Квантовая запутанность

      — Нужна поддержка?       Сэнку очень долго думал над этим вопросом, затем качнул головой. Эксперимент должен быть чистым. Рэй будет подтягивать свои знания, а это будет мешать.       — Возможно, позже.       Рэй понял, кивнул и, растрепав ему волосы, ушел в сторону медиалабы — дописывать код.       Зависнув перед дверью мастерской, Сэнку простоял, наверное, минут пять, просто собираясь с духом.       Он был бы не против, если бы кто-то сейчас что-нибудь взорвал. Вот серьезно, он бы хоть собраться смог… как тогда, на заброшенном заводе.       В итоге он всё-таки решил оторвать этот пластырь, открыл дверь и вошел внутрь. Все так же пахло озоном и канифолью. Ну и еще немного кофе.       Сэнку на секунду завис у входа, выискивая глазами Стэнли. Того нигде не было видно. Сэнку вздохнул, расслабившись — может за сигаретами вышел — и снял куртку.       Когда он обернулся, Стэнли вылез из их спальной ячейки — огороженного ширмами и пластиком закутка. Немного растрепанный и сонный.       Домашний.       — Как матрас?       — Не считая матраса дома — лучшее, на чем я спал за последний месяц.       Сэнку улыбнулся и пошел заваривать кофе.       — Та-ак, — начал он, ставя чайник, — мы вроде… поговорить хотели.       Стэнли плюхнулся на крутящуюся табуретку у верстака и проехал на ней весь путь до Сэнку.       — Я здесь именно за этим.       Он сказал это без нажима, но Сэнку всё равно сжался. На душе было неспокойно. Но это нормально. К этому предвкушению он вроде как привык. Поначалу с Рэем это было страшно. Но потом… после всего Сэнку сам стал искать утешения в чужих руках. А когда понял, что никто не собирается смотреть на них косо, расслабился даже.       Стал ожидать.       — Хорошо. Тогда… — он замялся, ожидая, пока чайник докипит. — Мне нужно, чтобы все было… понятно. И безопасно. Для обоих.       — Меня устраивает.       Сэнку выдохнул и снова начал, уже быстрее, чтобы не споткнуться о слова или стыд:       — Я не хочу ситуации, где кто-то из нас делает что-то из страха, что без этого не получит другого. — Он пересилил смущение и посмотрел на Стэнли. Тот удивленно посмотрел в ответ. — Это возможно?       Стэнли кивнул:       — Рад, что ты это озвучил. С Рэем пришлось повозиться.       — Ну, я с ним уже повозился, — фыркнул Сэнку, закатив глаза.       Стэнли тепло усмехнулся:       — Могу представить. Что-нибудь еще?       — Должна быть возможность остановиться. В любой момент.       — Будет.       — Без объяснений, если это возможно.       Стэнли прищурился. Поджал губы.       — Что? — напрягся Сэнку.       — Я бы предложил оставить объяснения. Не для «почему», а для «что именно».       Сэнку вскинул брови. Задумался и кивнул:       — Звучит логично. Хорошо.       Стэнли кивнул в ответ:       — Сигнал?       — Что? — вздрогнул Сэнку.       — Для остановки.       — А, это, — он неловко почесал затылок, — твои предложения?       — Слова будет достаточно, я думаю.       Сэнку удивленно посмотрел на него:       — Какого?       А потом до него дошла идея. Было сложно не улыбнуться:       — Ты сейчас предлагаешь мне кричать что-то вроде «сингулярность»?       Стэнли не сдержал мягкого смеха. Сэнку расплылся в ехидной ухмылочке и протянул ему кофе.       — Бутер будешь? — спросил он, ныряя в холодильник.       — Ага. Но вообще, чего-то вроде «стоп» или «хватит» будет достаточно. Мы вроде не планировали заходить на территорию садо-мазо.       — А в садо-мазо не используют эти слова? — искренне удивился Сэнку, просто приняв как данность, что во время этого разговора он будет фонить в инфракрасном спектре.       — Используют, но обычно не для того, чтобы остановиться.       — Нет? — он протянул Стэнли бутерброд.       — Спасибо. Кому-то просто нравиться умолять о пощаде.       — Тебе?       — Мне, — согласился Стэнли.       — А Рэю?       