Я ухожу, навсегда.

Лео не сразу понял, в какой момент всё вышло из-под контроля. - Донни, ты вообще меня слушаешь?! - голос сорвался на крик быстрее, чем он успел себя остановить. Мастерская была завалена деталями, экраны мигали тревожными сигналами, а Донни, сгорбившись над консолью, даже не обернулся. - Я работаю, Лео, - устало бросил он. - Если ты не заметил, я пытаюсь починить то, что ТЫ сломал во время своей гениальной миссии. Это было последней каплей. - Я сломал?! - Лео шагнул вперёд, кулаки сжались. - Если бы ты всё делал вовремя, нам бы не пришлось импровизировать! Донни резко обернулся. В его глазах мелькнуло что-то - не злость даже, а боль. - Конечно, - тихо сказал он. - Это же всегда моя вина, да? Но Лео уже не мог остановиться. - Да потому что всё держится на мне! - выпалил он. - Я веду команду, я принимаю решения, я... - А я что? - перебил Донни, и голос его дрогнул. Лео замолчал на секунду, но лишь затем, чтобы продолжить ещё жёстче: - А ты должен делать свою работу, Донни! Без ошибок! Тишина ударила сильнее любого крика. Донни опустил взгляд. Его пальцы сжались на краю стола так, что побелели костяшки. - Понял, - прошептал он. Лео уже хотел сказать что-то ещё - привычно, резко, по делу. Но вдруг заметил, как плечи Донни задрожали. - …Донни? Тот не ответил. - Эй… - Лео шагнул ближе, неуверенно. - Ты чего? И тогда Донни всхлипнул. Это было так неожиданно, что Лео будто выбили почву из-под ног. - Ты… ты серьёзно?.. - растерянно пробормотал он. Донни закрыл лицо рукой, но это не помогло. Слёзы уже текли, и он больше не пытался их сдерживать. - Я стараюсь, Лео… - голос ломался. - Я правда стараюсь… Лео застыл. - Тогда в чём проблема? - почти шёпотом спросил он. - Почему ты... - Потому что ты никогда не выбираешь меня! - резко выдохнул Донни, опуская руку. Эти слова ударили сильнее любого удара. - Что?.. - Ты всегда выбираешь миссию, риск, команду… кого угодно, только не меня! - Донни смотрел прямо на него, и в этом взгляде было столько накопленной боли, что Лео стало не по себе. - Когда что-то идёт не так - виноват я. Когда всё хорошо - ты даже не замечаешь, что я сделал. - Это неправда… - Правда! - сорвался Донни. - Ты даже сейчас не слышишь меня! Лео открыл рот - и закрыл. Он правда не знал, что сказать. - Ты кричишь, что всё держится на тебе, - продолжал Донни уже тише, но каждое слово резало. - А ты хоть раз подумал, каково это - держать всё для тебя? Лео почувствовал, как внутри что-то неприятно сжалось. - Я не… - начал он, но голос предательски сел. - Я не хотел… - Но сделал, - устало сказал Донни. Слёзы всё ещё текли, но теперь он выглядел не сломленным - скорее… опустошённым. - Знаешь, что самое больное? - добавил он тихо. - Не то, что ты кричишь. А то, что для тебя это нормально. Лео не нашёлся, что ответить. Впервые за долгое время он стоял перед братом - и не знал, как всё исправить. И это пугало его больше, чем любой враг. Лео всё ещё стоял на месте, будто надеясь, что если он не двинется, то слова Донни можно будет "отмотать назад". Но Донни не остановился. - Ты правда не понимаешь, да? - голос у него стал тише, но от этого только больнее. - Думаешь, я просто… перегнул? Лео с трудом сглотнул.