-
6 апреля 2026 г., 01:41
Буквы снова поплыли перед глазами, и Драко медленно моргнул, пытаясь прогнать эту плотную пелену. Он оглянулся вокруг, массируя веки, но окружающие предметы проглядывались лишь мутными следами, словно через призму давно немытых в заброшенном поместье Малфоев окон. Переносица уже горела от того, как усердно Драко ее разминал, пытаясь сфокусировать взгляд хотя бы на закипевшем чайнике, который пару лет назад притащил в их кабинет с радостным возгласом Поттер. «Теперь сможем пить чай, не стоя в очереди», — сказал тогда он. Но ничего не помогало. Драко поморщился, проведя пальцами по фактурной столешнице и переведя взгляд на нее: идеально гладкая, мыльная поверхность. Боль прострелила виски, и Драко скривился, прищурившись, но тут же прикрыв глаза, когда всё перед ним побелело. Усталость растеклась свинцом под веками.
Драко откинулся в кресле и тут же напрягся, когда, судя по звуку, дверь открылась. Он с трудом уловил ее движение, четко расслышав скрип петель. На пороге застыл расплывшийся силуэт Поттера. И Драко, окинув его слегка надменным взглядом, тут же натянул на лицо привычную маску, осторожно поднимаясь на ноги и на ощупь двигаясь на выход из кабинета.
— Пора и мне пообедать, — стиснув зубы, пробубнил он, случайно задев Поттера плечом.
— Ты же сказал, что не голодный, — пальцы Поттера мягко стиснулись на его запястье, и Драко удивленно уставился на них, часто моргая, чтобы сфокусировать взгляд. Мерлин, он даже не мог разглядеть, как красиво бы выглядели пальцы Поттера на его запястьях.
Драко поджал губы.
— Что ж, в твое отсутствие я успел сделать столько работы, что уже проголодался, — чопорно и глухо отозвался Драко, нехотя отдернув руку. — Теперь твоя очередь работать, — приподнял брови он, предположительно, вглядываясь в лицо Поттера. Глаза непроизвольно сузились, он сощурился, а потом, словно осознав, что делает, опустил взгляд в пол. — Чайник недавно закипел. Может, это поможет тебе настроиться на нужный лад, — добавил он, ничуть не смягчив тон и услышав в ответ мягкую усмешку Гарри, жалея, что не может запечатлеть ту на сетчатке глаз.
В их время волшебники уже были близки к тому, чтобы изобрести заклинание, снимающее изображение с сетчатки, словно фотографию, о которых так много рассказывал ему Поттер, однажды даже притащив магловскую черную штуковину с выпуклой камерой, до боли похожей на их колдоаппараты, а потом запечатлев Драко, готового разразиться очередным потоком ворчания. Лицо Драко застыло на фото в неподвижной недовольной гримасе. Поттер зачем-то носил получившееся уродство за пазухой рабочего мундира, который Драко теперь, к его большому сожалению, тоже не мог разглядеть. Возможно, видел бы Драко лучше, уже давно бы и помог невыразимцам закончить их борьбу с заклинанием — хотя бы чтобы запечатлеть непослушные вихры Поттера и указать тому на его полное неумение укладывать волосы. Но увы, попробуй он снять с сетчатки изображение, перенеся его на бумагу, там остались бы лишь размытые мазки, вовсе не похожие на Поттера. «Что, если он давно научился следить за волосами?» — вдруг с ужасом подумал Драко.
К счастью, Драко отлично различал Поттера по другим, не требующим хорошего зрения, характеристикам. Поттер был до невыносимого громким, а его тихие смешки Драко мог распознать даже с расстояния в несколько метров. К тому же, Поттер даже дышал по-другому. И его запах… Драко медленно втянул воздух, заряженный магией Поттера и его одеколоном, и медленно выдохнул, облизнув губы и пытаясь скрыть, как ускорилось от этого сердцебиение.
Ему давно пора было идти, напомнил себе Драко, отвесив мысленный подзатыльник.
Есть он действительно не хотел. Отчего-то теперь, когда он даже не мог разглядеть предлагавшееся меню и в основном просто брал то же, что и Поттер, почему-то выбиравший лишь то мясо, что постоянно застревало в зубах, еда стала казаться довольно пресной, даже несмотря на обострившиеся органы чувств.
Он двинулся в сторону столовой, чтобы не вызывать подозрений, но, стоило ему свернуть за угол, тут же скрылся за дверью служебного туалета.
Бросив быстрое невербальное Гоменум Ревелио, Драко быстро зашагал к зеркалу. Каблуки его туфель решительно простучали по полу, звук тут же отрикошетил от стен. Драко вгляделся в свое отражение, снова прищурившись, а потом перегнулся через край раковины, наклоняясь настолько близко, насколько возможно, направляя палочку себе в лицо и стараясь случайно не выколоть глаз.
— Репаро Визионем Максима, — тихо прошептал он. Заклинание хлестнуло по щеке, и Драко поморщился, быстро моргая. Приподняв кончик палочки и снова вглядевшись в отражение, чтобы оценить движение тени напротив его бледного пятна-лица, он попробовал снова. — Репаро Визионем Максима.
И тут же втянул воздух сквозь зубы, когда картинка сменилась режущей болью, хлестнувшей по глазному яблоку, а потом отступила, заставив сощуриться от слишком бьющего по глазам света.
Драко различил красное уродливое пятно на щеке, похожее одновременно не то на прыщ, не то на след от полоснувшего по ней жгута, и, выругавшись сквозь зубы, быстро залечил ее, прежде чем дверь распахнулась и в туалет вошел Квентин с пятого этажа. Драко холодно поздоровался, скорчив губы в презрительной гримасе и вылетел с туалета как ужаленный.
У него было мало времени и много работы. А заклинание последнее время не держалось и двух часов, с каждым разом принося все больше и больше последствий.