Стэнли усмехнулся, разворачивая обертку:       — Этот мелкий засранец обычно просит еще.       Сэнку представил себе. Зря он это сделал.       Сэнку припал к своей чашке, пытаясь успокоить сердце.       Мастерская погрузилась в тишину. Стэнли жевал свой бутерброд, пока Сэнку потягивал кофе и размышлял, что обсудить дальше.       — Еще одно. Никаких… — он замялся, подбирая слово, — предположений. Если что-то не очевидно, мы проговариваем.       Стэнли кивнул, продолжая жевать.       — И… — он снова споткнулся. — Уровень… контакта.       Стэнли проглотил укус:       — Продолжай.       Сэнку поморщился:       — Я… я не… — Он устало вздохнул и сдался. — Я не знаю.       — Чего ты хочешь? — с набитым ртом пробубнил Стэнли.       — Не знаю, — повторил Сэнку. — Всего?       Стэнли закашлялся и постучал себя по груди.       — Но я не готов к… — Сэнку всплеснул рукой, надеясь, что Стэнли поймет намек.       — К чему?       — Да ни к чему я не готов, окей? — Интересно, а сколько калорий сейчас сжигает его тело? С таким-то теплообменом.       Стэнли проглотил укус, запил его кофе и посмотрел на Сэнку:       — Тогда давай начнем с самого минимума.       — Минимума?       — Обнимашки. Любые ласки только выше пояса.       Сэнку склонил голову и осознал:       — Мало.       — Поцелуи? — предложил Стэнли, снова кусая.       Кажется, у него покраснела даже шея.       — Много? — уточнил Стэнли.       Сэнку неловко пожал плечами и уставился на свои ботинки. Руки нервно теребили края рубашки. Он хотел провалиться под землю, потому что «как люди это выносят вообще?!».       — Сэнку?       — Я не знаю, — выдавил тот.       — Хорошо, — просто согласился Стэнли. Будто его вообще не волновало, что Сэнку сейчас самовоспламениться. — Тогда проведем натурный эксперимент.       Сэнку обхватил себя руками и кивнул.       — Строгие ограничения? — уточнил Стэнли.       Сэнку поморщился и спрятался в чашке.       — Фильтруй приятельские вещи.       — Приятельские?       — Без подколок и гейщины. Я еще привыкаю к Рэю. Повезло, что он с другими такой же. Никто не видит, о чем это для нас.       Стэнли укусил еще раз и склонил голову на бок:       — Мне нужно пояснение.       Сэнку вздрогнул, готовясь обсуждать не самую понятную, но одну из самых смущающих его тем.       — Будет ли приемлемо, если я буду вести себя, как классический джентльмен: подавать руку, придерживать дверь и вот это вот всё?       Сэнку застыл. Он ожидал другой вопрос.       — Я… не знаю?       — Попробуем? — предложил Стэнли. — Сначала без людей, потом как пойдет.       Сэнку кивнул. Воодушевился. Он вообще не подумал, что эти вещи можно разделить.       — Да. Спасибо.       Стэнли пожал плечами и засунул последний кусок в рот, глотая не прожевывая. Стукнул себя пару раз по грудине, а затем спросил:       — Кто задаёт темп?       Сэнку задумался. Точнее просто завис, потому что в голове в этот момент обезьянка херачила тарелками.       — Тот, кто… — он запнулся, а потом выдохнул: — Не знаю.       Стэнли глотнул кофе и с прищуром посмотрел на Сэнку. Отставил чашку.       — Тогда проще, — сказал он, тут же выстреливая своей рукой и мягко касаясь левой руки Сэнку.       Сэнку вздрогнул, отдергивая руку. Стэнли отпустил. Медленно подкатился на стуле поближе. Сэнку смутился, но не отошел. Стэнли медленно, на показ, протянул свою руку, самыми кончиками пальцев касаясь ткани рубашки на предплечье. Сэнку замер, завороженно наблюдая.       Стэнли тут же крепко схватил его за запястье. Сэнку отдернул руку, но Стэнли не отпустил.       — Скажи мне отпустить.       Сэнку замер. Прислушался к своим ощущениям.       — Сэнку!       — Цыц! — шикнул он в ответ.       Он целый месяц учился обманывать всех вокруг. И в том числе себя. Благодаря Гену у него теперь такой опыт самопознания, что впору самому ретриты в пустынях, поросших пейотом, проводить.       