Рамэн с уткой

Подготовка заняла больше времени, чем секс. Лёжа ночью в кровати Чимин старательно подмахивал в такт толчкам, испытывая лёгкую боль из-за того, что мышцы не разогреты как следует и будто бы спят, не чувствуя в полной мере. Оргазм получился на три из десяти — и из-за усталости, и из-за того, что секса давно не было. Юнги целует в висок и не задаёт вопросов. Еле шевелясь, они плетутся мыться, вместе залезая в душевую кабину. Чимин упирается лбом в плечо Юнги, пока тот массирует его затылок, распределяя шампунь с ароматом кокоса. Неудовлетворённость настигает с новой силой утром. Планируя переждать, пока спадёт эрекция, Чимин тяжело вздыхает. Низ живота стал точкой в организме, которая требует внимания, заглушая все остальные сигналы. Голод, недосып — всё блекнет и меркнет по сравнению с желанием получить разрядку. Мысли вертятся вокруг члена, натянувшего ткань белья. Проснувшийся Юнги зевает и тянет руку под одеяло, игриво пожимая. Чимин поворачивает к нему голову приподняв брови. Они обмениваются взглядами и начинают целоваться. Чимину нравится обнимать ладонями — щёки, и покусывать распухшие губы, постоянно увлажняя. Дыхание Юнги сбивается, он шепчет: «Раздевайся» и идёт за презервативами и смазкой. Солнце светит. Время пить кофе, читать новости, слушать музыку. Чимин зажмуривается, когда палец Юнги плавно проникает внутрь, переворачивается на бок и закидывает ногу поверх бёдер. На этот раз растяжка длится долго и неторопливо, напоминая массаж изнутри, чуткий, сопровождаемый ленивым потиранием сосков и вылизыванием шеи. Самостоятельно насаживаясь уже на четыре пальца, Чимин задевает головкой мягкий живот напротив — это приятно, но этого мало. Правая рука Юнги подрагивает от напряжения, когда он натягивает презерватив. Медленно и глубоко, обнявшись. Сейчас это напоминает плавание в тёплых и ласковых волнах. Поймав общий ритм, они следуют ему, и синхронно ускоряются, раскачивая кровать всё сильнее. Кончив, Юнги не меняет положения, оставаясь и внутри, и сверху. Чимин проводит пальцами по его спине, почёсывая короткими ногтями и наслаждаясь запахом тела, тяжестью, жаром. — Принести тебе воды? — Угу. — Поваляемся ещё? — Да. Хотелось просто трогать, потом — повторить прикосновение к коже губами. Движения становятся всё более осознанные и жадные. Чимин впивается зубами в шею, стискивая ягодицы, и Юнги звонко шлёпает за это. — На живот. Второй раз — грубее и на пределе выносливости. Чимин стонет в голос, напрягая ноги и переставая шевелиться в ожидании когда его накроет. Он весь мокрый от пота, и перегруженное впечатлениями тело с трудом достигает пика, яркого, ошеломляющего. В ушах звенит и силы стремительно покидают. Откатившись в сторону, Чимин сам не замечает, как засыпает. В три часа дня его будит трель домофона. На ногах — обнаруживаются носки. Юнги открывает дверь, шуршит чем-то, и вскоре заглядывает в спальню. — Я заказал рамэн с уткой. Будешь? Чимин показывает ему сердечко.