***
Когда Драко вернулся в кабинет, стоило ему сесть на стул, он заметил на столе дымящуюся чашку чая, любезно оставленную Поттером, и едва не приподнял уголки губ в так и просящейся на лицо улыбке. Живот предательски заурчал. Драко чинно откашлялся, прикрыв рот кулаком, и тихо сказал: — Не знаю, как кто-то может питаться этим дерьмом, — слово «дерьмо» вышло особо протянутым, когда Гарри покосился на него, сильно сжав губы, чтобы не расплыться в понимающей улыбке. — Оно даже не может нормально перевариться. Гарри медленно поднялся с кресла, делая вид, что собирается налить себе еще одну чашку чая. А потом медленно опустил на стол перед Драко второй сэндвич, который всегда оставлял для него, когда Драко отказывался поесть. Они были безумно вкусными, и Драко знал это. — Ну и что это? — приподнял брови Драко язвительно. — Мне отлично помогают с пищеварением, — намекнул Гарри. — Подумал, что и тебе поможет, — нежно улыбнулся он. — А я пойду пока отнесу Рону пару дел. Слышал, они все равно сегодня отлынивают. Драко лишь кивнул, махнув рукой в позволении, и, стоило Поттеру выйти за дверь, тут же накинулся на сэндвич.***
Мистер Зитбергер то и дело охал, просматривая переданные ему результаты анализов, а потом серьезно отложил те в сторону, из-под насупленных бровей посмотрев на выпрямившегося в ту же секунду Драко. Руки его до боли впились в мягкую обивку кресла, а зубы едва не скрипели, когда он слегка выдвинул нижнюю челюсть вперед, стерев кажется, половину эмали. — Мистер Малфой, я уже говорил вам несколько месяцев назад, что вам нельзя продолжать пользоваться этим заклинанием. Оно хорошо в критических ситуациях, но не на постоянной основе, и ни в коем случае не может заменить очки. Я понимаю ваше нежелание носить их, учитывая, насколько редки врожденные заболевания, связанные со зрением, и как мало это распространено в магическом мире. Если бы вы не пользовались заклинаниями с самого детства, я бы мог сейчас предложить вам альтернативу в виде магловской операции, но на данном этапе, мистер Малфой, только очки… Драко с трудом сглотнул. — А если я продолжу пользоваться заклинанием? Или, может, попробую модифицировать его так, чтобы оно не вызывало привыкания и в итоге не портило зрение еще больше? — тихо уточнил Драко, пытаясь придумать пути отхода. Он просто не мог носить очки. Не мог, и всё. — Мистер Малфой, прошу вас, услышьте меня наконец-то. Судя по показателям, которые я вижу, — он покосился на столик, на котором лежала целая кипа бумаг. — Если вы продолжите в том же духе и такой регулярностью, то в ближайшие пару месяцев останетесь слепым, — слово прозвучало как гром среди ясного неба, и Драко застыл так, словно ему в грудь только что прилетела вспышка Авады. Перед глазами снова встала белая пелена, и он проморгался, пытаясь различить черты лица колдомедика. Он знал, помнил, насколько кустистыми были его брови, и что на его щеке, привлекая к себе взгляды, была огромная уродливая бородавка размером в добрых пять сантиметров. Сейчас он видел только черное маленькое пятнышко среди буйства светлых переливов и белизны белого халата, практически блестящего в освещении больничных ламп. Драко поморщился и прикрыл глаза, крутя палочку между пальцев в раздумьях. — Это не шутки, мистер Малфой, — аккуратно продолжил мистер Зитбергер. — Еще несколько месяцев назад у вас было гораздо больше времени. Я думал, что у вас еще несколько лет, чтобы смириться с необходимостью носить очки, но результаты неутешительны… И я настоятельно прошу вас хотя бы попробовать. Подобрать оправу, найти хорошего колдомедика, специализирующегося на подборе очков, способного заколдовать стекла под вашу ситуацию. И перестать пользоваться заклинанием окончательно. Вы слышите, перестать! — повысил голос колдомедик, пытаясь достучаться до пациента. Но Малфой лишь разгладил ткань своей светло-серой рубашки и снял несколько невидимых пылинок с брюк. Драко даже не был уверен, действительно ли на его брюках были пылинки. Действительно ли нормально он разгладил рубашку заклинанием с утра? Беспокойство о своей внешности за последнее время превратилось лишь в фоновый шум. — Что насчет магловского приспособления, которое клеится прямо на глаза? — уточнил он с любопытством, словно пытаясь соскользнуть с темы злоупотребления заклинанием и подбора очков. — Магловские линзы? — удивленно подскочил тон голоса мистера Зитбергера. — Кхм, да, будь вы маглом, — в тон его просочилась язвительность, тут же скрывшаяся за профессиональной маской. — Но вы-то не магл. А заколдовать магловские линзы вам никто не сможет. Зрение магов не подчиняется магловским измерениям, вы об этом уже наслышаны. Особенно после ваших магических экспериментов, — ворчливо произнес он, снова зашуршав бумагами. Губы Драко дрогнули, и он поднялся со своего места. — Спасибо, — сухо поблагодарил он. — Я понял. До свидания.***
