Моя милая одинокая жертва

Небольшая изящная метла подлетела ко входу «Клуба миллиардеров Дакбурга» — величественному строению, напыщенно возвышающемуся над городом. Легко спрыгнув с древка, хозяйка раскрыла за спиной ладонь, и метла послушно легла на привычное место. Но тут на глаза ведьмочке попался синий знак с большой белоснежной буквой «Р». Рядом с ним стройной вереницей стояли чудо-телеги, отчего-то металлические и без лошадей. — Хм, — пожала плечами девушка, украдкой взглянув на деревянную подругу, — стало быть, нужно соблюдать правила, если хотим задержаться здесь на подольше. Не волнуйся, скоро буду, только проведаю обстановку. С этими словами ведьма аккуратно прислонила рукоятку волшебного летающего устройства прямо к стойке дорожного знака. Уверенно, почти вприпрыжку она добралась до вращающихся дверей, стеклянными лопостями загребающих людской поток в жерло здания. Водоворот тел, поражающий своей бессмыслицей: по дрожащим в нервозности блекло-серым теням девушка видела, как ни одна из пролетающих мимо душ не была рада здесь находиться, но все равно поддерживала всеобщую возню в бессознательном порыве. Ведьмочка находила это даже забавным — человечишки разгоняли круг жизни, от которого исходила лишь пустота безжизненности. Пачкаться об их безвкусную энергию не возникало ни малейшего желания, поэтому девушка с гордостью прошла через обычные боковые двери сбоку. Внутренности сооружения впечатляли еще больше: как своей напускной помпезностью, так и тяжёлой, ужасно давящей атмосферой. Ведьму тут же передернуло от изобилия звуков, запахов и звенящих раздражением и усталостью душ. Толпа гудела, шуршала кипами бумаг, хлюпала отвратительно пахнущим кофе из странных бумажных стаканчиков и кричала в не менее странные серые кирпичики в руках. — Дамочка, двигайтесь давайте, не загораживайте турникет! — Грузный мужчина, обдав девушку несвежим дыханием, грубо толкнул её и как неуклюжий пингвин зашатался к ещё одним лопастям, горизонтальным и поменьше. Ведьмочка, брезгливо отряхнув платье, не преминула ущипнуть противную, под стать обладателю, тень, отчего мужчина смешно упал прямо на железные перекладины. С удовлетворением хихикнув, девушка с интересом наклонилась к твердому прямоугольничку, выпавшему из кармана мерзкого незнакомца. Наблюдательность подсказала, что его нужно прикладывать к чёрным махинам, держащим лопасти, чтобы заставить те крутиться и пропустить. Почему люди просто не перепрыгивали эти крайне неудобные и уродливые конструкции, ведьмочке было невдомек. Но и делать по-своему она не стала: выдаст себя как чужую — придётся тратить и так ослабленную концом лунного цикла магию. Поэтому девушка последовала примеру окружающих и прибегла к местному изобретению. «Люди так стараются повторить чудеса нашей магии, но даже спустя век получается неизменно ущербно,» — снисходительно хмыкнула она в мыслях, ведомая суетливой процессией дальше к большим металлическим ящикам. Суматошное сборище забивалось в них до отказа, отчего в ведьме любопытство взяло верх над омерзением. Им настолько надоела их бесполезная жизнь, что они устраивают массовые захоронения? Оказавшись внутри, ведьма выжидающе оглянула присутствующих. Никакого благоговения перед смертью, а ведь лишены всякого колдовства, просто так, как она, не спасутся! Но, к большому удивлению, саркофаг не грохнулся оземь, а взмыл ввысь. Слегка пошатнувшись от неожиданности, девушка развернулась к прозрачным стенам и припала к ним носом, не веря своим глазам. Брат, конечно, говорил, что те железные птицы, что всё чаще пролетали над их жилищем, построены людьми и именуются самолётами, но она не верила. Людям не подвласна магия, тем более полётов, так что ведьма упорно твердила, что это другие ковены насылают иллюзии, чтобы напугать. Даже в пути до Америки она сторонилась их характерного жужжащего звука, считая, что завистливые колдуны пытались сбить её с курса. И всё-таки, какой этот ящик для полётов топорный, неграциозный. Имитация свободы и власти над своей человеческой низменной природой. — Мисс, вам куда? — послышался голос. Девушка не сразу