Прикосновение не было нестерпимым. Наоборот, тяжесть руки Стэнли на его запястье приятно заземляла. Но прикосновение было резким. А его тело научилось: если резко — значит больно.       — Не делай этого резко.       Стэнли кивнул.       — Убери руку.       Стэнли убрал руку и улыбнулся. А затем медленно встал со стула и возвысился над Сэнку. В целом, не слишком высоко, где-то пол головы, может быть. А потом Стэнли взял подбородок Сэнку в свою ладонь, очень медленно наклонил его голову и потянулся за поцелуем.       И Сэнку не нашел повода отказывать ему.       Губы Стэнли оказались удивительно мягкими и теплыми. А поцелуй нежным и трепетным, как… у Сэнку не было примера для сравнения. Ничего общего с той девчонкой, что быстро и влажно чмокнула его, оставив на его губах свой липкий блеск.       Они отстранились друг от друга. Стэнли потянулся за вторым, но Сэнку остановил его рукой.       — Мне нужна передышка.       Стэнли снова улыбнулся и плюхнулся обратно на стул.       — Та-ак, это был Рэй? — внезапно спросил Стэнли.       — М? Когда?       — Приснился в твоем эротическом сне.       Сэнку сначала не понял. А потом понял.       — Ты проиграл, Стэнли, — ехидно ухмыльнулся Сэнку.       Лицо Стэнли вытянулось.       — Тогда… — он нахмурился, видимо пытаясь представить.       — Какая-то девчонка в старшем классе зажала меня в углу и украла мой первый поцелуй, — Сэнку почесал пальцем в ухе.       Лицо Стэнли изменилось. Сэнку не понравилось, как оно изменилось. Это больше не Стэнли. Это майор Снайдер.       — Как, говоришь, ее звали?       — Я даже лица не помню, — отмахнулся Сэнку. — Забей.       Снайдер кивнул:       — Обязательно.       Сэнку показалось, что его как-то не так поняли.       — Я уже упомянул, — прочистив горло, продолжил он. Интересно, а возможно ли получить ожог первой степени от смущения? — что смущающих разговоров и поддразниваний мне и с Рэем хватает.       Снайдер снова стал просто Стэнли и кивнул.       — Но я хотел бы… — Сэнку неловко почесал затылок, — если это возможно, конечно…       — Говори, Сэнку. Я уверен, мы сможем что-нибудь придумать.       — Я… эм… в общем, мне бы хотелось того же, что было там, в машине. — Прав был Рэй, не нужна им теплопушка. Сэнку и сам справится. Еще и ночником отработает отлично.       Стэнли нахмурился, затем удивленно посмотрел в ответ.       — Возможно, не теми же словами, потому что на мой вкус это все же слегка приторно, но, может быть, тот же тон?       — Позволь уточнить?       Сэнку кивнул.       — Тебе нравится, когда я говорю тебе, что ты умница и хороший мальчик? — Пауза. — Или тебе нравится, когда я говорю с тобой таким тоном? — если бы у заботы был свой собственный голос, это был бы именно он.       А у Сэнку случился синестетический коллапс. Он вроде услышал все, что ему понравилось, но ему не понравилось.       — Нет, — вздохнул он, — дело все-таки в сочетании.       — Спасибо, что разъяснил, малыш.       Вот, да. Теперь то, что нужно. Сэнку проняло до самых печенок.       — И все-таки этот «малыш»…       — М?       — Смущает, — надулся Сэнку.       — Это плохое смущение? — уточнил Стэнли.       Сэнку задумался.       — Не то, что я готов переживать часто и тем более перед другими.       Стэнли кивнул:       — Хорошо, милый, — ласково продолжил он. — Я буду очень осторожен с тобой.       Сэнку спрятал лицо в руках и простонал на одной жалобной ноте. Тело давно уже оккупировало теплое, ноющее чувство. Его будто закутали в мягкий плед и опустили в теплый сладкий сироп.       Слишком много, короче.       — Встречные вопросы будут? — пробормотал он сквозь пальцы.       Стэнли развернулся спиной к столу и облокотился на него, глядя куда-то в стену.       — Я буду с тобой предельно честен, Сэнку. Это мой третий опыт. И первые два мало чем отличались, — кулаки заметно сжались, желваки на лице заиграли. Но в следующий момент он выдохнул, расслабился и продолжил. — Я в общих чертах знаю, что меня ждет. Что ты мне дашь — я возьму. Чего не хватит, то не твоя забота.       — А если тебе что-то не понравится?       Стэнли с удивлением обернулся к Сэнку. Весь его вид мягко намекал: «ты что за дурость только что сморозил»?       — Я все-таки другой человек, — отнимая пальцы от лица попытался еще раз Сэнку, — я вырос в другой стране, с другими обычаями.       — Ты собираешься лишать меня жизни?       Сэнку моргнул.       — Эм… нет?       — Калечить?       — Нет, — увереннее.       Стэнли кивнул:       — Для прочих запрещенных вещей у тебя нет ни опыта, ни оборудования, ни квалификации. А все остальное я с радостью возьму.       В Сэнку возбудился исследовательский интерес:       — Я могу… эм… поинтересоваться?       Стэнли засмеялся тем самым тоном:       — Любопытный маленький котенок.       Сэнку скривился и сложил руки на груди.       — Я расскажу, если присядешь ко мне на колени, — Стэнли похлопал себя по бедру.       Сэнку поднял бровь. Пожал плечами.       Рэй делал с ним вещи и похуже. Так что он просто плюхнулся ему на ноги, лицом к Стэнли, обхватывая его плечи, чтобы не свалится. Его внутренности, наверное, уже запеклись, но кого это теперь волнует?       Все еще облокачиваясь спиной на стол, Стэнли обхватил талию Сэнку для дополнительной поддержки:       — Смелый маленький исследователь. Как далеко тебя заведет твое любопытство, м?       — Рассказывай уже, — буркнул Сэнку, чем вызвал теплую усмешку Стэнли.       — Ну, например, сурдокамера. Знаешь, что это?       Сэнку кивнул.       — Я могу провести в ней без особых последствий около трех суток, — продолжил Стэнли. — Начиная с четвертых это станет для меня пыткой.       Сэнку снова кивнул.       — То же самое касается любых камер подобного рода.       — Например?       — Можешь придумать что-нибудь сам? — предложил Стэнли.       Сэнку задумчиво протянул:       — Эхокамера, — Стэнли кивнул, — термокамера, с гипер или гипотермией, — Стэнли снова кивнул. — Это все?       — В целом пытки чувствами или их отсутствием очень эффективны. Я люблю депривацию, иначе я не был бы снайпером, но не более 70-и часов к ряду.       Сэнку кивнул.       — Ты снайпер?       — В том числе.       — Можешь рассказать о своей работе?       — Что ты вообще знаешь?       — Что ты лицензированный государственный убийца.       Стэнли пожал плечами:       — Довольно точное определение.       — И большего я не узнаю?       — А что бы ты хотел узнать?       Сэнку не был уверен. Его никогда не интересовала эта часть жизни.       Каждую секунду умирают два человека. И часть из них принудительно.       — Тебя пытали? — глупый и странный вопрос.       — В первые годы, — пожал плечами Стэнли. — Я был достаточно молод и глуп, чтобы попасться.       — О, значит теперь ты взрослый и умный?       — Достаточно взрослый, чтобы заманить в свои сети рыбку, — его руки плавно соскользнули с талии на поясницу Сэнку, — достаточно умный, чтобы не съесть ее сразу, — но не ниже.       — И что ты намерен с ней сделать? — вскинул бровь Сэнку. Это флирт? Он флиртовал? Или еще нет? Помогите!       — Откормлю неудовлетворенным сексуальным напряжением, а потом буду наблюдать, как она страдает.       — Ха! Вот ты и попался!       — Правда? — улыбнулся Стэнли.       — Всем известно, что злодеи, раскрывающие свой план, всегда проигрывают!       — Логично. Но между мной и теми злодеями есть разница.       — И какая же?       Стэнли плавно нагнулся ближе и прошептал на ухо:       — Я никогда не промахиваюсь.       И так как Сэнку тоже оказался рядом с ухом Стэнли, он прошептал в ответ:       — Все когда-нибудь бывает в первый раз.       Стэнли усмехнулся и снова откинулся на стол, возвращая один локоть на столешницу, в то время как другая рука поднялась обратно на талию.       — Хорошо, что на такой случай у меня есть запасной план.       — Что это за план?       Стэнли ехидно улыбнулся, но не ответил.

