Исповедь "святого"

Какой чудесный на улице день. Птички поют, цветочки благоухают, сильная свежесть говорила о недавно прошедшей грозе. С того момента прошла примерно неделя. Вот вроде бы и большой срок, но на деле для Алисы и Эбби нихуя. Они кое-как смогли хоть что-то понять о слуге Эбби. И то — толком ничего полезного. Кроме одного. Этот слуга учится убивать, повторяя за Эбби. И это было видно, когда Эбби в моменте решил сделать перерыв на дня два. Убийства продолжались. С ЕГО подчерком. Во-первых, это были грешники — на мнение Эбби. Во-вторых, рядом с трупами, их же кровью, были написаны совершенные ими грехи. Эбби тогда долго смотрел на одну такую надпись. Потом перевёл взгляд на свою тень. — Ты учишься, — сказал он тихо. — Быстро. Тень дрогнула. Ответа не было. Но Эбби знал — он понял. *** А в это время в кабинете Директриссы — Мисс Грейс — были все учителя. Троица учителей-убийц: Мисс Циркуль, Мисс Блуми, Мисс Тавель. Нормальные учителя — Мисс Саша, Мистер Деми, Мисс Эмили. Сука, абсолютно ВСЕ. И сейчас им предстоял важный разговор. Мисс Грейс сидела за своим столом, сложив руки перед собой. Её лицо было серьёзным — серьёзнее, чем обычно. — Я собрала вас всех, — начала она, — потому что в школе происходит нечто, что требует нашего внимания. — Если вы о новом трупе в подвале, — лениво протянула Мисс Циркуль, — то мы видели. Кто-то очень неаккуратно вскрыл жертву. — Дело не в неаккуратности, — перебила Мисс Грейс. — Дело в том, что это не вы. Тишина повисла в кабинете. Мисс Блуми нахмурилась. — То есть, — медленно сказала она, — кто-то ещё убивает в нашей школе? — И не просто убивает, — добавила Мисс Тавель. — Он оставляет послания. Грехи. Религиозный подтекст. — Я видела надписи, — сказала Мисс Саша тихо. Её голос дрожал. — «Ложь», «Гордыня», «Зависть»... Это не просто убийства. Это казни. Мисс Грейс кивнула. — В школе появился кто-то, кто считает себя судьёй. И он действует не как мы. Он не убивает за ошибки в учёбе. Он убивает за грехи. — И вы думаете, это один из учеников? — спросил Мистер Деми. — Среди учеников есть те, кто способен на убийство, — ответила Мисс Грейс. — Но этот... этот слишком методичен. Слишком последователен. Мисс Циркуль усмехнулась. — Может быть, это просто фанатик. Надо найти его и наказать. — Мы ищем, — сказала Мисс Грейс. — Но пока у нас нет зацепок. Она обвела взглядом кабинет. — Поэтому я прошу вас — следите за учениками. Прислушивайтесь к слухам. И если кто-то заметит что-то необычное... Она сделала паузу. — Сообщите мне. Учителя переглянулись. В кабинете повисла тишина. — Но, Мисс Грейс, — заговорил Мистер Деми, — а разве вы по камерам не можете посмотреть, кто это? Вроде в каждом классе установлены камеры... Мисс Грейс вздохнула на слова Деми. — В этом-то и проблема... Если бы всё было так просто, то он давно уже был бы отдан на растерзание им, — она кивнула в сторону учителей-убийц. — Но, как вы можете понимать, Мистер Деми, всё далеко не так просто. Кто-то — или, возможно, этот же самый «фанатик» — каким-то образом деактивирует камеры. Причём не просто деактивирует. Они выходят из строя и показывают только золотой крест на белом фоне. Она сделала паузу. — Всё. Больше они некоторое время не показывают. Но после, когда они начинают работать, в тех местах уже трупы лежат и остывают. А может, и уже остыли. Понимаете? Мисс Грейс обвела взглядом кабинет. — Мы... вся школа в полной заднице из-за этого человека. В тот момент, когда Мисс Грейс позволила