Углы искажения

Глава 3.

После звонка.

Я еле - еле переживал уроки. Спросите: почему? Во всём вина чебурашки, он всё будто бы и норовился мне испортить весь день своим присутствием. Например, прозвенелзвонок, я спокойно встаю со стула, а он уже тут как тут, поджидает меня, как будто в случае того, если я уйду, не дай бог без него, то у него перекроет кислород, и он мигом откинется. Так подошло время к перемене перед седьмым уроком, физкультурой. Я дождался звонка, и уже накинув грязный пакет для сменки на своё плечо направился к выходу из кабинета. Вдруг, не успел я и повернуться, как услышал сзади: — Одуванчик! Да – да, это был чебурашка. Он весь день меня так называл, и честно говоря, это мне от слова совсем не нравилось. Я устало крикнул ему: — Я Николас. — Помню – помню, одуванчик. С легкой улыбкой выдохнул эти слова он, а я глубоко вздохнул и сказал: — Раз помнишь так и называй по имени! Я тебе что, кот? — А почему именно кот? — Потому, что ты мне как коту даешь кличку. Чебурашка хмыкнул, и пожал плечами. — Ну не знаю, как по мне тебе подходит. — Тебе кажется. Равнодушно сказал я, а затем толкнул плечом в сторону его, что бы выйти из кабинета и направится в переодевалку. Я спокойно иду, а позади меня чебурашка рассказывает, что - то про сегодняшний день. Я даже не стараюсь слушать его, мне плевать на то, как у него прошел день, я думаю о том, как быпоскорее слинять домой, упасть на кровать и спать. Спать, и только спать,проживая сценарии в голове и живя в мирах, где всё идет по моим правилам ижеланиям. Вдруг, меня цепляют слова из его уст: — Надо зайти за Эриком. Я даже уже подзабыл, кто это, но имя помнил хорошо, поэтому решил уточнить: — За кем? — Ну, за правой рукой нашего физрука,тот который в коморке сидел с ним. Я, наконец, вспомнил того, о ком говорит чебурашка. Тот парнишка с ног сшибательный. А я даже забыл про него, но чебурашка то почему его помнит? — А зачем? Аккуратно спросил я, а чебурашка хмыкнув, сказал: — Как “зачем”? Это мой друг из класса. Я понимающе кивнул, и только через секунду до меня доперло. — Погоди, так вы знакомы? - Естественно, мы дружим с восьмого класса! Я уставился на него с удивлением и задумался: при каких обстоятельствах они могли подружиться? Эрик вроде бы нормальным мне показался, не то, что этот. — Может, проспорил? — Что? — Не, забей.Спокойно ответил я, смотря на недоумевающее выражение лица чебурашки.

***

В итоге спустя несколько минут мы подошли к спорт - залу и первое же, что я увидел это как Эрик, прикрывая глаза от ярких лучей солнца из огромных окон помещения кричит, направляясь к двум мальчишкам из четвертого класса:- Не балуйтесь, иначе сейчас к директору пойдете оба! Мальчишки, которые только несколько секунд назад кидались мячами в окна, сразу успокоились, и быстренько пошли в сторону своих одноклассников. Эрик устало вздохнул, а затем я поднял руку и крикнул с легкой усмешкой: — Я как понимаю вы теперь наш новый физрук? Я не нарочно обратился к нему на “вы”. Он лишь с легкой улыбкой сказал: — Не дай боже.Я лишь выдал смешок, а Нил побежал на него и, сжимая в своих медвежьих объятиях, крикнул: — Эрик! — Нил, отпусти меня пожайлуста, задушишь же. Стеснительно – неуверенно сказал Эрик,и чебурашка его мигом отпустил, стыдливо смотря вниз. Я всё поражался с того факта, что два НАСТОЛЬКО разных человека могут дружить. Я даже начал представлять сценку их знакомства: чебурашка сто процентов докопался на улице,или в школе до Эрика, а тот из за своей стеснительности и неуверенности не могего послать. Прямо, как и я. Вот, зазвенел звонок на урок. Мы разошлись с Эриком и чебурашкой: я в строй своего класса, а они в свой.

