Я открываюсь под конец...

Блэк-хаус. 2 мая 2003 года На площади Гриммо на старинном комоде в доме стояли часы. Их стрелки в виде молний показывали без четверти полночь. Это был подарок Невилла Лонгботтома. Такая странная напоминалка о прошлом, о шраме, который сейчас было и не разглядеть на лбу Гарри Поттера. Мерное тиканье эхом отдавалось в пустом доме. Гарри сидел в кресле возле камина. Вертя в руках золотой снитч. Сегодня был тот самый день. Прошло пять лет с тех пор, как он пошел на смерть в Запретный лес с Воскрешающим камнем в руке. Пять лет с тех пор, как он бросил его там же, в лесу. Осколок древней магии остался лежать где-то под корнями деревьев. А снитч, когда-то хранивший этот камень, он оставил себе на память. Теперь он был пуст, как и Блэк-Хаус, где Гарри жил совсем один. Гарри никогда не жалел, что не сошелся с Джинни. Их послевоенный роман был похож на попытку восстановить прежнюю жизнь, которая безвозвратно исчезла. Они оба это поняли довольно быстро. Особенно Гарри, просыпаясь по ночам от кошмаров, которыми не мог и не хотел делиться. Стук в дверь раздался как раз, когда часы начали отбивать полночь. Решительный, уверенный. Палочка скользнула в руку инстинктивно. Пять лет работы аврором не проходят даром. — Кто там? — спросил он, подходя к двери. — Это я, Джордж. Гарри застыл, не веря своим ушам. За пять лет Джордж Уизли ни разу не был у него дома. Они виделись изредка в Норе, когда Гарри затаскивала туда Гермиона по просьбе Молли. Джордж, стоявший на пороге, выглядел как бледная тень прежнего себя. Худое лицо с заострившимися скулами. Волосы, все еще рыжие, но словно выцветшие. Отсутствующее ухо неизменное напоминание о первой потере. Но глаза были хуже всего. Пустые глаза человека, потерявшего половину души. — Можно войти? — проговорил Джордж. — Конечно, — сказал Гарри, отступая в сторону, пытаясь скрыть удивление. — Что-то случилось? Джордж прошел в гостиную. Его взгляд прилип к снитчу, всё еще зажатому в руке Гарри. — Любопытно, — голос Джорджа звучал ровно, почти безжизненно, — у нас обоих сегодня бессонница, и мы оба думаем о прошлом. — Хоть и прошло пять лет, но легче не становится, — с печалью в голосе отозвался Гарри. Прошло пять лет со дня, когда они победили. Пять лет этот день полон и радости, и скорби. Все официальные церемонии прошли днём, а настоящее горе всегда приходит ночью. – Я хотел попросить тебя об одолжении, Гарри, – Джордж не садился, и Гарри тоже остался стоять. – Всё, что угодно, – кивнул он. – Дай мне на исследование снитч, который ты держишь в руке. Гарри инстинктивно сжал пальцы и посмотрел Джорджу прямо в глаза. – Зачем он тебе? – уточнил Гарри, хотя сам чувствовал, что знает, каким будет ответ. Джордж взгляда не отвел и сообщил: – Мне нужен Воскрешающий камень. Без снитча его не найти. Я уверен, что Дамблдор как-то их связал. Первый должен помочь найти второй. Это были опасные слова. Ничего хорошего от них Гарри не ждал. – Джордж, – очень осторожно начал Гарри сделал небольшой шаг к нему, – ты же не собираешься воскрешать Фреда? Помнишь сказку о «Трех братьях»? Там Воскрешающий камень не принёс счастья среднему брату. Та девушка, которую он вернул. Она страдала, вернувшись в мир живых из мира смертных, была печальна и холодна. И всё закончилось плохо: парень сошел с ума… – Я помню, Гарри, – прервал его Джордж. – Я не собираюсь возвращать брата. Я просто хочу... Хочу еще раз увидеть его, сказать ему, как он был мне дорог. Джордж резко отвернулся, его голос сорвался. – Пойми меня, пожалуйста, Гарри, – тихо добавил он. – Мы всегда были вместе, но никогда не говорили об этом. Мы даже не успели попрощаться. Гарри его понимал. Он шел на смерть, не сказав никому об