Драко купил себе очки еще несколько лет назад. Подобрал оправу, потратив на это пол гребанных дня и оставив ведьму в лавке очков в полном недоумении. Драко знал, какие очки хочет взять. Его взгляд был прикован только к ним с самого начала. Тонкая, как паутинка, оправа из холодного серебра, словно притягивающего к себе свет. Форма линз мягкими шестиугольниками тянулась к вискам, сделав бы его взгляд острым, практически хищным — в хорошем смысле. Дужки уходили назад плавной линией без какой-либо массивности, а в самом их изгибе красовалась крошечная гравировка, похожая на вязь и напоминавшая старинный узор. Спустя двенадцать оправ Драко снова прикоснулся именно к ней. Она ощущалась в пальцах легко, практически невесомо. Но это было так глупо. Именно эти очки когда-то похвалил Гарри. Похвалил, пожалуй, слишком громкое слово. Однажды в баре на стойке валялся какой-то магловский журнал, больше похожий на каталог моделей, растянувшихся на любых удобных и не очень предметах в тех или иных позах. Симус хохотнул, увидев перекачанного мужчину, чьи мускулы занимали полразворота. На его носу красовались сдвинутые на кончик носа небрежным жестом очки в серебряной оправе. Практически те же самые, на которые так заглядывался Драко. И если на лице этого мужчины они выглядели скорее издевательством, то… Поттер с теплой насмешкой перевел взгляд на Драко, вырвав из рук Симуса журнал. — Они просто ему не подходят. Этому громиле нужно что-то помассивнее, а очки в похожей оправе больше для кого-то более изящного, — улыбнулся Гарри, рассматривая тонкие дужки. — Вон, кого-то вроде Драко, — протянул он, откинув журнал в сторону. Симус хихикнул, продолжив листать страницы, тема вдруг оказалась закрыта, а Драко так и сидел там с покрасневшими ушами, сверля взглядом пенку своего сливочного пива. Тринадцатые и самые первые очки, в конечном итоге, теперь лежали в футляре на его комоде. Он прикрыл глаза, массируя переносицу, и подошел к зеркалу. Ему нужно было разобрать кучу бумаг, учитывая, что вчера в офисе зрения хватило лишь на час, и он едва ли успел что-то за это время. Дужки приятно скользнули за уши, и Драко завороженно посмотрел на свое отражение в зеркале, подмечая и подчеркнутые оправой скулы и линию бровей. Перед глазами упорно замелькали вспышки его едких слов. — Эй, очкарик! — насмехался Драко на пятом курсе, толкая Гарри плечом. Уголки губ Драко поползли вниз в огорчении и отвращении к самому себе. Мерлин, он был просто избалованным идиотом. Драко прижался грудью к деревянной рукоятке метлы, ускорившись. Поттер, пытаясь настигнуть снитч, едва успел увернуться от летящего в него бладжера. На лице двенадцатилетнего Драко мелькнула жестокая усмешка, когда он толкнул Поттера в бок, поровнявшись с ним на скорости. Ветер хлестал по щекам обоих, заставляя щуриться. Но никто не собирался снижать скорость. — Что, Поттер, четыре глаза, но всё мимо? — издевательски протянул Драко, особенно делая акцент на излюбленной букве «п» в его фамилии. Драко снова взглянул в зеркало, выглядя практически затравленным, и сорвал с себя очки, потупив взгляд в пол и пытаясь сморгнуть пелену слез, размывавшую все еще больше. Потратив секунду на то, чтобы восстановить дыхание, Драко попробовал снова. Но стоило ему поднять взгляд и взглянуть на себя в зеркало, как отражение в очках словно подмигнуло ему, натянув на лицо мерзотную улыбку с третьего курса и сменившись самым нелюбимым воспоминанием. Поттер толкнул его со всей дури, врезавшись макушкой Малфою в живот, из-за чего Драко подавился воздухом, секунду назад скользнувшим в легкие. Гермиона за их спинами пыталась удержать рвавшегося на помощь Рона. Драко больно впился ногтями в плечи Поттера, пытаясь оттолкнуть того от себя, а потом споткнулся об их запутавшиеся ноги, потянув Гарри за собой на пол и больно ударившись копчиком о камень. Драко зарычал и дернулся, пытаясь подмять Поттера под себя, пока не подоспели преподаватели. Он должен был занять лидирующую позицию до этого момента, иначе покажется всем слабаком. Поттер замахнулся, и Драко снова дернулся, пытаясь сбросить его с себя на пол. Очки слетели с лица Поттера, неприятно врезавшись в подбородок Драко, и Малфой тут же сжал их в своей ладони, пользуясь секундным замешательством Поттера, осматривавшего пол вокруг них в поисках очков расфокусированным взглядом. Драко тут же вскочил на ноги, последний раз пнув Поттера так, чтобы тот не успел подняться с пола до прихода Макгонагалл, которую уже пронзительно звала Грейнджер в конце коридора. Драко с остервенением швырнул очки Поттера на пол и с силой наступил на них каблуком начищенных до блеска туфель. Оправа жалобно хрустнула, треснуло стекло очков, и Драко скрестил руки на груди с до боли ядовитой, нахальной улыбкой. Поттер нахмурился и тут же подполз к своим очкам, аккуратно поднимая с пола, словно те были чем-то хрупким, а потом поднял на Драко разъяренный взгляд сверкающих глаз, на что Малфой лишь скорчил презрительную гримасу, надменно вскинув бровь. Когда Макгонагалл пришла, Поттер уже вновь накинулся на Драко, без зазрения совести лупя его кулаками. Драко зажмурился так, что перед глазами всё пошло белыми пятнами, а потом, не глядя на себя больше, снял очки. Рука безвольно повисла вдоль тела, держа очки за кончик дужки. — Идиот, — прошипел он сам себе сквозь зубы, складывая очки обратно в футляр.***
