Окружить заботой: перерождение

Небоскребы отражали солнечные лучи. Внизу, в тени прятались храмы, стены которых ещё помнили времена, когда гулей считали демонами. Сады в центре разрастались буйно и неконтролируемо. Под густой листвой скрывался Императорский дворец. Добро пожаловать в Японию. Первая страна, где люди согласились научиться жить в мире с гулями; где имя Канеки Кен на слуху; где столицу совсем недавно очистили от останков «Дракона». Япония стала символом перемен. Канеки Кен — «Одноглазым Королем» нового мира. Гули и люди начали жить бок о бок. Ученые разработали синтетическое мясо, которое полностью заменило человечину. На смену CCG пришла организация TSC — Токийский комитет безопасности. Исследования RC-клеток Дракона дали мощный толчок медицине: появились новые методы лечения. Время отмерло и побежало. По телевизору теперь вещали только о погоде. Кен и Хиде больше его не смотрели. Нагачика продолжал жить в студии, что делил с Канеки когда-то. После победы над Фурутой Кен переехал в квартиру на окраине города. Вместо Хиде поцелуями в нос будили — солнечные лучи. Его дом был покрыт трещинами, которые образовались из-за частых землетрясений. Они встретились в кофейне по инициативе Хиде. Запах кофе, что когда-то символизировал их невинное студенчество, теперь казался горьким. — Вкусный, как всегда, — отметил Хиде. — Спасибо. — Благодарим за преданность нашему заведению, — поклонилась официантка. — Мне не показалось: Ренджи взял на работу человека? — Взял, — ухмыльнулся Кен. — Я удивился, когда ты пригласил встретиться. Приятно удивился. К тому же Тоука здесь почти не появляется. — Лавируешь между всеми своими возлюбленными? — усмехнулся Хиде. — Прекращай, — ответил Кен и улыбнулся. — Я больше не избегаю встреч с тобой. Никогда больше не буду. Я ведь обещал. Ты позвонил — и мы тут, вместе. Кен подстригся и стал походить на взрослого мужчину. Хиде не понимал, нравилось ли ему это? Его Совёнок остался далеко в прошлом. Осознание этого сдавливало грудь, но ничего не оставалось, кроме как принять изменения. Время шло, и сам он теперь то уж точно не мог назвать себя красавчиком… Разве что — в кавычках. — Спасибо, что позвал. Давно не был в городе. На окраине тихо, и кажется, время тянется бесконечно. — Так и думал, что ты тухнешь. Собственно поэтому и позвал! Хиде подвинул к себе вытянутый стакан с холодным кофе. Он постоянно чувствовал стянутость кожи на лице. Глядя на Кена его челюсть и шея начинали ныть, но мужчина подавлял это чувство. Накрыл стакан нижней частью банданы, чтобы не смущать посетителей. Всунул трубочку в рот и сделал большой, насколько позволял аппарат глоток. Кожа на месте шрамов стягивалась от каждого глотка, но вкус кофе дал Хиде ощутить себя — «обычным». В последнее время ему казалось, что он стал настоящим стариком и «выход в люди» его знатно порадовал. Заметив вину в глазах друга, Хиде прикрыл глаза «от удовольствия». Хотелось продемонстрировать: «Мне не больно. Я — жив. Ты — жив, а значит, — все хорошо». — Тухну. — Кен просунул палец в дужку-ручку чашки и тоже позволил себе глоток. — Надо бы собраться и начать вести дела… — И обо мне не забудь! — Помню, ведь дал слово, — кротко улыбнулся Кен. Вынув трубочку из рта, Хиде с тоской произнес: — Но если не будет места и толку, то не настаивай на моей кандидатуре, пожалуйста. Не хочу выглядеть идиотом! Я помогал в исследованиях, добывал информацию, но и пакостил — знатно. Не удивлюсь, если бывшие сотрудники-следователи будут против имения дел со мной. Кен опустил голову. — Я прав? — ухмыльнулся Хиде. Мужчина хмыкнул. Он вырос. Сильно. От маленького книголюба не осталось и следа. Покрытые шрамами пальцы полугуля дрогнули. Его организм сильно износился. Когда-то Хиде рассыпался снаружи, а Кен — изнутри, теперь оставалось существовать с этими последствиями. В отличии от