- - Я… не думал, что это настолько тебя задевает… Донни коротко усмехнулся - без тени веселья. - Конечно не думал. Ты вообще редко думаешь обо мне, если честно. - Это не так! - Лео сделал шаг вперёд. - Донни, я... - Нет, - резко перебил он. - Не надо. Не начинай сейчас оправдываться. Лео замер. Донни отвернулся, провёл ладонью по лицу, будто пытаясь стереть и слёзы, и эмоции разом. - Знаешь, сколько раз это было? - продолжил он уже ровнее, но в голосе сквозила усталость. - Когда ты срываешься на меня. Когда я что-то делаю - и для тебя это "недостаточно". Когда я… просто пытаюсь помочь. Он тихо выдохнул. - Я каждый раз думаю: ладно, он просто на нервах. Он лидер, ему тяжело. Я должен понимать. Лео опустил взгляд. Каждое слово било точно в цель. - Но это не один раз, Лео, - добавил Донни. - Это постоянно. Тишина снова повисла между ними, но теперь она давила. - И знаешь, что самое паршивое? - Донни чуть повернул голову, но не посмотрел на него. - Я всё равно стараюсь. Для тебя. Лео сжал кулаки. - Донни… прости. Я правда... - Поздно, - тихо сказал тот. Это прозвучало не резко. Даже не холодно. Просто… окончательно. Лео резко поднял голову. - Нет, не поздно. Я могу исправить, я... - Исправить? - Донни наконец повернулся, и в его взгляде уже не было слёз. Только усталость и что-то отстранённое. - Ты даже не понимаешь, что именно нужно исправлять. Лео замолчал. И это было хуже всего. Потому что Донни был прав. - Уходи, - вдруг сказал он. - …что? - Уходи из моей мастерской. Лео моргнул. - Донни, давай просто поговорим... - Я сказал, уходи, - голос стал твёрже. - Нет, я не уйду, пока мы... - Выметайся! - сорвался Донни. Это было резко, громко - но уже без истерики. Скорее как последняя граница. Лео вздрогнул. Несколько секунд он стоял, будто надеясь, что Донни передумает. Но тот просто отвернулся обратно к своему столу. - Пожалуйста… - тише добавил он. - Просто уйди. И Лео ушёл. После этого всё стало… другим. Донни не игнорировал его. Это было бы проще. Он отвечал. Всегда. Но коротко. Холодно. - Донни, ты не видел мой катану? - На кухне. - Ты можешь помочь с настройкой коммуникатора? - Нет. - Нам нужно обсудить... - Потом. Никаких взглядов лишних. Никаких попыток продолжить разговор. Никакого "Лео". Только сухие ответы и дистанция, которую нельзя было просто так сократить. И это давило сильнее любого крика. Лео всё больше понимал, что натворил. Как долго это копилось. Как легко он ломал - и как трудно теперь будет собрать обратно. Однажды он задержался у входа в мастерскую дольше обычного. Смотрел, как Донни работает, не поднимая глаз. Хотел сказать что-то. Хоть что-то. Но впервые в жизни не знал - имеет ли право. И, наверное, именно это было самым страшным. Сначала никто не заметил. В логове было тихо - слишком тихо, но после последних дней это даже казалось… нормальным. Донни редко выходил, почти не разговаривал, мог часами сидеть у себя. Поэтому, когда его не увидели утром - никто не удивился. Когда его не было днём - стало странно. А к вечеру в воздухе уже висело что-то тяжёлое. - Он не отвечает, - сказал Майки, сжимая коммуникатор. - Вообще. Лео стоял у входа в мастерскую. Дверь была открыта. И внутри… было пусто. Не просто "Донни ушёл куда-то". А пусто. Часть оборудования исчезла. Инструменты, которые он всегда носил с собой - тоже. Несколько экранов были выключены, провода аккуратно сняты. Не беспорядок. Не спешка. Это выглядело как… решение. Лео медленно прошёл внутрь. Сердце неприятно сжалось. - Нет… - тихо выдохнул он. Он не просто вышел. Он ушёл. - Мы найдём его, - уверенно сказал Лео позже, хотя внутри всё уже начинало рушиться. - Это не… не навсегда. Но даже ему самому эти слова казались пустыми. Где искать того, кто не хочет, чтобы его нашли? Прошёл день. Потом второй. Следы были - но обрывались. Донни слишком хорошо умел скрываться. Он предусмотрел всё. И с каждым часом до Лео всё яснее доходило: это