этом, поэтому ни с кем не попрощавшись. Но там, в лесу, камень помог ему. Он увидел тени своих родителей, Сириуса и Ремуса перед тем, как встретиться с Воландемортом. Гарри помнил, как важно ему было услышать последнее «мы тебя любим». Гарри протянул вперед руку с зажатым в нём снитчем. – Хорошо, – сказал он, не разжимая пальцы, когда Джордж коснулся руки. – Ты сможешь его исследовать при одном условии. Мы сделаем это вместе. Отдел Тайн, лаборатория №9. Три дня спустя Никто даже и представить не мог, какой отличный невыразимец выйдет из Джорджа. После победы он попытался заниматься магазином, но не смог даже находиться там, где все ему напоминало о Фреде. Тогда он поставил управлять «Вредилками» Джинни и Дина Томаса, за которого она быстро вышла замуж после разрыва с Гарри, а сам принял приглашение о работе в Отделе тайн. И вот сейчас Поттер наблюдал, как Джордж очень точно и аккуратно наносит капли особого зелья на поверхность снитча, помещенного в магический контур из серебряных рун на своём рабочем месте. – Опять ничего, – уже в который раз за утро констатировал Джордж после того, как со снитчем ничего не произошло. Уизли отложил фиал с зельем в сторону и потер глаза. Уже три дня они с Гарри проводили различные исследования, испробовав десятки зелий, тестов и заклинаний. Всё было безрезультатно. Гарри уже успел осмотреться в кабинете невыразимца Уизли. Аккуратные ряды фиалов и колб. Инструменты и артефакты, неизвестного ему назначения. Журнал записей, который Джордж педантично заполнял после каждого теста. Ни следа от того творческого хаоса, который когда-то окружал близнецов Уизли. – Я могу тебя спросить? – Гарри задал вопрос, который давно его интересовал. – Спрашивай, – сказал Джордж, не отвлекаясь от занесения результатов последнего эксперимента в журнал. – Почему ты работаешь здесь? Почему не в магазине? Джордж отложил перо и посмотрел на свои руки. Сейчас его пальцы были покрыты мелкими порезами и ожогами от научных исследований, а не от экспериментов с шуточным товаром. – Когда Фреда не стало, я, Гарри, даже вздохнуть не мог. А магазин.… Ведь всё, что мы делали, мы делали вместе. Продолжать без брата не имело смысла. – Но я слышал, что «Вредилки» процветают. – Процветают, – согласился Джордж. – Потому, что Джинни и Дин не видят призрак Фреда за каждым прилавком и могут там работать. Мы столько всего придумали, что хватит надолго. А мне спокойно здесь. По крайней мере, я почти никого не вижу, и каждый встречный не пристаёт ко мне с расспросами «как я без него»… Гарри замолчал, не зная, что на такое ответить, а Джордж вернулся к снитчу. У него в руках был очередной артефакт. – Что же ты сделал, Дамблдор, как ты их связал… – пробормотал Уизли. – Можно я кое-что скажу? – спросил Гарри. – Это раньше был обычный снитч. Хранилищем для камня его сделал директор. Он же поместил на него надпись «Я открываюсь под конец». Я даже не знал что там внутри, потому, что снитч открылся, когда я сказал, что скоро умру. Он замолчал, а Уизли вскинулся, по нему было видно, что его осенила догадка. – Так речь о намерении! – пробормотал Джордж. – Попробуем так...? Он положил снитч на ладонь и сказал, глядя на него: – Я хочу найти Воскрешающий камень, чтобы завершить то, что осталось незаконченным. Я в самом конце поисков! Его голос стал звучать глубже, увереннее. Мгновение ничего не происходило, а затем крылышки снитча едва заметно дрогнули. Оба исследователя замерли, стараясь даже не дышать. Спустя секунд пять снитч раскрылся, как и раньше, когда Гарри достал из него в лесу Воскрешающий камень. На его внутренней поверхности проступила микроскопическая карта. – Это Запретный лес, – сказал Гарри, наклоняясь ближе к большому