***

             У Рэя раскалывалась голова.       Слишком много задач.       Помимо стандартной сучёбы, участия в кружках и общеинститутских мероприятиях, постоянного контролирования себя, кукухи Сэнку (привет Ген) и себя относительно Сэнку, на нем висело их финансовое обеспечение и до кучи постоянный контроль их общей безопасности.       А теперь к ним прибавился проект по разработке костюма, а значит разработка контактов и создание устойчивых финансовых отношений с его, сука, друзьями, и детективная работа по поводу его ебимого папочки. Критическая масса достигнута, блядь. Ща сколлапсирует в черную, нахуй, дыру — ебите, не хочу, а нет выбора. Засосет, сука, всех.       Так. Стоп. Звонок другу.       — Ген.       — Нет.       — Сука, не беси меня.       — Прости, сахарок, но я и так превысил свои полномочия, так что если ты звонишь не ради экстерна, то больше я ничем не могу тебе помочь.       — Сука, еще же экстерн, — захныкал Рэй. — Ген, пристрели меня, а?       — Ну-ну. Все не так плохо, дружочек, — начал увещевать тот. — На вторник будет удобно?       Рэй, смиряясь со своими мучениями, прикинул:       — Да, давай на вторник. Сразу все сдадим.       — Записал. Будет вам отдельная комнатка с пиццей, кофейком, парочкой тьюторов и шестью часами на все про все.       — Спасибо, зай, — со вздохом ответил Рэй.       — Бо-ожечки-кошечки. Все настолько плохо?       — Много всего. Еще и Стэнли огорошил.       — Что случилось?       Рэй вздохнул. Прикрыл глаза ладонью.       — Он запретил нам видеться с Ксено.       Пауза.       Вздох.       Осознание.       — Ага. Ты, сука, в курсе.       — Я обещал молчать.       — О чем именно ты обещал молчать?       — Не правильный вопрос, Рэй-чан.       Рэй зло выдохнул. Сжал ментальные булки и попытался еще раз:       — Что было предметом договора?       — Я выяснил некоторые подробности о его жизни и обещал умолчать о них в обмен на то, что он потерпит недельку до слушанья и не будет делать глупостей.       — А он собирался?       — Буквально из машины вытащил.       Твою мать!       — А раньше не сказал, потому что…       — Да вы и так хорошо замотивировались.       — Значит, это произошло до суда.       — Агась.       — И Стэнли узнал этот секрет.       — Вероятно, — согласился Ген. — И, на самом деле, это хорошая новость.       — Почему?       — Это категория ответов, которые ты не хочешь знать, Рэй.       Блять.       Ладно.       Но Сэнку этот ответ не устроит.       — Сейчас все в порядке?       — Если Стэнли здесь и ставит условия? Предположу, что да.       — Они собрались на Марс.       — Оу! Это отличные новости! — удивился Ген. — Тогда я уверен, что все в порядке. Насколько это возможно для вашей семьи.       Рэй кивнул, хотя знал, что Ген его не видит.       — Я… могу ему как-то помочь?       — Просто выполни условия Стэнли.       Да что ж там такое-то, если, зная болезненное отношение Рэя к сепарации, Ген все равно говорил то же самое.       Оставь Ксено в покое.       Как будто само наличие Рэя в поле зрения Ксено было болезненным.       Оскорбительным.       Надругательством…       — Она его изнасиловала… — с ужасающей ясностью понял Рэй.       — Ой-ой, — пискнул Ген и тут же сбросил трубку.       А Рэй остался стоять посреди заснеженного кампуса и смотреть в никуда.       Ген был прав. Это была новость из тех, которые ты никогда не захочешь о себе знать.       Но есть и позитивная сторона — Рэй теперь замотивирован по самые сопли ноздрей. Хуй теперь Ксено о нем когда-нибудь услышит. Съебётся на свой Марс, а Рэй ему втихаря поможет и больше никогда-никогда не отсветит.       Щас, только смириться с тем, что являлся не просто ублюдком, а живым напоминанием чужого надругательства.       Испорченности, за которую Стэнли ударил Ксено.       Рядом с которой Стэнли все это время жил…       Вопреки собственному мнению, Рэй оказался на удивление эмпатичным парнем. В вопросе Ксено.       Ведь если бы Рэя изнасиловала какая-нибудь бабенка, а потом Рэю достался ее щенок, а Сэнку бы с отвращением посмотрел на него и сказал: — Фу, ты чё, натурал? — Рэй бы нахуй повесился. Или сбросился с окна.       Он бы точно не стал растить этого щенка. Утопил бы, нахуй, в ближайшем сортире… только если Сэнку не сказал бы: — Смотри, какие сладкие щечки. Весь в тебя! А еще он, в отличие от тебя, невинный и может стать только моим. Давай его оставим, а? Или пшел нахуй отсюда.       