Помоги стать смертной

      Новая работа казалась Ирен глотком свежего воздуха. Работа в на мануфактуре на протяжении пяти лет почти без выходных осточертела до изнеможения. Девушка готова была на стенку лезть, лишь бы не видеть мерцание лампочек на механизмах. А тут такая прекрасная возможность свалить ко всем чертям в глушь.       Один её очень хороший знакомый работал дворецким в поместье в небольшом городке и искал сменщицу для горничной. Та хотела больше отпусков, угрожая собственным увольнением. Персонала и так не хватало, вот парень и предложил Ирен бросить всё и уехать работать дворецкой в богатый дом. Не считая обязанностей почти что отель всё включено. Проживание, питание, вдобавок ещё и хорошие деньги обещают. В общем, недолго думая девушка собрала свои скромные пожитки и отправилась в новую, возможно лучшую жизнь.       Дорога в новую жизнь оказалась короче, чем думала Ирен. Каких-то четыре дня на паровозе, два — на повозке добродушного крестьянина, согласившегося подбросить девушку за два серебряника, потому как ему было почти что по пути.       И вот наша героиня стоит на пороге роскошного дома. Перед ней возвышался мрачный, величественный замок из потемневшего от времени камня, местами покрытого мхом. На узких стрельчатых окнах красовались витражи с сюжетами из Библии. Входную дверь из дуба, окованную чёрным железом, украшал замысловатый резной орнамент — переплетение терновых ветвей — а вдоль карниза вились каменные аркбутаны.       Ждать пришлось недолго. Не прошло и четверти часа как тяжелая дверь отворилась. На пороге стоял Фэйн — тот самый знакомый, что предложил Ирен работу в поместье.       — Ирен! Сколько лет сколько зим, — воскликнул дворецкий, перехватывая саквояж своей давней подруги. Когда-то они вместе играли, лазали по заброшенным хижинам на окраине родного города и вот теперь воссоединились спустя десять долгих лет.       Придержав девушки дверь, Фэйн в два шага оказался впереди неё и побежал показывать ей её новую комнату, попутно рассказывая правила этого дома:       — Все слуги живут на чердаке. Потолки низкие, зато у каждого отдельная комната. Нас тут немного. Дворецкий — с ним ты уже знакома; — лакей, конюх, кухарка и две горничные — ты будешь третьей. Я познакомлю тебя со всеми ними позже, перед обедом, а пока что располагайся и наслаждайся отдыхом. Полчаса. Потом спускайся вниз, я тебя познакомлю с Ванессой ван Вансовер. Она с лакеем как раз должна вернуться с охоты к этому времени.       Ирен кивнула. Плюхнулась на кровать рядом со своим скудным багажом и лениво окинула взглядом комнату.       Комната оказалась крошечной, но на удивление светлой — единственное окошко выходило на юг, и косые лучи солнца заливали чердачное помещение теплым светом. Слегка пожелтевшие стены с облупившейся кое-где известкой, дощатый пол, местами скрипящий — комнатушка пахла сухой старостью. В углу стояла узкая железная кровать с продавленным тюфяком, рядом — шаткий столик с глиняным кувшином и тазом для умывания. Над изголовьем висело маленькое распятие, чуть покосившееся. Ирен с тоской подумала, что при двух горничных неудивительно, что никто не удосужился протереть здесь пыль, но, видимо, чердак считался территорией, где каждый в ответе только за свою комнату. Впрочем, после пяти лет на мануфактуре даже это казалось девушке почти уютным.       Ирен не заметила как задремала. Девушку разбудила открывшаяся дверь. Ирен вскочила.       На пороге стояла высокая худая девушка в фиолетовом платье до пола. Длинные белоснежные волосы, такие же светлые как её бледная, почти прозрачная кожа, струились по острым плечам. За её спиной стоял Фэйн и по его лицу было видно. ничего хорошего Ирен не ждёт.       — А это, я так понимаю, моя новая горничная, — холодно усмехнулась госпожа, кидая в Ирен униформу. — Переоденься.       Ещё раз окинув взглядом новоиспеченную прислугу г-жа ван Вансовер развернулась на каблуках и поцокала вниз по лестнице.       — Фэйн, я надеюсь до обеда ты объяснишь нашей новенькой правила моего дома. Ещё раз. Фэйн сглотнул.       — Да, Ирен, переоденься. Я буду ждать тебя внизу. Познакомлю с персоналом.       Девушка кивнула. Оставшись одна, она развернула униформу — простое чёрное платье с белым передником и кружевным чепцом. Ткань оказалась мягкой, заношенной, на локтях уже виднелись потёртости, будто этому платью не первая сотня лет. Ирен вздохнула, скинула дорожную одежду и начала переодеваться.       «Что ж, госпожа Ван-Ван, — девушка уже успела мысленно придумать прозвище своей хозяйке, — та ещё железная леди. Надеюсь на самом деле она не настолько чёрствая… Всё-таки деньги хорошие, не хотелось бы уезжать и возвращаться на мануфактуру».       Ирен поправила чепец, критически оглядела себя в мутном осколке зеркала, висевшем на стене, и, глубоко вздохнув, вышла из комнаты.       