увеличительному стеклу, через которое они с Джорджем исследовали найденное. – А вот и место, где я выкинул камень. Поттер указал на крошечную светящуюся точку, пульсирующую на миниатюрном изображении. – Ты был прав, – прошептал Гарри. – Дамблдор... – Он был великий волшебник, и большой хитрец, – на лице Джорджа появилась победная улыбка, собравшая вокруг глаз тонкие морщинки. – Он оставил внутри карту, чтобы Воскрешающий камень можно было найти, – кивнул Гарри. Запретный лес. Два дня спустя Гарри и Джордж стояли на опушке Запретного леса. Они пришли сюда, когда стало темнеть. Не хотелось, чтобы их кто-то заметил. Вечерний воздух начала мая был пропитан ароматами молодой листвы, а сам лес выглядел черной громадиной на фоне звездного неба. – Ты готов? – спросил Гарри, крепче сжимая палочку. Джордж кивнул, доставая снитч. Крылатый шарик в его руке начал светиться мягким, золотистым светом, когда они сделали первый по тропинке от опушки к чаще. Джордж взмахнул рукой, отпуская снитч в свободный полёт. Тот быстро-быстро замахал крылышками и полетел, но не в небо, а вперед вдоль тропинки. Следуя за снитчем, Гарри и Джордж молча шли вперёд. Крылатый шарик светился тем ярче, чем дальше они удалялись от опушки. – Здесь, – вдруг сказал Джордж, останавливаясь на маленькой полянке. – Снитч, смотри! Золотой шарик завис на месте. Излучаемый им свет ярко пульсировал. Видимо, Воскрешающий камень лежал где-то здесь. Джордж опустился на колени и начал осторожно разгребать опавшие листья и влажный мох. Гарри смотрел на происходящее, затаив дыхание. Прошло так много времени. Он, если честно, слабо помнил, что тогда происходило. Не до этого ему было, он ведь шел умирать. В памяти запечатлелось только, как камень выскользнул из его пальцев перед тем, как он встретился с Воландемортом лицом к лицу. – Я нашёл! Вот он, – голос Джорджа дрогнул. На его ладони лежал небольшой черный камень с вырезанными на нём равносторонним треугольником, разделенным пополам вертикальной линией и кругом внутри. Камень треснул посередине. Это действительно был Воскрешающий камень. Один из Даров Смерти. Джордж встал, не сводя восхищенного взгляда глаз с камня. – Ты не передумал? Уверен, что хочешь это сделать? – тихо спросил Гарри. – Я абсолютно уверен в этом, – ответил Уизли, на лице которого застыло сложное выражение из смеси надежды, боли и решимости. – Я должен быть в это время один, – сказал Джордж. Гарри согласился. Свидетели такому разговору действительно не нужны. – Я буду ждать тебя у себя дома, когда ты закончишь, – сказал он. Джордж с благодарностью кивнул, сжал камень в кулаке и аппарировал. Служебная квартира Джорджа Уизли Джордж стоял посреди своей небольшой квартирки, держа Воскрешающий камень на раскрытой ладони. Камень был таким холодным на ощупь, что можно было представить, что сама смерть застыла в нем. Маг очень сильно волновался и боялся и того, что камень не сработает, и того, если всё получится. Пять лет. Пять долгих лет он носил в себе пустоту. Жил с половиной души. И вот теперь у него появился шанс увидеть, поговорить, всё сказать… – Повернуть три раза, – прошептал Джордж, вспоминая то, что было написано в сказке и то, что говорил ему Гарри. Раз поворот. Два поворот. Три поворот. Ничего не произошло. В комнате исчезли все звуки, стало так тихо, что у Джорджа зазвенело в ушах, а горло сдавило спазмом. – Пожалуйста, – прошептал он. – Пожалуйста, Фред... И тут это случилось. Воздух зашевелился. Подул легкий ветерок, словно стремясь что-то создать. Откуда-то хлынул холодный, неземной свет, формируя очертания фигуры. Появился Фред. Его силуэт был полупрозрачным, словно сотканным из лунного света, но, в то же время, четким. На нем была та же