Кротовая нора

Интерьер палаты отличается от той, в которую поселили Йегера. За время пребывания в этом месте, он узнал от психолога, что палаты обустроены под особенности психики. Было еще много сложных слов, которые перегруженный мозг Эрена решил не уточнять. — Ты. Ещё один, кого она вытащила из ада. Без рогов и хвоста теперь, да? -Спросил Эрен. — А ты без брони титана. Просто парень с взглядом, который жрёт мир. Аки Хаякава. Ты? Они сели напротив друг – друга, за стол. — Эрен Йегер. Я родился в стенах, мечтал о свободе. Ради этого поступил в развед – корпус, который занимался истреблением и изучением титанов. Мой отец отдал мне силу Атакующего титана. И я стал монстром для всего мира. Моргана избавила меня от чудовищной участи, с которой я уже смирился.    Аки усмехнулся криво. — Свобода - это когда дьяволы не дергают за нити. У меня их было двое. Я платил кровью и годами собственной жизни. А теперь… пусто. Ты потерял то же? Эрен кивнул. — В самом начале я использовал силу титана, чтобы помочь друзьям, товарищам. Я был рад, что полезен. У меня была важная роль. — Странно, да? Теперь мы обычные люди в чужом мире. Лично я рад этому, - Аки не лукавил-  у меня не было детства, не было беззаботной, спокойной жизни. Одна цель: месть. — Моя жизнь подходила к концу. Моргана сказала, что я погибну от руки любимой. Я отказался от ее предложения. Но сама вероятность отыскать важного мне человека где – то, - с надеждой произнес Эрен, отведя взгляд- заставила передумать и пойти за Морганой. — Какой она была? – сухо спросил Хаякава, скосив глаза на собеседника. — Очень сильной! – хохотнул он- Только она могла меня привести в чувства хорошим пинком под зад. И всегда ее голос возвращал меня из забвения. Я мечтал, когда все закончится, признаться в любви. Но этому не суждено было случится. Аки удивило, как это суровое лицо поменялось при упоминании очень важного человека из прошлого. Нечто новое встрепенулось в груди. Аки подумал о серых глазах, пальцах что перебирали его волосы. «Странные чувства» - брови слабо сошлись в хмуром выражении. — Она любила тебя в ответ, Эрен? — Я уверен, - он кивнул- и я рискнул пойти с Морганой, в надежде отыскать Микасу. Она сказала, что душа может переродиться в другом мире и теле. — Это как искать иголку в стоге сена, - подметил Хаякава. — Пока есть шанс – я буду искать, - Эрен сжал челюсти. — И что нам делать в чужом мире? У тебя есть цель, Эрен. А у меня нет. Я не рассчитывал на второй шанс. — Тогда можешь молча сидеть и ждать. Хаякава задумался. Оказывается, он скучал по разговорам, по новым знакомствам от части. Чтобы двигаться дальше необходима цель. Аки рассмеялся тихо, горько, хлопнул Эрена по плечу - жест равных. Тем временем на пятом этаже, в кабинете переговоров, активно велись обсуждения. Присутствовали ученые медицинские работники, астрономы, биологи, специалисты путешествий во времени и приглашенные маги. На повестке дня тема обнаруженного мира, в котором не локальные скопления энергии, а обширное распространение магии по всей поверхности планеты. — Мисс Годдард, вы опытный исследователь других вселенных. Вспомните с чем вы сталкивались ранее. После последнего инцидента вы получили письмо от Архона, в котором было высказано предупреждение, - главный ученый в бюро высказался смело, опасаясь задумки начальницы. — И после этого письма я стала избирательна в мирах, куда намереваюсь отправится. Я объективно понимаю, что набор уникальных даров, коими я владею, не гарантирует полную безопасность. Крайний мир, из которого я вернулась недавно, напомнил о существующих угрозах. Есть существа и люди гораздо сильнее меня. — Для того, чтобы вам отправится вот сюда, - сенсорная большая панель загорелась. Приближенно изображенная модель планеты озарилась нежно – голубым цветом- вам