Brave Hearts — лишний персонаж

Ли Мин Хо был обычным жителем Кореи, у которого из хобби были только компьютерные игры, а всё остальное время он проводил на работе. Кто же мог подумать, что такого человека занесёт в мир игры? Вот только он толком не знал ни сюжета, ни геймплея. В этом чудном мире он лишь видел, как выглядят главные злодеи и герои — и то по постерам игры. Но об этом он еще не знал.

День первый : пробуждение

В глаза бил яркий солнечный свет. Ли Мин Хо с трудом открыл глаза и увидел не свою квартиру, а яркий солнечный свет. Он приподнялся на локоть и оглянулся: вокруг, кроме деревьев, ничего не было. Он аккуратно лег обратно и закрыл глаза, надеясь, что это всё сон, но время шло, а ничего не менялось. Вновь открыв глаза, он протер их руками и оглядел себя. Он был одет в простую бежевую рубаху и что-то, напоминающее штаны, которые держались на небольшой веревке. Он начал осматривать свои руки — они были слегка смуглые и неухоженные. Прошло некоторое время, пока он осознавал, что больше не в своем мире, пока не начал истерить и кататься со стороны в сторону. — Да как я умудрился в такое попасть? Я лишь хотел немного отдохнуть! Да и вообще, если уж и попадать в другой мир, то меня должна была встретить богиня и даровать читерские способности или хотя бы системное окно! А я вообще ничего не понимаю и не знаю. «Что делать? Как мне вернуться в свой мир? Может быть, я не один?» — начал думать Мин Хо. «Если я тут не один, то кто-нибудь наверняка услышал бы мою истерику и пришёл. Но так как этого не произошло, то вариант, что я тут не один, сразу же отпадает». Он наконец присел и начал дальше анализировать ситуацию: «Что обычно делают в подобных ситуациях? Правильно — пытаются призвать окно статуса». Чем он и занялся: начал махать рукой и пытаться призвать окно статуса, но его рука и голос выдохлись быстрее, и он вновь рухнул на землю. «И что же мне делать? Ждать помощи? С одной стороны, это звучало логично, с другой — совсем скоро наступит ночь, а у меня с собой ничего нет. И ожидать лучшего не стоит. Надо бы поискать какой-нибудь ночлег и желательно реку, чтобы у меня была хотя бы питьевая вода». Приняв тот факт, что помощи он не получит, Ли Мин Хо встал с земли и посмотрел на солнце — оно уже потихоньку начинало уходить на закат. — Так, если запад там, то восток там. Ага, что это мне даёт? Правильно, ни-че-го. Пойду на север — терять-то особо нечего. Ли Мин Хо двинулся на север уверенными шагами, пока не выдохся и не наступила ночь. Опершись на дерево, он тяжело дышал. Из-за того, что он был босиком, его ноги ужасно болели. По пути он не встретил ни одного маленького ручейка, что немного беспокоило его. — Блядь! Я надеялся найти хотя бы источник воды, а в итоге просто вымотался, — прошептал он. Ли Мин Хо поднял голову вверх — свет луны озарил его лицо. — Надо бы найти место, где можно будет поспать. Но где спать в лесу? Чтобы разбить лагерь, у меня ничего нет. Думай, думай, Ли Мин Хо… Где можно сделать ночлег в лесу, при этом не разбивая лагерь? Он начал осматриваться, пока его взгляд не упал на его же руку, которая опирала его. — Точно! Дерево. Если смогу забраться повыше, то на меня не нападут здешние животные, пока я сплю. Решено. Ли Мин Хо начал лезть на дерево. Первая попытка оказалась жалкой: он подпрыгнул, ухватился за нижний сук, но пальцы соскользнули, и он шмякнулся на землю, больно ударившись копчиком. Выругавшись сквозь зубы, он обошёл ствол и нашёл сук пониже, с корой погрубее. Вторая попытка — он подтянулся, перекинул ногу, но ветка жалобно затрещала, и Мин Хо замер, вцепившись мёртвой хваткой. Ветка выдержала, но он так и завис нелепо, болтая ногами в воздухе. С третьего раза, поднапрягшись, он сумел забросить вторую ногу и неуклюже взобрался повыше, цепляясь за кору и мелкие ветки, обдирая локти и колени. На высоте примерно трёх метров он нашёл развилку, где можно было более-менее устроиться. — Ну что ж, можно и баиньки, — пробормотал он, привалившись спиной к стволу. Он пытался лечь поудобнее, чтобы не свалиться с дерева. То поджимал колени к груди, то пытался вытянуть ноги вдоль ветки, но та была слишком узкой. В итоге он устроился как-то боком, обхватив ствол одной рукой и вжавшись щекой в шершавую кору. Внизу шуршали листья, где-то ухала сова, а Ли Мин Хо сидел на дереве, проклиная свою игру, свою работу и тот день, когда решил «немного отдохнуть».

