Как могло бы всë закончиться...

Он отходит ровно в одиннадцать утра — это Мисси знала наизусть. А учебники и вещи к школе уже куплены… и Звезда — сова Мисси — чистит пëрышки в клетке, иногда нетерпеливо ухая. Платформа — еë номер девять и три четверти. Есть и другие волшебные платформы — как-то раз Мисси с другим дядей, Таддеусом, с платформы номер четыре с половиной ездила, например. Чтобы попасть туда, нужно всего-то пройти сквозь барьер — между двух маггловских платформ — и окажешься на волшебной. Эта платформа полна людей, и в клубах пара, источником коего является алый старинный паровоз, что стоит во главе того самого поезда, который отвезëт в Хогвартс всех его учеников. Ученики и их родня приветствуют друг друга, кто-то даже и знакомится прямо здесь. Тут и там — знакомые и даже родные лица. Мисси машет Лонгботтомам, Агиларам, дядям, с их семьями, многочисленным Уизли, Вассерштейнам так далее. Хотя Кази ходит в другую школу, он напишет им, это Мисси точно знает. Друзья садятся в купе и обсуждают всë на свете. Иногда входят другие ученики, кто-то просто поболтать с ними, а кто-то для того, чтобы что-то узнать, спросить. А время от времени — старосты Домов заглядывают: справляются, не надо ли чего новичкам. Может, подсказать что-то, или успокоить, если кому тревожно перед поступлением. Ещë заглядывает старенькая продавщица еды. Она очень старенькая. Раньше она продавала тут только сладости: пирожные, конфеты — но новый директор распорядился: — Детям ехать несколько часов. Нужно что-нибудь посущественнее. Так что теперь можно было приобрести сендвич, кусок пирога с мясом и яйцом, и даже тарелку супа или мясного блюда с гарниром и соусом. Поезд прибывает на конечную станцию, когда уже темно, и новеньких встречает ответственный за это человек. Раньше то был лесничий Рубеус Хагрид. Однако Хагрид… женился и уехал во Францию, а место лесничего занял один сквиб. Но у Хагрида была и должность учителя: он преподавал здесь уход за магическими существами. Сквиб, конечно, может что нужно рассказать, но порою применять магию нужно и на этом уроке. Поэтому, учителем был другой человек, который был волшебником — профессор Барнс. Вообще, он происходил из США, однако, профессор искал новых впечатлений. И какое-то время он прожил во Франции, тем более что его супруга была оттуда, затем перебрался в Алжир… а теперь — новое место жительства. Кто знает, что за места привлекут его дальше. Заодно он изучал магических животных в этих всех местах, и мог рассказать, скажем так, из первых рук. Вообще, профессор частенько помогал лесничему справляться с тем, для чего была нужна магия. Мистер Шейгин, так его звали, дружил с профессором. Ах да, и ещë одно было новшество — на лодках теперь уже переплывали озеро не первогодки, а выпускники. Такой как бы ритуал прощания со школой. Плыли на лодках, наблюдая салют над озером. Первогодков же мистер Шейгин вëл по берегу озера пешком и рассказывал по пути о примечательных местах школы и прилегающей территории. — Вы в «Истории Хогвартса» читали? — спросил Майк. — Я тоже о них читал. — Не только в ней, — улыбнулся тот, — а и другие книжки есть. Вот, читал ты про озеро где-то далеко в лесу, что каждый раз на новом месте находят? — Не-а, — помотал Майк головой. — А есть такое. Берега его всегда туман окутывает, даже если нигде больше его нету. По этому признаку озеро и можно отыскать. Братишки-сестрëнки мои — я, сами понимаете, здесь не учился, а они да — одно время найти его мечтали. Не нашли, конечно. Кто бы их туда пустил? Слишком это опасно, в лес, да ещë и так далеко, ходить. Даже Хагрид, я не знаю, видел ли его когда-нибудь. — Здорово… Сэр, а расскажите ещë что-нибудь, а? Что ещë тут есть? — Как-нибудь потом, ребятки… А сейчас я должен вас в замок вести. Вы ведь не хотите пропустить самое важное? — А отчего вообще, ну, отчего такие, как вы, получаются? Сквибы? — Ой, не знаю я. Только, похоже — сбоит что-то в магии… Кто-то, помню, говорил: это оттого, что… матушка наша маггла — мол, это еë кровь всë испортила. Только вот, у чистокровных семей, где магглов отродясь не было, тоже бывает. Так что ерунда это и предрассудки. А вам надо сейчас о другом думать. Скоро придëм уже. Вон он, замок! Все ахнули, поглядев туда, куда показал мистер Шейгин: замок был огромный и очень красивый. Вот они остановились у дверей — больших, дубовых — мистер Шейгин постучал. Им открыла пожилая, седеющая, но всë ещë бодрая женщина. Это была профессор Вектор, теперь она занимала должность замдиректора. Да, профессор МакГонагалл ушла на покой. Как и профессор Дамблдор — чьë место директора и занял профессор Снейп. — Я привëл первогодков, профессор. Их ровно двадцать три человека сегодня, я всех пересчитал. — Да, спасибо, Деметриус. Вы свободны пока. Дети, идëмте! Мисси и другие новички засеменили за ней по коридорам замка. И они пришли в небольшую комнатку, где, как сказала профессор, у них будет время привести себя в порядок. А кроме того, поведала о школьных Домах и дала пару советов. И вот они прошли в Большой зал — там и будут их распределять по Домам. Там горели сотни свечей, висевших, видимо, с помощью магии, прямо под потолком, а сам потолок… был похож на звездное небо, точнее, он всегда отражал то, как выглядело небо на улице. Сейчас было уже темно, так что и небо было ночное. — Теперь, я стану называть ваши имена по алфавиту — и вы будете подходить