сообразила, что старичок в забавном кителе обращается к ней. В памяти всплыло имя из письма, перечитываемого ведьмой в дороге много раз. — К Скруджу Макдаку, — прямо ответила ведьмочка. Старичок немного растерянно прошёлся взглядом по её фигуре, что сделали и те немногие небезучастные попутчики. Девушка надменно фыркнула: не её вина, что она так выигрышно выделялась на фоне их блеклых тряпок. — Вы записаны на приём или на собеседование? — учтиво поинтересовался старик. — Зачем? Я просто хочу увидеть Скруджа Макдака, — недовольно пояснила ведьма, теряя терпение. Почему они вечно усложняют простые вещи? — В таком случае, вам стоит пройти к залу совещаний, — подумав, решил старичок, нажимая на одну из многочисленных кнопок. — Подойдёте к секретарю, она сориентирует вас. Мистера Макдака пока нет на месте. Ящик остановился, и ведьма поспешно выпорхнула из тисков душной давки. Жмутся, как кильки в банке, и называют это прогрессом. Да и пусть мучаются, раз им так это нравится. Войдя в огромные дубовые двери, девушка попала в смежную комнату. Около следующих дверей располагался внушительных размеров стол, заваленный бумагами, среди которых деловитая барышня красила ногти. На приход посетителя она не обратила особого внимания, так что ведьмочка спокойно проследовала дальше, лишь заходя в просторный зал услышав паническое: «Вы куда? Там занято, нельзя так…» Но ведьма вовремя захлопнула за собой и прокрутила защёлку, запирая переговорную. Кроме неё, в помещении находился только один мужчина, оживленно беседовавший с уже знакомой прямоугольной штукой. Услышав шум, он обернулся и вздернул бровь, проследовав взглядом за по-хозяйски прошедшей к окну незнакомкой. — …И договорись наконец-таки о поставках нефти… Перезвоню, — бросил мужчина на прощание непонятному предмету у уха. — Простите, мисс, а вы дверью не ошиблись? Вы кто? Что вам нужно? Кто вас впустил? Шквал удивленных, грозившихся перетечь в возмущение вопросов остался без ответа. Мужчине следовало бы отпереть дверь и позвать охрану, но в нём внезапно проснулось жгучее желание выяснить причину появления таинственной красавицы самому. — Вы меня вообще слышите? — Он подошёл ближе, стараясь всмотреться в лицо девушки. Та повернулась с задумчивым выражением. — Вы Скрудж Макдак? — простодушно спросила ведьмочка. — Что?.. Нет, я не Скрудж Макдак, — оторопело произнёс мужчина, в чьём голосе явно прослеживалась неприязнь к озвученному имени. — Значит, и вправду нет на месте, — скучающе протянула девушка, вмиг потеряв к собеседнику остатки интереса. Но тут она оживленно подпрыгнула, указывая пальцем на улицу. — А это? Это Скрудж Макдак? Мужчина глянул в окно, заметив чёрный лимузин и трёх людей, вышедших из него. — Да, это Скрудж Макдак, — вздохнул он, косясь на девушку. — А вам он, позвольте спросить, зачем? — Позволю, но позже. — С этими словами ведьмочка дотронулась до круглого камня, висящяго на шее, и тот послушно загорелся ярким белым. Указательным пальцем она обвела одно из больших окон, оставляя белоснежное свечение по периметру. Взмахнув рукой, она легко сняла стекло с рамы и аккуратно положила рядом, а вторую руку вытянула раскрытой ладонью вверх. Через секунду фирменный транспорт подхватил хозяйку и вылетел с ней из здания, незаметно спикировав за угол, где хорошо слышался разговор. — Я ещё тогда предлагал забрать вещи. — глухо донесся мужской голос. Тихий, тяжёлый. В нем угадывались сила, достинство, считываемые ведьмочкой даже без тени. Такие голоса были редкостью, но если появлялись, то заявляли о себе громогласно, становились руководящим рупором, вырывали победы зубами. Только сейчас голос не требовал, не приказывал, а совестливо умолял выслушать. — Почему решили сейчас?.. Почему без меня? Я бы помог… — Лишний пассажир в такси — это не помощь. — холодно отрезал, судя по тембру, юноша. — Могли бы поехать на лимузине… — Смешно! — резанул слух раздражённый девичий визг. Раздался грохот сумки, брошенной на землю. — У тебя же кризис в компании, дядюшка, казна пустеет! Кем же мы будем после того, как обворуем обнищавшего бизнесмена на полтора доллара за галлон? Вязкое