— Сегодня Робардс на совещании сказал, что мы должны доделать все отчеты сегодня же и потом поговорить с миссис Хэпли. Она говорит, что в ее лавке пропало несколько зелий, на которые нужен рецепт, — сказал Драко, когда Гарри вошел в кабинет, вешая мундир, оснащенный целой кучей защитных чар, — в том числе дополненных Гермионой, от чего тот казался лишь тяжелее, — на крючок и оставаясь в одной черной футболке. Драко тут же уткнулся взглядом в стол, сглотнув и тут же прокрутив в памяти этот момент снова, словно пытаясь запомнить пока что более-менее четкую картинку во всех подробностях. — Могу взять вчерашнее дело, и три отчета по Верселлям, — предложил Гарри, скользя пальцами по накачанным предплечьям, словно по привычке пытаясь закатать рукава. Драко жадно проследил за этим жестом, тут же возвращая взгляд к бумагам. Буквы уже начинали перелезать друг на друга, словно стараясь слиться в единое целое. Драко слегка прищурился, пытаясь выровнять эти хаотичные скачки. Гарри ненавязчиво поставил чайник, тем самым снова обратив на себя внимание. — Так что? Драко снова посмотрел на него, на этот раз пиля его настойчивым взглядом. Гарри собирался взять на себя большую часть бумажной работы. И дело было вовсе не в том, что Гарри бы сделал ее плохо, просто Драко начинал подозревать, что Гарри видит его состояние. Видит и ничего не говорит, вместо этого беря на себя самые сложные и муторные отчеты и дело, над оформлением которого надо было знатно запариться. — Снова не хочешь разговаривать с миссис Хэпли? — спросил Драко, приподняв одну бровь в раздумьях и все еще не сводя с Гарри внимательного взгляда. Тот светло улыбнулся и махнул рукой на заваленный бумагами стол. — Ты сам говорил, что я ужасно плох в ве-ежливой коммуникации с людьми, а миссис Хэпли… она… невыносимо ворчливая, постоянно недовольная всем женщина, — попытался подобрать слова Гарри. — Она своеобразна, — поправил Драко, кивнув на кружку рядом с Гарри с намеком, что было бы неплохо, если бы Гарри налил чай и ему. Драко не знал, откуда, но Поттер точно знал, какие пропорции заварки, молока и сахара любил Малфой. Драко никогда не говорил ему об этом, и все же, даже когда Гарри сделал ему чай в самый первый раз, тот получился ровно так, как если бы Драко сделал его себе сам. — Она просто чудовище, я бы предпочел не находиться в подобном обществе, — Гарри практически скопировал протяжность речи Драко во второй части предложения. — У нее просто не самый легкий характер, но поверь мне… — снова чопорно начал Драко, когда Гарри прервал его. — Да она гребаная стерва! — выпалил вдруг Гарри. — Умоляю, я даже могу взять еще несколько самых отвратительных отчетов, только поговори с ней сам. Я, так и быть, вежливо поулыбаюсь в углу. Драко приподнял брови и отложил в сторону перо с некончающимися чернилами. — Поттер, ты просто отвратителен во всем, что касается общения с людьми. Словно рос в каменном веке, — прокомментировал Драко, слегка надув губы, а потом откинулся в кресле, когда Гарри поставил перед ним чашку чая. Сделанного так, как Драко любил. — Ладно. И Гарри расплылся в понимающей довольной улыбке.***
Где-то к третьему отчету, по расчетам Драко, Гарри уже должен был начать ныть о том, как сильно ему нужно было сладкое, чтобы продолжать нормально функционировать. Именно к этому моменту его обычно несладкий чай превращался в приторную кипяченную воду с практически отсутствующим вкусом заварки, а сам он все чаще и чаще поглядывал на часы, чтобы сбегать в столовую и выторговать там хотя бы пару конфет. Еще через два он бы стал просить Драко сходить с ним в ближайшую кофейню и взять там целый килограмм всяких разных десертов, чтобы «просто попробовать, я такого у них раньше не видел», и тогда их слаженная работа с бумажной волокитой и целый рабочий день, за который нужно было успеть слишком многое, превратился бы в сущий кошмар. Именно поэтому Драко расстегнул свой черный дипломат, расширенный чарами, и взмахнул палочкой, стоило Поттеру закончить со вторым отчетом. Еще пять минут назад Гарри заварил себе чай с уже тремя ложками сахара. Драко едва заметно поморщился и чуть провернул кисть, направив призванный Акцио пирог с патокой на стол Поттера и левитируя другой рукой маленькую десертную тарелку туда же. — Сегодня в пекарне рядом с домом вместе с кофе Мелисса заговорила мне зубы и незаметно продала и пирог. А ты знаешь, я такое не ем, — закатил глаза Драко. — Так что угощайся. Глаза Поттера сверкнули в сторону Драко, прежде чем он накинулся на пирог, уже с набитым ртом бормоча «спасибо» так, что все липкие крошки едва не полетели на документы. Драко поморщился снова и наложил на все бумаги на столе Поттера отталкивающее заклинание. — Ради Мерлина, не разговаривай с набитым ртом, Поттер, это просто невыносимо. Иначе после тебя в отчетах буквы превратятся в крошки. — Тогда бы они были куда занимательнее, — отозвался Гарри нахально, сморщив нос и отодвинув остатки пирога в сторону, чтобы оставить немного и на следующий отчет. А потом, стоило Драко перевести на него неверящий, вопяще разочарованный в благоразумии Гарри взгляд, Поттер поднес пальцы ко рту, слизывая с тех липкую патоку. — Мерлин, — щеки Драко слегка покраснели, что он быстро скинул на духоту в кабинете. Все-таки, чайник здесь кипел слишком часто, неудивительно, что в помещении теперь стояла такая жара. К концу дня оказалось, что Драко также случайно продали еще пару кусков этого пирога, пару килограмм клубничных конфет, десять шоколадных лягушек и пятнадцать сахарных перьев. Совершенно случайно. А Драко, по такой же счастливой для Гарри случайности, практически не ел сладкое.***