День второй: первая смерть

Утро следующего дня началось довольно странно. Солнце вновь било в лицо. Ли Мин Хо немного размял свои конечности — спать на дереве оказалось сильно неудобно. «Что ж, новый день — новые приключения! Жаль, конечно, что я не проснулся в своей комнате...» — это были его первые мысли. Он уже собирался слезть с дерева, пока не услышал странные звуки внизу. Мин Хо осторожно взглянул под дерево и увидел нечто белое. Он сразу не понял, кто это, поэтому принялся разглядывать. Но, похоже, зверь почувствовал на себе чей-то взгляд и встал на задние лапы. Это оказался небольшой кролик с рогом на голове. Показалось довольно милым, пока кролик не убежал — скорость была довольно большая. — П-п-погоди... Я же просто... рассматривал тебя... Поступок кролика немного ударил по самооценке Ли Мин Хо. — Неужели я такой страшный?.. Ли Мин Хо спустился вниз и вновь посмотрел на солнце — оно только восходило, так что времени было довольно много. Недолго думая, он вновь двинулся на север. Лес постепенно менялся. Вместо привычных деревьев стали попадаться растения с синеватой корой, а трава под ногами мягко пружинила, словно ковёр. Пройдя ещё с полчаса, Мин Хо наткнулся на полянку, где росли странные ягоды: крупные, фиолетовые, с едва заметным свечением изнутри. Они свисали с низкого куста гроздьями, похожими на виноград, но каждая ягода была размером с вишню. Рядом он заметил плоды, напоминающие груши, но чешуйчатые, золотистого цвета, с запахом, похожим на корицу и мёд. — Ничего себе... — пробормотал он, осторожно срывая несколько фиолетовых ягод и одну «чешуйчатую грушу». — Выглядит аппетитно, но есть с голодухи незнакомые плоды в другом мире — идиотизм чистой воды. Он сложил находки в подол рубахи, сделав подобие мешка. Чуть дальше он заметил грибы с прозрачными шляпками, внутри которых медленно перетекала серебристая жидкость, и мох, который при прикосновении сворачивался в маленькие шарики. Мин Хо не стал их трогать — слишком подозрительно. Зато набрал ещё каких-то орехов в скорлупе, напоминающей панцирь жука, и пучок ярко-оранжевой травы, пахнущей лимоном. К полудню его импровизированная сумка была полна диковинок. Голод напоминал о себе урчанием в животе, но Мин Хо твердо решил: сначала найти воду и убедиться, что еда не отправит его к праотцам. Он двинулся дальше, надеясь встретить ручей или хотя бы лужу. Впереди лес начал редеть, и сквозь деревья что-то блеснуло. Этот блеск дал небольшую надежду, из-за чего Мин Хо побежал вперёд. Деревья редели, и он оказался возле небольшого ручья. Он жадно принялся пить воду — она была такой свежей и вкусной, что словами это было тяжело передать. Напившись воды, Мин Хо уселся возле ручья и начал бросать небольшие камни в воду, от чего по глади расходились небольшие круги. — Воду я нашёл, пора думать, что делать дальше... Хотелось бы найти что-нибудь съедобное, кроме плодов, которые я нашёл. Ещё не факт, что они съедобные. Может, попробовать порыбачить? Но удочки у меня нет... Мин Хо плюхнулся на спину, греясь на солнышке и обдумывая, что ему делать. Удочку мастерить было не из чего. Попробовать сделать ловушку? Но он не умел её делать. Ничего не оставалось, кроме как попытаться сделать импровизированное копьё и ловить рыбу при помощи него. Он привстал и пошёл немного в лес. Найдя более-менее подходящую палку, он вернулся обратно. Теперь был вопрос: как её наточить? Ножа-то у него не было. Он немного осмотрелся и заметил несколько крупных камней. Взяв один, он бросил его в другой, отчего тот раскололся. Взяв отломившийся кусок, он начал неумело точить деревянное копьё. На это ушло немало времени. Наточив его, он приблизился к реке и вспомнил, что ещё не видел своего лица. Он присел на корточки и начал рассматривать себя. Из воды на него смотрел