молчание, несмотря на шум перетаскиваемой поклажи, загустило воздух. Ведьмочка не понимала некоторых слов, не видела участников напряжённой беседы, но отчётливо ощущала пульсирующую боль, исходившую от мужчины. — Может… все же повремените с отъездом? — робко, едва слышно просил он. — Повременим. — колюче отозвалась девушка. — До тринадцатого. Потом у нас билеты, увы, невозвратные. — Флорида… это очень далеко. — Слова разбивались невесомыми осколками. Их безысходность горечью оседала во рту. — В Калисоте мореходки и летные не хуже, их полно… — Да, Флорида — это далеко, — безжалостно подтвердил юноша. — Поэтому и выбрали противоположный берег. — И билеты, как ты слышал, невозвратные. На наши деньги, других нет, а ты нас хорошо выучил, никакие кредиты, долги не брать, — подливала масло в огонь девушка, явно подбирая самые острые, самые едкие выражения. — Я всё компенсирую без долгов… — попытался уцепиться за росток надежды мужчина, но его раздражённо прервали: — Всё, хватит. — Фраза юноши прозвучала хлестко, как пощёчина. — Время — деньги, а ты опаздываешь на работу. Иди, мы сами доберёмся до особняка. — Не глупите, возьмите машину… — Полтора доллара за галлон! Вслед за громким ядовитым напоминанием под шагами и чем-то тяжёлым задребезжал гравий. Ведьма припала ближе к стенке, но двое молодых людей даже не посмотрели в её сторону, поглощенные кипящими эмоциями. Вслед за диковинными саквояжами, к которым умудрились прицепить колёсики, следовали тени, красноречивее лиц говорящих о своих обладателях. Одна сжатая в напряжении, угловатая от нервозности, чернеющая тяжёлыми размышлениями и грузом ответственности. Другая искрящаяся на солнце от пылкого негодования, дребезжащая от противоречивых чувств, и всё же светлая, не оставляющая надежды на лучшее. Их призрачные отражения душ считывались даже слишком легко. Быть может, с ними приключилась та же история, что с самой ведьмочкой и её братом?.. Девушка поспешила вновь оседлать метлу и на безопасном расстоянии подлететь ко входу здания — стоило взглянуть на непосредственно причину её визита в Штаты. Мужчина успел скрыться за стеклянными лопостями, однако ведьмочке удалось на долю секунды высмотреть статно держащуюся фигуру в красном сюртуке. И тень, широкую и уверенно следующую за хозяином. Немыслимо, но, кажется, эти смертные сумели пробудить в ведьме огонёк интереса. Вот только добыча неспособна вызывать интерес, и чародейка решила не медлить с доказательством. — Он с кем-то ссорился, — сразу же объявила она, как только залетела в окно и плавно соскочила с метлы в паре метров от уже знакомого мужчины. Тот спешно отшатнулся, глядя на девушку во все глаза. — Мне показалось, они назвали его дядюшкой. Они ему племянники? — Племянники, — сипло выдавил мужчина, сделав ещё шаг назад. Девушка миловидно, с едва заметной хищностью улыбнулась, сделав два шага вперёд. — А вы, собственно… ведьма, что ли? Ведьмочка звонко рассмеялась, расслышав в голосе смертного наивное наверие. Он не верил своим же словам. В этих серых коробках люди ещё не встречали подобных ей, обладающих силой, которую они никогда не смогут обрести. Они ещё не знают, что такое настоящая ведьма. И как же приятно стать их первым, самым запоминающимся кошмаром. — Ой, я и не представилась. — Холод тонких длинных пальцев девушки обжег мужскую ладонь. Но и самой ведьмочке рукопожатие не доставило большого удовольствия. Ладонь оказалась неприятно маслянистой, как та самая нефть, о которой обмолвился с прямоугольником мужчина. Да и его тень растекалась тошнотворно блестящей лужицей по полу. Однако отвращение меркло перед предвушением, что бодрило голос и заставляло поблескивать амулет на шее. — Магика Де Гипноз, потомственная ведьма и жуть какая любительница чужих богатств. А что насчёт вас? — А-а-а… э-э-э… ну, я Джон Рокердак и… — Милый Джон, — прервали его игривым, не скрывающим угрозы тоном, — как вижу, вы тоже не прочь прибрать к рукам чужое добро, но, видимо, плохо преуспеваете в этом, раз до сих пор этого не сделали. Так вот, смею заверить, что скоро избавлю вас от чувства вопиющей несправедливости, поскольку