Юки-онна

Она свободно кружила в белой мгле, где невозможно было разглядеть ни верх, ни низ, оглушительно свистя холодным ветром свою неповторимую мелодию. Чёрные, голые ветки деревьев уже были покрыты её снегом, скрывая их уродство. Прямые, чёрные волосы развевались на ветру следуя за ней длинной чёрной полосой, предвещая смерть её первым жертвам в этих новых землях. Она чувствовала их, слепо продвигающихся сквозь мглу напротив её ветра. Чувствовала их тёплое дыхание и горячо бьющееся сердце. Бедолаги ещё не знаю, что шагают навстречу своей гибели в её нежные объятия. Совершенно белоснежный малыш с красными глазами и разводами на металлических пластинах, покрывавших всё его тело, было совсем не тем, что она ожидала. Малыш вдыхал её холодный воздух, которого согревал в своих горячих лёгких и выдыхал тёплый пар, который тут же исчезал под порывами её ветра. Из его маленького носа течёт жидкость, который тут же застывает. Слипшиеся белоснежные ресницы трепещут, ловя каждую снежинку. Его маленькое сердце отчаянно бьётся, пытаясь доставить тепло в каждую частичку его крошечного тела. Красивый малыш. Напуганный. Его нужно согреть. За ним шли трое с тёмными намерениями забрать жизнь её снежного малыша. Тёплая струя крови потекла по беззащитным шеям, проткнутые её ледяными иглами. Их тела не должны остыть. Они ещё понадобятся её малышу, который уже уснул в её объятиях.

***

Тобирама медленно открыл глаза, которые закрывал с мыслью, что больше никогда не откроет их. Совсем рядом потрескивал костёр, излучая мягкий свет и тепло, освещая каменные стены. Тени от выступов вибрировали в такт движению красных языков пламени. Он почти почувствовал себя как дома рядом с аниджей и было так тепло и, почему-то, тесно. Он попытался двинуться, чтобы принять более удобную позу и размять скручившиеся конечности. Тобирама будто споткнулся, когда тёплое одеяло, в которое он был завёрнут, издало чавкающий звук в ответ на его движения. В нос мгновенно ударил тошнотворный запах крови. Он поднёс к лицу дрожащую руку, которая, по ощущениям, была испачкана в чём-то вязком. Она была красной. От крови. Он и сам не заметил как выскочил из тёплого кокона и оказался в противоположной стороне помещения, которое оказалось пещерой. Но Тобирама не мог обратить на это внимание, полностью захваченный видом обезглавленного тела, с огромной дырой в области груди, разорванной изнутри. Тобирама уставился на неё, не в силах отвести взгляд. Это ощущение тесноты... Его затрясло. Он находился в этом теле. Скручившись, чтобы поместиться в тёплом брюхе. Тело выглядело подозрительно пустым. Тобирама оглянулся и увидел окровавленные рёбра рядом с телом, которые напоминали острые клыки какого-то монстра. Его стошнило, но из пустого желудка не вышло ничего кроме желчи, которую он попытался вытереть окровавленной рукой и лишь усугубил ситуацию. Его тело ещё несколько минут содрогалось от тошнотворных позывов. За это время Тобирама начал вспоминать события, предшествовавшие его нынешнему положению. Он возвращался со своей первой одиночной миссии, пытаясь вернуться домой как можно быстрее, чтобы успеть на восьмой день рождения аниджи, когда наткнулся на отряд Хогоромо, которые подсели ему на хвост. А затем началась буря. Было невыносимо холодно. Тобирама думал, что умрёт. Он думал, что умер. А потом... Женщина. Красивая женщина... Тобирама ещё раз огляделся. Около костра лежали его аккуратно сложенные принадлежности. Все принадлежности. Холодный порыв ветра справа, где тоннель поворачивал влево, вызвал по абсолютно голой коже неприятный озноб. Он был в неизвестном месте. Он был нагим и весь измазанным в чужой крови. К горлу вновь подступила тошнота, которую ему удалось подавить. Мозг лихорадочно подбирал причины происходящего, пока он искал среди своих вещей оружие, которым смог бы защититься от... Тобирама не знал от кого будет защищаться, но был абсолютно уверен, что ему придётся это сделать. — Почему вылез из тепла? — вдруг услышал он женский голос за собой и резко обернулся с зажатым кунайем в дрожащей руке. Он не слышал её шагов. Когда она пришла? Перед ним стояла высокая, бледная женщина в белых одеяниях, с длинными чёрными волосами, которые почти достигали земли. — Юки-онна… — прохрипел он. Тут же вспомнились рассказы мамы о мифах об этой женщине, которая появлялась во время сильных бурь и забирала жизни неудачливых путников одним своим дыханием. Внутренности тревожно сжались. Он не хотел умирать. — Не бойся, человеческое дитя, — нежно проворковала Юки-онна плавно приблизившись к нему, словно под её кимоно ноги не касались земли. Тобирама замер не в состоянии вымолвить ни слова, всё ещё разглядывая дух зимы, пока она плавно кружила вокруг него, круто наклонившись в бок. Он был уверен, что она парит. Она словно не замечала оружия в его руках. Наверное считала, что это не представляет ей никакой угрозы. Тобирама не мог утверждать обратное. Ему ещё никогда не доводилось сражаться с духами. — Как тебя зовут, малыш? — спросила она. Вот… теперь она убьет его, как только узнает его имя. Или разозлится, если он не ответит? Примет молчание как оскорбление и убьёт… — Тобирама, — прохрипел он. Может она пощадит его, если он будет достаточно вежлив? Юки-онна оказалась прямо перед его лицом заглядывая в его красные глаза своими бездонными чёрными. Её тело словно обвивало его, как гибкая змея, но не касаясь кожи. Он ощущал на лице её холодное дыхание, а палец, которым она попыталась вытереть кровь с его лица, был ужасно ледяным, из-за чего он невольно вздрогнул, попытавшись отстраниться. — Тебе лучше вернуться в тепло, малыш, — сказала она, наконец отстранившись и указала на тело. — До конца бури ещё много. — Вы не убьёте меня? — выпалил он. Тобирама ненавидел, как его голос дрожал. — Ты молод… — задумчиво сказала Юки-онна и слегка улыбнулась. — К тому же слишком красив. Так что вернись в тепло, пока не замёрз. Хорошо. У него ещё есть шанс. — Мне очень не хотелось бы… отвергать ваше предложение… — сбивчиво сказал он, подбирая правильные слова. — Но думаю мне лучше одеться. И… и костра будет достаточно, чтобы согреться. — Правда? — она выглядела искренне удивлённой. — Я не разбираюсь в способностях теплообмена человеческих тел… — задумчиво произнесла она.

***

Малыш выглядел таким растерянным и уязвимым, что напоминало ей северных сов с их огромными глазами. Только цвет отличался. Она не сказала бы, что это портит впечатление. Красный выглядел выразительным на его снежном, молодом лице. Она бы ещё добавила красного. Может красные линии на щеках? Или даже на подбородке... А эти прямые волосы, которые торчали во все стороны... Ммм, она бы хотела себе такого ребёнка. Этот малыш точно подружился бы с её детьми. Малыша она вернула в его дом с помощью своих ветров и решила, что, наверное, теперь будет дольше задерживаться в этих землях.