Под прицелом любви

Зал для банкетов в деловом центре на набережной сиял огнями. Хрустальные люстры отражались в полированных стенах, дорогие костюмы и вечерние платья создавали иллюзию роскоши и благополучия. Наташа вошла под руку с Даней, чувствуя, как каждый шаг отдается глухим стуком в висках. Она была в темно-бордовом платье в пол, с открытыми плечами и строгим вырезом. Волосы уложены в сложную прическу, на лице - маска холодного спокойствия. Только глаза выдавали напряжение. Банкет был организован новыми партнерами, теми самыми, что пытались провернуть аферу, но были остановлены Нугзаром и Леваном. Теперь здесь собрались крупнейшие игроки рынка - те, кто пережидал бурю, и те, кто надеялся урвать свой кусок. Наташа знала: решение прийти - риск. Но бизнес не терпит слабости. И она пришла. Ломбарди, как верный телохранитель и помощник, не отходил от нее ни на шаг. - Наталья Игоревна, здесь слишком много народу. Может, нам... - Нет, - отрезала она. - Мы остаемся. У меня переговоры через час. Она взяла бокал шампанского с подноса проходящего официанта и сделала глоток. Игристое вино обожгло горло, но не принесло облегчения. В зале играла тихая музыка, люди улыбались, говорили о деньгах, контрактах, перспективах. Никто не знал, что всего несколько недель назад эта женщина стояла с пистолетом у виска собственного мужа. И вдруг она увидела их. У дальней стены, в тени колонны, стояли двое. Леван - безупречный, в темно-синем костюме, с бокалом минеральной воды в руке. И рядом с ним Нугзар. Он был в черном костюме, строгом и элегантном, который сидел на нем непривычно - обычно она видела его в кожаных куртках или темных свитерах. Трость была при нем, но сегодня он опирался на нее с какой-то особой грацией. Повязка на глазу, седина на висках - все это делало его похожим на пирата из старых романов. Опасного, неукротимого, притягательного. Гибадуллин смотрел на нее. Только на нее. Сквозь толпу, сквозь свет, сквозь годы боли и разлуки. Наталья отвела взгляд. Сделала еще глоток шампанского. Рука чуть дрожала. Она пыталась сосредоточиться на разговоре с коллегой из Москвы, обсуждала условия нового контракта, улыбалась, кивала. Но краем глаза видела, как Нугзар отделился от брата и начал пробираться к ней. Медленно, опираясь на трость, но неумолимо. Он подошел, встал рядом. Коллега из Москвы, узнав его, побледнел и быстро ретировался. Даниил тоже сделал шаг назад, давая им пространство. - Наташа, - тихо сказал мужчина. - Мне нужно с тобой поговорить. Она повернулась к нему. В ее глазах кипела ярость, которую она сдерживала неделями. Месяцами. - Нет, - отрезала она. - Не нужно. Ничего не нужно. - Пожалуйста. Всего минуту. - Ты не слышишь? - она повысила голос. - Я сказала - нет! Она выставила руку и со всей силы оттолкнула его в грудь. Нугзар покачнулся, едва удержав равновесие, опираясь на трость. Его лицо не изменилось - только в единственном глазу вспыхнула боль. Не физическая - душевная. - Ненавижу тебя! - прошипела она. В этом было всё: страх, боль, любовь, которую она боялась признать. - Ненавижу за то, что ты сделал с нами! За то, что ты сделал с Максимом! За то, что ты сделал со мной! Убирайся! Он стоял, молча глядя на нее. Не защищался, не оправдывался. Просто смотрел, и в этом взгляде было столько принятия, столько любви, что у нее перехватило дыхание. - Я люблю тебя, - сказал он тихо. - И буду любить. Даже если ты ненавидишь меня. Даже если ты прогонишь меня тысячу раз. Я буду рядом. Всегда. Она открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент грянул взрыв. Мир рухнул. Грохот был таким, что заложило уши. Пол под ногами заходил ходуном. Люди закричали, посыпались осколки стекла, люстры сорвались с потолка и разбились об пол. Темнота смешалась с дымом, запахом гари и крови. Наташу отбросило в сторону. Она упала на колени, прикрывая голову руками. В ушах звенело. Она слышала крики, стоны, новые взрывы - уже где-то