После разговора с миссис Хэпли, которую Гарри оскорблял всю дорогу обратно, пока та не слышала, даже несмотря на то, что не участвовал в разговоре, зрение Драко снова начало сильно плыть. Перед глазами белело, и Драко даже не мог разглядеть недовольное лицо насупившегося Поттера, — о чем очень жалел. Когда Драко едва не начал переходить дорогу на красный свет, Гарри дернул его назад за руку, крепко стиснув пальцы на запястье. Драко недоуменно уставился на руки Поттера, поднявшиеся, кажется, к лицу. А в следующую секунду рука Гарри исчезла с его запястья, и что-то мелькнуло бежевыми и черными мазками перед его лицом, блеснув на солнце. И когда Драко попытался сосредоточиться на этих мазках, все внезапно обрело четкость. Малфой едва не пошатнулся. — Надеваю на тебя свои очки, — улыбнулся Гарри. — Гермиона когда-то давно зачаровала их, чтобы они подходили под любой минус и подстраивались под надевающего их волшебника. Естественно, если у тебя хорошее зрение, они просто подстроются под это… — Верно, — осторожно протянул Драко. — Ведь у меня нет минуса, так что я понятия не имею… — Но ведь что-то изменилось, верно? Прошла головная боль? И глаза не так устают, скажи? Это тоже модицификация Гермионы, — быстро пробормотал он, смущенно опустив взгляд. — Так лучше? Мне все равно они пока что не нужны, я не настолько плохо вижу, — мягко сказал Гарри, а потом бережно поправил дужку у лица Драко, сделав шаг назад, чтобы хорошенько его осмотреть. Драко поджал губы, вспомнив слова Люциуса по поводу очков. Как он там говорил? «Малфои не носят очки. Очки — признак слабости и дурного рода». И хотя отец обещал найти другой способ, обещал, что Драко стоит просто потерпеть, заклинания работали все хуже, а дорогие ритуалы не помогали. И пока отец указывал ему на все недостатки Гарри Поттера — на его невежество, полное отсутствие манер и отвратительное поведение, Драко никак не мог взять в толк лишь одно: почему Гарри мог носить очки не стесняясь, пока остальные, казалось, лишь поклонялись ему, открыто признавая его силу, а не слабость, а Драко — нет. И вот теперь Драко стоял перед Гарри в очках, чувствуя себя слишком уязвимым. Он впервые видел Гарри так четко. Все родинки, все золотые крапинки в его зеленых, красиво переливающихся на солнце глазах, его улыбку с ямочкой на левой щеке, его густые ресницы. Даже едва заметные веснушки. Всего его. Драко знал и признавал, что Гарри был красивым. Но Гарри… Гарри был воплощением всех его любимых черт в одном человеке, и Драко готов был расплакаться только от того, что видел все эти маленькие детали настолько четко. И от того, что теперь вся власть была у Гарри в руках. Учитывая, сколько он насмехался над Гарри именно из-за очков, теперь тот мог отплатить ему той же монетой. Он мог разорвать Драко на куски. Мог бы изогнуть губы в жестокой усмешке, кинув небрежное: «О боже, да Малфои действительно полное позорище, стоит им надеть очки. Просто отвратительно!» Мог бы… Но Гарри лишь улыбнулся и слегка застыл, заводя руку за голову, чтобы смущенно почесать затылок. — Боже, с твоим обычным взглядом эта оправа, конечно, выглядит как преступление, но… выглядишь чертовски сексуально, — прикусил губу он, заставив Драко залиться ярким румянцем. — Мне кажется, если подобрать какую-нибудь другую, тебе бы очень пошло, — улыбнулся Гарри мягко, — а Гермиона бы помогла заколдовать так, чтобы снизить нагрузку на глаза и те меньше уставали, — предложил Гарри. Драко лишь посмотрел на него, наконец отказавшись от всех масок, рисующих пугающее безразличие или отстраненную холодность, и разрешил себе показать уязвимость. А потом медленно снял с себя очки, все еще рассматривая их с розоватыми щеками, и наощупь надел те обратно на Гарри, задержавшись пальцами за его ушами на секунду дольше необходимого. — Спасибо, — тихо проронил он, — но мы на сегодня все равно закончили, а тебе еще нужно добраться до дома, — голос его на секунду смягчился, когда он поднял глаза на Гарри, пытаясь разглядеть все те мелкие детали, что видел еще секунду назад. А потом сделал шаг назад и аппарировал домой.***
Драко ненавидел это утро по тысяче причин. Его волосы никак не укладывались в нужную прическу — теперь-то он видел каждый волосок. Его одежда была катастрофически мятой, что абсолютно не подобало Малфоям, — даже если теперь ему было абсолютно некому об этом сообщить, учитывая, что его мать давно перебралась во Францию, а отец пару лет назад скончался в Азкабане, но противный голосок отца все равно порой звучал где-то на задворках сознания, справляясь за них обоих. А еще его щеки отдавали слишком ярким румянцем. Потому что каждый раз, когда он смотрел в зеркало и видел на себе очки, ему вспоминался вчерашний комплимент Поттера. Сексуально? Поттер думает, что он выглядит сексуально? Что вообще это могло, блин, значить? Драко на всякий случай перепроверил, взял ли с собой понравившееся Поттеру печенье. Недавно он купил в их кабинет специальную красивую хрустальную вазочку для угощений. Её, все-таки, нужно было чем-то наполнять, верно? Она же не могла стоять и пустовать! Драко снова бросил взгляд в сторону зеркала, тут же приосанившись. А вдруг это было издевательство? «Малфой, ты такой сексуальный очкарик, Мерлин!» Драко попытался воспроизвести тон Поттера в воспоминании, внимательнее прислушиваясь к интонациям и стараясь различить оттенок сарказма. «Выглядишь сексуально. Никогда больше их не надевай, если вообще хочешь кого-то однажды привести к себе в постель!» Нет, вроде он не так это сказал. Драко нахмурился, почувствовав, как брови задели верхнюю часть оправы, пробежавшись светлыми волосками по серебру. И оттенок рубашки темно-зеленого цвета был не таким красивым, как Драко