Мелочи, которые спасают день

Итадори «Хорошего денька, Юджи!» И постскриптум: «Не знаю, любишь ли ты сладкое, но это точно вкуснее пальцев Сукуны.» — гласила записка. Рядом с надписью — неуклюжий рисунок лохматой головы с чёрной повязкой, так что Итадори не приходится долго думать, чьего же авторства этот… чем это вообще можно назвать? Под бумажкой лежала небольшая упаковка кикуфуку, и, если быть честным, это казалось издевкой, учитывая что сегодня ему предстояло тренироваться с Маки… которая никогда и никого не жалела (даже Юту, со странной интонацией подмечал Панда, и Юджи никогда не понимал, что это должно означать). Возможно, Годжо-сенсей решил оставить ему это, как утешительный приз? Заблудившись в своих мыслях, Итадори и не заметил прихода Нобары. — Чего завис? — поинтересовалась она, выглядывая из-за его плеча. Её взгляд загорелся, как только она увидела упаковку. — Ты же поделишься со мной? Выбора у Итадори не было. Легендарные кикуфуку из «Кикусуйан» были честно поделены на двоих. Фушигуро Утро было слишком ясным и слишком тихим. Настолько ясным и тихим, что было бы неуважением, не воспользуйся Фушигуро такой возможностью. Именно поэтому сейчас он возвращался с небольшой пробежки, чтобы вернуться, принять душ, затем, вероятно… …обнаружить Годжо-сенсея на кухне. Ладно, будем честны, в его планы это не входило. — Что ты тут забыл? — поинтересовался Фушигуро тоном «что тебе опять от нас надо», проходя к столу. На котором, к слову, стояла кружка с вьющимся над ней облачком пара. — Ты ранишь меня в самое сердце, Мегуми, — обиженно пробубнил Годжо, откидывая голову. — Неужели я не могу просто так заглянуть к своим любимым ученикам? — И откуда эта чашка? Сатору чересчур драматично вздохнул, прикладывая руку ко лбу. — Я решил, что Мегуми будет рад, если я заварю ему чай, — поведал он, полностью поворачиваясь к ученику. — Признайся, что ты просто взял первый попавшийся, — обличил его Фушигуро, делая глоток чая. — Возмо-ожно, — протянул Годжо и сложил руки на коленях. — Что ж, давай поговорим вот о чем… Мегуми не мог не заметить имбирный привкус в чае, как и не мог не знать, что имбирь не может первым попасться под руку — лично убирает в дальний угол шкафа, но решил оставить эту маленькую ложь за Годжо. Инумаки Иджичи остановил машину у какого-то неприметного места, где должен был находиться дух третьего или второго ранга. Горло обещало саднить как обычно, и поэтому Инумаки запоздало пожалел, что не позаботился о лекарств для горла заранее. Словно назло, за всю дорогу Тоге так и не смог заметить ни одной аптеки, что привело его в уныние — наверное, придётся терпеть боль в горле до общежития, если повезет, либо подождать, пока Иджичи-сан… Но Киетака прерывает мысли Инумаки: — Здесь и располагается проклятие. Я опущу завесу, так что можешь не беспокоиться. — Лосось. Не успевает Инумаки выйти из машины, как Иджичи окликает его: — Ах, да, — он протягивает ему маленький аптечный пакет. — Годжо-сан просил передать вам. Внутри оказывается лекарство от боли в горле. Тоге коротко благодарит его, а затем идёт к предположительному местоположению проклятия. Всё-таки Годжо не такой безответственный учитель, каким хочет казаться, мелькает в голове у студента, пока за ним опускается завеса. Маки Утро начинается не с кофе, и с этим утверждением Маки не могла не согласиться. Накануне вечером она повредила катану, и поэтому вместо запланированных дел девушка направлялась к месту, где хранилось оружие с весьма мрачным настроем. Вчера после тренировки она не успела осмотреть, в чем именно заключался ущерб, и поэтому ей предстояло помимо починки заниматься ещё и осмотром. Маки с лёгким унынием представляла, сколько займёт исправление скола (она была уверена на девяносто процентов, что это он), да и рукоять давно пора подтянуть, а это значит, что нужно будет искать подходящий шлифовальный круг (она, конечно, прикинула, какой понадобится, но поиски это не облегчит), устанавливать его, собрать остальные инструменты, все настраивать… Эти мысли окончательно испортили настроение Дзенин, и она с пугающе мрачным выражением лица зашла в помещение, сразу стараясь выхватить взглядом свое оружие. Однако катана обнаружилась не на привычном месте, рядом со всеми нужными вещами, разложенными по порядку, и даже с шлифовальным кругом нужной зернистости. В этом Маки убедилась при ближайшем рассмотрении. Рядом лежала записка: «Сэкономил тебе время на поиске инструментов. В следующий раз помни, что катана не такая прочная, как твой характер; Р» Маки закатила глаза. Очень в стиле Годжо Сатору. Хотя помощь действительно была очень кстати. Девушка мысленно сделала пометку поблагодарить сенсея позже, а сама взялась за инструменты, постепенно погружаясь в работу. Годжо Сумерки уже опустились на город, когда Сатору зашёл в общежитие, чтобы проверить студентов. Признаться, день был ужасным: ему пришлось спорить с неприятными людьми (хоть это и было не в новинку, но настроение от этого портилось всегда одинаково), какие-то проклятия снова начали мутить воду, ещё и не удалось прихватить ничего сладкого. Словом, ничего хорошего уже от этого дня Сатору не ожидал. В гостиной было темно, как обычно — должно быть, все, кто был в доме, уже легли спать, так что он не стал включать свет, но вдруг его взгляд выцепил что-то странное. Подойдя ближе, шаман обнаружил, что это была небольшая корзинка, в которой лежали сладости и… это что, записка? На небольшом прямоугольнике уместились несколько фраз. С помощью телефонного фонарика Годжо разглядел немного неряшливые кандзи Итадори, аккуратный почерк Нобары, пару слов со строгими углами от Мегуми и смайлики, среди которых легко можно было разглядеть Тоге, Панду и Маки. Осознание, что это было приготовлено специально для него, тронуло Сатору, так что он решил, что обязательно в будущем поблагодарит ребят. В своей манере, конечно же. (о том, что только этот момент и спас его настроение в тот день, он не скажет никому и никогда)