Расстояние между сердцами длинной в змейку

      Прошло полгода.              Для Наруто эти полгода превратились в бесконечную череду тренировок, миссий и попыток не взорваться от собственной злости. Сакура все еще вздыхала по Саске и училась под крылом Цунаде, Какаши все еще опаздывал и читал свою пошлую книжечку.              Наруто ненавидел Саске за то, что тот ушел.              Но где-то в глубине души, которую он называл сердцем, теплилась надежда. Глупая, мальчишеская надежда на то, что однажды друг вернется. Что тот поцелуй в губы, который Саске зачем-то влепил ему перед уходом (Наруто тогда на минуту пришёл в сознание, но пошевелиться не мог, и старался об этом не вспоминать, потому что от этих мыслей внутри все переворачивалось), был не просто жестом отчаяния.              В тот вечер он сидел на качелях в парке, пиная камешки, когда вдруг воздух вокруг него странно заколебался.              — Ч-что за?..              Перед ним, словно из ниоткуда, появилась она.              Маленькая змейка. Чистейшего белого цвета, с серебристым отливом на чешуе. Она была тонкой, изящной, длиной всего с его предплечье. И смотрела на него… умными, черными глазами. Глазами, в которых горел знакомый огонек.              В пасти змейка держала крошечный свиток.              Наруто замер, боясь пошевелиться. Змейка, не торопясь, размотала свиток прямо у него на колене, а затем обвилась вокруг его запястья, словно живой браслет, и замерла, положив голову на основание его большого пальца.              Дрожащими руками Наруто поднес свиток к глазам.              «Наруто».              Он узнал этот почерк. Острый, резкий, летящий. Почерк, который он видел тысячу раз в тетрадях, когда списывал у Саске домашку в академии, а тот делал вид, что злится.              Сердце пропустило удар, а потом забилось где-то в горле.              «Если ты это читаешь, значит, я жив. И значит, я до сих пор думаю о тебе, придурок. Просто читай.              То, что я сделал в Долине — это было необходимо. Не потому, что я хочу убить Итачи любой ценой. А потому что я должен был уйти. Это задание. Секретное. От Третьего Хокаге. Внедриться к Орочимару, собрать информацию и, если повезет, прикончить его, когда придет время. Никто не знает. Даже Цунаде. Только я и мертвый старик. И теперь ты.              Я не мог тебе сказать. Ты бы полез спасать меня, или психанул, или сделал бы что-то, что выдало бы всё. Ты не умеешь врать, Наруто. Твоя глупая морда говорит сама за себя.              Но я не мог больше молчать. Эта мысль жгла меня изнутри сильнее, чем просыпающаяся Проклятая Печать. Ты должен знать правду. Ты должен знать, что я не предавал деревню. Я не предавал тебя.              Я скучаю. По твоему дурацкому смеху. По тому, как ты орешь "Саске-теме!" каждое утро вместо приветствия. По твоему упрямству. По твоим глазам. По твоей дурацкой лапше, от которой у меня потом весь день изжога.              Я не знаю, сколько это продлится. Может, год. Может, два. Но я вернусь. Клянусь могилами своего клана.              А пока... я оставлю тебе кое-что. Эту змейку. Это не питомец, добе. Это часть меня. Частичка моей чакры, моей души. Она будет с тобой. Будет чувствовать то же, что чувствую я. И когда я буду думать о тебе (а я думаю постоянно, хоть и бешусь от этого), она будет греть тебе руку. Или шею. Куда она там залезет.              Не смей рассказывать о ней никому. Для всех это просто змея, которую ты подобрал. Играй роль. Жди меня. И, бога ради, стань сильнее и молчи. Когда я вернусь, я хочу увидеть, что мой самый дорогой человек не просто выжил, а стал Хокаге, о котором он вечно талдычит.              Твой. Саске.              P.S. Если обидишь её, я приду и лично набью тебе морду, даже если она сейчас на другом конце континента.              P.P.S. Я люблю тебя. Кажется. Да, точно люблю. Черт, как же бесит это признавать.»              Наруто дочитал письмо. Перечитал еще раз. И еще.              Слезы капали на бумагу, размывая чернила, но он не замечал этого. Он сжимал в руке свиток, а второй рукой гладил белую змейку, которая терлась мордочкой о его палец, словно пытаясь утешить.              — Ты… ты придурок… — прохрипел Наруто сквозь слезы и смех. — Ты псих ненормальный! Я тебя ненавижу! Как ты мог? Как ты мог молчать?!              Змейка подняла голову и, кажется, грустно посмотрела на него.              Наруто шмыгнул носом и прижал ее к груди.              — Ладно. Ладно, Саске-теме. Я подожду. Только ты… ты возвращайся скорее, слышишь? А иначе я сам тебя найду и прибью.              Змейка довольно свернулась клубочком у него на ладони.              С этого дня все изменилось.