***

Урок прошел на удивление быстро: вроде только послышался грубый и охрипший голос физрука “На первый второй рассчитались” как уже и звонок прозвенел, означающий, что, наконец, то пора домой. Я пошел в свой класс, а за мной шли Эрик и чебурашка. Они то и дело пытались меня включить в беседу о том, что было бы, если бы начался конец света, а я включался только тогда, когда именно Эрик обращался ко мне. Я намеренно игнорировал чебурашку, так как он ещё успеет меня помучить по дороге домой. Мы незаметно уже дошли до участка старшей школы, и меня вдруг спросил Эрик: — Эй, Ник! Ты сразу домой или у тебя какие - то планы? Ну вот! Снова эти клички! Но хотя бы Ник не так глупо звучит как “одуванчик” и я вспомнил. Эрик моё спасение, ведь в тот момент, когда мы с ним впервые встретились, то мы находились недалеко от той ливнёвки, а значит, он по идее живет, где то рядом со мной, и это даст мне шанс не сойти с ума от трындежа чебурашки. Я подумал: судьба дает мне шанс. — Нет, я свободен. Уверенно сообщил я. Эрик и чебурашка, будто схватив, какой- то коннект воодушевились, и чебурашка сказал: — Так давай погуляем в парке? Там и познакомимся поближе! Твою мать. Только и пришло мне в голову, и я уже начал проклинать себя всячески за свой язык! Сам себя и подставил! Но, что – же уже делать? Правильно: нечего! А значит, придется только согласиться: — Ну, давайте.Чебурашка радостно подпрыгнул на месте, и, схватив меня за руку побежал, потянув меня за собой и крича Эрику: — Догоняй! Эрик, не долго думая побежал за нами вслед, крича: я вас догоню! А мне тогда хотелось только откусить руку чебурашке.

***

В итоге спустя шесть мучительных минут, которые казались вечностью мы добежали до парка, и уже там я, наконец,то со всей силы оттолкнул от себя чебурашку и потер своё запястье. Мы зашли в парк, и чебурашка первый убил минутную тишину: — Что - то сегодня мы с Эриком всё о себе рассказываем, а от тебя ни слова. Эрик поддакнул: — Кстати правильно подметил Нил!Расскажи, что - то и о себе! Вот, правда: последнее чего я хотел бы так это рассказывать о себе, что – либо, особенно при чебурашке! Так, что я просто сказал пряча руки в карманы шорт: — Не о чем рассказывать. Чебурашка прыснул и сказал, закатывая наигранно глаза: — Как это “не о чем”? За шестнадцать лет истории одной даже не набралось? — Ты вообще рот закрой. Сухо перебил его я, а Эрик лишь усмехнулся и сказал: — Ты не обижайся на Нила, он бывает приставучим. Но я не слушал Эрика, а смотрел на выражение лица чебурашки. После моих слов оно изменилось, и видимо это заметил только я. Он улыбался, но в этой улыбке было, что то похожее на… Боль?Мне стало стыдно. Сердце предательски закололось и я не выдержал, и повернувшись к Нилу всё же сказал: — Была у меня сегодня история на перемене: иду я значит в туалет, а там какие то шкеты лет десяти как начали на меня быковать типо “а ну быстро свалил” — А ты что? С нетерпением от концовки сказал Нил, и я ответил легонько улыбнувшись: — А я их главе пригрозил, что в унитаз головой засуну, так они замолчали. Я знал, что эта история глупая, но я не хотел рассказывать, что - то о себе. Эрик и Нил залились смехом, а я удивленно глянул, и Эрик, заметив мой взгляд сказал: — Да это. Мы стояли сегодня с Нилом на перемене и общались, как вдруг ко мне подбежал какой - то пацан лет десяти и начал жаловаться, что его некий “дежурный рыжий мудак” головой в унитаз окунуть хотел! Я аж оторопел: то есть этот личинус пошел на меня стучать, так ещё и перевернул всю ситуацию вверх дном? — Пипец мелкота пошла брехливая. Пробурчал я, а Нил сказал: — Ага, я то отговорил Эрика идти жаловаться директору, вспомнил, что в школе у нас только один одуванчик. Что я, что Эрик посмотрели на Нила, только он в недоумении, а я в злости. — Одуванчик? Переспросил Эрик. — Ага. Как ни в чём не бывало, ответил Нил. — А вот теперь по подробнее: почему я одуванчик? Хмуро сказал я, и скрестил руки, на груди наблюдая внимательно за Нилом. Эрик тоже был не менее меня заинтересован, поэтому Нил, чувствуя давление ответил: — Ну, одуванчики тоже сначала такие желтенькие или рыженькие, выглядят твердыми и имеют крепкие лепестки. — Ии? Протянул я, ожидая дальнейших разъяснений. — Они тоже потом становятся седыми и мягкими. Я обомлел от этих слов, и остановился на месте, а, затем, громко не скрывая одновременно возмущение и злость сказал: — То есть, ты меня назвал щас седым? — Ну да, у тебя уже пробираются седые пряди. С ухмылкой подметил Нил, а Эрик еле сдерживал смех. Я потянулся к своим волосам и начал хаотично искать эту злосчастную седую прядь. Нил рассмеялся, и сказал: — Да ладно тебе! Пошли уже, одуванчик. Он снова взял меня за руку, а я вытащил её и процедил сквозь зубы: — Ещё раз меня схватишь: я тебе руку откушу. Нил сразу спрятал руки, и начал извиняться: — Извини – извини! Эрик похлопал меня по плечу, и с легкой улыбкой сказал: — Ладно вам ссориться, идемте уже погуляем! Я вздохнул, но пошёл за ними в сторону фонтана.

