Truth spell

И лилась правда сквозь уста Под видом шутки неспроста.. Эмма Свон сидела в единственном полицейском участке Сторибрука и кидала маленький резиновый разноцветный мячик о стену. Таким способом забавляя себя, пока в городке ровным счётом ничего не происходило. Такому развитию событий нужно по идее радоваться и она правда радуется, но скучать то себе всё равно не запретишь. Скука накрывает в самые разные моменты, даже когда найдётся чем себя занять. Постоянные приключения приучают к непрерывному движению и поиску решения, а также к напряжению ума и сплошным опасностям, выпрыгивающим на тебя из каждого поворота и угла. Когда всё спокойно, тихо и гладко, вынуждаешь инстинкты перестраиваться, но оставаться в то же время всегда начеку не помешает. Это поселение всевозможных сказочных существ буквально не от мира сего, тут может произойти то, что и не вообразиться, и в страшном сне не привидится. Так что Эмма заставляла себя даже мысли не допускать, что ей что-то не нравится, а то вдруг окажется здесь и размышления становятся материальными, боже упаси. Старалась лучше думать о Генри, как быстро он растёт, как горячо любит супергеройские комиксы и взахлёб рассказывает о них, как проводит многие часы за игровой приставкой, играя в стратегии, шутеры или игры с открытым миром, иногда играют они вдвоём. В то же время, ей не нравилось, как он недавно опять завёл шарманку про Злую королеву. Она тут же его заткнула, сказав, что он не должен так говорить о женщине, которая в него всю душу вложила. Он немного подумал и согласился, попросив прощение. Может, ещё и не всё с этим пацаном, потеряно. Мысли плавно переходили ко второй матери Генри. Бесконечные конфронтации с Реджиной всегда почему-то сильно воодушевляли. Эмма и не заметила момента, когда начала видеть в Миллс уже далеко не врага. Их перепалки уже не злили, а скорее забавляли. Она начала испытывать к Реджине очень нежелательные сложные чувства и всепоглощающую симпатию совсем недавно. Вернее только недавно начала эти чувства понимать и как-то голове формулировать. Признаться же объекту воздыхания всё не могла решиться, восхищённо наблюдая со стороны. Сначала Крюк путался под ногами, исполняя дифирамбы в её честь и оставляя не очень приятный запах перегара и сырой рыбы после себя. Белоснежка и Прекрасный Принц её пытались всячески убедить в том, что пират - замечательная кандидатура и ей непременно нужно как можно быстрее выскочить за него замуж. Эмма вопреки своему желанию ввязалась в данную сомнительную авантюру, начав с ним встречаться. Создавалось впечатление, что Киллиан её родителям нравился больше, чем ей. Они так благоговейно на него смотрели, что ей от такого зрелища делалось дурно. Эмма не могла выносить его самолюбование, самомнение, въевшиеся душок сырости и неотъемлемый алкоголизм. Он пил катастрофически много и слишком часто, не расставаясь с бутылкой. Это что, какая-то особенность пиратов или их визитная карточка? И что самое главное, он ей просто не нравился в качестве партнёра, сама мысль о близости и замужестве начинала пугать. С ним даже пресловутый "поцелуй истинной любви", с которым все носились, как курица с яйцом, никогда не работал. Тем не менее окружающие почему-то пытались доказать обратное, что невероятно нервировало бедного спасителя и заставляло дёргаться левый глаз. Поэтому вопреки громким истерикам своей матери и самого пирата, Эмма с ним всё-таки рассталась, испытав только радость и облегчение. Вздохнуть наконец нормально смогла за долгое время. Потом внезапно нарисовался, зачем-то выползший из леса, Робин Гуд, якобы являвшийся истинной любовью Реджины. Миллс конечно сперва сильно обрадовалась, затем видно что-то опять пошло не так. Не оказалось там никакой любви, тем более - истинной. Бросив Реджину и вернувшись к бывшей жене, Робин окончательно поставил крест на возможности вернуться к мэру. Королева такую наглость и вопиющее безразличие к себе не прощает, тем более со стороны своего "счастливого конца". Возобновить отношения горе-любовник конечно пытался, просился назад, даже унижался вставая на колени, но ничего из этого не вышло. Чему Свон естественно несказанно порадовалась, лелея слабую надежду. Ему тоже получается дали от ворот поворот. Параллельно здесь постоянно случаются всякие проклятья, угрозы и потрясения, конечно уже весьма привычные для жителей Сторибрука. В итоге Эмме всё не