здесь есть мозг и он осознает, что такое подозрительно. Ранее ни у единого человека вопросов почему-то не возникло. Меня зовут Ким Докча, я работаю здесь воспитателем с сегодняшнего дня, ребенок в переноске мой, а эту я веду домой, потому что ее забыли, а я как раз теперь напротив ее семьи в общаге живу. Могу документы показать, Уриэль позвонить или хотите проведите нас чтобы проверить на честность. — Уриэль....В её духе, ладно. Я Гон Пильду, охранник местный. Проверять ничего не буду, но если завтра кто-то из вас троих не явится, из-под земли достану. Я на этой территории каждый сантиметр чую. — Дядька уселся более открыто и приподнял чепчик, явно угрожая. — Мы можем не появиться, потому что у уродливого аджосси сел телефон, а зарядки нет. А мой оппа так и не пришел. — Вот жеж молодёжь. А если бы этот тебя забрать не решил? По ушам бы твоему брату прописать, чтобы знал. — Теперь он злился. — Мне работы прибавилось бы уйма! — А. Он просто нормальный дед, который не особо горит желанием работать. Понимаемо. — Да и просто плохо не забрать собственного ребенка из сада. Это кем вообще быть надо? Тьху!... Дед ушёл в простой бубнёж возмущений. Мия и Докча переглянулись, поняли, что ни первая ни второй не горят желанием такое слушать и откланялись. За то недолгое время, что Миа работала гидом и отводила Докчу в новый дом, они, к счастью, больше никого не встретили. Здание было действительно таким, каким воспитатель себе и представлял. Дорогим, но не слишком, а так же крайне хорошим и крепким. Точно лучше того дома, где он жил раньше. Как минимум, здесь стены точно не из картона. Осталось только решить, что с Мией делать и куда идти самому. — Эээ, Мия? А тебе дома самой вообще можно оставаться? — В смысле? Конечно можно, я ж не развалю всё. — В смысле, ты можешь сама дотянуться до выключателей света, долезть до раковины, чтобы зубы почистить? Как минимум до замка на дверях? — ... — Кажется, она поняла, что имеет ввиду старший, отчего сильно помрачнела. — ...Нет... Значит мне нужно тебя пустить, чтобы ты помог, да? — Как бы странно это не звучало, но да. А еще потом я проведу краткую лекцию о том, что нельзя пускать рандомных взрослых дядек к себе домой, но тут ситуация вынужденная. — Не нужно, брат и так учил. Пойдёмте, пароль 1863. А ваша квартира, кстати, напротив. И откуда она так хорошо расположение квартир знает? Ладно, неважно. Они проехались по лифту на пятый этаж, потому что могли себе позволить, и вышли к нужной площадке. В коридоре было всего две двери, так что похоже переживать стоит только за конкретных соседей. Ну, зато Докча точно будет знать, что одного ребенка он может забирать и провожать самостоятельно, не напрягая его родных. Введя пароль и оказавшись в квартире, он был приятно удивлён. Было ощущение, что это место обставляли с любовью к деталям и комфорту. Мебель, кажется, даже была сделана на заказ. Сколько ж тут ввалено денег. — Ну что, беги, делай что надо, если нужна будет помощь, я помогу, а потом к себе пойду. Ю Миа молча убежала, давши время посидеть на огромном диване и наконец осознать, насколько Докча устал. Ему очень хотелось лечь, как Бию сейчас, и просто заснуть не просыпаясь. Кое-как выдержав две минуты, наконец появилось дело: Миа не могла дотянуться до раковины. — А как ты обычно наводишь марафет у умывальника, если не достаёшь? — Брат стул с кухни тащит. И я не знаю, что такое марафет. — ...Жесть. — Делать нечего, стул надо брать. — Вот, занимайся. Пока Миа взбиралась на этот несчастный предмет интерьера, Докче несколько раз хотелось ей помочь. Но нет, дети должны быть самостоятельные. Нельзя. Разбалует еще. — Так а марафет это что? — Внешний вид. Мия хорошо управлялась с чисткой зубов, поэтому особо следить за этим не надо было. Проблемы начались потом. Начало было интригующим, от входной двери послышались звуки ввода пароля. О, неужели, нерадивый братец объявился? Но нет. На мужчину это было крайне непохоже. Невероятно красивая, очень уставшая и взъерошенная женщина с белейшими волосами ворвалась в квартиру как раз тогда, когда Докча отставлял стул на законное место, а Мия дотирала лицо полотенцем. — Мия!! Боже, прости, я была очень занята, потому сильно опоздала, и Пильду сказал, что тебя отвел воспитатель! — Всё