полугуля, тот не чувствовал себя сломанным. Изменившимся, выросшим, немного старым — да, но он остался собой. Тем же Хидейоши Нагачикой. — Я сам там никому не нравлюсь, — ответил Кен. — Не знаю, может и от меня толку больше нет. Что-то тоскливое и прощальное прозвучало в тоне, но Хиде не стал заострять внимание. Не верил. Мужчина любил драматизировать, и все кто был в ним знаком, не смогли бы спорить с данным утверждением. Запрокинув руку, Хиде поправил собственные волосы на макушке. Незаметно почесал вспотевшую кожу головы. — И славно, неужели тебе не надоело в этом вертеться? — Больше ничего не умею, — пожал плечами Кен. Улыбка с лица Нагачики исчезла. Большую часть осознанной жизни он и правда, пробел в беге за бывшим возлюбленным. Старался помочь, чем мог. Подхватывал, когда чувствовал, что нужен. Он тоже больше ничему не научился. Только окружать заботой любимого человека… Полугуля. Заметив изменение в лице собеседника, Кен, наоборот, растянул уголки губ. Казалось бы, беда миновала. Клетки полугуля перестали стремительно стареть, но тот все равно выглядел уставшим и выжатым. Под глазами, синяками, накопленными мешками виднелись шрамы оставшиеся от ипостаси: «Дракона». Выглядели, как татуировки или праздничный макияж индианок. В общем, если не углубляться — забавно и неуместно мило. — Мы оба ничего не умеем. Прости, что не дал спокойно жить и развиваться. Глаза Хиде расширились. Услышанное порезало слух и нутро. — Извиняешь… — Он не договорил. Кен перебил: — Прости! Я готов извиняться каждый день, но это не снимет с меня вины. Хиде схватил Кена за руку. Тот замолчал, посмотрел на старого друга разинув рот. Мужчина поднял его бледную холодную ладонь со столешницы, привстал и приложился к его тонким пальцам лбом. Прикрыл глаза, как кот задремавший на солнце и попытался сохранить это мгновение в памяти. — Переезжай ко мне, — вдруг выдал он. Рука Кена задрожала и отнялась. Хиде открыл глаза и подметил, что мелкая дрожь в пальцах мужчины не унималась. Тот спрятал руки под стол. — Поторопился, да? — усмехнулся Хиде. — Прости, прошел почти год и я подумал, что теперь можно. Канеки хотел покачать головой, сказать что-то, что утешило бы Хиде, но не стал этого делать. Он откинулся на спинку стула и отодвинул от шеи ворот рубашки. Потерянным взглядом прошелся по залу кофейни. — Нет… Все в порядке… Я ждал… — Будто исчерпав весь кислород в лёгких с трудом запыхтел Кен. Его лицо совсем посерело. Губы посинели. Поставил чашку на стол, он схватился за левое плечо. Помассировал его. — Кен? — Хиде отодвинулся. В серых глазах мужчины появилась паника. Хиде не успел подняться на ноги, как тот сполз под стол. Персонал вызвал скорую. Машина посланная «Великим колесом», приехала, как и для обычных людей. Никто не преграждал путь и не мешал. Хиде знал, что основательницей «Великого колеса» считалась — Кими, хоть это было и не совсем правдой. Бывшая возлюбленная Нишио потратила многие годы, чтобы смочь помогать гулям, в теперь и полугулям. Хиде перевернул Кена так, чтобы тот не смог подавиться собственным языком. Под голову подложил собственные колени. Посетители пытались обступить их, но персонал препятствовал: — Просим прощения, но, пожалуйста, разойдитесь! Мужчине нужен воздух! Из машины вышли трое в красной униформа и защитных масках. Вошли в кофейню и извинились: — Просим прощения за вторжение! Один из них затащил узкую каталку. — У него есть при себе страховая карта? — спросила сотрудница с большой грудью. — Не знаю, — ответил Хиде. — Это Канеки Кен — Король, помните? Каталку разложили. Хиде позволил отнять от себя тело любимого мужчины. Поднялся в машину следом за остальными. — Больно… — вдруг захныкал Кен. Сердце Хиде дрогнуло. Он хотел дотянуться до его руки, но сотрудники начали раздевать мужчину и прикреплять к его телу различные проводки. — Мне опять больно… Опять.