Луна на лбу

      Боролись в Гинро всю жизнь два волка (хотя в его случае скорее шакала), первый волк - кататься сыром в масле, наслаждаться жизнью на полную, ни в чём не нуждаться, ни о чём не думать и быть для всех самым крутым. А второй волк - его съедающее изнутри любопытство. Не правильное, как у братишки Кинро, лёгкий человеческий интерес порождающий вопросы. Не искреннее и яркое, как у друга детства Хрома, обращённое к науке и заставляющее того поступить на геолога и бродить по горам камни собирать в свободное время.       Нет, у Гинро было любопытво в самом плохом смысле этого слова.       Ему хотелось знать всё про то кто, с кем и когда. Ему хотелось знать подробности о том, что про него думают. Ему хотелось подслушать все грязные секреты его универа и пары соседних. Ему хотелось залезть кому-то в душу и после этого убежать с коварным смехом. Ему хотелось знать всё, что он знать был не должен.       Как правильно заниматься менеджментом? Чем там одни камни отличаются от других?       Да какая разница! Ему больше было интересно, с кем там видели сисястую третьекурсницу Минами с журфака, что поговоривают про районную знаменитость Гена Асагири из института через дорогу и какого цвета трусы предпочитает соседка Кохаку.       И в общем это любопытство иногда побеждало в его душе, если она у него есть конечно, побеждало все принципы держать лицо и принимать почести.       И как бы ему не хотелось, как бы он не держался (почти никак, это же Гинро), это любопытство бы рано или поздно дошло бы и до Мацуказе. - А что это за друг-то твой старый, на которого я так похож?       Гинро спросил это с набитым ртом, пока они сидели в фастфуде на деньги Мацу. Вдвоём. И болтали ни о чём. Ну, то есть, Гинро болтал, Мацу слушал. - Ну... - На секунду замер Мацуказе, впервые на памяти Гинро показывая какую-то неловкость и растерянность на лице. - Он.. Этот господин был из семьи похожей на мою. Нас познакомили родители, мы знали друг друга с отрочества, я должен был работать в его компании, которая отходила ему по наследству. И так какое-то время и было.       Нифига. Это Гинро на шишку какую-то похож? Вот повезло-то. - И чё, а дальше? Ты сюда учиться уехал и больше не работаешь? - Нет, это... Моя работа на него закончилась раньше. - Раньше?       Мацу поджал губы. Гинро макнул Наггетс в соус. - Его не стало за четыре месяца до того, как я уехал в ваш кампус.       Гинро уронил Наггетс в соус. - .. Не стало? А.. А- - Да. Болезнь. - Исчерпывающе ответил на непрозвучавший вопрос Мацуказе. - Я тогда уже учился и родители сказали мне поучаствовать в программе по обмену, чтобы я сменил обстановку. - Ох.. Жаль, что так.. Вышло. - Неловко поёжился Гинро. Не умел он о таком разговоривать. Совсем. - Вы, видимо, были... Близки?       Мацу, казалось, выпадал из мира. Он выпил немного холодного чая через трубочку. - Вполне, думаю. Он был... Он был потрясающим человеком. - Вздохнул тот после паузы. - Он заботился о каждой душе, которую встречал. Он был очень мудрым, самым добрым человеком из тех что знал, никогда ничего не просил... С ним бы компания процветала и.. И я..       Тот замялся. Гинро поспешил вставить: - М-да уж, кгхе, грустно что этот твой господин вот так... - Чуть не сказал "помер". - ...Ушёл. Ну ты это, держись.. Это сколько его уже нет, почти шесть месяцев? Ты отлично держишься... Я бы вообще не подумал что у тебя.. Э-э.. - Спасибо, Гинро-сан. - Едва улыбнулся Мацуказе.       И смотря на эту улыбку Гинро подумалось, что он зря задал этот вопрос и скоро ему захочется придушить за это себя же.