заимею всё богатство Скруджа и даже больше. Ну а вам со мной тягаться точно не стоит, можете даже не пытаться. Ладонь выскользнула из пальцев ведьмы. Джон растерянно хмыкнул, затем издал нервный смешок. — Ну, во-первых, мисс, не понимаю, откуда вы взяли, что мне нужно чьё-то, как вы выразились, добро. Мы с мистером Макдаком находимся в здоровом соперничестве, только и всего… — Мужчина нервно затянул галстук, поправил очки, стараясь скрыть суетливыми жестами ложь. — А во-вторых… если вам уж так хочется завладеть его богатством, пожалуйста, дерзайте, только до него ещё нужно, хе-хе, добраться… — Стоять. Подсвеченный белоснежными искорками диванчик мигом взмыл в воздух, загородив дверь. Джон, что во время монолога тихонько пятился назад, в ужасе обернулся и с перекошенной страхом улыбкой посмотрел на ведьму. — Но я ни в коем случае не сомневаюсь в ваших способностях, — истерично захихикал он и упавшим голосом добавил, — только сразу говорю, я буду очень плохо смотреться в зелье… — Любите вы, люди, верить предрассудкам, — закатила глаза Магика и мановением пальца притянула мужчину ближе. — Скажи, как мне сблизиться со Скруджем, и будешь свободен. — Сблизиться? — недоуменно заморгал Джон. — В к-каком… каком смысле сблизиться? — В любом! — От раздражения ведьмочка аж слегка встряхнула беднягу. — Нужно, чтобы он позволил мне быть рядом с ним. Как это можно устроить? — Эм-м-м… ну-у, он, вроде бы обновляет штат ассистентов, куча народу который день толпится на его этаже. Можете попробовать пройти собеседование… — Избавь меня от бесполезной тарабарщины! — рассерженно приказала Магика. — Внятно дорогу объяснить ты в состоянии? — Собеседования проходят на сорок пятом этаже, но сам Макдак принимает на пятидесятом. Без гостевой карты туда не попасть, но… полагаю, она вам и не нужна… Ведьма проследила за взглядом Джона, туда, где замерла в полёте метла, и невинно улыбнулась. — Ох, нет, на моей красавице я туда не попаду. Недальновидно так часто тратить магию на стирание памяти. — Стирание п-п-памяти? — Понимаю, милый, будет жаль потерять воспоминание о встрече со мной. Но не грусти, мы обязательно встретимся. Впереди целый лунный цикл, чтобы мне как следует у вас повеселиться. Паника охватила всё естество Джона. Крик о помощи сорвался с голосовых связок, но растворился на губах, когда ведьма, сосредоточенно прикрыв веки, провела ладонью перед глазами мужчины. А когда тот проморгался и потерянно заозирался по сторонам, девушки уже в комнате не было, только крупицы белого свечения прощально поблескивали на вставленном окне. — Scusi, синьор, кажется, и вправду ошиблась дверью! — хохотала вслед чародейка, уносясь на метле в небо. Такой вот была наша ведьмочка, Магика Де Гипноз. Безрассудной, самоуверенной, невозмутимой, какими обычно и бывают юные, не обремененные горьким опытом ведьмы. Однако, ко всему прочему, Магика была и очень талантливой ведьмочкой. Теневая магия наделяла её способностью манипулировать изнанками людских душ, забирать воспоминания, видеть в тёмных следах на свету их тайны и переживания… … а ещё не позволять всяким смертным влезать в мою жизнь и быть в ней рассказчиком! Историю пишут победители, и я не допущу сделать это за меня! Обязательно придумаю, как красивее и устрашающе преподнести биографию моего величия и блестящей победы для людишек и других колдунов, но пока воспользуюсь разумом как личным дневником — только ему можно доверить подлинность событий. Итак, что бы я написала, будь мои мысли записями на бумаге? Для начала бы представилась и обрисовала ситуацию — полезно напоминать себе, кто ты и каковы твои стремления. Я — Магика де Гипноз, потомственная ведьма Теневого ковена. Наши с По родители были убиты людьми по наводке мятежных ковенов, чьих предводителей они унесли с собой в могилу. Амулет достался нам как трофей, стал символом отмщения. Сколько себя помню, По искал силу, что позволит сделать наш ковен вновь нерушимым, раз и навсегда поставить на колени и людей, и чародеев. И, видимо, нашёл. Только пропал на чужой земле, оставив мне лишь ворона с запиской в пару строчек в клюве.