казалось раньше, сейчас, когда он мог хорошенько его разглядеть. На рукаве виднелся развод чернил. Драко тут же ахнул, задрав локоть едва ли не к лицу и взмахнув палочкой, чтобы удалить пятно. То сопротивлялось целых три раза, отступив только на четвертый. Сек-су-ально. Может быть, это действительно было насмешкой? Драко, конечно, ничего не знал о вкусах Поттера, но Драко был почти уверен, что… особенно учитывая, что Драко был порой не менее ворчлив, чем миссис Хэпли, так покорившая сердце Гарри вчера… Мерлин, да это точно было насмешкой. Драко снова проверил печенье, повернулся спиной к зеркалу, проверив, насколько хорошо заправлена в брюки рубашка, закатал рукава. Раскатал рукава. Разгладил заклинанием появившиеся морщинки, снова поправил волосы. Снял очки. Так он выглядел, конечно, гораздо лучше. Даже если Драко совершенно не видел, как. Поттер в его голове настойчиво повторил: «Выглядишь сексуально», и Драко в очередной раз зарделся, уловив эту смену красок даже без очков и тут же снова нацепив те на нос. И, не дав себе времени передумать, подхватил свой дипломат, аппарировав к порогу Аврората.***
Гарри задержал на нем взгляд дольше положенного, когда Драко зашел в кабинет, впервые опоздав на добрые полчаса и придя даже позже Гарри, учитывая все эти муторные сборы. Драко едва не зажмурился от стиснувшего грудь страха и стыда, поджав губы и так и застыв на пороге, непроизвольно давая Гарри себя рассмотреть. Драко знал, что Гарри поймет, что это та самая оправа, которую он так неаккуратно прокомментировал в журнале несколько лет назад. Несколько. Лет. Назад. Мерлин, наверное, с его стороны Драко казался полным глупцом. И теперь у него было примерно в два раза больше причин насмехаться над ним. Драко старался выглядеть невозмутимо, но его уши тут же залила предательская краска, медленно перебираясь к шее. Драко казалось, что Гарри видел его насквозь. Все его старания. Всё его неумное желание понравиться. Гарри мягко улыбнулся. — Я же говорил, тебе идет, — аккуратно повторил комплимент он. Драко на секунду возвел глаза к потолку, словно в последний раз пытаясь сделать вид, что ему абсолютно все равно на все, что Поттер может ему сказать, а потом выдохнул, чувствуя, как то тревожное чувство, что все утро обручем сжимало грудь, потихоньку угасает. — …спасибо, Поттер, — тихо поблагодарил он. Вышло довольно скомкано, но Драко надеялся, что Гарри действительно всегда замечал больше, чем Драко привык произносить вслух. — Даже слишком идет, — как бы между прочим отметил Поттер, мельком скользнув по нему взглядом и тут же вернув тот к бумагам. Драко предательски покраснел еще больше, и его голос слегка дрогнул, когда он медленно уточнил, безуспешно пытаясь вернуть тону вызывающие интонации: — Что… даже не будешь смеяться? Учитывая всё, что я тогда… — Драко, — тут же прервал его Гарри, вскинув на него глаза. — Я не такой человек, чтобы смеяться над кем-то из-за обычных очков и испорченного зрения, — покачал он головой, словно журя, а потом, видя, как Драко съежился, тут же добавил: — И ты, кстати говоря, уже не такой тоже.***
Гарри поднимал на него взгляд чаще обычного: и пока Драко хлопотал над своим рабочим местом, и пока засыпал в вазочку печенье, и пока раскладывал документы по разным стопкам. — Так ты теперь будешь носить их постоянно? — уточнил Гарри осторожно, словно боясь спугнуть. — Возможно, — сухо ответил Драко. — Если ты не будешь пялиться. — Не могу тебе этого пообещать, — во взгляде Поттера мелькнул игривый огонек, когда он склонил голову на бок и тут же откинулся на спинку кресла со слегка приподнятыми бровями. Драко смущенно поджал губы и тут же вернул всё внимание написанному в отчете. Гарри попросил перепроверить за ним лишь один. И теперь Драко с легкостью мог это сделать, но… Возможно, в этот день он действительно смотрел на Гарри куда дольше и чаще обычного, а его взгляды были не такими уж презрительными, как ему хотелось. Гарри бы сказал, что он «подвисает как компьютер», и оказался бы чертовски прав. Но Драко и правда ничего не мог поделать с тем, насколько великолепно Гарри на самом деле выглядел. Особенно когда вытягивал руки вверх, чтобы размять позвоночник, а футболка вдруг подскакивала вслед за ними, оголяя голую полоску живота и его бронзовую кожу. Когда к концу вечера взглядов накопилось слишком много, Гарри смешливо фыркнул и отбросил бумаги в сторону. — Ты так никогда не дочитаешь отчет, Драко, — поддразнил он. — Что, нравлюсь в высоком разрешении? Драко поморщился так, словно его поймали с поличным, но все равно приподнял уголки губ. — Заткнись, Поттер. Я просто… привыкаю к очкам. И к тебе заодно. Гарри выглядел настолько довольным, что ямочка на его щеке стала лишь глубже.***