себе засквернословить, все поняли, насколько ДЕЙСТВИТЕЛЬНО хуёвая ситуация. Она тяжело выдохнула. — И знаете что? У меня есть предположение, что тот человек, который сумел убить — окончательно — то хулиганьё трио, и тот, кто устраивает эти «казни», — один и тот же человек. И только богу известно, как скоро снова случится окончательная смерть. В этот момент все присутствующие напряглись, словно блядские пружины. Мисс Циркуль медленно обвела взглядом коллег. — Вы хотите сказать, что в школе завёлся кто-то, кто может убивать нас? По-настоящему? — Я хочу сказать, — ответила Мисс Грейс, — что кто-то в этой школе играет в Бога. И он уже доказал, что умеет убивать безвозвратно. Мистер Деми побледнел. — И мы ничего не можем сделать? — Можем, — сказала Мисс Грейс. — Мы можем наблюдать. Ждать. И надеяться, что этот «фанатик» ошибётся. Она посмотрела в окно. — Потому что если он не ошибётся... мы все в опасности. — Скажите... — первой нарушила молчание Мисс Эмили. Её голос дрожал, но она старалась держаться. — У нас есть хоть какие-то зацепки? Или, я не знаю... хоть что-то? Мисс Грейс посмотрела на неё. Потом перевела взгляд на остальных. — Есть кое-что, — сказала она. — Но это скорее догадки, чем факты. — Какие? — спросил Мистер Деми. — Во-первых, — начала Мисс Грейс, загибая палец, — все убийства происходят после уроков. Когда школа почти пуста. Это говорит о том, что убийца — ученик или кто-то, кто знает расписание. — Или учитель, — вставила Мисс Блуми. — Или учитель, — согласилась Мисс Грейс. — Но я склоняюсь к ученику. Учителя не могут так долго оставаться незамеченными. Она загнула второй палец. — Во-вторых, почерк убийств — религиозный. Кресты, надписи кровью, грехи. Это не просто убийца. Это фанатик. Кто-то, кто искренне верит в свою правоту. — Это уже опасно, — заметила Мисс Циркуль. — Фанатики непредсказуемы. — Именно, — кивнула Мисс Грейс. Она загнула третий палец. — И в-третьих... я заметила кое-что странное. Все убитые так или иначе были связаны с той троицей хулиганов. Кто-то издевался над ними при жизни. Кто-то смеялся над их смертью. Кто-то радовался. — То есть убийца мстит за них? — спросила Мисс Саша. — Или использует их смерть как оправдание для своих «казней», — ответила Мисс Грейс. — Он убивает тех, кого считает грешниками. А грешники для него — те, кто проявляет неуважение к мёртвым. — Или к его идеалам, — добавил Мистер Деми. — Или к его идеалам, — согласилась Мисс Грейс. Она откинулась на спинку стула. — Ещё один момент. У нас есть запись с камеры, которая успела заснять тень. Прямо перед тем, как камера вышла из строя. — Тень? — переспросила Мисс Тавель. — Да, — кивнула Мисс Грейс. — Не человек. Просто тень. Она двигалась сама по себе. В кабинете стало тихо. — Тень? — переспросила Мисс Саша. — Тень не может двигаться сама по себе. — Именно, — кивнула Мисс Грейс. — Поэтому я и говорю: мы имеем дело не просто с убийцей. Мы имеем дело с чем-то, чего не понимаем. Она посмотрела на всех. — Поэтому я прошу вас быть осторожными. Следите за учениками. За их поведением. И если кто-то заметит что-то странное — даже если это покажется мелочью, — сообщите мне. — У меня вопрос... — наконец сказала Мисс Саша. Её голос был тихим, почти робким. — А могут ли быть это проделками Алисы? Может ли Алиса работать вместе с этим убийцей? Ведь это тогда бы объяснило и тень... Все присутствующие удивлённо уставились на неё. Это имя — Алиса — она даже под пытками не назвала бы. Настолько она боялась