одежда, в которую он был одет, когда погиб: джинсы и свитер с большой буквой «F». Фред улыбался. – Совсем заждался тебя, братишка. Почему ты так долго? – спросил он тем же голосом, который Джордж постоянно слышал во сне. – Я уже решил, что ты никогда не догадаешься обратиться к Гарри. А Джордж совсем не мог говорить. Он просто стоял и смотрел, боясь даже моргнуть, что бы брат исчез. Это ведь мог быть всего лишь ещё один сон. И он проснется утром в пустой постели, с мокрой от слез подушкой. – Фред? Это действительно ты? – хриплым голосом, наконец, он выдавил из себя. А Фред рассмеялся тем же пронзительным, заразительным смехом, от которого всегда становилось легче дышать. – Самый настоящий, как чешуя у дракона, только несколько прозрачнее и гораздо менее осязаем. Джордж шагнул вперед, протягивая к брату руку, но Фред покачал головой. – Объятий, увы, не выйдет. Разные планы существования. – Я так по тебе скучаю, – голос Джорджа дрогнул, и он больше не мог сдерживать слезы. – Пять лет, Фред. Пять проклятых лет без тебя. Улыбка Фреда стала печальней. – Я все знаю. Я видел, как ты меня хоронил. Я видел, как ты передал магазин Джинни. Видел, как ты заперся в Отделе тайн, словно в склепе. – Я просто больше не мог, - начал Джордж, но Фред перебил его. – Конечно, я понимаю. Я бы тоже не смог. Мы же всегда были единым целым, верно, братишка? Джордж кивнул, не в силах говорить. – Я должен серьезно поговорить с тобой, брат, – сказал Фред, глядя на Джорджа. – Что ты делаешь? Разве я умер для того, чтобы ты похоронил себя заживо? – Нет, но… Без тебя все так неправильно. – Понимаю. Но ты должен постараться найти для себя новую правильность. Я всегда буду частью тебя, но ты должен быть целым сам по себе. – Я всегда был одним из близнецов Уизли. Я не знаю, как быть одному, – покачал головой Джордж. – Создай нового себя! Пусть обновленный Джордж Уизли станет твоим главным изобретением! Гениальным изобретением, как и все, что мы творили с тобой вместе, - в глазах Фреда горел озорной огонёк. Джордж искренне рассмеялся, наверное, впервые за пять лет. – Ты невозможен, – сказал он. – Даже после смерти ты продолжаешь шутить. – А ты думаешь, здесь у нас все такие серьезные? – Фред закатил глаза. – Ты бы видел, что здесь творят волшебники, тот же Дамблдор.… И они стали говорить обо всём. О магазине, об исследованиях Джорджа, об их большой семье. Фред рассказывал истории о жизни за гранью. Джордж делился забавными байками из будней Отдела тайн. Они говорили и говорили. И с каждым словом пропасть между прошлым и настоящим становилась все меньше. За окном стало светать. – Мое время истекает, – сказал Фред с легкой улыбкой. – Как? Уже? Нет! – воскликнул Джордж. – Еще так рано... – Мне пора. – Всё равно жизнь без тебя пуста. – Наполни ее работой, счастьем, любовью! И, главное, не спеши туда, где я сейчас. Я всегда буду ждать тебя здесь, но ты должен прожить жизнь за нас обоих. И пусть Смерть еще погоняется за тобой, когда у тебя будут и внуки, и правнуки. – Я люблю тебя, – сказал Джордж, не стыдясь слез, струившихся по лицу. – А я люблю тебя. И ещё... – Да? – «Вредилки» без тебя совсем не то… И с этими словами Фред исчез, оставив после себя ощущение присутствия рядом, которое, как почувствовал Джордж, останется с ним навсегда. Шесть недель спустя. Диагон аллея Первый летний день выдался жарким и безоблачным. Диагон аллея была полна школьников. Начались каникулы, и они бесцельно перемещались по торговому кварталу от кафе-мороженого Флориана Фортескью до Гринготтса. Перед магазином «Волшебных вредилок Уизли» собралась небольшая толпа. Там что-то происходило. Разноцветные искры взрывались в воздухе, формируя надпись:

ГРАНДИОЗНОЕ ВОЗВРАЩЕНИЕ!