необходимы маги. — Я не стану рисковать жизнями. Разговор о привлечении других людей к моей деятельности закрыт. — Если вы потеряетесь в другом измерении, погибнете, сильно пострадаете – наш мир понесет сильнейшую потерю. Бюро останется без его владельца, исследования приостановятся, открытия прекратятся. Помимо спасения людей, вы также переносили драгоценные минералы, вещества и прочее, - на одном дыхании возмутился другой специалист. — Зачем так рисковать? – задал вопрос один из присутствующих. — Потому что могу, - твердо ответила Моргана, смерив коллег холодным взглядом серых глаз- во благо моей безопасности подумайте над другими вариантами. Как только идеи будут готовы – соберемся снова, - хлопнула ладонью по столу и встала с места- оставлю вас, коллеги. Для пациентов Бюро «Научных исследований», стали организовываться регулярные прогулки на свежем воздухе. При первом выходе на улицу, юноши обомлели. Небо переливалось розовыми и нежно – фиолетовыми тонами, огибая три крупные, красивые планеты. Здесь нет облаков и едкого дыма от производственных строений. Легкие трепетали, вдыхая чистый свежий воздух. Причудливые птицы садились на край фонтана, дабы испить кристально чистой воды. Зеленая трава идеально пострижена, а в цветочных кустах спрятались зверьки похожие на летучих мышей. Из палат пациентов не видно внешнего мира. Создана натуральная иллюзия более привычных пейзажей. После очередной прогулки, Аки Хаякава посетила врач. Они уже виделись раньше, еще когда тело его было обмотано бинтами. — Привет, Аки. Я пришла осмотреть тебя. Она внешне обычная, по меркам тех лиц, что молодой парень уже видел. Длинный халат и бейджик. Короткие коричневые волосы. «Она тоже говорила со мной» - вспомнил пациент и стал стягивать с себя футболку. Аки уже привык раздеваться под надзором врачей. Только вот именно сейчас ему стало неловко, чего он не продемонстрировал. Обыкновенные глаза блестят при его виде, щеки слегка розовеют – он ей нравится. Надела перчатки, осматривает спину. Шрамы постепенно исчезают, благодаря лекарствам и лечебным пластырям. — Мисс Годдард не спрашивала обо мне? – вырвалось само собой. Аки прикусил язык. — Она занята более важным делом. Сейчас планирует свое исследование в другой вселенной. Поворачивайся, - юноша послушался. Посмотрел в лицо врача. Та в миг залилась краской. — Почему она путешествует одна? Нет равных ей по силе? — Да, - опустила глаза, проводит осмотр- куда она хочет отправится очень опасно. Сегодня было собрание. Она не хочет рисковать жизнями и намеренна одна на эту планету отправится, где очень и очень опасно, - проговорилась девушка. — Что с этой планетой не так? — Там одна сплошная энергия, похожая на ее. Очень много магии. И неизвестно чего там больше: врагов или друзей. Очень опасная затея. Надеюсь, наши специалисты придумают как обезопасить Мисс Годдард. Эти новые чувства, которые он не испытывал еще ни к кому из людей, сжались в ужасе. Расцветающая любовь не просит быть замеченной - она живёт где-то на краю взгляда, в паузах, в слишком ровном голосе, в привычке оставаться рядом чуть дольше, чем нужно. Он не называет это чувством даже про себя, будто одно лишнее слово могло бы нарушить хрупкий порядок, в котором ему проще существовать. Все проведенные минуты вместе, он был молчалив рядом. Он будто сам не позволяет себе смотреть на это прямо, потому что понимает: стоит признать хоть мысленно - и всё станет слишком настоящим, слишком личным. После ухода врача, он остался размышлять в тишине. — Еще раз говорю, добровольцы мне на самоубийство не нужны, - рявкнула начальница в лицо коллеге из дружественного бюро. Видео звонок очень детально передает 3Д модель в полный рост. Мужчина азиатской внешности поправил очки на своем лице. — Рассмотрите другую планету. Почему именно эта? Другую