не импульс. Он готовился. А Донни в это время был далеко. Не физически - не так уж далеко от города. Но достаточно, чтобы никто не нашёл. Его новое убежище было спрятано глубоко под заброшенным зданием, замаскировано так, что даже сканеры не давали точного сигнала. Он сидел за столом, окружённый своими устройствами. Тишина здесь была другой. Контролируемой. Без криков. Без ожидания, что сейчас кто-то войдёт и снова скажет, что ты недостаточно хорош. Донни остановился, глядя на экран - но не видел его. В голове снова и снова прокручивались слова. " Всё держится на мне." Он сжал зубы. - Отлично, - тихо пробормотал он. - Пусть держится. Голос звучал ровно. Почти спокойно. Но пальцы дрогнули. Лео не мог сидеть. Это было хуже всего. Не бой. Не враг. А неизвестность. Он обходил районы, искал зацепки, пытался анализировать, думать как Донни… Но каждый раз натыкался на пустоту. - Чёрт… - выдохнул он, опираясь руками о колени после очередного бесполезного поиска. Он поднял взгляд на ночной город. - Где ты… И впервые в его голосе не было злости. Только страх. В логове стало… пусто. Даже когда все были рядом. Рафаэль злился. Майки пытался шутить, но всё чаще замолкал на полуслове. А Лео… Лео просто не находил себе места. Он возвращался в мастерскую Донни снова и снова. Как будто там мог остаться ответ. И однажды заметил. На столе. Маленькую деталь, которую Донни, видимо, не взял. Лео поднял её, сжал в руке. И вдруг понял простую, болезненную вещь: Донни не убежал. Он ушёл. От него. А где-то в своём укрытии Донни наконец позволил себе закрыть глаза. Тишина обволакивала. Но внутри всё равно было слишком громко. И сколько бы он ни убеждал себя, что так лучше… ощущение предательства никуда не исчезало. Вот финальная часть, где Донни оставляет голограмму - получилось эмоционально и тяжело, как настоящий разрыв между братьями. Лео вернулся в логово снова - на этот раз без надежды, но с привычкой искать. Его взгляд скользнул по мастерской Донни, и вдруг… на столе замигала голограмма. Он замер. Знал, что это его. Экран засветился, и появилось лицо Донни. Его глаза, хотя и казалось, были спокойны, словно он заранее принял всё. - Лео… - голос был ровный, но в нём слышалась усталость, накопленная за недели. - Я ухожу. Лео шагнул ближе, как будто мог дотянуться через световой проекционный образ. - Донни… нет… подожди, мы можем… - Нет, - тихо, но твёрдо перебил он. - Это не о миссиях. Не о командах. Не о тебе. Это обо мне. - Ты… ты правда уходишь? - голос Лео дрогнул. - Да, - Донни кивнул, хотя в голограмме это было почти незаметно. - Мне нужно… время, чтобы понять себя. Чтобы быть самим собой без того, что держит меня вечно в тени. Он сделал паузу. Лео ощущал эту паузу всем телом. - Я люблю вас… всех. Но я больше не могу жить так, будто я никогда не выбираюсь, будто меня никто не замечает. - Донни тяжело выдохнул. - Это предательство… но я не могу винить тебя. Я сам позволял этому продолжаться. Голограмма слегка замигала, как будто каждый пиксель дрожал вместе с его эмоциями. - Я ухожу навсегда. Пожалуйста, не ищите меня. - Последние слова были почти шёпотом, но в них была железная решимость. И с этим голографическое лицо Донни исчезло, оставив только пустую мастерскую и тишину, которая давила сильнее любого крика. Лео опустился на колени, держа в руках пустой стол и ту маленькую деталь, которую Донни забыл. В груди всё сжалось: потеря, вина, любовь - всё перемешалось в одном невыносимом комке. Он знал только одно: теперь ничего не будет так, как прежде. И, наверное, никогда не будет.