«Отыщи Скруджа Макдака, его первую монету.

НИКАКОЙ МАГИИ!!! Он должен отдать её добровольно.

Проведи ритуал в полнолуние. И ты найдешь меня.»

Впервые я покинула подножие Везувия, чтобы отправиться в незнакомую Америку, где оборвались поиски брата. Понятия не имела, что задумал По и куда исчез, но уже представляла его гордое и виноватое выражение лица, когда он увидит, как филигранно я справлюсь с заданием и добуду артефакт. Столько лет он вёл поиски в одиночку, не выпускал меня из дому, боясь после смерти родителей потерять и меня, но со мной бы По давно достиг цели, я докажу это! Только как же противно звучало это поручение! Я знала об артефактах, которые нельзя добыть силой: они встречались редко и обычно принадлежали могущественным колдунам, которые привязывали спрятанные в них чары к своему сердцу. В таком случае чарами нельзя было завладеть против воли хозяина, похитив или отняв артефакт, а также при его убийстве. Чары удавалось присвоить только в том случае, если колдун доверял другому колдуну или испытывал к нему искренние тёплые чувства, наподобие любви, привязанности или даже считал членом семьи. Странно, что такой артефакт оказался у человека, обычно сосуд с такой силой губил простых смертных за считанные дни. Да и втираться в доверие к кому-то из людей, ещё и без магии принуждения, соблазнения, без угроз расправы, бр-р-р, какая мерзость! К тому же у всех в этой огромной безликой постройке души сплошь блеклые и унылые, как в подобного им вдохнет жизнь и светлые чувства ведьма, что ощущает к людям одно презрение? Хотя тень Скруджа и голос показались… весьма необычными. Как правило в речи людей сразу же читалась присущая их роду слабость духа, а тени либо же до смешного самоуверенно бежали впереди обладателя, либо безвольно плелись позади. Да и сами тени были мелкими, под стать широте их душонок. А Макдак обладал тенью внушительной, какую наращивают за много сотен лет опытом и знаниями разве что ведьмы, и шагала она твёрдо и достойно в ногу с хозяином. И голос, в котором ощущалась глубина, характерная не для человека. Быть может, для не совсем обычного человека. Тот забавный мужчина в очках и шляпе сказал, что Скрудж находится на пятидесятом. Не лишним было бы взглянуть на этого любопытного владельца артефакта снова, повнимательнее, хотя бы через стекло. Подсчитав нужный этаж, я молнией понеслась вдоль ряда окон. Поиск нужной комнаты проходил резво, но так же резво затея превратилась из занимательной в бессмысленную. С чего я вообще взяла, что обязательно почувствую энергию артефакта, вполне может оказаться, что она скрыта защитной… Метла остановилась даже быстрее, чем я успела попросить. Ощущение мощной, завораживающей силы окатило громадной волной, аж дух захватило. Какое-то время я, не в силах пошевелиться, просто купалась в чарующем могуществе этой энергии, после чего всё же сумела повернуть голову. У впечатляющих размеров окон, выходящих на просторный балкон, за столом сидел мужчина. Выглядел он немолодо, — уж не знаю, на сколько по людским меркам лет — но печать прожитых годов во внешности ему шла. Лёгкая небрежная щетина обрамляла скулы и подбородок, и отчего-то это не портило лицо неряшливостью, скорее наоборот, добавляло мужественности. В светлых прядях, видневшихся из-под цилиндра, вулканическим пеплом проглядывалась седина. Нити морщин пересекали болезненно-бледную кожу, под глазами залегли тёмные круги. И в самих потускневших голубых глазах тяжелел мрачный взгляд. Кажется, артефакт, что ярко горел магией для ведьминского