The Curse of Blood

День сегодня выдался неважным. Кевин понял это еще с того момента, когда вместо всеми любимого будильника, его разбудил шум ремонта из соседней квартиры. С самого утра моросил дождь, отчего бедным уличным зевакам приходилось искать себе укрытие. Потом еще и шнурки развязались, чёрная кошка дорогу перебежала, да еще и остановилась, смотря на Майера так, будто он самолично сожрал всех мышей в подворотне. И все в таком же суеверном духе, буквально кричащем Кевину, что посещение этих складов обернется ему не то, чтобы боком, даже наоборот всем своим "прекрасным" передом, так любезно ударившим его прямо по больной голове. Да.. Голова у него болела с утра, наверное, все же надо было оставаться дома. ‎ *** ‎Парень полусидя лежал на спине, оперевшись на стену кирпичного здания. Он с трудом размыкал глаза, которые так и норовили закрыться обратно. Прекрасная нега бессознания пленяло его бренный разум, но он как мог сопротивлялся этим позывам. Преодолевая пелену перед глазами, он с усилием поднял руку, поднося ее к открытой ране на затылке. Даже не видя своей головы, Майер с уверенностью мог сказать, что дело — труба. Под пальцами чувствовалась кровь, уже полузасохшая, неприятная, покрывающая его и без того слипшиеся после дождя волосы. Из-за сильного прилива адреналина он не чувствовал боли, бегая глазами под открывшемуся перед ним виду какой-то подворотни. ‎ ‎— Сука, — он хрипло выругался, видя в метрах десяти от него, как двое грузных мужчин под руки несли бессознательного Джеймса. Кевин бы с радостью подсобил этому недомагу, но тут бы кто самому Майеру помог. ‎ ‎В этот момент он ненавидел себя особенно сильно. Позволил себе поверить магу. Звучит как какой-то абсурд, если честно. Да и к чему это привело? Вот он лежит с кровотачащей головой, будто обдолбался, а его дорогого напарника вообще украли. Никогда, никогда больше он не предоставит Джеймсу возможности придумывать план, потому что, видимо, Госпожа удача этого парня прокляла еще в утробе. ‎ ‎Кевин, в который раз мысленно ударил себя по лбу, пытаясь собраться с силами. Он оперся двумя руками в землю, пытаясь подняться. Безуспешно. Перед глазами плыло, голова кружилась, а ноги вообще не слушались. У него вообще есть ноги? А то чувство, будто они исчезли, как и его честь, которую так грубо сравняли с грязью, между прочим, в которой он сейчас лежит. ‎ ‎Все, что мог делать раненный Кевин, это смотреть. Он даже не мог закрыть глаза, чтобы не видеть, как тело Джеймса погружают в какой-то грузовик. Мозг будто специально запоминал каждый момент, записывая его на подкорку сознания. Хотя, мысленно, он все надеялся, что Эванс притворяется.  Вот, сейчас он проснется, использует свою чертову магию и хорошенько приложит этого здоровяка об стену. Если, конечно, его магия не заключается в запуске фейерверков или мысленном запечатывании писем. Хотя... Полезные способности стоит сказать, если вы не лежите в данный момент в подворотне с пробитой головой. ‎ ‎Изморось усилилась, как будто добивая эту из без того смехотворную картину. Кевин в последний раз посмотрел в сторону грузовика, с каждой секундой удаляющегося все дальше от этого места, прежде чем его веки тяжело сомкнулись. Сознание парня провалилось в забытие, так удасно спасая полицейского от самобичевания. Ему было одновременно и холодно, и жарко... и хорошо, и плохо. Он будто сбросил со своих плеч груз, который давил на него последний месяц... жалко будет конечно, если этот "груз" умрет. ‎ ‎*** ‎ ‎Кевин всегда приходил в отдел за пятнадцать минут до начала смены. Он приводил свой рабочий стол в порядок, перекидываясь парой слов с ночными сменщиками. В приподнятом настроении он напевал себе под нос какую-то мелодию, включая штатский компьютер, чтобы проверить почту. ‎ ‎Спустя десять минут имитации бурной деятельности Майер услышал звонок, быстро поднимая трубку. ‎— Офицер Майер, зайдите ко мне, — разнесся с той стороны мужской голос. Начальник отдела, офицер Рассел, довольно веселый мужчина если его не злить. Судя по интонации, он был зол. ‎ ‎Кевин даже не успел ответить, как трубку сбросили. Он поправил свой жетон, надевая фуражку и направляясь в кабинет начальника с веселой ухмылкой.