Под конец рабочего дня поступил рабочий вызов, и Гарри, быстро переглянувшись с Драко, натянул на себя рабочий мундир. Драко в два взмаха палочки превратил свои офисные туфли в удобные ботфорты и притянул из шкафа свой черный мундир, сразу на лету попадая в рукава. По-прежнему взъерошенные, как Драко их когда-то и запомнил, волосы Поттера прилипли к его в миг вспотевшему от тяжести и тепла мундира лбу. И Драко моргнул несколько раз, застыв с повисшими в воздухе пальцами, только что неосознанно убрав со лба Поттера мешавшуюся прядь. Драко выглядел не менее удивленным, чем сам Гарри, но у них едва ли было время это обсуждать. Драко выхватил из кармана горячую подвеску и нацепил ее на шею, тут же сжав ту пальцами с легким кивком, предназначавшимся Поттеру. Его сразу унесло к месту преступления. Поттер появился у ограбленного ларька двумя секундами позже. И пока Невилл, вызванный из Мунго, лечил пострадавшую миссис Хэпли, Драко осмотрел улицу на предмет сбежавшего преступника. — Как давно ушел? — спросил Малфой у миссис Хэпли. Но вместо нее ответил Невилл. — Буквально пару минут назад. Миссис Хэпли сразу нажала тревожную кнопку, и он попытался свалить, но кнопка не дала ему аппарировать, установив антиаппарационные чары вовремя. Так что он где-то в пределах границ. — Гарри! — позвал он, влетев в ларек, где Поттер уже рассматривал побитые склянки и смотрел по журналу, что конкретно пытались украсть. — Тридцать-тридцать, преступник еще где-то здесь, не успел аппарировать, — сообщил Драко. Гарри тут же поднялся на ноги, проверив помещение с помощью Гоменум Ревелио и слегка подзависнув, когда силуэт Драко окрасился золотой рябью. — Он не в лавке, — сказал Гарри. — Сможешь считать магическую подпись, чтобы отследить? — Сколько у нас времени, пока барьер не падет? — уточнил Драко. — Двадцать минут, — поморщился Гарри. — Это обычный тридцать-тридцать-двадцать, который стоит на кнопках. Хорошо, что он ее не убил вообще, когда понял, что бежать некуда. — Впечатляет, — промычал Драко, а потом опустился на колени, сосредоточившись на чужой магии. — Мерлин, Поттер, от тебя страшно фонит твоей магией, можешь выйти из лавки? — нахмурился он, на что Гарри лишь усмехнулся. — Я вызову Лэрри, чтобы он прикрыл тебе спину, пока буду прочесывать дома и улицы, — бросил он напоследок, получив в ответ лишь расплытое «ага», прежде чем выйти из лавки. Драко его уже практически не слышал. Спустя пятнадцать минут Драко медленно выдохнул и послал Гарри патронус. Горностай взмахнул хвостом и навострил маленькие ушки. — Не могу считать ее, потому что она перемешалась с зельями из побитых склянок, — огорченно протянул Драко и раздраженно взмахнул палочкой, отправив белую красавицу-ласку к Гарри. — Он у выхода из подземного перехода, на пересечении Джордж-стрит и Уэллесли-роуд. На стене рядом граффити закрашенное, — быстро надиктовал олень, скользнув под пол. Драко прикрыл глаза, аппарируя к месту происшествия. Гарри вжимал фигуру в капюшоне в ржавые перила, из забегаловки с фастфудом поблизости пахло каким-то жареным цыпленком, смешивавшимся с запахом мочи из переулка. Драко сморщил нос и бросил в преступника Инкарцеро и Петрификус Тоталус, прежде чем оттянуть Гарри за плечо и послать сигнал отделу Магического Правопорядка. Гарри обернулся на него так, словно видел впервые, а потом сгорбился, по всей видимости, наконец, позволив себе расслабиться. — Могу оформить отчет сам, — предложил Драко, смотря, как Поттер вжался поясницей в его подставленную ладонь. — Я подожду тебя. — У нас еще осталось печенье, я поставлю чайник, — понимающе протянул Драко, прежде чем обвить талию Гарри покрепче и аппарировать обратно в Аврорат.***
Драко заполнял все необходимые формуляры уже добрые полчаса, хотя после попытки считать магическую подпись ему нужно было дать себе отдохнуть. Но Поттер, набегавшийся за Доджером-младшим и сразившийся с ним в дуэли, выглядел куда более уставшим, так что Драко не стал заставлять его делать что-либо, кроме как пить чай и есть купленное им печенье. Через двадцать минут Гарри настоял, чтобы Драко пересел к нему на диван, чтобы он мог видеть, что Драко пишет, на что Драко, повозмущавшись об огромном самомнении, заставляющем Гарри думать, что без него никто ни с чем не справится и что всем нужна его геройская помощь, все же пересел на диван. Пальцы Гарри, каждый раз отвлекая, то и дело пробегались по серебряной дужке очков. И на пятый раз Драко не выдержал, повернувшись к Гарри с лицом, полным праведного гнева. Ну, насколько Драко вообще был способен на гнев, смотря на Гарри. Бумаги в руках Драко смялись, когда Гарри наклонился вперед, устроившись поудобнее, а потом быстро клюнул Драко в уголок губ. Драко почувствовал, как загорелись его щеки, и быстро захлопал глазами, так и не успев ничего сказать, когда Гарри поцеловал его уже по-настоящему, притягивая к себе за шею и сминая губы Драко своими. Драко чувствовал крепость чая на языке, чувствовал легкие отголоски шоколадной крошки с печенья, и приоткрыл рот, позволив Поттеру скользнуть глубже. Вторая рука Поттера опустилась со спинки дивана на его талию, и Драко медленно растаял, жадно поддавшись вперед и впившись пальцами в лацканы его мундира, который Гарри даже не потрудился снять. А потом Гарри медленно отстранился, откашлявшись и все еще смотря на Драко затуманенным взглядом. Очки Драко съехали в бок, и он, не зная, куда деться от появившейся вдруг неловкости, поджал губы, вздернув подбородок. — Ты… сбил мне очки, Поттер, — пробормотал он ворчливо. — Я поправлю, — прошептал Гарри, аккуратно нацепив оправу обратно на переносицу и задержавшись пальцами на щеке. Драко прижался к его ладони, невольно прикрыв глаза. — Ты специально это делаешь? — Возможно, — пожал плечами Гарри с легкой усмешкой. — Ты ужасен, — Драко зарылся пальцами в волосы, пытаясь исправить то бедствие, в какое Гарри превратил его прическу. — Может быть, — легко согласился Гарри. — И ты все равно ответил на поцелуй. На это Драко возразить было нечем.***