предоставляется шанс признаться суровому мэру в своих чувствах. Ещё имеет место быть застенчивость и страх. Несмотря на то, что Эмма Свон способна одолеть дракона и плохих парней, разной степени вооружённости, глубоко в душе она всё ещё робкая маленькая одинокая девочка, страшащаяся своей ненужности и опасающаяся очередного отказа приёмной семьи. Так она и скрывает, прячет подальше все свои чувства и влюблённости, со временем, только растущие. От невесёлых мыслей отвлёк звонок мобильника. Кто-то, предположительно Лерой, кинул бутылку в детскую площадку, на которой играли в это время дети, никто не пострадал. Очередной беспробудный пьяница, значит опять пробудет несколько дней и ночей за решёткой. Ну хоть какое-то занятие подвернулось. Встала, накинув неизменную красную кожаную куртку и направилась на место происшествия на своей жёлтой машинке, тоже неизменной и родной. На месте осмотрела саму площадку, сделала несколько снимков, поручила кому-то всё здесь прибрать, опросила свидетелей и увезла тут же в песочнице и уснувшего нарушителя в участок. Заперев Лероя, начала привычно писать очередной протокол о случившемся, прилагая фото, как её тут же отвлёк знакомый, стремительно приближающийся стук каблуков. - Мисс Свон, объясните мне, каким образом данный безвкусный букет ядовитых магических цветов, с подписью нашего знакомого пирата и пожеланием мне скорейшей смерти, оказался на моём столе? - вопрошающим грозным тоном, без приветствия, произнесла Миллс. Эмма от такого заявления вскочила и растерянно переводила взгляд то на букет, то на женщину. Ничего сказать не могла, только и думая о том, как до невозможности мэру идёт командный, даже несколько злой, тон. - Я уже обезвредила яд, который мог бы распространиться. Но не могли бы вы всё-таки собраться и расследовать данный инцидент. Потрудитесь хотя бы в этом году выполнить свою работу. - резко сказала и с силой швырнула потрёпанный букет на стол, затем развернулась и покинула участок так же внезапно, как и появилась. Ну что, Свон, тебе уже не скучно, не так ли? У Эммы стремительно развилась сильная головная боль. Что этот пират опять натворил? Он же вроде уплыл куда подальше? Внимательно осмотрела букет, остановившись на приложенной записке. Схватила её и вгляделась в почерк. Ну да, получается несносный Крюк опять объявился. Только в этот раз замахнулся на мэра, головная боль усилилась и голова закружилась. Она абсолютно забыла про перчатки и маску, полная дура. Остаточный токсин вполне мог сохраниться на бумаге. Всё напрочь вылетело из головы. В глазах помутилось, но она смогла открыть все форточки и сообщить Дэвиду, что стряслось. После этого сознание ненадолго полностью отключилось, она грузно свалилась на пол. Очнулась Свон уже на больничной койке, в окружении четы Прекрасных и доктора Вейла, который быстро проверил показатели на мониторе и спешно удалился, пожелав всего наилучшего. Пробормотал что-то вроде такого: "Выздоравливайте скорее, шериф Свон. Что смог, то сделал. Опять эта треклятая магия подвернулась! Извините, тут не моя область." Чувствовала она себя довольно странно, будто не в себе, а ещё складывалось ощущение, что эмоции выкрутили на максимум, даже до некоторой маниакальности. - Эмма, как ты себя чувствуешь? Что случилось? И почему ты так странно улыбаешься, как маньяк? - обеспокоенно причитала Мэри Маргарет. - Я чувствую себя просто прекрасно, матушка! Мне сейчас так хорошо, как солдату на войне! - не своим голосом прохрипела спасительница и засмеялась. - Такая прекрасная погода выдалась, будто в адском котле варишься. - продолжала выдавать Эмма. Налицо очередное проклятие, поразившее Эмму. Пришлось срочно звонить Реджине. Кто же ещё сможет со всем справиться и всех спасти, конечно мэр Миллс, которую совсем недавно всем селом хотели сжечь. Потом правда поняли, что она гораздо лучше Румпельштильцхена, менее кровожадная и опасная. С мистером Голдом никому не хотелось иметь вообще никаких дел и ввязываться в очередные сделки, успевшие знатно всем осточертеть. Вот и сидел он в своей лавке диковинных древностей, всеми покинутый и отвергнутый, поливая слезами свой прилавок. - О, мадам мэр, вы так великолепно выглядите в этом синем брючном костюме, он так подчёркивает ваши кубические формы! - вскрикнула Эмма, как только в дверях палаты показалась Реджина. Она не знала, как химикат смог так нелепо сразить шерифа, ведь она точно всё