ТОЛЬКО СЕГОДНЯ – ДВА ЧУДА ПО ЦЕНЕ ОДНОГО!

Гарри протиснулся через толпу и остановился в изумлении. Над входом в магазин красовалась новая вывеска:

ВОЛШЕБНЫЕ ВРЕДИЛКИ УИЗЛИ

«Шутки продолжаются»

А под ней, в окружении постоянно взлетающих мини салютов, стоял Джордж Уизли, с широченной улыбкой на лице. – Волшебники и волшебницы! Взрослые и самые маленькие! – громко вещал он. – Добро пожаловать на открытие обновленного магазина «Волшебных вредилок Уизли»! Проходите и посмотрите! Наши новые вредилки перевернут ваше представление о волшебных шутках! Толпа взорвалась аплодисментами. Гарри с удивлением наблюдал за Джорджем. Это был совсем не тот мрачный ученый из Отдела Тайн, которого он видел последние пять лет. Перед ним стоял такой Джордж Уизли, какого он помнил по школе: яркий, живой, с искорками смеха в глазах. Джордж заметил Гарри в толпе и подмигнул ему: – А вот и наш почетный гость – непревзойденный специалист по выживанию Мальчик-Который- Выжил-Дважды! Гарри Поттер, не желаете ли испытать на себе наши новинки? Собравшиеся расступились, пропуская Гарри вперед. Он подошел к своему другу и тихо уточнил: – А что происходит? – Жизнь, мой друг, происходит, - ответил Джордж. – Фред был прав, «Вредилки» без меня были совсем не те... – А как же Отдел тайн? Твои исследования? – Я не собираюсь бросать науку. Постараюсь всё совмещать. Ты представляешь, сколько столько всего можно создать с моим опытом и здесь и там? Гарри посмотрел на преобразившегося друга и почувствовал, как и на его сердце, тяжесть, которую он носил там все эти годы, стала немного легче. – Что ты сделал с камнем? – тихо спросил Джордж. – Положил его в сейф в Гринготтсе. Пусть лежит там, пока не понадобится кому-то еще для последнего разговора. Джордж одобрительно кивнул и добавил: – После разговора я почувствовал, что Фред всегда теперь будет со мной. Здесь и здесь, - Джордж коснулся сердца и виска. - В каждой идее, в каждой шутке. Мне столько всего нужно придумать, чтобы он гордился, когда мы встретимся снова, хоть это и будет еще очень и очень не скоро. Гарри молча кивнул, смаргивая влагу с глаз, а Джордж, хлопнув его по плечу, снова повернулся к толпе: –А теперь все смотрим на демонстрацию новых Фантастических фейерверков! Говорят, сам феникс смущается, что его хвост не достаточно хорош на фоне их! И когда первые разноцветные искры взлетели в небо, Гарри мог поклясться, что на мгновение увидел среди них улыбающееся лицо Фреда Уизли, подмигивающее им сверху. Поттер засунул руку в карман и сжал в ладони снитч. «Я открываюсь под конец». Он уже не первый день думал о том, что задолжал извинения и благодарность одному волшебнику. Возможно, стоило набраться храбрости и поговорить с ним. Очень может быть, что так он и сделает… Конец === Работа написана специально на конкурс «ПасХАнтеры», а заодно на недавно прошедший ДР близнецов Уизли. Если рассказ вам понравился, буду благодарна за ваш голос (кнопочка для голосования вверху работы) и за лайк!