вселенную, в конце концов. — Тц, - цокнула языком, упрямо нахмурившись- Потому что я любопытная. Мне интересно изучать, анализировать. К тому же, таких планет во вселенных я еще не встречала. Научный интерес уж должен быть вам знаком. — Вы упрямы, как ваш отец, - серые глаза закатились- тогда вы думали о том, кому завещаете Бюро на случай вашей кончины или невозможности вернуться? — Думала. Бюро перейдет под ваше руководство с минимальным процентом денежных средств. Большая часть денег будет выплачена, как моральная компенсация для моих сотрудников и пациентов. — Кхм. Я вас услышал. Я прибуду в столицу завтра. Договоримся о встрече, все обсудим. Окольцованные пальцы устало заправили каскад длинных волос назад. После окончания связи в дверь скромно постучали. «Клянусь, если меня кто – то еще пришел отговаривать – врежу по лицу» - нервно прикусила нижнюю губу и разрешила войти. Она не ожидала увидеть одного из пациентов. Моргана держится с той редкой, почти холодной собранностью, в которой есть больше силы, чем в открытой демонстрации власти. В ее лице читается недовольство. Уголки губ слегка опущены. Её одежда не кричит и не провоцирует напрямую - она лишь тонко намекает. В необычном крое, в продуманной открытости, в едва ощутимой игре форм есть что-то слегка эротичное, но не откровенное: скорее намёк, чем вызов, скорее интрига, чем демонстрация. Всё в ней будто выстроено на грани: достаточно закрыто, чтобы остаться недосягаемой, и достаточно выразительно, чтобы взгляд неизбежно задерживался. — Почему не завязываешь хвостик на затылке? – средней длины волосы Аки обрамляют его симпатичное лицо. — Моргана, я слышал, что ты собираешься ввязаться во что – то опасное. Девушка ответила едкой ухмылкой. Юноша уверенно, но при этом расслаблено зашагал в сторону стола, на который начальница облокотилась бедрами. Хоть лицо его и стало излучать больше жизни, усталость во взгляде никуда не делась. Внешне он строг осанкой, безучастен лицом. Он стал близко, не нарушая личных границ. Слегка опустил подбородок. Они практически одного роста. Если добавить шесть сантиметров Моргане – она сможет прямо смотреть в его глаза, а не с томной загадочностью исподлобья. — Ты ничего не скажешь? – напряженно уточняет юноша. — Пациентам данная информация не разглашается. Ты и так не должен был знать того, о чем говоришь. Даже в неподвижности в ней было что-то, что выводило Аки из равновесия. Он смотрел напротив - слишком спокойно снаружи, слишком тяжело внутри. Прятал всё, что поднималось в груди, как прячут запрещённое письмо: глубже, тише, надёжнее. Но чем дольше длилось это молчание, тем труднее становилось удерживать себя в привычных границах. Её присутствие будоражило его не громко, а мучительно, почти исподволь. В этом было нечто опасное: не вспышка, а медленное, неотвратимое притяжение, от которого не спасали ни воля, ни привычка к самообладанию. Он чувствовал, как желание перестаёт быть просто мыслью и становится телесным, живым, требовательным, но всё ещё безымянным, потому что назвать его означало бы окончательно утратить контроль. И всё же больше всего его изнуряло не это. Не жар в крови, не напряжение в пальцах, не мысль о внезапной близости. Его ломало то, что в каждом её движении ему чудилась возможность коснуться, задержать, остаться рядом дольше дозволенного, словно сам воздух между ними уже был слишком тонок, чтобы выдержать этот голод. — Я готов идти за тобой на край света как пес. Удивиться Моргана не успела. Ладонь легла на ее щеку и большим пальцем Хаякава провел по слегка влажной нижней губе. Синие глаза со стальным оттенком мерцают мягкостью, пока он не сводит их с сочных губ под своим пальцем. — Подожди, -сбивчиво попросила Моргана. Он впился тем самым взглядом в ее серые, ничего не понимающие, глаза- ты