взора, не особо ему помогал. Выглядел Скрудж… эм-м, симпатичее прочих местных людей, но явно не счастливее. Тень, пусть такая же массивная, какой я запомнила, смотрелась потрепанно, со скверными белесыми трещинами… И все-таки её солидный размер не давал покоя. Не похожа она не на тень человека, не на тень колдовскую… или похожа на всё сразу. — Мистер Макдак, поставщик не отгрузил компоненты. Без них вторая линия встанет. Если до пятницы ничего не изменится, мы сорвём заказ, — доносился через приоткрытое окно чей-то голос. Какая-то большая штуковина на столе неведомым образом разговаривала со Скруджем. — Позвони им, скажи, что приеду лично, — равнодушно отозвался мужчина, подперев голову рукой и невидящим взглядом блуждая по строчкам записных книжек. — Банк отказал в пролонгации кредитной линии. Требуют поручительство по всем вашим активам, включая особняк. Без этого — не дадут ни цента. Назначить встречу на завтра? — Три смены ушли в забастовку из-за задержки зарплаты. Банк заблокировал счета. Если не расплатиться до пятницы, люди уйдут, и завод встанет. А с ним и ваша вторая линия. Сможете прислать ещё сорок тысяч сверху? — Технический директор предприятия в Сент-Канаре написал увольнение по собственному. Слышал, перекупила конкурентная фирма, предложила вдвое больше. Прислать заявление на подпись? Штуковина на разные лады трещала без умолку, сверкая лампочками, а Скрудж лишь неопределенно хмыкал, иногда удостаивая её односложным ответом. Я с жалостью усмехнулась. Забираются поближе к небу, окружают себя мудреными аппаратами, и все ради того, чтобы запереть себя в душных комнатах и с несчастным видом слушать бессмысленный поток слов. А ведь ваша тень дала мне повод думать, что вы выше этого, мистер Макдак. И глаза… они определённо кажутся старше его самого. Может, я просто еще неопытна в трактовке людей, но тени никогда не врут, да и интуиция… Что же ты такое, Скрудж? — Мистер Макдак, это… — Дакворт! Я аж вздрогнула, настолько внезапно мужчина оживился, прервав мои напряжённые думы, и схватился за штуку, словно за соломинку утопающий. — Да, мистер Макдак. Хотел сообщить, что ваши племянники уехали на квартиру к Глэдстоуну. Сказали, будут ночевать там, на какое время — пока не знают. Но передали, что если вы отправитесь за ними, то найдут другое жильё и избавятся от всех каналов связи, чтобы вы, цитирую, «не вздумали мешать и распоряжаться чужими жизнями». Будут ли дальнейшие распоряжения по этому.? Скрудж резко хватил пальцем по штуковине, заставив ту замолчать и проехаться по столу. Тень взметнулась, яростной птицей поглотив чернотой стену за спиной мужчины, словно расправив исполинские крылья. Ладонь Макдака застыла над прямоугольником, с которым так любили все здесь беседовать. Рваные края взбешенной тени тянулись к ней следом, властно раздуваясь, уязвленно пульсируя… Рука безвольно опустилась вниз. Тень испуганно, виновато съежившись, стекла вниз, невыразительным пятном осев на полу. Скрудж перевёл горестный взгляд вновь на штуку с лампочками. После долгих секунд раздумий нажал на какую-то из многочисленных кнопок. — Отдел инноваций компании «МсDuck Enterprises», чем могу… — Внештатный агент 1611, код 19-8-21-19-8, соедините со штабом. Штука странно зашипела, среди шумов издав непонятное «происходит переадресация». — Служба безопасности «S.H.U.S.H.», говорите. — Есть новости? — слабо выдохнул Скрудж, почти перебив аппарат. — Оперативный статус по объекту «713» не изменен. Агент числится в категории «Потеря связи». — В безэмоциональном, почти