Фея синего моря

Море это-свобода, а закон-цепи.

Бескрайнее и прекрасное море кажется нигде и никогда не заканчивается, освещенное ночным небом, такой яркой луной и такими же яркими, но маленькими звездами были поистине чудесным зрелищем. Когда не сидишь на месте и постоянно твое сердце зовет это море, тут же прыгаешь в лодку и видишь все что оно тебе показывает, от мирных и спокойных волн до поистине бушующим и таким грозным бескрайнем морем.

***

Ступив на берег острова Шезл-Таун, девушка уверенным движением привязала лодку к причалу и углубилась в живой лабиринт местных улиц. Несмотря на скромные размеры острова, он буквально пульсировал жизнью: толпы прохожих создавали непрерывный гул, наполняя воздух суетой. Проходя мимо уютного заведения, похожего на небольшое кафе, она невольно замедлила шаг. У самого входа, подставив лицо солнечному свету, стоял симпатичный черноволосый юноша. Он согнулся пополам, держась руками за живот, и заливисто смеялся, словно только что услышал самую нелепую шутку в своей жизни. Его смех казался слишком ярким, слишком «чужим» для этого места. «Неужели он не местный? Или те сведения, что я получила, оказались лишь красивой ложью?» — пронеслось в её голове. Рядом с ним, словно контраст к его беззаботности, суетился маленький розоволосый мальчишка, в отличие от смеющегося друга, выглядел крайне взволнованным. Миновав случайных встречных, она продолжила свой путь по практически пустынной улице. Впереди, за пеленой утреннего солнца, виднелись очертания базы Морского Дозора — места, которое должно было быть наполнено дисциплиной и шумом, но сейчас казалось застывшим памятником. Внезапный порыв беспокойства заставил её обернуться: те двое, чьи голоса только что нарушали тишину, теперь тоже двигались в её направлении. Сердце забилось чаще. Она ускорила шаг, почти переходя на бег, и ловко лавировала между тесными постройками, пока дома не закрыли её от случайных взглядов. Наконец, она замерла перед стенами штаба. Вокруг царило неестественное безмолвие — ни одного часового на посту, ни единого шороха за оградой. Ощутив странную легкость этой пустоты, она, стараясь не дышать, проскользнула в здание, проникая в самое сердце ненавистного логова.