То есть, нет, Рэй знал, что Стэнли так не считает. Рэй знал, что Стэнли боготворит Ксено и между ними двумя он лишь единожды выбрал Рэя и то, это было ради самого Ксено. НО! Но…       Ксено назвал Рэя «чистовиком». Ксено не понял замысла Стэнли. (Рэй, если честно, тоже, но Стэнли вообще хуй поймешь).       Как они еще не перестреляли друг друга ваще не поддается законам логики этого мира.       Ладно, он скатывался в третий круг. Нужно вернуться домой, а потом…       Блять, ладно, он не готов думать так далеко. Сначала просто домой.       Он доковылял до мастерской, открыл дверь своим ключом и надеялся, что эти голубки хотя бы целуются.       Но нет. Вместо этого у них был типичный научный кранч, посвященный изготовлению робота.       — Завали ебальник, Исигами. Ты нихуя в робототехнике не шаришь!       — А ты, значит шаришь, собака сутулая?       — Я все детство провел в одном гараже с Ксено, конечно, блять, шарю!       — И вам добрый вечер, — как будто домой со школы вернулся. Ностальгией повеяло. Надо бы вытяжку включить, а то душок так себе.       — Рэй! Ну скажи ему! С ним же невозможно работать!       Стэнли лишь фыркнул, сложив руки на груди и возвышаясь над трупом механического создания.       — Прости, отоуто-чан, но у Стэнли действительно богатый опыт работы с механизмами для убийства. Если он что-то говорит, я бы посоветовал прислушаться.       — Да ну я всё, — сдался Сэнку и пошел к двери.       — Куда собрался, — за шкирку поймал его Рэй.       — Пойду пройдусь. А то мне. Душно. Стало, — отчеканил он.       — Один не ходи, — нахмурился Рэй.       — Я к толпе прибьюсь, в соседней кафешке посижу, — он переглянулся между ними и покраснел. — Часика вам хватит?       Рэй моргнул, затем мягко улыбнулся.       Какой у него трогательно заботливый братишка.       — Хватит, — улыбнулся ему Рэй и растрепал волосы. — Спасибо, отоуто-чан.       Сэнку скривился и поспешил сбежать.       — А, Сэнку!       — Что? — тот замер на выходе.       — У нас во вторник шесть часов непрерывного экстерна с кофе-пиццей и тьюторами.       — Звучит как лучшее в моей жизни четырнадцатое февраля.       Чё?       Стоп, чё?!       — Сука, Ген, — Рэй помял переносицу.       Сэнку убежал, злобно гогоча. Рэй проводил его взглядом до лифта, увидел, как тот зашел внутрь и как закрылись двери, а затем вернулся в мастерскую, наконец-то сбросил куртку и протяжно простонал.       — Как же я заебался!       — Не думал попросить у него помощи?       Рэй вздохнул, подошел и просто рухнул в сиськи Стэнли. Потерся об них и обнял Стэнли, хватаясь за единственную надежную опору в этом безумном мире.       — У него нет опыта, на что обращать внимание, когда речь заходит о документах, финансах и личной безопасности.       — Напомнить, как он сдал на права?       — Сдать на права еще не значит уметь водить.       — Без практики навык не разовьешь.       — Я не могу ему довериться.       — Но ты не даешь ему расти.       Рэй замер.       — Если бы я все время тренировался за тебя, чему бы ты научился?       Рэй устало вздохнул:       — У меня нет опыта обучения людей.       — Для этого я здесь.       Рэй вдруг почувствовал себя невыносим грустно.       Знаете, иногда бывает такое, что ты проникаешься людской смертностью. Вот были у тебя бабушка с дедушкой, а потом их не стало. И вдруг ты понимаешь, что твои родители следующие. У Рэя был только дедушка, но мама ушла раньше. Рэй уже не помнит ее лица. С дня ее кончины он жил с ощущением, что Стэнли и Ксено будут следующими. Особенно Стэнли с его работой.       Но теперь… теперь Рэй знал наверняка, Стэнли исчезнет из его жизни в ближайшие четыре, максимум восемь лет. А Ксено уже исчез. Он никогда его больше не увидит. Не посмеет посмотреть ему в глаза.       И Стэнли он может быть в последний раз видит.       И все, у него истерика.       Он позволил своим слезам течь прямо на рубашку Стэнли.       — Что случилось, малыш? — прошептал Стэнли, погладив его по голове.       — Хороню тебя, — шмыгнул он.       — Ну-ну, чего ты? Не плачь, — уговаривал тот.       — Мне с семи лет нельзя, так что заткнись и терпи, — рыкнул Рэй.       Стэнли фыркнул, но заткнулся, не прекращая поглаживания.       