рядом. - Наташа! - голос Нугзара пробился сквозь шум. Он был рядом, схватил ее за руку, поднимая. - Наташа, вставай! Надо уходить! Она поднялась, пошатываясь. Вокруг была паника. Люди бежали к выходу, но оттуда тоже слышались выстрелы. - Это Зимин! - крикнул Леван, пробираясь к ним. - Его люди! Они заблокировали выходы! На крышу, быстро! Они двинулись. Леван шел первым, расчищая путь. Нугзар тащил Наташу за собой. Его трость осталась где-то внизу, он хромал, но не отпускал ее руку. Сзади Даня прикрывал их, отстреливаясь. Лестница на крышу была узкой и темной. На каждом пролете они слышали выстрелы, крики, топот. Сердце Наташи колотилось где-то в горле. Она не понимала, что происходит, только чувствовала его руку - теплую, сильную, сжимающую ее ладонь. Они выскочили на крышу. Холодный ветер ударил в лицо. Ночь была звездной, но внизу полыхал пожар. Крыша была плоской, с низким бортиком. Леван огляделся, ища путь к отступлению, но запасной выход был заблокирован. - Засада! - крикнул он, доставая пистолет. - Ложитесь! Новый взрыв потряс здание. На этот раз совсем близко, этажом ниже. Пол под ногами треснул, из щелей повалил дым. Натаоья поскользнулась и упала, ударившись головой о бетон. Перед глазами поплыли круги. Нугзар упал рядом. Она услышала его сдавленный стон и увидела, как он прижимает руку к боку. Там расплывалось темное пятно. - Нугзар! - она бросилась к нему, забыв о страхе, забыв о ненависти. - Ты ранен! Он посмотрел на нее, и в его глазах не было боли. Только спокойствие. - Пустяки. Царапина. - Врешь, - она попыталась прижать его руку к ране, чтобы остановить кровь. - Врешь, как всегда. Леван, отстреливаясь, отступил к ним. - Нам нужно вниз! Другого пути нет! - Не успеем, - прохрипел Нугзар. Он сел, прислонившись к бетонной стене. Небо над ними было черным, звезды казались холодными и равнодушными. - Лева, забирай ее. Уходи. - Нет! - закричала Наташа, вцепившись в его куртку. - Я никуда не пойду без тебя! - Наташа, - он поднял руку и коснулся ее щеки. Пальцы были холодными, но такими родными. - Послушай меня. Ты была лучшей в моей жизни. Лучшей женщиной. Лучшей матерью. Лучшим всем. Спасибо тебе. За каждый день. За каждую минуту. Слезы текли по ее лицу, но она не вытирала их. - Не говори так, - прошептала она. - Не смей прощаться. Мы выберемся. Ты слышишь? Мы выберемся! - Ты сильная, - он улыбнулся слабо, измученно. - Ты справишься. Максиму передай... что я его люблю. Очень. Леван, перезаряжая оружие, бросил взгляд на брата. - Нугзар, не смей... - Заткнись, Лева, - перебил Нугзар, не отрывая взгляда от Наташи. - И ты иди. Живи. Ради племянника. Ради себя. А я... Он не договорил. Внизу, под ними, раздался новый, нарастающий гул. Еще один взрыв. Сразу за ним еще один. Здание задрожало. Нугзар поднял голову, прислушиваясь. Его лицо напряглось. - Лева, внизу пламя. Оно поднимается. Скоро будет новый взрыв - сильнее. Уходите. Немедленно. - Нет, - твердо сказал Леван. - Я не брошу тебя. - Ты должен. Если мы оба погибнет, кто защитит Максима? Кто защитит её? Иди. Это приказ. Леван колебался. Наташа смотрела на мужа - Нугзар... - прошептала она. - Все хорошо, - он снова коснулся ее щеки, стирая слезу большим пальцем. - Все хорошо. Я сделаю так, что ты выживешь. Обещаю. Он услышал новый, нарастающий свист. Пламя поднималось. Еще секунда - и будет поздно. Нугзар, собрав последние силы, оттолкнул Наташу в сторону Левана. - Лева, бери её! Бегом! И прежде чем они успели двинуться, он дополз до нее. Он накрыл ее своим телом. Тяжелым, израненным, живым. Прижал к бетонному полу, закрывая от того, что должно было случиться. - Я люблю тебя, - прошептал он ей на ухо. - До последней секунды. Наташа закричала. Забилась под ним, пытаясь вырваться, но он был неподвижен, как скала. Она чувствовала его сердце. И знала, что через мгновение его может не стать. Внизу грохнуло. Оглушительно. Нестерпимо. Свет померк. Земля ушла из-под ног. И тишина.