обезвредила. Затем подумала, что эта непутёвая идиотка обязательно умудриться вляпаться в историю. Что сейчас и наблюдала своими же глазами. - Правда, мисс Свон? - спокойно спросила. - Нет, просто шучу. Совсем не смешно? - рассмеялась Эмма. - Знаю, что это Крюк вытворяет, не знаю правда для каких целей. Только нужно разобраться, какие именно чары наложены и сварить противоядие. Всё по стандартному сценарию, господа и дамы. Поищу нужную информацию в склепе. - обратилась к Дэвиду и Снежке, после исчезая в фиолетовом тумане. Вскоре всем составом встретились в квартире Мэри Маргарет. Реджина перенесла сюда разные книги и всевозможные ингредиенты для противоядия. - Нужно кое-что ещё проверить, чтобы убедиться в правильности моей догадки. Я должна задать несколько вопросов шерифу. - сказала Миллс, деловито разложив всё необходимое, чуть ли не полностью заняв пространство квартиры. - Мисс Свон, что вы скажете мне о своём отношении к родителям? - Я им от всего сердца благодарна, что оставили меня на произвол судьбы. И за то, что была всегда одинока, будто везде чужая, тоже спасибо им огромное. Удружили, молодцы. - А что думаете о нашем сыне? - Довольно приличный, поменьше бы гонора и хамства, цены бы не было. Солнышко, одним словом, которое сильно глаза режет. - Что насчёт меня? - Мисс Миллс, я конечно же вас очень сильно люблю и о вас мечтаю. Примерно как о кишечной инфекции и геморрое. - рассмеялась блондинка так, что выступили слёзы. Никому, кроме неё, смешно совсем не было. Реджина последнего выпада явно не ожидала. Постаралась сейчас не думать о том, что это могло значить. - Теперь довольно понятно, с чем мы имеем дело. Заклинание "Правда через шутку", когда человек правдиво доносит, то что испытывает, но прикрываясь иронией или сарказмом. Довольно редко встретишь, потому что такие растения, с нужным ядом, встречаются весьма редко. Я даже не уверена, что их встретишь в этом мире. Присланный букет был с другими цветами и почему проклятье подействовало только на неё? Очень уж всё это странно. - сказала Чармингам, сама не до конца понимая, заодно начиная готовить противоядие. Мэри Маргарет и Дэвид стояли, как громом поражённые, осознав что их дочь испытала за все годы, выброшенная в чужой мир, ради какой-то призрачной высшей цели. Они были настолько ослеплены своей правильностью, что не замечали, как систематично вытворяли ужасные поступки. Весьма ощутимое потрясение. Реджина тем временем подогревала воду в котелке, нарезала различные травы, бросала в бурлящую воду сушёные лягушачьи лапки, помешивала половником в нужную сторону и бормотала под нос нужные заклинания. Напоминала сейчас классическую сказочную ведьму. Эмма просто любовалась зрелищем. - Вы так прекрасно сейчас выглядите, будто ведьма на костре. - непроизвольно опять вырвалось у шерифа. Может Эмма просто изначально не умела толком шутить, но почему-то это неловко и странно звучит, даже под проклятием. Каково Реджине слушать эти юмористические потуги, страшно представить. - Ладно, мисс Свон, зелье уже почти доварилось, потерпите немного. - несколько вымученно прозвучало. Эмма потупила взгляд и послушно села на диван, дабы не мельтешить и не грузить своими нелепыми фразочками и без того нервного мэра. Вскоре отвар сготовился, настоялся, остыл и был благополучно употреблён по назначению. Свон пришла в себя и осознав, что успела такого странного наговорить, залилась насыщенной красной краской. - Реджина, давай поговорим. - сказала и хотела было подойти к мэру. - Мисс Свон, я сейчас не в настроении. Многое надо обдумать. - не успела договорить, как исчезла в сполохах фиолетового тумана. Хорошо, они потом поговорят и всё обсудят, она по крайней мере надеется на такую возможность. - Эмма, почему ты не говорила с нами о том, что тебя гложет? - опять Белоснежка со своими щенячьими глазами, притворяется вселенским добром. - Может потому, что это уже никак не исправишь, а я не люблю предаваться коллективным рыданиям? Сама преодолею или смирюсь с тем, что сидит в душе. Не хочу обсуждать с вами ваши поступки и заверять, что всё понимаю, что вы всё сделали правильно. Я устала уже быть всепрощающей. То что сделали, то ваше, сами с этим живите. Прямо сейчас мне нужно найти Крюка и оторвать ему пустую башку. - высказала, напоминая в прямоте одного, всем известного мэра, и стремительно покинула помещение. Киллиан Джонс отыскался довольно