был совсем один в четырех стенах. То, что ты принял за влюбленность – иллюзия. Твои чувства сформировались потому что я была единственной, кто к тебе относился с добром. — Я уже это понял. Морган, ты думала я не заметил, как ты привязала меня к себе. Теперь я ничего с этим поделать не могу. Я хочу пойти с тобой, - ровным тоном произнес он, полный уверенности в сказанном. — Зачем ты трогаешь меня? — Потерял контроль. Признался Хаякава в своей слабости. Он собирался убрать руку от женского лица. Тогда в глазах Мисс Годдард блеснуло что – то хитрое, игривое. Она зажала большой палец зубами. Слегка прикусила. Во взгляде вызов, а вместе с тем протест – я не отдамся тебе. Мелкая дрожь пробила тело юноши, поднимая из недр самое настоящее возбуждение. Лицо перестало быть сдержанным и его неровное дыхание вырвалось из груди. — Зачем? – с упреком спросил Аки. Взгляд его сделался строгим. Тогда красавица погрузила его палец глубже в свой рот. Рукой обхватила запястье, чтобы удержать руку на месте. Влажный язык ласкает палец Хаякавы, а он меняется в лице. Взгляд его стал томным от возбуждения. Моргана давно не была с противоположным полом и иногда ей хочется отдаться страсти, заняться животным сексом где угодно. Тем не менее, ее положение выше этого. Она не может себе позволить лечь с тем, кого спасла. С пациентом, в конце концов. Выражение лица Аки теперь более развратное, после того, как девушка медленно вынула его большой палец изо рта, протянув тонкую нить слюны. Не любовь, не страсть – в ней интерес к тому, как он выглядит наедине с ней, к тому каков он в постели и как сильно его желание. «А потом что? Так нельзя» - приведя дыхание в норму, Моргана развернулась чтобы обойти стол. — Ты останешься здесь. Потому что я так решила, - к ней вернулась прежняя строгость- твоя преданность льстит мне и радует. Тем не менее, чувств твоих я не разделяю. Аки убедился в том, что он обрел новую цель – отдать всего себя стерве. Кровь в жилах закипела от того, как она поиграла с ним. Обвела вокруг пальца не только язык, но и его самого. Подогрела страсть и интерес. Вот только чувства его, кажется, настоящие. Ему мало что может причинить боль, тем более душевную. На его лицо поползла кривая ухмылка. — Я больше не прикоснусь. Пока сама не попросишь, - ровным тоном, без колебаний, сказал Аки напоследок. Все дела улажены. Последняя ночь перед тем, как пойти на риск – очутиться во вселенной полной опасностей. Нечто внутри билось в панике, трепетало в ужасе. Периодически сердцебиение учащалось. Моргана правда боялась, как никогда. «Предчувствие?» - подумалось ей, глядя на ночное небо через призму окна. Нежный небесный свет ночи огибает ее спортивные формы тела и ложиться на спрятанные тканью пижамы. Майка и короткие шорты. Ей захотелось выйти из здания. Мисс Годдард владеет большим состоянием и могла бы жить в любом доме, что пожелает. Ее работа смысл жизни, а личной жизни нет, да и друзей тоже. Поэтому она выбрала жить в Бюро. Босыми ногами топает по гладкой каменной тропинке. Ночные жители – маленькие звери разбегаются. Стрекочут насекомые. Начальница остановилась у фонтана. Присела на край. В воде она видит железную леди, которую не смогли переубедить великие умы организации. «Не прислушаться к вам – глупость» - вспомнила свои же слова, сказанные сотруднику. Ирония скользнула по нежному лицу. — Не спится? Обернулась на знакомый голос. Хаякава подошел ближе, присел рядом. Он выглядит с каждым днем все лучше. Лицо потихоньку оживает. — Вас теперь по ночам выпускают? – перевела тему. — Меня да. Эрена нет. Опасаются, что вычудить может что – нибудь. — Понятно, - ответила, когда перестала смеяться- вы оба быстро идете на поправку. Это хорошо. — Тебе не страшно? — Нет, - соврала Моргана. Она подняла глаза и обнаружила, что взгляд Аки