подросток — на вид лет шестнадцати-семнадцати, не больше. Лицо было немного грубоватым, с чёткими, но ещё не до конца оформившимися чертами: чуть квадратная челюсть, широкие скулы, прямой нос с небольшой горбинкой. Кожа смуглая, с лёгким румянцем на щеках от долгой ходьбы под солнцем. Волосы каштановые, взлохмаченные после ночи на дереве, кое-где торчали нелепыми прядями. Брови густые, чуть нахмуренные — то ли от привычки, то от постоянного напряжения. А глаза... карие, с каким-то затравленным, но в то же время упрямым выражением. — Я выгляжу так, будто вчера только школу бросил, а не на заводе пахал, — хмыкнул он себе под нос. — Или это тело вообще не моё? Он провёл рукой по лицу — щетины почти не было, только лёгкий пушок над губой и на подбородке. Пальцы ощупали шею, плечи — худые, но жилистые. — Ладно, не время рефлексировать, — Мин Хо выпрямился и взял своё самодельное копьё. — Сейчас главное — рыба. А внешность потом разберём. Если выживу. Он замер у кромки воды, всматриваясь в прозрачную гладь, и медленно занёс копьё над головой, готовясь к первому в своей жизни броску. Мин Хо замер, вглядываясь в прозрачную воду. В ручье действительно мелькали тени — небольшие, ладоней двух в длину, рыбины с серебристой чешуёй. Он поднял копьё повыше, прицелился и с силой ударил. Всплеск, брызги в лицо — и пустое копьё, воткнувшееся в песок на дне. Рыба уплыла в сторону, даже не испугавшись по-настоящему. — Да чтоб тебя! — рявкнул он, вытаскивая палку. Второй удар — снова мимо. Третий — копьё скользнуло по боку рыбины, но не задело. На четвёртый раз Мин Хо так резко занёс руку, что потерял равновесие и рухнул прямо в ручей всем телом. Холодная вода обожгла кожу, и он вылетел на берег как ошпаренный, клацая зубами. — Отлично, просто великолепно. Я не только рыбу не поймал, но и высыхать теперь придётся. Он сидел на траве, стуча зубами, и смотрел на своё бесполезное копьё. Вода стекала с волос, рубаха прилипла к телу. Солнце ещё грело, но промокший насквозь, он чувствовал, как начинает зябнуть. — Ладно, — выдохнул он, вставая и отжимая подол. — Рыба — не вариант. Надо попробовать те плоды. Но сначала проверить, не ядовитые ли они. Он вытащил из своей импровизированной сумки одну фиолетовую ягоду и долго крутил её в пальцах. Пахла она сладко, с лёгкой кислинкой. Мин Хо осторожно надкусил кончик — и замер. Сок был терпким, напоминающим ежевику, но с привкусом чего-то незнакомого, похожего на мяту и ваниль одновременно. Прошла минута, другая — живот не скрутило, язык не онемел. — Вроде живой, — пробормотал он и съел ягоду целиком. — Вкусно, чёрт возьми. Тогда он съел ещё пять, потом расколол орех в жучиной скорлупе — внутри оказалось мягкое сладковатое ядро, похожее на кешью. Чешуйчатую грушу он решил пока отложить — слишком уж подозрительно она блестела. Утолив первый голод, Мин Хо поднял голову к небу. Солнце стояло высоко, но двигалось к западу. Он сидел на берегу незнакомого ручья, в лесу, полном диковинных растений, в чужом теле и в чужом мире. Ни карты, ни компаса, ни магии, ни системного окна. — А что, если здесь вообще нет никакой системы? — спросил он сам у себя. — Что если это просто... мир? И я тут навсегда? Тишина была ему ответом. Даже лес притих. Он уже хотел встать и двинуться дальше — теперь, может быть, на восток, просто чтобы не стоять на месте, — как вдруг из-за поворота ручья донёсся странный звук. Что-то среднее между хрустом веток и приглушённым женским вскриком. Мин Хо замер, вцепившись в копьё. Сердце заколотилось где-то в горле. — Только не говорите мне, что тут кто-то есть, — прошептал он, медленно поднимаясь на ноги и выглядывая из-за кустов. Не долго думая, он взял свои пожитки и углубился немного в лес, а потом и вовсе залез на дерево. В конце концов, ему его жизнь ещё дорога. Со