Жизнь

Не сложно наблюдать за тем, как ломаются чужие судьбы. Когда они сами их себе ломают. Это не так сложно осознать и принять, что ты прикладываешь к этому руку. Не сложно, со временем, их ломать. Дело привычки. Профессиональной привычки. Люди сами виноваты в том, что совершают. Они совершают это по собственной воле. А потом жалеют о последствиях, будто думали, что их никто не найдёт. Никто не поймает. Чаще всего, они даже знают, что делают то, что делать не нужно. Гораздо сложнее наблюдать за тем, как твоя собственная жизнь рушится. Причем рушиться не из-за тебя. А из-за случая и попытки выполнить свой долг. И теперь все катиться к чертям. Измена родине. Предатель. А ведь просто хотел их остановить. Дети из будущего. Взрыв на ЧАЭС. Они были правы, но именно из-за того что он пытался понять все изменилось. А ведь сам виноват. Сдал бы их в ПНД и дело с концом. Нет, пытался разобраться, выяснить что за приборы. Верил. И сам попал под раздачу. И теперь все это самому и разгребать, дети то исчезли. А вместе с карьерой, разрушили и мечты, взгляды на жизнь. По ощущениям в жизни двигало только одно — все изменится. Чтобы все было иначе. Разве не в этом смысл жизни? Менять то, что не нравится. Костенко не знал в чем смысл жизни. Он не хотел об этом думать. Теперь в его жизни была совершенно другая цель. Изменить и склеить. Вернуть жизнь в нормальное русло. Вернуть то, что потерял. А потерял он все. Кажется, почти все. Но иногда Сергея посещали другие мысли. Он знал, что дети, которые явились к нему даже ещё не родились, а значит план был в долгосрочной перспективе. Это бесило. Стоила ли его жизнь того, что он пытается сделать им? Это всего лишь дети. Странно предполагать, что им настолько не понравился капитан КГБ Костенко, что они решили сломать ему жизнь. Нет, он для них был просто… Случайностью. Как и они для него. Как и все, что произошло просто стечение обстоятельств. Никто не хотел, вернее, не думал, что так может случится. От мысли, что никто не виноват и менять нужно сейчас, а не прошлое, становилось дурно, как от лучевой болезни. Ещё одно интересное совпадение: во время эвакуации Припяти радиация до него не дошла. Вернее, пару рентген он все же хватанул, но это явно была незначительная доза, по сравнению с тем, что получали другие. Те, кто был на службе. Те, кто от службы отстранил его. Получается, спасли жизнь? Или наоборот погубили? Сейчас уже бессмысленно гадать. Все это было и прошло. Хотя бы шанс все изменить. Эти подростки же путешествовали во времени. И был шанс найти их, собрать и заставить отдать прибор для перемещения. Нужно ли что-то делать тогда или надо начинать жить по-другому? Это вопрос не давал покоя уже очень давно. Примерно, когда его работа в КГБ прекратилась. Желание все изменить казалось таким естественным и правильным, что нельзя было от него куда-то деться. Но в тоже время оно казалось неверным. Костенко всегда привык идти к своей цели несмотря не на что, но… Что если он уже не уверен правильная ли у него цель? Стоит ли эта игра свечь? Стоит ли все это того? Может быть это «приключение» сломает жизнь этим детям? Но сколько жизней стоит его собственная? Тем более, его жизнь не пойдет крахом, если остановить катастрофу на ЧАЭС. Получается, стоят ли жизни этих детей жизней многих людей погибших в этой катастрофе? Может мир станет лучше, если не произойдет катастрофы? Может и его жизнь станет лучше? Каким-то альтруистичным желанием все это не казалось, он сам прекрасно знал, что это желание эгоистично. Он мог сколько угодно прикрываться благом для человечества, но знал, что просто хочет нормальной жизни. Нормальной в своем понимании. А не бесконечная беготня за детьми, желая забрать у них машину времени. Это даже звучит абсурдно. Но годы шли. Срок в 27 лет проходил не так медленно как могло показаться. А он все не понимал стоит ли все это того или нет. Он уже знал родителей этих ребят, где они работали… С некоторыми даже «случайно» пересекался. Никто не знал что будет дальше, а Сергей знал. Знал, чего хочет, но очень сомневался. И с каждым годом казалось, что все это не то, чем нужно заниматься. Это неправильно. Но при этом он уже не мог отпустить, просто не мог. Подумано было абсолютно все и чем ближе подходил тот год и день, тем тем больше сомнений появлялось. Но даже долгое ожидание не может длиться вечно. И нужный день все же настал. Договориться с Игорем не составило труда. Костенко умел уговаривать людей. А таких как Матвеев он встречал часто, да и уговаривать их особо не нужно было. Предложи идиоту деньги — он на все согласен. Тут тот же случай. Но отчего сознание решает, что весь план того не стоит. Все эти 27 лет он бегал за белым кроликом, надеясь что тот все же покажет ему страну чудес. А ведь мог просто начал чинить свою жизнь сам, не путешествуя во времени и не исправляя чужие ошибки. Даже если эти чужие ошибки лишь случайность. — Простите, а что мне делать теперь? — Игорь недоуменно смотрит на Сергея. Оно и не удивительно, и Костенко это понимает. И знает, что то, что он делает сейчас самое правильное, что он мог сделать. Какая разница что было? Сейчас у него есть только настоящее и будущее. А вся эта авантюра того не стоит. — Живи. Ходят слухи, что это не так уж плохо, — на лице появляется какая-то загадочная улыбка. Кажется, он все же понял жизнь.