Новый день

      — Спи, моя радость, усни. В доме погасли огни…       Поёт приятный мужской голос где-то в глубине летнего сада. Его пение разносится над душистыми кустами роз, над яркими маргаритками и русыми ромашками. Старая беседка, увитая виноградом, прячет от вечерней прохлады пожилого мужчину с маленькой девочкой на руках. Он знает, что дни этого дитя сочтены, что ещё совсем немного, и её не станет на этом свете. Дети не должны так страдать, не должны умирать. Не тогда, когда жизнь так прекрасна и удивительна.       Бывший военный не плачет. Он не будет. Ни за что не станет плакать. Ради Веры он будет сильным. Ради неё готов не спать и нести свою вахту. Всё для маленькой внучки, вихрем ворвавшейся к нему и покорившей его черствое, мужицкое сердце, видевшее войны, смерть жены и похоронку на сына. Его даже не хоронили. Ничего не осталось от пятерых солдат, погибших под руинами взорванного дома.       Оставалась только дочь от первого неудавшегося брака, да вот это кудрявое чудо, ради которого стóит дни и ночи ходить по саду, чтобы отвлечь малышку от постоянной боли в конечностях. Врождённый артроз. Редкое явление у малышей. Аномальный генетический сбой в организме. Может, Вера вообще одна такая на миллион, но так сложилось. Суставы ребёнка разрушаются, и вылечить это никто не может. Ей ещё нет и четырёх, а болезнь съедает маленькую жизнь. Врачи строят догадки, но практически уверены, что ещё один год малышка не переживёт.       Вера уже умеет так много: она хорошо запоминает стихи, она знает буквы и сама выдумывает свои истории. Ей непонятно, почему нужно называть Николая дедом, и она зовет его просто «па». Он не возражает. Хоть горшком, только бы видеть её улыбку. Первая жена сделала всё, чтобы дочь его ненавидела. Не он ушёл, а она решила, что хватит с неё казарм и переездов.       Когда женщина выбирает военного, то думает только о его форме и романтике, а остальное неважно. Зато потом, живя на границе в общежитии, застонала и завыла. Вот и вся романтика.       Каждое лето Николай Михайлович приезжал на свою загородную дачу. Майор в отставке жил совсем тихо и размеренно уже много лет. Но однажды, даже на склоне лет, одинокая жизнь, с которой смирился, преподносит сюрприз.       Всё началось с загадочного письма из Мурманска. Его разыскал детский хоспис, куда его нерадивая дочь сдала двухлетнюю Веру. Женщина решила не усложнять себе жизнь, оставив свою малышку там. Она, видите ли, устала и захотела жить дальше. Ничего нового, полностью повторила судьбу матери. Бежать от трудностей — это их натура: одна бросила мужа после ранения, вторая бросила дочь в тяжёлом состоянии. Хоть дала адрес отца заведующей больницей. Так они и нашли его. Финансирование у них нормальное, но Вере срочно понадобилось очень дорогое лекарство, и ждать очередную квоту они не могли.       Николай любил Олю и никогда не мог понять, почему жена не дала им общаться, скрывалась с новым мужем, а он и не пытался потом искать. Зачем? Если всё уже решили. Второй брак был счастливым. Они прожили с женой почти девятнадцать лет. Вырастили Гришку, и он решил стать военным, как папа. Отец отговаривал его, как мог. Чувствовал недоброе. Увы, сердце не подвело на этот раз.       Как только Николай Михайлович увидел Веру в унылой палате, его сердце потянулось к ней. Он даже не мог представить, что способен отдать всего себя ради ещё одного месяца и даже дня жизни этой маленькой девочки. Не сомневался ни минуты, просто подписал документы и начал бороться изо всех сил.       Это был их последний бой. Самый-самый страшный. Почти два года Николай отвоевал у старухи с косой. И вот опять уже даже новейшая методика светил науки не помогла.       Дед забрал внучку из больницы и просто увёз на дачу. Он не готов, но понимает, что проиграл. Хочется выть на Луну раненным зверем. Но не сегодня. Ещё одна колыбельная, ещё одна ночь и ещё один день. Трудный, страшный, но он у них есть.       Вера откроет свои огромные кукольные глазки, и они будут смотреть на цветы, что так нравятся девочке. Они сходят на реку, и Николай будет рассказывать ей обо всём, что знает об этом мире. Вере в эти мгновения не так больно, не так страшно. А вечером она обязательно скажет: «Па, завтра будет новый день». Не вопрос, а утверждение.       И он очень хочет в это верить, даже если завтра его маленькая Вера уже не проснётся.