направлен в другую сторону. Ей показалось, что ему после ситуации в кабинете стало безразлично. Мерзкое чувство назойливо скребет в груди. Она хочет получить эмоции. Тогда ей стало скучно от предсказуемости Хаякавы, да и положение отрезвило. Нельзя позволять себе идти на поводу у желаний. Всё выглядит почти безобидно: слишком долгий взгляд, задержка дыхания на его словах, странное внимание к тому, как он сидит, как молчит, как сдерживает себя даже в тех моментах, когда ему, кажется, хочется быть резче. Она начинает ловить себя на том, что замечает его слишком остро: линию плеч, тишину в его взгляде, то, как он будто держит себя в руках с усилием, достойным почти восхищения. И именно это сдержанное напряжение делает её желание сильнее. «Да что такое. Эти все чувства ложны. Мне просто хочется физической близости. Дело не конкретно в Аки» - она прислонила ладонь тыльной стороной ко лбу. Тихо втянула прохладный воздух через нос. Укуталась в тонкий, полу прозрачный халат, встала на ноги. — Доброй ночи, - попрощалась девушка. Спокойствие нарушено резким движением – юноша несильно дернул Годдард за руку, чтобы следом специально посадить на свои разведенные ноги. Его руки оказались довольно крепкими. В его движении было что-то почти неосознанное, как у человека, который слишком долго сдерживал себя и вдруг перестал искать оправдания. Он притянул Моргану ближе не силой, а тем особым, тихим решением, в котором уже невозможно было различить осторожность и желание. Когда она оказалась у него на коленях, воздух между ними словно сгустился, сделав каждый вдох короче и горячее. Он держал её так, будто боялся не прикосновения, а того, что ещё миг - и само самообладание окончательно распадётся. В его напряжённой неподвижности было больше страсти, чем в любом поспешном жесте: слишком сосредоточенный взгляд, сжатые пальцы на бедрах, тяжесть молчания, в котором уже не оставалось места для прежней сдержанности. Моргана чувствовала это почти физически - как долго скрываемое чувство, наконец получившее форму и ставшее опасно близким. — Ты можешь не вернуться. — Да, Аки, - судорожно ответила девушка. Он поднял глаза. В них читается почти мольба. — Я хочу узнать какого это быть с тобой. Я сделаю как ты захочешь. Сделаю вид, что ничего не было между нами. Что угодно. Юноша с отчаянием прильнул к хрупкой шее губами. Покрыл множеством поцелуев. Руки пробрались под тонкий халат и майку. Пальцы сжались на тонкой талии. Ее тело отозвалось вспыхнувшим желанием, пробрала дрожь. Напряжение внизу живота стало расти. Такой тихий, скромный Аки сейчас предстал совершенно другим. Он утратил контроль над новыми чувствами. Моргана не смогла сдержать пошлого стона, когда пальцы юноши проникли под шорты, чтобы сжать ягодицу. Запах ее тела, тихие вздохи и стон желания напрочь выбили здравый рассудок из его головы. — Я пришла за Химено. Было уже поздно. Потом я вернулась, потому что вспыхнула еще одна энергия. Так я нашла тебя. Моргана выбрала неудачный момент для посвящения в детали. Расчет на то, чтобы у Аки отбило всякое желание на близость. Руки перестали блуждать. Он отклонился от теплого тела. Голова опущена. — Я могла обратить время назад, могла остановить время. Однако не сделала этого. Позволила ей умереть, чтобы не нарушить порядок мира. Это не первый раз, когда я распоряжалась жизнями. Хаякава понял, что о Химено она узнала из его воспоминаний. Что они были ближе, чем кто - либо из организации. Он вспомнил о ней и о ее жертве. В размеренном дыхании затаилась угроза. Моргана почувствовала напряжение и выдохнула с облегчением. Рука ухватилась за волосы на ее затылке, вторая бесцеремонно скользнула в шорты. Сжимая копну у самих корней, Аки посмотрел в лицо искаженное болью. Серые глаза вспыхнули слабым испугом. Пальцы уверенно настигли