нечеловеческом голосе проскользнуло сожаление. — Мы делаем всё возможное, мистер Макдак. Группа контроля продолжает… — Ясно. — Прикосновение Скруджа вновь заткнуло многозвучного собеседника. Мужчина бессильно откинулся на спинку обитого кожей стула, прикрыв лицо цилиндром. Тень уменьшилась ещё больше; края её расплывались, грозясь растаять. Белесые трещины стали шире. Заглядывая в отражения душ, теневые маги против воли перенимают ощущения других существ. Когда это что-то сильное, будь то эмоция или недуг, переживать такое бывает болезненно. Сейчас же груз чужой боли сделался почти невыносимым, но я не могла отвернуться. Отчего-то чувствуемые мной переживания казались… знакомыми? На ум вдруг пришёл брат. Почему я решила, что он в порядке? Если с По что-то случилось? Он обещался найтись, но куда в самом деле пропал?.. Скрежет по гладкому камню побудил отлететь в сторону, спрятавшись сбоку. Скрудж, отворив одно из окон, будто дверь, вышел на балкон. Задумчиво провел пальцами по полям цилиндра, покоящегося в его руках, и устремил взгляд вдаль. Впереди открывался поистине красивый вид: солнце близилось к закату, а внизу порт и море. Среди осточертевших бетона и стекла живая водная стихия казалась благословением, поражала волшебством природы. Даже на душе спокойнее стало. Я повернула голову к мужчине. В светлых с проседью волосах гулял ветер. Глаза смотрели с отчаянной надеждой, словно пытались отыскать где-то поблизости выход из кокона мучений. Смотрел, но не видел, как одна ведьма прячется совсем рядом, с тем же отчаянием желающая завладеть его маленькой монеткой. Соблазн хотя бы дотронуться до сладкого сгустка энергии манил пойти на риск. Я бесшумно покинула укрытие, но вместо того чтобы подобраться поближе к мужчине, застыла у перил балкона, рядом с тенью. Испещренный разломами комочек, способный властно возвышаться над окружающим миром, теперь неподвижно лежал у ног хозяина. Бедняжка, совсем исстрадалась от тревог и одиночества. Слишком давно я не имела дел с настоящей человеческой тенью. Тем более с такой необычной, настоящей красавицей, только вот совсем истощенной. Лучше я ей точно не смогла бы сделать, но даже просто коснуться было бы любопытно… Но едва пальцы легли на белую полосу, как тень встрепенулась и фигура рядом пошатнулась назад. Я пулей метнулась под балкон, не сразу осмелившись осторожно высунуться. Макдак растерянно смотрел по сторонам, видимо, не совсем понимая, что вообще произошло. Не заметив никого поблизости, он с сомнением коснулся груди — чуть левее места, где под сюртуком пряталась монета. — An dòchas gur e comharra a th' ann, — вознеся глаза к небу, произнёс что-то непонятное Скрудж и зашёл обратно в комнату. Тень последовала за ним, и… мне показалось, или та трещина стала чуть меньше? — Пришла мисс Даклин из налоговой. Просит личную встречу, — судя по звукам, вновь ожил надоедливый говорящий камень. — Впустить или просить подождать? — Пусть заходит. Предупреди, что у неё в распоряжении полчаса. И поторопи HR-команду, через сорок минут жду потенциальных ассистентов. Тот факт, что я понимала едва ли пару фраз из местной речи, начинало жутко бесить, но последнее слово я разобрала очень хорошо. Ас-сис-тент. Если верить Джону, мне нужно стать им, чтобы быть ближе к Макдаку и почти что моему артефакту. Стоило поторопиться. — Не скучай, милая монетка, скоро я завладею тобой! — шёпотом попрощалась я с сияющим кругляшком на груди Скруджа. Ах да, и Скрудж. Кажется, его милой несчастной душой мне тоже придётся завладеть.