к этому табурету, и надевать волшебную Шляпу. И она подскажет, в каком Доме вы будете учиться. Но прежде — Шляпа споëт свою песню о Хогвартсе. Каждый год Шляпа пела такую песню; и вот сейчас тоже у неë появилось что-то вроде рта, и она запела. В песне пелось о том, как был основан Хогвартс, какие качества учеников приветствует какой Дом — и о том, как Шляпа желает найти каждому ученику свой верный путь. Вот она допела. Распределение началось. «Агилар, Артур» и «Агилар, Майкл» — те попали соответственно в Гриффиндор и Рейвенкло. Как они и хотели. — Блэк, Артемисия, — Мда… Мисси так и знала: она пойдет сразу после Майка и Арти в списке поступающих. Зато долго ждать ей не пришлось. Шляпа сразу же приняла решение. — Гриффиндор! — Мисси, как еë близкие родственники, тоже попала туда. Затем, ещë какие-то имена, и вот… — Лонгботтом, Маргарет! Некоторое время раздумий Шляпы. — Хаффлпафф! Следующий день, урок ЗОТИ. — …магия, которая способна убить, или нанести какой-то вред, здоровью либо имуществу, или контролировать разум, обманывать чувства и внушать то, чего нет на самом деле… да, мисс Блэк? — Мэм, разве эта магия не запрещена? — Так, мисс Блэк, однако мы изучаем еë не с точки зрения еë использования, а с точки зрения борьбы с ней, продолжим. Теперь, возьмите принадлежности для письма и запишите следующее. Итак — пишем: разновидности тëмной магии… А принадлежность к разным Домам, на их дружбу никак не повлияла. Кази, вон, вообще в другой школе учится и ничего. На уроке зельеварения все первогодки, прежде чем приступить к практическим заданиям, должны были внимательно и вдумчиво прочесть правила: поведения в классе, техники безопасности, а также порядка действий, в случае, если что-то пойдëт не так. Только тех учеников, кто хорошо понял тот материал, профессор Вассерштейн допустил к котлу. Те же, у кого этого не вышло… практику прошли в виде задания распознать те или иные ингредиенты по их иллюстрациям либо описаниям в учебнике, и они получили, дополнительно к основному, домашнее задание выучить эти правила. История магии у них нынче делилась на зарубежную — эти уроки остался вести профессор Биннс, и отечественную — по которой вела занятия профессор Елена Рейвенкло. Соответственно, и экзамена теперь сдавалось тоже два. В целом не сильно поменялась программа, только вот историю магии поделили, да ещë на маггловедении теперь два раза в месяц была практика, а сам предмет изучался с первого года. И практические задания могли быть разными: например, понять, как именно магглы пользуются той или иной вещью, по еë виду и подсказкам, в какой области еë применяют; бывали и выходы в маггловский город, где нужно было разобраться с транспортом, или с покупками. Однако, такие выходы были только у старшекурсников. У младших курсов было только четыре, а в пятницу три, урока в день. Начиная с третьего курса, уже пять-шесть уроков. Чаще всего на занятии присутствовали ученики двух Домов. Для Гриффиндора, например, это выглядело так: на ЗОТИ, зельеварении, трансфигурации сидели они со Слизерином; на маггловедении, гербологии, чарах — с Хаффлпаффом; а на астрономии и обеих историях магии их соседями были рейвенкловцы. На трансфигурации, которая была у них первым уроком, на второй день учебы, молодой профессор Бьюик попросил их попробовать превратить писчее перо в карандаш. Вышло далеко не у всех, но и тем, чьë перо хоть немного изменилось в необходимом «направлении» — какие-то баллы были всë равно начислены. Второй урок второго дня, гербология; на этом занятии Мисси и Арти, впервые за это время, встретились с Мэг в учебное время, и пока у них было теоретическое занятие… А перейти к практике должны они были со следующего урока. К слову, Мэг — светловолосая девочка в очках, с энтузиазмом сейчас срисовывающая с доски рисунки растений, могла попасть и в Рейвенкло. В конце концов, мама еë принадлежала именно к этому Дому. Но вот Гриффиндор, папин Дом, ей явно не подходил по характеру… То скорее была прерогатива Никки — еë братец как раз любил риск и всякие приключения. Кази им писал, и ещë Раджеш Лукашин. Да, тоже мальчик из смешанной семьи, на этот раз — русско-индийской. Учился он в Колдовстворце, а жил в России. Раджеш написал, что в их первый день, на занятии по травничеству — местный аналог гербологии — их учитель Виктор Васильевич рассказал им об аленьком цветочке, или по-научному алоцветнике луговом. Он упомянул также, для каких зелий используют какие части растения и заметил, что эти зелья также входят в школьную программу третьего года — а именно на третий и перешел Раджеш. А их старушка-учительница превращений и преобразований, в Хогвартсе то была трансфигурация, ушла на пенсию, у них теперь молодая — Аделаида Сергеевна. Отношения Слизерина и Гриффиндора теперь были получше. Хотя отдельные стычки бывали, но это скорее не из-за Домов, а просто ребята именно между собой отношения выясняли. Может, кто кого обидел или не поделили чего. Поэтому юный Уолт Малфой, хоть он и не прямо дружил с этой компанией, но в коридорах и классах здоровался, они с ним тоже. К сожалению, мальчик рос в неполной семье. Его мама, Элизабет Малфой, погибла от рук авроров. После этого его отец, Драко Малфой, решил за нее отомстить и тоже погиб. Кончилось тем, что его взяла на воспитание тетя — сестра Элизабет — та придерживалась совершенно других взглядов, а значит, и воспитала племянника иначе.