***

Пустота штаба наводила на дурные мысли. Куда исчезли все солдаты? Эта неестественная тишина давила на уши, превращая каждый шаг в грохот. Чтобы слиться с окружением, ей жизненно необходим был маскарад — форма дозорного. Удача улыбнулась ей спустя несколько минут: один из патрульных, явно расслабленный или застигнутый врасплох, стал её трофеем. Переодевшись, она почувствовала, как тяжелая ткань мундира добавляет ей уверенности, но не снимает тревоги. Движение по коридорам напоминало прогулку по минному полю. Встречи с дозорными стали испытанием на актерское мастерство. Ей приходилось на ходу менять роли: быть исполнительной подчиненной, отдающей честь, или рассеянным солдатом, склоняющим голову в глубоком поклоне. Каждый раз, когда мимо проходил офицер, она замирала, сдерживая дыхание и надеясь, что маска не треснет. Цель была близка. Дверь кабинета капитана — чье имя она то ли путала, то ли не могла разобрать — возвышалась над ней, словно преграда. Осторожно прислушавшись за дверью, она не уловила ни единого признака присутствия хозяина. В этом зловещем спокойствии крылась её единственная возможность. Сделав глубокий вдох, она скользнула внутрь, растворяясь в полумраке кабинета. Начав осторожно и аккуратно, но в быстром темпе обшаривать кабинет, постоянно замирая услышав шорох или чьи-то шаги, эта напряженная ситуация и так ее не вдохновляла, а не найдя того ради чего она пришла сюда рисковав всем, настроение окончательно разрушилось, ее уже не волнует зайдет ли кто на шум или же не зайдет. От испорченного настроения все вещи этого поганого капитана начали летать с одного конца комнаты на другой или же в окно. В информации что ей предоставили, сообщили что оно лежит здесь, так где же оно может находится если не в кабинете капитана, если вообще была у них эта информация. То что она искала было смыслом всей ее жизни, это то ради чего она была готова на все что предоставит ей этот мир. Обессилено рухнув на колени ей захотелось кричать, она так долго пытается выяснить хоть что-то, но каждый раз все заканчивается провалом ее поиска, ее смысла существования, и людей что жили в ее воспоминаниях. Спустя мгновение она заставила себя выровнять дыхание. Внезапный гул, донесшийся сверху, заставил её насторожиться. Неужели весь гарнизон собрался на крыше? Это казалось абсурдом, но сомнений не оставалось. Отбросив остатки недавней паники, она решительно направилась к лестнице. В голове пульсировала одна мысль: если капитан там, она закончит всё здесь и сейчас. Смерть тирана станет освобождением для этого проклятого острова. Выглянув из-за дверного проема, она замерла. Перед ней развернулось зрелище, граничащее с безумием: толпа дозорных, обливаясь потом, пыталась поднять массивный каменный монолит. Это была статуя. Очередное воплощение эгоизма капитана — памятник самому себе, воздвигнутый на костях подчиненных. «Ну и придурок», — пронеслось в её мыслях. Внезапно статуя дрогнула. Равновесие было потеряно, и воздух прорезал яростный рык капитана. — Ты хоть понимаешь, тварь, как долго я ждал завершения этой работы?! — прошипел он, склонившись к перепуганному солдату. Вместо слов из его плеча вырвалось движение — тяжелый топор, заменявший ему правую руку, взметнулся для сокрушительного удара. Она уже рванулась вперед, готовая вмешаться, но в этот момент в гущу событий, словно из ниоткуда, ворвался мальчишка. Выкрикнув что-то невнятное, он вцепился в такелаж. Система не выдержала. Грохот разрываемой веревки, скрежет камня — и исполинская статуя рухнула. Нижняя часть замерла на крыше, а верхняя, сорвавшись, устремилась вниз. Парень застыл с нелепым, ошарашенным лицом. — П... прости, — выдохнул он, неловко подняв руку в извиняющемся жесте. Эта нелепость стала последней каплей. Напряжение, копившееся внутри, взорвалось безудержным хохотом. Она вышла на свет, не в силах сдержаться. — Боже, это было потрясающе!— выкрикнула она сквозь слезы. Смех перехватил ей дыхание. Она согнулась пополам, рухнула на колени и начала в приступе истерии бить кулаком по крыше. Но стоило ей поднять взгляд и встретиться глазами с багровым от ярости лицом капитана, как новый приступ смеха захлестнул её с новой силой. Разъяренный капитан, чье лицо превратилось в багровую маску гнева, взревел так, что, казалось, задрожали сами стены здания: — Схватить их! Я убью их всех!!! Девушка, чей приступ смеха только-только подошел к концу, замерла в полном недоумении. Она перевела взгляд с капитана на солдат и невольно пробормотала себе под нос: — Э-э? А меня-то за что? Дозорные, чей страх перед командиром был сильнее здравого смысла, лишь синхронно вытянулись в струнку и выкрикнули: — Есть! Будет исполнено! В этом безумном вихре звуков раздался пронзительный крик. Один мальчик оказался сыном капитана, бросился к отцу, размахивая руками: — Папа, это он! Он меня ударил! Я же говорил, он подозрительный! Но не успел капитан отреагировать, как вынырнул тот парень что прилетел снизу. Захватив мальчишку — то ли за воротник, то ли за горло — он стремительно пронесся мимо меня. На мгновение он замер, и она встретилась с ним взглядом. В его глазах читался немой, прямой вопрос: «Ты с нами?» на удивление я сразу поняла что он спрашивает меня, хоть и не сказал мне ничего. Смысла в одиночном противостоянии этой толпе не было, поэтому она, не раздумывая, рванула следом. Бежа рядом с ним, она почувствовала странное дежавю. Этот парень казался ей до боли знакомым... Неужели тот самый симпатичный незнакомец, которого она мельком видела у кафе? Пока они неслись по коридорам, обгоняя дозорных, до неё долетали обрывки их разговора. — Где меч Зоро?! — спросил черноволосый парень, всё еще крепко держа парня. — Я скажу! Всё скажу! Только отпусти! — взвизгнул мальчишка, едва не плача. Они резко затормозили у очередной двери. Парень в соломенной шляпе прищурился: — Ну, колись! — В моей комнате! Она там, мы её только что проскочили! — выкрикнул Хельмеппо, захлебываясь слезами. Парень лишь разочарованно фыркнул и легонько ткнул мальчика кулаком в плечо: — Что ж ты молчал? Теперь придется возвращаться! —В этот момент путь им преградили трое дозорных. Они вскинули пушки, направив дула прямо на беглецов. Парень в шляпе что-то неразборчиво пробормотал и, внезапно схватив героиню за руку, притянул к себе за спину, закрывая своим телом. «Хочет защитить? Как это мило...» — промелькнула в её голове абсурдная мысль, прежде чем реальность ударила по ушам. Хельмеппо начал орать так истошно, что у неё заложило уши. — Черт! Он спрятался за спиной господина Хельмеппо! — прокричал один из солдат. — Хель... кто? Что это за имя такое дурацкое? — прошептала она, пытаясь перекричать хаос. Наконец, добежав до нужной комнаты, они ворвались внутрь. Цель была ясна — найти мечи Зоро. Это имя эхом отозвалось в её памяти: Зоро... Где же я его слышала? Осматривать помещение не пришлось — три катаны изящно покоились у стены, словно ждали своего часа. — Ага! Нашел! Точнее, целых три! — парень в шляпе хотел спросить того Хеля, да тот оказался в отключке – И который из них меч Зоро? — Зоро? — она спросила глядя на оружие. — Это тот самый охотник на пиратов? — Да, он самый. Ты его знаешь? — черноволосый парень удивленно приподнял бровь. — Ну, слышала о нем немного... — Дейнис указала на оружие. — Бери сразу все три, он использует их все. Кстати, я Дейнис. А ты? Парень широко и дерзко улыбнулся, и в этой улыбке было столько энергии, что по телу прошлись мурашки и невольное восхищение. — Я Луффи! Человек, который станет Королем Пиратов!