Вне зоны видимости

Этот лес был сердцем их земель - местом, где само время казалось застывшим в янтаре. Это был суровый, дикий край, где вековые сосны и исполинские кедры подпирали небо своими кронами, а земля была устлана ковром из вечнозеленого мха и прелой хвои. - - - - - - - Свет здесь пробивался сквозь ветви редкими золотистыми столбами, в которых плясала вековая пыль. Воздух был густым, пахнущим смолой, сырым камнем и чем-то первобытным. Глубокие тени между деревьями служили идеальным убежищем. В самом центре небольшой поляны, где земля была вытоптана до состояния камня, тренировалась девочка, на вид не старше 11. Звали её Нита. Она резко била ладонями по земле, и под её пальцами вспыхивали лазурные трещины магической энергии. Из воздуха, сотканный из яростного синего пламени и теней, материализовался мадведь с именем Брюс - она его так назвала. Воздух содрогался от его рыка, распугивая птиц в радиусе километра. Нита командировала им. нет, даже не так. Она была с ним одним целым! Нита отрабатывала рывок: указывала рукой, и зверь сносил поваленные стволы деревьев, словно сухие щепки. Её глаза горели тем же диким светом, что и у её хранителя. * * * Если Нита была громом, то Леон - подросток в зелёной толстовке в виде хамелеона, чье лицо наполовину закрывал капюшон- был молнией. быстрой и бесшумной. Его почти невозможно было заметить, если не знать, куда смотреть. Он перемещался по нижним ветвям деревьев, перепрыгивая с одной на другую без малейшего шороха. В его руках тускло поблескивали тяжелые металлические лезвия — его верные клинки. На коре старой, иссохшей сосны была нарисована маленькая красная точка размером не больше леденца. Она была едва видна в полумраке леса. Леон замирал на долю секунды, зацепившись ногами за сук, и делал резкий, едва уловимый взмах кистью. Свист рассекаемого воздуха был единственным звуком. Тык, тык, тык. Три лезвия впивались в дерево так плотно друг к другу, что полностью перекрывали красную метку. Леон не улыбался , он тут же исчезал, растворяясь в тенях, чтобы через секунду нанести удар уже с другого ракурса. Его тренировка была бесконечным повторением идеального убийства. За всем этим, прислонившись к массивному стволу, наблюдал Бо. - отец двух детей. Его мощные руки были скрещены на груди, а на плече покоился тяжелый лук. Глаза Бо не упускали ни одной детали: он видел, как дрожит мизинец Леона при замахе, и как сбивается дыхание Ниты после призыва. Бо не давал советов во время процесса. Его присутствие само по себе было дисциплиной. Когда Леон в очередной раз попадал в цель, Бо лишь едва заметно кивал - этот жест для подростков стоил дороже любого золота. После окончания тренировки Леон подошел к крыльцу их маленького домика, ведь там на столе лежал пакетик леденцов. Тот снял обертку и бросил себе в рот. Он говорит, что леденцы способны снять стресс и получить дофамин. Леон и нита, только зашедшие в дом, намеревались отдохнуть, но услышали громкий зов своего отца. - Подойдите сюда. У них не было выбора. Они оглянулись друг на друга с одинаковыми уставшими глазами и направились к отцу. С самого их детства, Бо, давал им упражнения на физическую силу. Они оба тренировали свою выносливость, меткость, силу, устойчивость 2 раза в день. Как только леону исполнилось 12, а ните 8, тот начал давать упражнения связанные с их силой. Сам Бо также владел способностью. Он был лучшим лучником. Его стрелы с невероятной скоростью летали из стороны в стороны, он полностью держал контроль над ними. Он был силен в разведке, тише воды ниже травы - это также передалось леону. Бо всегда имел при себе мины, которые были не видны врагам. Они наносили колоссальный урон и даже могли сносить барьеры! Так что Бо, видя, что его дети обладают силой, строго относился к их проявлению и мастерству. Утром, в назначенное время подростки собирали на специальной выделенной площади около дома и выполняли указы своего отца. Несмотря на то, что дети устали, тот не разрешал им отдых. Со временем они уже свыклись и их тренировки стали как типичная часть дня. И да, Бо тоже был бойцом в старр парк. И готовил своих детей к такой же участи. В этот год, отец, планировал отправить туда только Леона, так как тому было уже 16 и он считал, что он полностью готов. Но все же принял решение отправить их двоих. - - - На самом деле Леону и Ните было страшновато представлять их жизнь в этой академии, что уж говорить про нахождение. В голове Леона уже всплывали картины: Огромная арена, жесткая драка, не на жизнь а на смерть. Куча людей, наблюдающих за этим процессом. Опять же тренировки. Новые люди, знакомства, учеба. Леон не любил знакомится, общаться. По факту он конечно еще тот весельчак, но вот так получилось. Он натягивал капюшон своей кофты, что аж виден был только рот. Ему казалось, что если никто не видит его глаза - то он неуязвимый и в безопасности. Он еще не знает, готов ли он показать свое лицо кому- то кроме его семьи. Все знали, что всю академию снимали камеры, прикрепленные к потолку. Леону там будет тесно. Вечный надзор камер его раздражает. Ниту пугало только то- что она больше не увидится со своими подружками в школе. Об этом леон даже не задумывался. В школе у него был только один друг и то особо близко не общались. Учителя относились к нему несправедливо (по его словам) Так что частично он даже рад, что покинет этот сущий ад. Хотя кто знает, что будет в новой. Дети подошли к отцу. Тот опирался спиной на перилу около выхода из дома. Они уже знали о чем пойдет речь - Я доволен вашим успехом. Сегодня я заметил уже сильный прогресс. Я отправил заявки на вас двоих. Завтра чтоб стояли около ворот в 7. Тело леона покрылось мурашками, тремор поглотил кисти. Все таки он боялся побольше. Зрачки уменьшились и тот на время отвел взгляд. Нита тоже в душе волновалась, но вида не показывала. Мило улыбнулась, крепко обняла отца и перед тем как уйти в дом - кивнула головой - мол «хорошо» Леон собрался с мыслями, все таки он также стоял перед отцом. Пути назад уже нет, отец в нас верит и заявки уже поданы. Придется только собрать все силы в кулак и смирится. Вернув взгляд на место, он спокойным тоном сказал: - Я всё понял. Ни в коем случае тебя не подведу. Отец был доволен. Его уголки губ приподнялись и, потрепав сына по голове, направился в дом. Бо, конечно был с ними строг, но было видно как он их сильно-сильно любит.