Разноглазый дракон

pov Валарр

      Весть о том, что мрачное плачущее небо над Семью Королевствами озаряет синее пламя, быстро достигает Королевскую гавань и Красный замок. Тень Тессарион целиком облетает Драконье логово, низко опускаясь над Септой Бейлора и резко взмывая над Холмом Висеньи. Не имея седла, Валарр хватается за твёрдые выступы давно огрубевшей чешуи или обхватывает ладонями восходящие у шеи бронзовые шипы. Кожа намокает от их жара быстро, побуждая юношу благодарно взглянуть на предложенные ему перчатки. Их забирают из личных сундуков погибшего принца, предлагая Валарру. Его связь с Тессарион укрепляется в путешествии к Королевской гавани: юноша доверяет её второму полёту, держа себя крепко, но не позволяя себе соскальзывать к сторонам её спины в мысли, что неосторожный манёвр сбросит принца. Не каждый сир верхом на лошади посвятит тот же страх своему животному.       Распугивая городскую стражу за стенами, голова Тессарион ныряет за Драконьи ворота. Её лапы почти схватывают острые пики, но предел не умещает впечатляющее существо драконицы — размах её раскрытых крыльев ударяет над Гаванью прежде, чем она сворачивает за стены. Закатное солнце разжигает на её спине пики бронзового огня, а рык накрывает звон городских колоколов. Королевский тракт перед Гаванью оказывается пуст, когда крылья Тессарион ударяют над ним. Пыль разлетается под ними. Спускаясь по ноге драконицы, Валарр замечает движение на оборонительных башнях. Створы ворот у стен города толкают пары стражей: их плащи точат тёплым золотым блеском. Снимая перчатки, Принц ведёт ладонью по раздувающейся шее опускающей голову драконицы. Всадники уже ожидают открытия тракта, спеша направится навстречу принцу. Их лошадей подгоняют с дороги в сторону вялого луга: животные слушают плохо. Ноздри наблюдающей за всадниками Тессарион раздуваются, её пыхтение источает пар. Валарр считает её бдительной, но странно равнодушной к встречающей Принца процессии. Она поднимает голову высоко, стоит ветру ударить в их сторону.       Небольшая фигура мужчины спрыгивает из седла. Соль белых прядей рассыпают в лисье рыжих волосах бегущего навстречу Валарру юноши. Стража и преследующие господа окликают его, но Принц вскидывает руку, прося оставить погоню и поспевая вперёд — к горестной спешке младшего брата. Его плащ и ботинки неожиданно черны, утрачивая свой цвет после их последней встречи. Матарис заметно утрачивает в росте в близости брата, а мальчишечье лицо искривлено горем непривычно. Он обнимает Валарра, бросая себя на его грудь. Плечи младшего принца содрогаются в сухом рыдании. Его лицо быстро становится горячо, пока Валарр ободряет брата, похлопывает меж лопаток и придерживает макушку. Время в Королевской гавани не отнимает мягкость его мальчишечьи геройского нрава. — Я не мог поверить в то, что ты написал. Кто же виноват в смерти отца, Валарр? — спрашивает брата Матарис. Оранжевое солнце отражается в прозрачном пурпурном мерцании его глаз. Рука принца решительно опускается на рукоять покоящегося  в ножнах меча. — Странствующий рыцарь? Или оскорблённые мечты нашего брата о драконе? — юноша злится бойко. — Отец не поддержал Эйриона, ты сам это сказал... — Молчи об этом, Матарис, — просит Валарр гордо. Он добро сдерживает плечи Матариса. Юноша расслышит осторожность с обращении старшего принца, проследит за его внимательностью к мужчинам, не решающимся подойти к наследнику Драконьего камня ближе, пока Тессарион наблюдает за ними, вытягивая за спиной Валарра шею и открывая шипящую пасть. — Он — наш брат. Мы должны любить своих братьев, — принц повторяет учение отца. Слёзы блестят в глазах Матариса и обсыхают так же быстро. — Не приближай раздор. Люди любили нашего отца, лорды поддерживали с ним мир и поднимали войска за право сыновей Короля Дейрона — за наше с тобой право. Но мы не наследуем ни любовь всякого из королевств, ни поддержку знати. Мы не имеем право позволять им думать, что дом Таргариен слаб этими спорами о глупости и поступке Эйриона.       Голова Матариса кивает слабо. Слеза катится по его щеке, ловя лазурный блеск. Он высоко задирает подбородок, любознательно кренясь назад себя подле фигуры Валарра. Дыхание Тессарион пыхтит позади них, сходя на высокий клич. — Она прекрасна, брат. — Она не захотела спуститься у Драконьего Логова, — объясняет Валарр вскоре, смелой рукой направляя плечо брата. Они оба разворачиваются к драконице. Когти её лап бороздят тракт, а зрачки глаз вытягиваются в чёрные иглы. — Вид крыши, кажется, разозлил её настроение. — Мы могли бы подняться вместе? — мило спрашивает Матарис, не решаясь встать к Тессарион боком. Отец поднимает их обоих в седло часто пред тем, как мальчики вырастают. — Позже, — обещает Валарр. — Когда я смогу быть уверен, что большое седло не заденет гордость Моей королевы, раз наша кровь и магия награждает меня второй. — Отец был бы счастлив встретить её. Увидеть тебя в небе. Он на Вермаксе, ты на Тессарион — вы могли бы облететь все Семь Королевств вместе. Милый Матарис... Как чисто твоё сердце. — Но он мёртв, — отрешённо признаёт Валарр, не отпуская из хватки плащ брата. Крик Синей королевы множит печаль знания. — Навсегда мёртв в моей броне. Развеян огнём Вермакса. Эйрион будет сослан в Лис. Король захлёбывается скорбью. Малый совет обеспокоен тем, что когда волна скорбит покинет пределы Семи Королевств — Блэкфаеры воспользуются сгущающимся настроением лордов... — Они не поддержат бастарда, пока ты можешь напомнить им о светлом будущем и защите, которые видели в облике отца, — вдохновлённо убеждает Валарра младший принц. — Он был бы хорошим правителем. И ты будешь, брат. Я буду стоять на твоей стороне. Я защищу твоё право.