её. И то, что сейчас она произнесла это вслух, говорило о том, насколько серьёзной она считала ситуацию. — Это... — начала Мисс Грейс, — хорошая додумка. Но маловероятна. Она сделала паузу, собираясь с мыслями. — Ведь тогда бы из трио хулиганов выжил бы Оливер. Алиса вряд ли этого прохвоста хотела бы убить. Она посмотрела на учителей, на их лица, на их недоумение. — И уж поверьте, я знаю, о чём говорю. Не раз видела на записях, как Оливер заходил в её комнату и выходил оттуда целым и невредимым. Я пыталась с ним поговорить и запрещала ходить к ней, но он нарушал мои запреты и всё равно ходил к ней. Мисс Саша открыла рот, потом закрыла. — То есть... Алиса не убивала его, потому что он был ей полезен? — Именно, — кивнула Мисс Грейс. — Алиса использует людей. Она не убивает их без причины. Если бы она работала с этим убийцей, Оливер был бы жив. Он был её источником информации. Её «глазами» в школе. Она не стала бы его убивать. Мисс Блуми нахмурилась. — Тогда кто? Кто мог убить троих и продолжать убивать с таким религиозным фанатизмом? Мисс Грейс покачала головой. — Это мы и должны выяснить. Она перевела взгляд на Мисс Сашу. — Твоя идея была хорошей, но Алиса здесь ни при чём. Ищите среди учеников. Среди тех, кто недавно изменился. Среди тех, кто нашёл веру. — Веру? — переспросила Мисс Тавель. — Да, — ответила Мисс Грейс. — Наш убийца действует не из мести и не из страха. Он действует из веры. И это делает его самым опасным из всех, с кем мы сталкивались. Как только Мисс Грейс закончила свою фразу, Мисс Циркуль сразу заговорила: — Если о вере... то возможно, к этому как-то причастен один яблокоголовый плакса. Мисс Грейс повернула голову и посмотрела на неё. Не сказала ни слова. Просто смотрела. Мисс Циркуль, которая привыкла, что её боятся, вдруг почувствовала на себе довольно таки грозный взгляд. На своей шкуре. Она знала: никто при Мисс Грейс ни разу не засквернословил. Ни разу. Потому что она могла дать прикурить даже всей троице учителей-убийц разом. Мисс Циркуль нервно откашлялась. — Эббигейл, — поправилась она. — Последние пару лет таскается с Библией. И, походу, он хорошо знает эту книгу, ведь он частенько перед тем, как начать делать мои тесты, тихо молился про себя. Мисс Блуми и Мисс Тавель кивнули, соглашаясь. — Да, — сказала Мисс Блуми. — Я тоже видела. Он всегда отводил взгляд в сторону и шевелил губами. — Молитва перед смертью, — добавила Мисс Тавель. — Я думала, он просто боится. Но теперь... Мисс Грейс слушала. Она сидела неподвижно, сложив руки на столе, и смотрела на троицу учителей-убийц. — Вы хотите сказать, — медленно начала она, — что Эббигейл — тот самый фанатик? — Я ничего не хочу сказать, — быстро ответила Мисс Циркуль. — Я просто заметила. Он носит Библию. Он молится. Это странно для ученика, который вечно дрожит перед контрольными. — Он не дрожит, — тихо сказала Мисс Саша. — Я видела его на своём уроке. Он... спокоен. Слишком спокоен. Он нарисовал портрет... и это было прекрасно. — Портрет? — переспросила Мисс Грейс. — Да, — кивнула Мисс Саша. — Я даже не знаю, кто на нём изображён. Но техника... это было не по-детски. Он явно не новичок в рисовании. Мисс Грейс задумалась. — И вы все считаете, что он может быть причастен? — Мы не считаем, — ответила Мисс Циркуль. — Мы просто говорим о том, что заметили. Мисс Грейс медленно кивнула. — Хорошо, — сказала она. — Я запомню. Она обвела взглядом кабинет. — А теперь — свободны. Следите за учениками. И за Эббигейл в том числе.