***

Подойдя к фонтану, я не успел даже обернуться, как Нил уже подошел к фонтану, и, опираясь на него, сказал: — Эрик! Есть цент? — Зачем? Удивленно сказал Эрик, а Нил глянул на него как на какого - то недалекого человека, и сказал: — Как зачем? Желание загадать! Я мигом крикнул: — СТОП! Нил обернулся ко мне, а Эрик выронил кошелек, из рук рассыпав мелочь, и начал её хаотично собирать. Я добавил тихо, но твёрже: — Мы не будем засорять бедный фонтан. — А что такого? Ты прикинь, как будут рады уборщики найти чаевые! Радостно, и одновременно гордо сказал Нил, а я глянул сначала на него, потом на Эрика, и сказал угрюмо: —.. Конченные.. Эрик крикнул Нилу: — Пять нашёл! Он кинул монету в сторону Нила, и тот ловко словив её, сжал металл в ладони, а затем кинул в воду. Я просто наблюдал за этим с выражением лица полного шока и презрения.

***

Шли мы с парка постоянно болтая, точнее болтали Нил и Эрик, лишь изредка я встревал в разговор, что бы добавить какую то фразу. В итоге, когда мы прошли место с ливнёвкой Нил вдруг сказал: — Ну что? Время прощаться. Я замер в неожиданности, а потом спросил с какой - то долей надежды: — Уже? — Ага. Ответил Эрик и протянул мне руку на прощание. Я печально вздохнул, и протянул руку в ответ, а затем посмотрел на Нила, и протянул руку первым. Нил несколько секунд неуверенно смотрел, а затем всё же пожал её, и мы разошлись.

***

Придя домой меня, встретила мама. Она, улыбаясь, сказала: — Лисёнок, как твои дела? Снимая обувь, я спокойно ей ответил: - Хорошо. Очень. Она в интересе посмотрела на меня, и спросила: — Что - то хорошее случилось? Я легонько улыбнулся, вспоминая прогулку, и сказал еле слышно, но в тишине комнаты это прозвучало достаточно громко, чтобы можно было услышать: — Да. Очень. Мама понимающе посмотрела, и еле заметно улыбнулась своей редкой, тёплой улыбкой.