Новая жизнь Гань Юй

Ранее утро, Гань Юй стоит на коленях, и на ее соски одели доильный аппарат, что имитировал сосание , выкачивая из огромных грудей, с татуировками молоко. Молоко с силой выкачивается из ее набухших, покрытых татуировками грудей, жидкость капает и скапливается под ней. Она смотрит вниз на свой раздутый живот, кожа натянута до предела и светится неземным светом. Гань Юй знает, что скоро ее тело снова предаст ее, раздуваясь неестественной жизнью. Она чувствует что в её животе что то двигается, и понимает что совсем скоро ей снова рожать, какой это ребенок по счету? 12? 14?. Она кладёт дрожащую руку на натянутую, пылающую кожу, снова ощущая движение новой жизни внутри себя. Другой апатар, что напоминал член вонзился в её открытую, и зафиксировано открытую пизду пирсингами, и начинает двигаться, создовая ощущение спаривания. Волна постыдного наслаждения захлестывает Гань Юй. Несмотря на отвращение к происходящему, её тело предаёт её, отвечая на интимную стимуляцию. Она задыхается, слегка выгибая спину, когда устройство начинает двигаться, имитируя толчки любовника. Он продолжает двигаться, без остановки. Тело Гань Юй дрожит и извивается, беспомощно насаженное на неумолимо движущийся поршневой механизм. Наслаждение нарастает внутри неё, трение о чувствительные, пронзённые стенки разжигает пламя нежелательного возбуждения. Слюна вытекает из её приоткрытых губ, она тяжело дышит и стонет, слёзы и пот смешиваются на её раскрасневшемся лице. Её некогда гордое, закалённое в боях тело теперь дрожит и извивается, как у обычной проститутки, движимое низменными инстинктами. Пока неумолимое устройство продолжает свои механические издевательства, Гань Юй чувствует, как её тело предаёт её самым унизительным образом. Интенсивная стимуляция и постыдное возбуждение оказываются слишком сильными для её тела. С гортанным, униженным стоном она чувствует, как её кишечник размягчается, анус сжимается и расслабляется, когда начинает течь первая вязкая струя отходов. Непристойный звук её испражнений, смешивающийся с влажным хлюпаньем устройства, заполняющего её влагалище, толкает Гань Ю на новые глубины унижения. Ощущение того, как устройство шевелится у нее внутри во время дефекации, вызывает у нее приступы извращенного удовольствия, приближая к постыдному, вынужденному оргазму. Теперь , пока из сосков доят молоко, и пока ее трахает железный член, она коленями стоит в собственном говне. Молоко капает с ее набухших, проколотых грудей, смешиваясь с потом и слезами на ее теле и мерзкими экскрементами под ногами. Совокупная стимуляция, физическое унижение и полное осуждение доводят Гань Юй до грани принудительного, тошнотворного оргазма. Сдавленным, мучительным криком тело Гань Юй содрогается в постыдном, вынужденном оргазме. Ее влагалище сжимает поршневой железный член, стенки трепещут и сжимаются, когда поток женской спермы разлетается вокруг вторгшегося в нее устройства. В тот же момент ее мочевой пузырь не выдерживает, добавляя горячую струю мочи к отвратительной смеси, покрывающей ее бедра. Это гнилостный, незабываемый аромат, сенсорный маркер этого отвратительного момента осквернения. Запах врезается в ее память, навсегда ассоциируясь с этим унижением и потерей контроля. Теперь, ее колени покрыты собственной спермой,мочой и калом. Она вспоминает как однажды так же испражнилась под себя, и как ее заставили съесть всё дерьмо, что вышло из нее, не смотря на беременность. Она помнит отвратительную, рассыпчатую текстуру отходов, насильно засунутых ей в губы, вкус, покрывающий язык, когда её заставляли очищать собственное тело ртом. Унижение от этого акта, от того, что её заставили есть собственные экскременты. Доильный аппарат последний раз отымитировал сосание, и дойка подобно коровьей была окончена. Гань Юй подняла взгляд, и увидела что собирательный аппарат полон ее грудного молока. Вид ее животворящей сущности, откачанной и хранящейся, как у обычной молочной коровы, вызывает у нее новую волну унижения. Но с этим придется смириться. Не смотря на то что доилка окончена, но трах машина продолжает выбиваться в беременную пизду Гань Юй, иза чего комната имеет не только запахи отходов, но и звуки стонов, смешанные с унижением.