Дорогие детки

Около четырёх часов дня ребята находились в своём логове, смеясь и обсуждая следующую пакость для Афтона. –Полный урод, думал, что вернётся на костылях и его встретят с объятиями, пожалеют бедного. Хуй ему. Джерри, сидя на полу подальше от стола, грустно смотрел на пол, пропуская мимо ушей заливистый смех старших. Ему до сих пор было не по себе, ведь это же его вина? Ничего бы не случилось, если бы он послушал отца и оставил британца в покое. Но и не его вина в избалованности. Ни в своей, ни в старших. Кэссиди и Габриэль пару раз окликали брата присоединиться к разговору, но не раз были посланы. –Да чё ты маешься, твоё грустное ебало никогда его не расторгает. Это было тоже проигнорировано. Отмахнувшись, Кэссиди продолжила предлагать идеи и даже восполнять их в уже принесенных предметах. В этот момент все затихли, услышав громкий стук закрытой двери. Посмотрев в темный коридор, Габриэль увидел Уильяма, что-то крепко держащего в руке. –Хули надо? - Кэссиди закатила глаза, махнув головой, дабы выпустить косы вперёд, обычно это придавало ей уверенности. Через мгновение в комнате раздался пронзительный крик; Афтон схватил близ сидящего ребёнка за рыжие, ах, погано-рыжие волосы, удерживая Джерри на месте перед тем как разбить ему нос трубой. Алая кровь разбрызгалась по чисто голубому свитеру младшего, а на лице смешавшись со слезами. Но это был лишь один удар, за ним последовали ещё и ещё одни. Раздробив нос и половину лица, британец откинул дрожащее тело в сторону, притоптав каблуком его спину. Габриэль, спрыгнув со стола накинулся на Афтона, врезав ногой ему по яйцам. Получив долю времени, Боссман старший упал на колени, переворачивая и пытаясь разбудить Джереми. –Малой, блять, господи, ты меня слышишь? Ответь, прошу, ответь мне, чёрт подери. Ты же в поряд- Не успев привести его в чувства, Уильям прервал мольбы, яростно треснул каблуком по голове Габри. Тот отлетел в стену, ухватившись за голову, пытаясь "утихомирить" нарастающий звон. –УГОМОНИСЬ, ПРИДУРОК! - Кэссиди вскочила за братьями, но Уильям лишь отшвырнул девочку в сторону, надвигаясь на старшего. Тут же нос сапога прилетел прямо в глаз юноше, елозя внутри. Тот прокричал, цепляясь за ногу мужчины, пытаясь отодвинуть его от себя. На живой глаз поступили слёзы, явно не чувствуя второго. Рука Афтона схватила подбородок парня, крайними пальцами открывая стенки рта, а указательный и средний захватили того за язык. Второй рукой, в которой находился нож Уильям провёл по сосочкам. –Как меня заебал этот язык, ох, чисто ирландский акцент, поющий соловьиные гадкие песенки о травке. Впрочем у тебя.. действительно отцовские гены. Лезвие поранило мягкий язык Габриэля, заставляя его мычать от боли и безысходности. Резкое движение и оно разрезало язык пополам; рука сжала челюсть парня, не давая ему возможность орать. Болевой шок настиг Габриэля и тот рухнул на пол, истекая кровью изо рта. Кэссиди быстро схватила трубу около младшего брата и ударила британца сзади по затылку. –Ты просто ебанутый! На всю свою голову, конченный урод! На её глазах были видны слёзы, руки дрожали, но не отпускали трубу. Уильям, сидя на полу, тихонько подобрал нож, впившись пальцами в рукоять. –Ты монстр! Боже, ты за это поплатишься! Рано или поздно, но ты будешь гореть в аду, слышишь? Мерзкий ублюдок. Резко вскочив с пола, Афтон прижал девушку к стене, воткнув нож прямо ей в пупок, медленно раскручивая лезвие. Расширив глаза, Кэссиди открыла рот, но вместо крика вырвался только хриплый выдох. Она попыталась ударить его трубой ещё раз, но рука безвольно скользнула по его плечу — оружие выпало, звякнув о пол. – Т-ты... — прошептала она, чувствуя, как лезвие поворачивается внутри, разрывая что-то тёплое. Уильям наклонился к самому её лицу, его дыхание пахло потом, сигаретами и чем-то приторно-сладким. – В аду, говоришь? — его голос был тихим, почти ласковым. — Дорогая, я уже там. Я просто решил взять вас с собой. Главные монстры здесь вы. Он резко выдернул нож. Кэссиди сползла по стене, оставляя на обоях грязно-алую полосу. Она ещё дышала — прерывисто, всхлипывая, — но глаза уже закатывались. Афтон оглядел комнату, бездыханные тела парней лежали не двигаясь. Его уши раздражали лишь хлюпанья и томное дыхание девочки. Она перевалилась на спину, стараясь остановить кровотечение руками. Боль пронизывала все конечности, каждый нерв больно вопил. Уильям присел у её лица, его рука потянулась к брекетам. Одним махом железка была выдернута, её острые края поцарапали уголки губ ирландки. –Это подарок от меня. В аду хоть нормально попиздишь. Нагнувшись, он нанёс заключительные удары прямо в бедро и грудь. Глаза Кэссиди закрылись и дыхание остановилось. –Папочка вам больше не поможет. Это ваши проблемы. Вечно лезли не в своё дело. С этими словами он выбил каблуком зубы Габриэля, раскрошив каждый в песок. Вздохнув, он перешагнул через тело Джерри и покинул эту комнату.