Когда Драко закончил с отчетом, Гарри, уже выглядевший почти задремавшим, вдруг встрепенулся. — Ты обещал перепроверить мой отчет, и вряд ли дошел до конца тогда, эм… — Гарри неловко поерзал на своем месте, встретившись взглядом с Драко, от греха подальше пересевшим обратно к себе за стол, — что-то подсказывало ему, что иначе он бы никогда не смог закончить с бумажной работой. — Это обязательно делать сейчас? Это обязательно вообще делать? — скорчился Драко, недовольно брюзжа. — Я, в целом, в нем более-менее уверен. По большей части, — аккуратно сказал Гарри. — Но проверь десятый пункт. Там я не совсем разбираюсь… Пальцы Драко уже быстро пролистывали страницы одну за другой. Из-за букв уже двоилось в глазах, но конкретно в этот момент ему вдруг неожиданно показалось, что у него начались галлюцинации. Потому что в десятом пункте никак не могло быть написано: «Пойдешь со мной на свидание?» Буквы просто не могли складываться таким образом. Драко совершенно уверился в том, что в какой-то момент разучился читать. — В магловском кафе вкусный кофе, — тихо добавил Гарри, видя сомнение и неверие, скульптурно отразившиеся на лице Драко. — Я подумал, что тебе могло бы понравиться, и я хотел, чтобы ты попробовал. И там абсолютно никто не пялится, и в общем… — Поттер всегда начинал тараторить, когда волновался. Драко медленно моргнул, недоуменно переведя на него взгляд. — Никто, кроме тебя? — вот, что ему удалось ответить на всё это предложение. Но в голосе едва ли звучала и капля прежней язвительности. — Кроме меня, — неловко подтвердил Гарри. — Полагаю, меня это устраивает, — чопорно протянул Драко, прочистив горло. И Гарри заметно расслабился, позволив себе яркую улыбку, на мгновение едва ли сравнимую с тусклостью освещения в их кабинете.***
Драко знал, что Грейнджер была умнейшей ведьмой их поколения, но кое-что никак не давало ему покоя. Он не понимал, каким образом она нашла способ зачаровать очки подстраиваться под любой минус. А если Драко считал невозможным то, с чем Грейнджер легко справилась… Что ж, следовало засунуть свою гордость, наконец, фестралу в задницу и спросить у нее, как она это сделала. Не то чтобы ему это было жизненно необходимо. В конечном итоге, его очки уже давно были зачарованы на нужный минус, и ему вовсе не нужны были супер-пупер-какие-крутые очки, подстраивавшиеся бы под абсолютно любые условия, но ему просто было… любопытно. Да, любопытно. Потому что, насколько Драко знал, тогда бы очки должны были считывать магический отпечаток каждого носителя, что очень запарно, плюс проблема магического отпечатка была в том, что он отражал не всю информацию, и Драко был не уверен, содержала ли та хоть что-то о зрении носителя… И все же… Грейнджер как-то это сделала? А ведь даже человек не мог прочитать абсолютно любой отпечаток. Это было сложно, запутанно и абсолютно не предназначено для считывания обычными чарами. Как же Грейнджер, Мерлин его подери, это сделала? Этим утром Драко был намерен всё выяснить. Эта мысль не давала ему покоя уже пару недель. Так что он поджидал Грейнджер у ее кабинета. А она вот-вот, по его расчетам, должна была… — Привет, Драко, — удивленно поздоровалась Гермиона, завидев его по ту сторону двери едва не вцепившимся побелевшими пальцами в ручку. — Как ты это сделала? — тут же выпалил Драко так, словно не мог прожить и секунды, если сейчас же не узнает ответ. — Сделала что? — хлопнула недоуменно глазами Грейнджер. — Зачаровала очки Гарри так, чтобы они подстраивались под любой минус, — пояснил Драко скороговоркой. Грейнджер посмотрела на него как на идиота и скрестила руки на груди, вскинув брови. — Я думала, уж ты-то в курсе, что это невозможно сделать, не прибегая к темной магии. Это было бы что-то сродни крестражу, отзывающемуся на душу рядом, потому что им нужно было бы уметь считывать магический отпечаток, подстраиваться под него, перестраивая весь фундамент чар и их магическую формулу, что, в целом, слишком сложно и, насколько я могу судить, невыполнимо. Драко отпрянул в ужасе. — Ты использовала темную магию, чтобы заколдовать его очки? Грейнджер снова удивленно моргнула, а потом застыла, ее губы вдруг округлились в понимающую и даже несколько ласковую «о», прежде чем она расплылась в едва сдерживающей смех улыбке. — Гарри сказал тебе, что я заколдовала очки подстраиваться под любой минус, да? — хихикнула она, и Драко свел брови у переносицы, не понимая, почему это ее так веселит. Она неловко подняла глаза на секунду, а потом поджала губы, прежде чем ошарашить Драко неожиданной правдой. — Гарри еще месяц назад попросил меня заколдовать его очки на твой минус, который он узнал, полагаю, у твоего целителя, увидев тебя в Мунго. И, судя по всему, ходил с такими очками две недели, прежде чем наконец набрался смелости предложить их тебе, — пожала плечами она. — Мерлин, вы просто невыносимы, — закатила глаза она, увидев за плечом Драко неловко топчущегося на месте Гарри. — Я пойду, — вежливо сказала она, небрежно кивнув Драко за спину. Драко обернулся, смотря на Гарри так, словно увидел его впервые, а Гарри растянул губы в слабой вымученной улыбке. — Прости, — пожал плечами он. — Я просто очень беспокоился. На что Драко лишь небольно толкнул его в грудь ладонью, тут же, впрочем, притянув к себе.
Примечания:
надеюсь, вам понравилось
мне они кажутся здесь такими теплыми и нежными, вы даже не представляете, насколько
делитесь впечатлениями, буду рада почитать ваши отзывы!