промежность. Его лицо не проницаемо. — Что еще ты видела? – с угрозой спросил Аки. Зажал клитор между пальцами. Прикусив нижнюю губу, Моргана стала понимать – он не отпустит ее. А если их заметят – будет нехорошо. Сложила руки в определенном жесте и развела пальцами в разные стороны, сложив их в символы. Их накрыл многоугольный зеркальный купол. Снаружи его не видно, а внутри сплошные отражения. По лицу Хаякавы скользнуло удивление вместе с восхищением. Он понял задачу этой магии, но не понял, как Моргана сделала это. — Вы напились однажды. Пришли в ее квартиру, - хитро сверкнула глазами- ты страстно набросился на нее, сорвал одежду, засунул… Ай! Дернул с такой силы, чтобы было неприятно, а не больно. Женская рука машинально ухватилась за его – запутанную в затылке волос. — Зачем ты лжешь мне в глаза? – разочарованно бегает по ее лицу глазами в поисках ответа. Пальцы стали проворнее массировать клитор. Грудь Морганы стала вздыматься чаще, а с приоткрытых губ испустился протяжной стон. Она нахмурилась и тут же поджала их. Юноша рывком придвинул к себе девушку вплотную. Сократил расстояние до минимума. Его щеку обожгла сочная пощечина. Остался след. —Аки, остановись, пожалуйста! Как ты можешь? После всего, что я рассказала тебе? Да ты и меня – то не знаешь. Вдруг у меня есть парень, муж? А? Придурок. Ему удалось вывести Моргану на эмоции и увидеть ее настоящую. Вот только его забавляет причудливое поведение. Она встала с его колен, он поднялся тоже. — Мне все равно. Твое тело говорит обратное, - он обошел ее со спины. Мягко снял халат с женских плеч. Подцепил пальцами шорты и спустил до колен- не сопротивляешься. Я же сказал, что сделаю как ты скажешь. Пальцы скользнули по промежности, а затем один вошел внутрь. Свободной рукой Аки придержал девушку за грудь. Моргана жалобно проскулила, закусив нижнюю губу. Юноша еще не видел, как сильно покраснело ее милое личико. —Морган, разве не твои я стоны слышал в кабинете, после того как ушел? Судя по тому, какая ты мокрая, ты еще до моих поцелуев возбудилась. Он не дал шанса на ответ. Ввел второй палец. Движения внутри ритмичные, до ужаса приятные. Аки зашелся в краске от смущения, когда она откинула голову на его плечо. Все еще сдерживает стоны. — Аки, - сладко произнесла имя, не вынося интимной пытки. — М? — Я хочу тебя. Пожалуйста. Ее просьба избавила от оков того, кто уже потерял над собой контроль, однако держался пальцами за волосок отчаянно. Он не собирает волосы в пучок потому что Моргана сказала, что распущенные ему идут больше. Он не перестает трогать ее в интимных местах, потому что она показывает, как ей приятно. Его желание нарастает, возвышается огромной лавиной напряжения. Аки знает, что его чувства безответны. Ему пока достаточно того, что он симпатичен ей и возбуждает ее. Он не переставал осыпать ее тело поцелуями. Одежда обоих осталась на идеально ровном газоне, обрамляющий фонтан. Моргана уже добровольно села на него сверху. И прежде, чем разделить запретный плод на двоих, они встретились глазами. Горячими ладонями Аки обхватил красивое личико с милым курносым носиком и робко поцеловал ее в губы. Именно Моргану он желал все это время. Поцеловать ее, трогать ее. Она ответила. Аки углубил поцелуй жадно, требовательно и вместе с этим, помог опуститься на его пульсирующий член. Каждое его движение, каждый поцелуй и тактильные ласки направлены на ее удовольствие. Моргана перестала сомневаться, жалеть о том, что происходит. Аки вернул ей жаркие и приятные ощущения близости. Она и вовсе потребовала нагнуть ее над этим чертовым фонтаном, чтобы в полной мере ощутить его внутри. Движения тазом стали свободными. Аки изголодался по вкусу жизни, по удовольствиям жизни. Лишь однажды у него был секс и, действительно, с Химено. Только не так, как это извратила Моргана.