Общая ценность

Вокс в очередной повторяет одну и ту же ошибку, стоившую ему особенно дорого в последний раз, буквально совсем недавно: недооценивает конкретно этого своего противника. Олень выглядит полуобморочным и тихо скулит, пока едет на руках Вокса в ванну. Нисколько не сопротивляется, пока Вокс заботится о его ране, пока незаслуженно нежные руки теле-демона [которые Аластор совсем недавно пытался переломать] его купают и переодевает в мягкую домашнюю одежду, но стоит уложить измученную тварь на постель, Воксу тут же больно прилетает копытцем в самый центр головного экрана. Он отшатывается, зло рыча и держась за треснувшее лицо. Плод внутри Аластора предупреждающе пищит. - Ты в положении, неблагодарная сука! - шипит Вокс, зажимая рукой треснувшую, промявшуюся от удара плазму. - Что...? - В по-ло-же-ни-и. - зло улыбаясь, по слогам повторяет он. - Беременный. С моим ребёнком в твоём тонком животе. Ядовитая улыбка сползает с лица Винсента не оттого, как бледнеет лицо напротив. Организм просто моментально переключается из состояния морального доминирования в состояние усталой опустошённости. Он сам адски вымотан. Аластор чистенький, рана перевязана и эта тварь удобно устроена на постели. Сам теле-демон чувствует себя в высшей степени паршиво. Он всё ещё грязный и повреждённый после битвы, ещё и получил копытом в экран... его мощность близится к нулевой отметке. Он устало опускается на колени у кровати, тоже раненный, сильно измотанный битвой, но, в отличии от Аластора, не получивший никакой заботы. Сил хватает только подключение к ближайшей розетке. - Поэтому я низачто тебя не обижу, не ударю в ответ... - тихо добавляет Винсент, укладывая разбитый монитор на край постели.