Точка уязвимости

Когда последние звуки песни затихли, на улице стало непривычно тихо. Т/И чувствовала, как внутри всё дрожит. Взгляд Киры казался странно открытым, и от этого становилось только волнительнее. Сердце Т/И сильно колотилось. Т/И нарушила тишину, стараясь, чтобы голос не дрожал — Кира… это было очень красиво. Правда. Кира не ответила сразу. Она смотрела на Т/И, и на мгновение в её глазах промелькнуло что-то похожее на растерянность, будто ей самой было не по себе от такой искренности. Она быстро отвела взгляд, пытаясь вернуть привычное состояние. — Ну, скажешь тоже, — отозвалась она, поправляя край своего голубого свитшота. — Только автограф не проси, ладно? А то я к мировой славе еще не готова. Она сделала небольшой шаг назад, разрывая дистанцию, и Т/И на секунду показалось, что момент упущен. Но Кира вдруг снова чуть приблизилась. Она слегка вытянула руку из длинного рукава и поправила выбившуюся прядь волос Т/И, аккуратно заправляя её за ухо. Т/И замерла. От этого касания у нее по коже пробежали мурашки, а сердце пропустило удар. Она удивленно смотрела на Киру, не веря, что та способна на такую нежность. — Растрепалась вся, пока слушала, — сказала Кира, так и не решившись посмотреть Т/И в лицо. Она тут же отдернула руку и спрятала кисти рук обратно в рукава свитшота. На долю секунды на её лице промелькнуло замешательство, будто она сама не ожидала от себя этого жеста и теперь чувствовала себя неловко. — Всё, давай, теперь точно расходимся, — Кира тряхнула головой, возвращая себе привычный вид. Она развернулась и нервно сказала, поправляя желтый галстук: — И это… про сегодняшний вечер секрет, лады? До завтра. Кира быстро пошла к своему подъезду, её белые гольфы мелькали в свете уличных фонарей, пока она не скрылась. Т/И осталась стоять на месте, прижимая ладонь к тому месту, где только что были пальцы Киры. Внутри было теплое чувство, будто этот вечер изменил между ними гораздо больше, чем они обе готовы были признать.

——

Time skip: Next day

Урок географии тянулся бесконечно. Монотонный голос учительницы сливался в какой-то гул, от которого у Т/И сдавливало виски. В классе было душно, или это ей так казалось из-за дурноты, которая охватила её этим утром. Она подперла голову рукой, пытаясь сфокусировать взгляд на доске, но перед глазами всё плыло. Т/И медленно повернула голову к Давиду. Он расслабленно сидел, что-то записывая под диктовку. Заметив её движение боковым зрением, он на секунду отвлекся и посмотрел на неё. — Т/И, всё в порядке? — негромко спросил он, чтобы не привлекать внимание. — Ты бледная какая-то. — Да… просто голова кружится немного, — выдохнула она, стараясь не закрывать глаза, чтобы мир не поплыл ещё сильнее. Давид кивнул, затем задержал на ней взгляд, проверяя, не свалится ли она прямо сейчас, и вернулся к записям. Т/И снова перевела взгляд вперед. Прямо перед ней сидела Кира. Глядя на её спину, Т/И вспоминала вчерашний вечер, и от этих мыслей становилось ещё тяжелее. С одной стороны, внутри всё сжималось от чувства страха. Было жутко осознавать, как легко Кира выдумала ту историю про Вернера, даже не моргнув глазом. Её пугала мысль о том, что человек перед ней может так искусно лгать. Но с другой стороны… что-то внутри не давало Т/И разочароваться. Стоило вспомнить вчерашний голос Киры, её неловкое поведение и как она осторожно поправила чужую прядь волос — и вся злость куда-то испарялась. Т/И ловила себя на странной мысли: она всё равно хочет быть рядом с ней. Её настораживало осознание, что она готова оправдать Киру, несмотря на всё, что та натворила. Это было неправильно, но этот контраст между опасной и искренней Кирой не давал покоя. Т/И посмотрела чуть левее, где сидел Вернер. Он глядел в окно со своей вечной ухмылкой. Т/И чувствовала укол совести, глядя на него. Он был жертвой всей этой истории, но почему-то даже сейчас её взгляд против воли возвращался к затылку Киры. Резкий звонок заставил Т/И вздрогнуть. Урок наконец-то закончился. Класс тут же наполнился шумом отодвигаемых стульев. Давид встал первым и направился к выходу. Кира тоже поднялась и, не оборачиваясь, вышла из кабинета. Понимая, что до конца дня она не дотянет, Т/И начала запихивать учебники в рюкзак. Она уже мысленно была дома, в своей кровати, и надеялась, что медсестра без лишних слов выпишет ей освобождение.

…

Медпункт встретил её запахом спирта. Школьная медсестра даже не оторвала взгляда от бумаг. — Давление в норме, температуры нет. Просто переутомилась. Сделай пару глотков воды перед уроком, — бросила она, даже не предложив таблетку. — Иди в класс, не бегай нигде, всё пройдет. Т/И вышла в пустой коридор, чувствуя, как внутри закипает злость. Голова всё еще кружилась, а это «всё пройдет» звучало как издевательство. Она медленно побрела обратно в класс. Но до двери класса она не дошла. Возле окна, прямо на подоконнике, сидела Кира. Она бездумно крутила в руках телефон и, кажется, совсем не торопилась на начавшийся урок. — Кир? — Т/И остановилась, удивленно моргая. — Ты почему здесь? Химия же идет. Кира вздрогнула и повернула голову. Увидев Т/И, она спрыгнула с подоконника, стараясь выглядеть максимально невозмутимо, хотя в её глазах на секунду промелькнуло явное облегчение. — Да там лабораторная, — буркнула она, поправляя воротник рубашки. — Решила подождать тебя, пока ты там с медсестрой развлекаешься. Ну что, выписали путевку в санаторий? — Сказали «само пройдет», — раздраженно передразнила Т/И, поудобнее перехватывая лямку рюкзака, который теперь казался неподъемным. — Ясно, — Кира подошла ближе и приложила ладонь ко лбу Т/И. Рука была прохладной и пахла чем-то мятным. — Да ты вроде не горишь. Пошли, горе луковое. Они медленно пошли к двери своего класса. В какой-то момент Кира вдруг уверенно потянула за лямку рюкзака, снимая его с плеча Т/И. — Дай сюда. А то ты в него так вцепилась, будто там слитки золота, а сама на ногах едва стоишь, — сказала она, закидывая рюкзак на свое плечо. Т/И почувствовала, как по телу разливается тепло, совсем не связанное с болезнью. Наоборот, Кира подействовала на неё как обезболивающее. Это ощущалось так просто — Кира, которая прогуливает урок, чтобы дождаться её, которая молча забирает тяжелый рюкзак... В этот момент Т/И окончательно призналась сама себе: Она мне нравится. Аж зубы сводит, как глубоко она проникла мне под кожу. Но стоило им подойти к двери класса, как Кира резко замерла. Она буквально впихнула рюкзак обратно в руки Т/И. Её взгляд в секунду стал холодным. — Всё, дошли, — сухо сказала она, принимая свой обычный «колючий» вид. — Заходи первая. Я зайду через пару минут, скажу, что в туалет ходила. Не хочу давать Давиду лишний повод для допроса. — Кир, ты чего? Мы же просто… — Т/И растерянно посмотрела на неё, но та уже отвернулась. — Заходи, я сказала, — резко отрезала Кира.