хорошо, Сольхва-сси, я понимаю. А где брат... — Похоже, девочка до последнего надеялась, что это будет он. — Он сегодня не придет. И завтра тоже. Много дел. — Женщина вздохнула. — Что за воспитатель? У вас прошлая только-только уволилась ведь, да? Хороший человек? — Я устала, поговори с ним сама и реши, я ушла спать. Спокойной ночи, Сольхва-сси, Уродливый аджосси и малютка. — Уродливый аджосси? Малютка?? — Женщина была в замешательстве и повернулась туда, куда смотрела Мия во время прощания. — Я... Господи! Я вас совсем не заметила! Простите пожалуйста! Меня зовут Ли Сольхва, я приглядываю за ней иногда. — Эээ... Нет, вы меня извините, что не обозначился. Меня зовут Ким Докча, я воспитатель Мии, а это Бию — ээ... Моя.. эм… Мне.. — Ох, Уриэль упоминала, простите пожалуйста. Совсем забылась. — Отлично. Значит, она должна была упомянуть, что поселит меня напротив, так что можете не переживать по поводу того, чтобы отводить и забирать Мию. Теперь этим могу заниматься я. — Было бы славно. Джунхёк бесконечно занят, а я хоть и работаю в том же саду, но расписание совершенно другое, поэтому не могу вовремя ее приводить и забирать. — Кем он работает, что так занят и даже сестру забрать не может? Мия все время грустит, что брат не приходит. — Мия? Грустит? Впервые слышу. Ей всегда было максимально всё равно... А он про-геймер, сейчас сезон соревнований, вот и не появляется почти. В остальное время времени больше, и он его проводит почти постоянно с ней. Ага, брат у нее, значит, профессиональный безработный. Так и запишем. Докча в геймерстве ни черта не смыслил, поэтому поверил Сольхве на слово, но все равно посетовать на нерадивого брата ему захотелось. — Соревнования соревнованиями, но не могут же они проходить так, что нельзя сестре и весточки оставить. Вы же явно с ним на контакте, раз он вам её вверяет, мог бы и передать малышке привет. — Джунхёк-а хоть и заботливый брат, но, как говорится, на работе нужно работать, и там он думает только о том, что делает в моменте. Эх, тяжело одному с ребенком возиться, вот и полагается на всех вокруг, хотя очень это не любит. Теперь придётся еще и на вас, спасибо большое. Пойду я отдыхать. Живу, кстати под вашей квартирой двумя этажами ниже, заходите в гости. Спокойной ночи. — Сольхва развернулась и ушла. Мда, даже в ответ никаких жалоб не послушала, а так хотелось высказать хоть что-то, что могло бы этому Джунхёку перепасть на ухо. Ну, теперь только ждать появления хозяина. Стоп, а такого маленького ребенка вообще можно самостоятельно оставлять?? А если понадобится что?? Куда ей идти, не к Сольхве же! — Может.. записку оставить? Да, хорошая идея. Такс, где тут ручка и листочек? Аккуратно обойдя всю гостинную–кухню, Ким Докча ничего не нашел. И как только эти дураки составляют список покупок? Даже он, приобретая только лапшу быстрого приготовления который год, хранит на кухне карандашик и стопку бумажек. Неужто всё бедная Ли Сольхва покупает? Из доступных остались три комнаты. Одна, крайне напоминающая по расположению кладовку, доверия не вызывала, поэтому на нее Ким Докча даже не глянул, комната Мии и ещё одна. —Ну, была ни была.—Открыв дверь, открылся вид на достаточно просторную спальню, в которой по мимо кровати были шкаф, тумба, и стул со столом. Выглядело всё нереально дорого, поэтому, заметив необходимые лист и ручку, Докча поспешил их схватить и ретироваться назад. Записав всё, что нужно, и нагло спиздив зарядку из розетки в гостинной, он оставил записку на том стуле, что ранее подставлял для Мии и ушел. — Ну что, дитята, теперь мы идем к себе. Интересно узнать, как выглядит твой новый дом? — Спящая Бию, очевидно, не ответила. Зайдя в квартиру, мужчина был приятно удивлен: похоже, Уриэль очень постаралась над обстановкой. Планировка зеркальная от квартиры напротив, всё конечно же менее обжитое, но такое же дорогое. Единственным отличием оказалось наличие кроватки и миллиона различных детских приблуд в "Обратной комнате Мии". Задумываться над тем, что стоит бы переодеть ребенка или проверить чистоту постеленного сил не было, поэтому аккуратно переложив ее в кроватку, было принято решение лечь спать. Ни на что не осталось и толики энергии, поэтому "присесть на секунду отдохнуть" превратилось в полноценный сон на диване.