Когда Рэя отпустило, он глубоко вздохнул и с выдохом прижался теснее:       — Спасибо, — затем отпустил и отошел. Затем ехидно ухмыльнулся, — чем займемся?       — Показывай свой софт, — фыркнул Стэнли, вытаскивая порядком помятую сигарету из-за уха и вставляя ее в рот. — Будем разгребать эти Агеевы конюшни.       — Ты назвал мой софт говном? — наигранно возмутился Рэй.       — А когда он не был?       — Когда мой тостер превратил пальцы того еблана в хот-доги!       Стэнли невпечатлено фыркнул:       — Это нормально для тостеров.       — За две с половиной секунды!       — Новичкам везет, — отмахнулся Стэнли, — давай лучше вспомним, как из-за твоих модификаций фена мы с Ксено три месяца отращивали волосы.       — Ой да завались! Тебе вообще нет разницы, ты военный!       — А какого было Ксено приходить на работу совершено, блять, лысым?       — Да ладно, щетина отросла за три дня!       — У него волосы светлые, череп все равно казался лысым!       — Да не бзди, — закатил глаза Рэй, — тебе понравилось. Ты давно хотел посмотреть, как он выглядит без своего отвратительно пошлого начеса.       Стэнли задохнулся. Сигарета выпала у него изо рта:       — Живо соси прощения!       — Тебе придется меня заставить, — ехидно осклабился Рэй.       Стэнли с довольным прищуром пожевал нижнюю губу.       Ой, блять.       Это единственное, что Рэй успел подумать прежде, чем Стэнли скрутил его и ткнул мордой в ближайший стол.       Рэй болезненно простонал. На щеке останется ссадина.       — А ты стал быстрее. Разогнал рефлекторную дугу?       — Это ты стал медленнее, — фыркнул Стэнли. — Со своей наукой совсем положил хуй на биомеханику?       Рэй притерся задницей к теплой выпуклости в паху Стэнли.       — Я был плохим мальчиком. Положи свой хуй в меня?       Стэнли нагнулся к уху и прошептал.       — Хуи положены только хорошим мальчикам.       — А что положено плохим?       Стэнли облизал его мочку уха и самым сладким голосом из арсенала выдал:       — Стирать пальцы в кровь, дроча… клавиатуру.       Рэй закатил глаза и совершенно несексуально простонал:       — Сука!

***

             — Сэнку?       — Привет, Мисти.       — Давай только быстро, — она уселась за столик напротив него, — у меня дедлайн по 2.002 завтра на первой паре, а последняя задачная вечеринка сегодня в другом конце кампуса.       Сэнку застыл, затем кивнул:       — Доставай свой дедлайн.       Мисти моргнула. Выудила ноутбук. Через пятнадцать минут она тупо пялилась в экран с открытым ртом.       — Как?       Сэнку открыл рот.       — Заткнись, — выставила палец она, — это был риторический вопрос, а у меня нет никакого желания слушать твои пошлости.       Сэнку нахмурился:       — Я собирался сказать про критерий Мизеса, но, если ты считаешь его пошлостью, кто я такой, чтобы тебя переубеждать?       Мисти застыла, потом захихикала:       — Прости, Сэнку, я просто иногда забываю, что вы с Рэем совсем разные люди.       — Эй, он не похож на меня! Я красивее!       Мисти снова захихикала.       — Только не говори ему, а то он снова меня разукрасит.       Мисти словила приступ чаечки.       — Фуф. Ладно, спасибо Сэнку! Теперь я полностью в твоем распоряжении.       Сэнку тяжело вздохнул. Сейчас начиналась сложная часть.       — Рэй не одобрит то, что я делаю, но я уже не могу видеть, как он зашивается, поэтому я рассчитываю на твою честность и предлагаю заключить фидуциарный договор.       Мисти застыла, удивленно глядя на Сэнку.       — Смотрела заседание?       — Конечно, — фыркнула Мисти, — весь МТИ смотрел в прямом эфире.       Сэнку кивнул.       — Помнишь тот бред, который я нес про это? — он закатал рукав.       — Зачем ты все еще носишь ее? — нахмурилась Мисти.       — Пробую разные датчики, — пожал плечами Сэнку.       — Забил бы уже. Понятно, что так просто оно не заработает.       — На просто я не рассчитываю.       — А на сложно нужны деньги.       Сэнку кивнул.       — Если бы я сказал тебе, что у нас есть деньги и нам нужно разработать целый костюм, какие условия ты бы выдвинула?       Мисти моргнула. Задумалась. Глаза загорелись, рот открылся.       Но она тут же оборвала себя.       — Речь ведь не только про саму разработку, да?       — Это основная проблема, — кивнул Сэнку. — Я плохо разбираюсь в законодательстве и патентном праве США. Меня никогда не волновали такие мелочи, но это мир, в котором мы живем. И эти деньги принадлежат не нам.       — А кому?       — НАСА.       — Костюм для НАСА? — вскочила Мисти.       Сэнку зашипел на нее.       Мисти тут же уселась обратно:       — Прости, я…       Она выдохнула. Уставилась перед собой. Начала думать.       — Я согласна участвовать на следующих условиях, — словно под гипнозом начала она, — Во-первых, бюджет разработки общий. Никаких ограничений. Если кому-то нужно, он утверждает смету в общем экселе и берет.       Сэнку кивнул.       — Во-вторых, Creative Commons.       Сэнку ухмыльнулся и кивнул.       — В-третьих… я не так уж нуждаюсь в деньгах на жизнь, но даже я понимаю, что это золотая жила для будущих разработок. Особенно, пока процесс не автоматизируют.       Сэнку кивнул:       — Это основная проблема. И Рэй потребует отчислений за использование своего ПО.       — И будет прав, — вздохнула Мисти.       — А если ПО запатентовать? — предложил Сэнку.       Мисти скривилась:       — Тогда проще патентовать весь костюм.       — Но тогда НАСА потребует права на патент себе.       — Ага, — вздохнула Мисти.       Оба устало выдохнули.       — Слушай, Сэнку, ты слышал когда-нибудь про конгломерат Нанами?       — Нанами? — задумался он, — что-то знакомое… о, погоди, это не тот препод, который в прошлом семестре у нас основы джавы рассказывал?       — Он самый, — кивнула Мисти.       — А к чему это?       — Вы с Рэем явно не остановитесь на одном костюме. Может быть вам сразу свой конгломерат создать? Конструкторское бюро, — усмехнулась она, — патентовать разные решения и жить на отчисления.       Идея хороша. Стоит обсудить ее с Рэем.       — А ты?       — А я и НАСА будем получать проценты за проценты.       Сэнку задумался.       — С НАСА придется договариваться Рэю. Но все, что останется, я готов делить между тобой и Рэем пополам.       — А ты? — нахмурилась Мисти.       — А я альфонс, — пожал плечами Сэнку.       Мисти хрюкнула.       — По рукам, Исигами, — широко улыбнулась она. — Как только Рэй разберется с НАСА, приступаем.       После удачного разговора Сэнку возвращался домой довольный собой. Он не питал иллюзий по поводу мнения Рэя. Тот скорее всего обложит его хуями. А местами будет прав. Но вариант-то рабочий! Допилить напильником и вперед!       Когда Сэнку встал перед дверью и достал из кармана ключи, он надеялся, что эти голубки уже закончили.       Услышав стоны, шлепки и плач, он сперва порывался закрыть дверь и уйти еще минут на двадцать. Но потом прислушался:       — Да он, блять, так не умеет!       Хлопок, писк аппаратуры, непереводимый бинарный мат.       — Все он умеет, криворукая ты косоебина! Ток нормальный подай.       — У него начинка сгорит к хуям, электрик ты недотраханный.       — Так изолировать надо! И чья это вина, что вместо твоей жопы мы занимаемся этой?!       — Я дома, — усмехнулся Сэнку, закрывая за собой дверь, — вижу, у вас отличное настроение.       — Отоуто-чан! Спаси меня от этого изверга. Он насилует нашу Медузку, а не меня, — Рэй подорвался со стула и кинулся в объятья брата, который едва успел снять куртку.       — Прости, аники, но ты сам говорил. У Стэнли действительно богатый опыт.       Рэй захныкал. Робот в углу заискрился и вспыхнул. Рэй взвизгнул, но Стэнли вытащил откуда-то из воздуха огнетушитель и залил раскуроченный корпус пеной.       — Приехали, — сдулся Сэнку.       Рэй всхлипнул и спрятался обратно на плече Сэнку.       — Ладно, об этом я подумаю завтра. Сегодня я планирую спать, — вздохнул Сэнку, оттягивая от себя Рэя. — Чего и тебе советую. У нас завтра пары весь день, а вечером нужно вывезти платформу за город и погонять на полигоне.       — Так мы ж смотрели. Те заброшки позакрывали нахуй, — удивился Рэй. — К тому же это, — он ткнул пальцем в сторону залитого пеной чудища, — никуда не поедет.       — Ой, да фигня вопрос. Почистить, высушить, перемотать изолентой. И, Стэнли…       — Я? — удивился тот.       — Тебе на завтра задание. Сгоняй в магазин за шмотками, а то смотреть на тебя холодно. — Стэнли закатил глаза и поджал губы. — А потом поищи нам полигон для испытаний. Ты уже знаешь способности Медузы, так что сам подберешь подходящий.       — Сэр, есть, сэр, — игриво отсалютовал тот.       — А теперь всем спать!