стороны реки слышались громкие крики о помощи. Мин Хо закрыл уши и сжал глаза, прикусывая нижнюю губу. Он понимал, что мог бы помочь, но он был слаб, а мир, судя по всему, слишком жесток. Прошёл час, может даже больше. Мин Хо потерял счёт времени. Крики о помощи закончились, и по ощущениям кто-то прошёл в нескольких метрах от него. Подождав ещё с час, он наконец слез с дерева и в полуприсяди пошёл к реке. Возле берега кто-то лежал. Спина тяжело то поднималась, то опускалась. Мин Хо подошёл поближе и увидел девушку. На вид ей было лет семнадцать-восемнадцать. Длинные тёмные волосы слиплись от крови и грязи, лицо было неузнаваемо — распухшее, в синяках и ссадинах, левый глаз заплыл, губа разбита до мяса. Одежда — некогда светлое льняное платье — висела клочьями, полностью пропитанная кровью. Шея, руки, ноги — всё было покрыто жуткими синяками пальцев и глубокими порезами. На рёбрах виднелись вмятины — явно от ударов ногами. Она дышала с хрипом, и каждый вздох сопровождался булькающим звуком — вероятно, пробито лёгкое. — По... мо... ги... те... — прошептала девушка едва слышно. Мин Хо увидел большое количество крови и отвёл взгляд. Он не мог её вылечить. Лишь прекратить мучения. Он взял камень побольше и, чуть ли не рыдая, раздавил её голову. Хруст костей показался ему оглушительным. — Прости... Прости меня, пожалуйста, — зашептал он, глотая слёзы. — Но это единственное, что я могу для тебя сделать. Потом его вырвало. Его выворачивало до тех пор, пока из желудка не пошла одна жёлчь. Он стоял на четвереньках у реки, дрожа всем телом, и смотрел в воду, где ещё недавно ловил рыбу, а теперь отражалось его бледное, перекошенное лицо. Он убил человека. Пусть из сострадания, пусть чтобы прекратить мучения — но он забрал жизнь. — Это просто игра? — хрипло спросил он у пустоты. — Пожалуйста... скажите, что это просто игра. Никто не ответил. Только вода тихо журчала, и вдалеке снова запели птицы. Мин Хо сидел, уткнувшись головой в колени, чуть дальше трупа девушки, всё ещё пытаясь прийти в себя. Время тянулось медленно, мысли путались, перед глазами всё ещё стояла та картина — хруст, кровь и её последние слова. Потом он встал и подошёл к телу. Как бы ему ни хотелось этого делать, но... Хотя какое «но». Он делал это, чтобы выжить. Сегодня умерла она — может, завтра кто-то другой, а может, и он сам. Обыскивая её, он нашёл небольшой нож в кожаном чехле, притороченном к поясу. Клинок был узкий, сантиметров пятнадцать, заточенный хорошо — явно не для кухни, а для самообороны. Ещё в кармане, пришитом к подкладке юбки, оказался кусок вяленого мяса и пара мелких серебряных монет с непонятной чеканкой. Это было отвратительно. Мясо пропиталось её кровью, пахло железом и смертью. Но ему нужно было что-то есть, поэтому он взял и его, решив, что если отмоет кровь в ручье... то ничего не будет. Просто белок. Просто еда. Также он снял с неё ботинки — грубые кожаные, на толстой подошве, чуть маловаты и немного давили в подъёме, но это было лучше, чем идти босиком. Потом он похоронил её. Ножом он вырыл неглубокую могилу под раскидистым деревом, подальше от воды. Земля была мягкой, но корни мешали, и пальцы быстро стёрлись в кровь. Он перетащил тело — лёгкое, слишком лёгкое — и засыпал яму. Не знал, кому молиться — Будде или кому-то ещё, просто постоял пару минут, закрыв глаза. — Попади в рай, — сказал он тихо. — Если он, конечно, есть. Была глубокая ночь, луна скрылась за облаками. Нужно было спешить — забраться обратно на дерево и попробовать немного поспать. Что Мин Хо и сделал. Он забрался на дерево, прижал к себе нож, обнял ствол и закрыл глаза. Сон не шёл долго — в ушах всё ещё звучал тот хруст, а перед глазами стояла раздавленная голова. Но в конце концов усталость взяла своё, и он провалился в темноту без сновидений.