Спустившись вниз, она увидела шесть человек. Уже знакомый нам дворецкий, во фраке. с аккуратно завязанными в хвост чёрными волосами, рыжий бородатый мужчина с красными щеками, верно конюх, две одинаково одетые девушки, явно горничные, женщина с убранными в пучок волосами, кухарка, и лакей, стряхивающий пыль с чёрного сюртука.       — Привет, — неловко улыбаясь сказала Ирен, помахав рукой.       — Здорово! — конюх подошёл к новоиспечённой горничной, похлопал её по плечу и протянул руку. От мужчины несло спиртом. — Хенрик. А тебя как звать?       Не успела Ирен ответить, как её перебил лакей.       — Хенрик, не вежливо жать женщине руку, — фыркнул он, — Я Уолтер, лакей. Хотя думаю, ты и сама догадалась. По нам видно.       — Я Долорес, старшая горничная. Можешь звать меня просто Дол. После обеда покажу тебе, как тут всё устроено. Да, Фэйн? — Долорес укоризненно посмотрела на дворецкого, а затем указала на девушку в таком же наряде как она и Ирен, — Это Лала. Прачка. Хотя после твоей выходки ей рискуешь стать ты, а Лала наконец отправится к семье на пару деньков.       — Санда…       — Кухарка. Будешь помогать ей мыть посуду, — перебила её Долорес.       — Думаю я в представлении уже не нуждаюсь, — подмигнул Фэйн. — Что ж, а это Ирен, наша новая горничная. С этого дня она будет с нами, и, думаю, это надолго, так что пожалуйста, постарайтесь поладить.       Обед в комнате прислуги прошёл быстро и без лишних церемоний. Миска густого овощного супа с куском чёрного хлеба и варёная картошка, щедро политая соусом. В центре стола стоял чайник с крепким чёрным чаем и графин молока. Слуги ели почти молча, лишь изредка перебрасываясь короткими фразами. Ирен старалась есть аккуратно, тихо, украдкой разглядывая новых друзей. По крайней мере надеялась, что друзей Никто не обращал на неё внимания, но это даже радовало.       Закончив трапезу, слуги убрали со стола. Лала пошла мыть посуду, а Долорес отдала первый приказ:       — Через полчаса придёт г-жа ван Вансовер. Я покажу тебе как в этом доме делается сервировка. Если хорошо справишься, это войдёт в твои ежедневные обязанности. Но не обольщайся, если справишься плохо, это не значит, что количество работы сократится.       Ирен кивнула.       Долорес провела Ирен на кухню, указала на посуду и принялась объяснять, не повышая голоса, но с такой интонацией, будто диктовала воинский устав. Сначала скатерть — строго по центру, без единой складки. Затем тарелка для закусок. Слева вилки — зубьями вверх, справа ножи — лезвием к тарелке, ложка — за ними. Бокалы — треугольником: для воды, для красного вина, для белого. Салфетку сложить веером на тарелку для закусок.       Ирен пыталась запомнить. и стоит отдать ей должное, у неё неплохо получалось. Закончив с сервировкой, экономка махнула рукой в сторону кухни — пора было проверить, как там идёт подготовка к обеду госпожи.       На кухне было душно и чадно. Санда, кухарка, помешивала в медном котле что-то пряное, пахнущее тимьяном и лавровым листом. Ирен уже хотела спросить, чем можно помочь, как дверь отворилась и вошёл Уолтер, лакей. Он взял серебряное блюдо, до этого момента не замеченное Ирен, на котором… девушка замерла. На блюде лежал огромный кусок сырого мяса — свежего, ещё тёплого, с алыми подтёками сока. Кровавые лужицы расползались по полированной поверхности, вызывая у горничной тошноту — слишком уж это зрелище было… пробирающем до дрожи. Лакей даже не поморщился от холода. Он вышел из кухни, поставил блюдо перед Ванессой, уже сидевшей за обеденным столом из тёмной древесины. Госпожа взяла мясо длинными бледными пальцами, не используя ни ножа, ни вилки, и, не отрывая взгляда от Ирен, медленно откусила сырую плоть. На белоснежной коже остался кровавый след мясного сока. Ирен показалось, или в глазах госпожи на мгновение мелькнул красный отсвет? Девушка поёжилась. Что-то с этим домом было не так. Совсем не так.       — Ты. Останься, — вдруг заговорила госпожа. — Остальные — с глаз моих. Я хочу объяснить этой дамочке кое-что лично.       Ирен напряглась. Обычно в такие моменты начинают отчитывать, однако у г-жи Ван-Ван было другое мнение на этот счёт:       — Ирен? — Ирен кивнула. — Значит, Ирен. Экономка уже объяснила тебе суть твоих обязанностей? — снова кивок. — Так вот, забудь. Я хочу, чтобы ты выполняла обязанности камеристки.       — Я? В первый же день? Почему?       — Дорогуша, — снисходительным тоном сказала Ванесса. — вопросы здесь задаю я. Но, так и быть, отвечу. Лала — страшная сплетница. У Долорес полно других обязанностей. Я хочу, чтобы моя горничная держала язык за зубами и даю тебе второй шанс. Ты не рада?       — Нет, что вы! Очень, очень рада, — Ирен поклонилась, — и постараюсь не разочаровать вас более.       — Отлично. Теперь оставь меня.