Время и пространство на одной прямой.

Ким Рок Су ненавидел ворон. Нет, пока он был в теле обычного корейца, эти птицы были ему глубоко безразличны, но вот лишившись физической оболочки и став чем-то большим, он готов был волосы на себе рвать при одном упоминании об этих тварях. Они создавали ему СТОЛЬКО проблем, сколько не доставляли даже капризные Боги. ‎ ‎Во-первых, вороны — это лютые фанатики всего, что связано со временем, будь то тиканье старинных часов или момент чьей-то смерти. Именно поэтому за Кэйла он почти не переживал. Максимум, на что способны эти пернатые маньяки, — это принести его в жертву. Но, к счастью для близнеца, текущий год считался крайне неблагоприятным для подобных ритуалов, а в вопросах обрядов эти твари были до идиотизма щепетильными. Так что его брат сейчас, скорее всего, сидит в какой-нибудь высокой башне за золотой решёткой, словно куколка в витрине. ‎ ‎Место, куда они переместились, оказалось просторным холлом явно не простого дома, а настоящего поместья. Судя по отсутствию охраны у входа, вороны в этом мире были либо полными идиотами, либо их старейшины давно вымерли, оставив на хозяйстве один неопытный молодняк. Скорее всего, так оно и было. Кэйла они утащили лишь потому, что все «временные твари» инстинктивно тянутся ко всему, что хоть немного резонирует с их природой. Удивительно, что они не испугались Кайла, ведь старейшины из других миров за версту чуяли в нём «Волю Мира» и предпочитали не связываться. Кэйл, по факту, нёс в себе ту же искру, но в своём родном мире он выглядел для них лишь как лакомый кусок энергии. ‎ ‎Дракон на плечах Кайла чуть вздрогнул, почувствовав холод поместья. «Мама» коротко рассмеялась — но это был смех человека, который только что представил, как перед ним сгорает склад элитного алкоголя, и уже заранее слышит нытьё Кэйла по этому поводу. ‎ ‎— Дети, — Кайл посмотрел на котят и дракончика, которые вопросительно уставились на опекуна. — Идёмте. Пришло время поймать парочку маленьких воробьёв. ‎ ‎— Почему человек говорит о воробьях? — тихо спросил Хонг, подергивая хвостом. ‎ ‎— Наверное, вороны — это очень большие птицы, а их птенцы называются воробьями? — предположила Он, стараясь мыслить логически. ‎ ‎— Я их просто оскорбил, — пояснил опекун, уверенно двинувшись вверх по массивной мраморной лестнице. — Воробьи — это отдельные маленькие птички. А птенцов вороны называют воронятами. Ясно? Не путайте. ‎ ‎Дети синхронно и очень серьёзно кивнули, словно им только что изложили стратегию захвата целого государства. Впрочем, учитывая планы Кайла на это поместье, они были не так уж далеки от истины. *** Кэйл сделал глоток вина прямо из горлышка и страдальчески нахмурился. Он, честно говоря, конкретно так ошалел, когда два максимально странных типа подкрались к нему со спины и в мгновение ока переместили в какое-то богом забытое место. Не мешкая, похитители потащили связанного аристократа вверх по лестнице, при этом не затыкаясь ни на минуту. Они фанатично вещали о каких-то древних божествах и «великом благословении». В общем, типичные поехавшие сектанты. Один из прислужников попытался было коснуться лица Кэйла, за что тут же был нещадно укушен — теперь у Хенитьюза во рту красовался кляп, но он об этом не жалел. Он лишь неистово молился, чтобы эти психи оказались просто богоисповедниками, а не торговцами живым товаром. Девушка с короткими белыми волосами присела рядом с пленником. В её глазах горел такой неприкрытый восторг, будто перед ней сидело как минимум живое воплощение божества. — Агэ, не смотри на него так, — окликнул её мужчина со шрамом. — А то спугнёшь раньше времени нашего жениха. «Чего-о-о?!» — Кэйл чуть не подавился кляпом. Вот на это он точно не подписывался! У него уже была одна-единственная возлюбленная на всю жизнь — бутылка хорошего вина. И всё! Его не интересовали ни девушки, ни мужчины, ни уж тем более брак с сектантами. Ни за что! — Да ладно тебе, хён, — игриво откликнулась она, бесцеремонно облокотившись на пленника. Кэйла прошиб холодный пот. «Где, чёрт возьми, Кайл, когда он так нужен?!» — в панике думал он. *** — Мама, смотри, какая красивая картина! — Тебе нравится? Взять её для тебя? — Да! — Человек, а мы с Он хотим вон те бархатные занавески! — И их прихватим. Кайл не спеша прогуливался по роскошным коридорам особняка, методично выбирая предметы, которые заберёт с собой в качестве моральной компенсации (проще говоря — спиздит). Котята и дракон с энтузиазмом поддерживали эту инициативу. Как говорится, яблоко от яблони… Наконец они подошли к массивной дубовой двери. Кайл остановился, дожидаясь детей, которые в этот момент пытались оценить, влезет ли в пространственный мешок стол, обрамлённый чистым золотом. — Так, хватит уже. Если захотите, я куплю вам стол ещё лучше. Идёмте спасать нашего незадачливого брата. — Хорошо, мама! Пошли спасать глупого человека! — воскликнул дракончик, совершая в воздухе победное сальто и подлетая ближе к Кайлу. Котята согласно замяукали, не отставая от них ни на шаг. — И почему же Кэйл вдруг «глупый»? — поинтересовался Кайл. Не то чтобы он был не согласен, но любопытство взяло верх. — Потому что, — промурлыкала Он, хитро сощурив глаза, — он проиграл нам в орлянку сто двадцать пять раз подряд. В ту самую, которой ты нас научил. — Ого. Ну, тогда он скорее просто сказочно невезучий. — Нет, — не согласился Хонг, победно задрав хвост. — Мы просто сказали ему: «Кэйл, правила такие: если на монетке выпадает цифра — выигрываем мы, а если король — ты проигрываешь». Кайл на секунду застыл, переваривая услышанное, а затем расхохотался в голос. Эти дети поражали его каждый день своим умением схватывать всё на лету. С великолепным настроением он распахнул дверь ногой.