*

      Валарр велит немедленно известить его, когда повозка Киры прибудет к воротам Королевской гавани. Он желает, чтобы их с Тессарион полёт сопровождал процессию, сходящую с прибывающего из порта Драконьего Камня корабля. Но полёт серьёзно опережает темп путешествия, отчего Валарр посылает стражу навстречу супруге и отправляющейся с ними свите.       Дяде — в Летний замок, уже отсылают известие о том, что молодой наследный принц возвращается в Королевскую гавань на драконе. Но Валарр не ожидает, что они услышат от него ответ. Мейкар, вероятно, уже покидает дворец и послание услышит в дороге. Его путь в Красный замок будет быстр, если сыновья Молота не оскорбят буйство его характера затруднениями в дороге.       Валарру сообщают, что Король Дейрон дожидается его в Логове, не первый час проводя возле пещеры своей старой драконицы. Его фигура горбится от горя в кирпичных коридорах, а рычание Мейлис разносит под куполом пещер свидетельства грудного плача мужчины. Печаль обрекает лицо мужчины опуститься, делает явственно старым. Подол его красной накидки волочится по земле, намокая и грязнясь. — Как я хотел бы взлететь с тобой, Мой мальчик, — опуская лёгкие руки на плечи Валарра, рассказывает Король. Он слабо и криво заставляет себя улыбнуться. — Провести время в небе с двумя славными королевами. Ох, как они прекрасны... И как сильно Тессарион бы понравилась моему сыну! Бейлор не переставал бы говорить о её магии. Ему удавалось поддерживать прекрасный мир — тот, в котором нуждаются Семь королевств, — внимание короля Дейрона не покидает дымчато красную голову Мейлис, пока мужчина провожает внука. Его взгляд одаривает любовью компанию драконицы. Он давно привыкает к густоте серного запаха. Лапа Мейлис прижимает кости, скрежещущие о камень. — Они не должны умирать ради Железного трона и притязаний на ложное право. Наш мир мёртв без их магии. Я уверен... — Да, — Валарр отвечает коротко. — Отец рассказывал мне о пророчестве. — Пророчество не должно быть единственным, что побуждает нас оберегать последние жизни драконов. Их самих должно быть достаточно, чтобы защищать мир в Семи Королевствах. Люди должны покорять себе дипломатию и благородное право, чтобы побеждать неурядицы и выигрывать ожидающие нас противостояния. Вермакса не хватает здесь, тебе так не кажется? — с пустотой в голосе спрашивает мужчина. — Но я уверен, его скорбь так же велика, как и наша. — Я верю, он вернётся.       Они с Матарисом часто поднимаются в его седло во младенчестве. Но драконы не помнят чувства своих всадников. Вера в это губит многих Таргариенов. Но вера Валарра согревает чувства Короля. Его лицо обретает цвет. Мужчина протягивает руку к груди чёрных одежд. Огонь обрамляет вещь в его ладони слабым блеском, побуждая юношу отвернуться. — Возьми, мой мальчик, — просит Король Дейрон, опуская брошь в руку Валарра.       Отец сам снимает её перед ним, когда юноша просит подготовить выбранные для турнира доспехи. Их шлем мал для головы принца Бейлора. Истина того побуждает Валарра взвешивать шанс, что его собственная трусость убивает любимого и прославляемого наследника Железного трона. Валарру полагается вызваться для участия в Суде семерых вместо отца.  — Я выбрал нового десницу, — утверждает Король, не отпуская руки юного принца Драконьего камня. — Малый совет наставлял о том все прошедшие дни. Они говорили в моё отсутствие. Синее пламя усмирит их. Этому нужно твоё молодое отважное сердце. — Что если лорды и простой народ Вестероса считают моего дядю более достойным для роли десницы? — Глупость, — рука мужчины падает, стоит ему обратиться к внуку вновь. Он отворачивается, но от юноши не отходит, предпочитая компанию Валарра. — Мейкар не счёл бы так сам. Красный замок скорее увидел бы его слёзы, если бы я предложил эту брошь своему младшему сыну. Он и Бейлор поддерживали друг друга из любви и преданности. Бейлор готовил тебя быть наследником Железного трона. Мейкар будет защищать это право — твоё право, так же яростно и гордо.