быстро, особо не скрываясь, заливая в себя ужасающее количество крепкого алкоголя в местном паршивеньком, чуть покосившимся, баре. В обществе точно таких же пропащих забулдыг, нашедших в вине, не только истину, но и смысл жизни. Он только и успел икнуть, когда Эмма сильно приложила его за грудки к стене, которая от такого напора едва не проломилась. - Ты что творишь, пьянь?! Вздумал угрожать мэру города и мне тоже, в тюрьму захотел? Запру ведь навсегда. - прорычала пирату прямо в лицо. - Душа моя, Эмма! Ты меня благодарить за это должна. Наконец призналась своей ненаглядной в скрываемых чувствах, из-за неё же ты меня бросила. - заплетающимся языком пытался невнятно сформулировать. - Это совершенно не твоего ума дело. Ты не имел права влезать в мои дела. Тебя я бросила, потому что от тебя вечно несёт, и трезвым ты не бываешь, и ничего к тебе испытываю, кроме отвращения, пойми ты пропитой своей головой в конце концов. - Нет, я не верю! И буду тебя добиваться. Она должна была умереть, чёртова Королева! Я же замечал, какими глазами ты на неё смотришь. Думаешь я пью просто так? - произнёс и потянулся, пытаясь поцеловать. Эмма не растерялась и от всей души отправила его в глубокий сон, хорошенько врезав. Очень хотелось убить этого невменяемого негодяя, главное за то, что посмел угрожать Реджине. Чудом удержалась, видит бог. Отправился Крюк за решётку, правда не навсегда, кормить просто так тут его никто не собирался. Немного протрезвел и был выдворен из города с позором. Также наложили на него специальное заклятье, не позволяющее приближаться к нормальным людям, голубая фея помогла. Пират являл собой настоящую угрозу миру и спокойствию. Осознали данный факт уже даже Чарминги, не находя уже аргументов в защиту Крюка. Они вообще как-то осунулись и ощутимо постарели. Пришлось и им осознать, что не бывает ни в какой реальности полностью непогрешимых и чистых людей, какими они себя до недавних пор слепо считали. Осознание далось не очень легко, но они пересмотрели своё отношение и к Реджине. Крюк же исправляться никак не хотел, упрямо продолжая творить чёрт знает что, всем набив оскомину, мягко говоря. - Злая королева вас всех погубит, помяните моё слово. Изгонять нужно её, очнитесь! - надрывался пират до хрипоты. Его никто не слушал, напористо оттесняя к границе, к его кораблю и прочь от города. Надеялись, что теперь то данный проблемный тип больше не вернётся. Никто уж точно не будет по нему лить слёзы. Тем временем Реджина Миллс сидела в своём особняке и пыталась понять, что она испытывает от внезапно свалившейся на голову, информации. Пыталась разложить всё по полочкам. С одной стороны, в голове не укладывалось то, что шериф способна на такие чувства, в особенности к ней. Реджина же была и является причиной чуть ли не всех бед, что неоднократно повторяла и сама безгрешная спасительница, свалившаяся на её голову и разрушив хрупкое равновесие и мнимое счастье. Миллс сперва хотелось четвертовать эту бестолковую блондинку, не только убить, но и стереть всем о ней память, подвергнув забвению. Конечно, обязательно нашёлся бы ещё один разрушитель проклятий, сметя её очередное творение и пустив, её выстроенную исключительно на лжи жизнь, прахом. Повторялось бы такое из раза в раз и сильно бы надоело, она успела данный факт понять и принять неизбежность данной насмешки вселенной в её сторону. Такова наверное была незавидная злодейская доля, терять силы из раза в раз и смотреть как всё рассыпается, как песок, сквозь пальцы. Но она решила идти по новой дороге, по пути искупления. Прежде всего ради собственной души, а потом ради Генри, который не очень-то и ценил все приложенные усилия. Для себя с неожиданностью поняла, что поголовно всех проклинать и постоянно на всё злиться, не приводит к спокойствию и счастью. Быть же той, к которой первым делом побегут за помощью, советом, противоядием или контрпроклятьем, приносило гораздо больше равновесия и просто невообразимо больше радости. Улыбки людей, их искренняя благодарность в светлых открытых глазах, были способны растопить ледяное сердце бывшей Злой Королевы. Для чувства умиротворения оказывается совсем не обязательно проклинать целые королевства и всех убивать. Удивительно и уму непостижимо! Когда пришло осознание этого открытия, тогда и на Эмму взглянула несколько иначе. Поняла, что эта идиотка бывает милой, забавной и внимательной. Она заметит, в многолюдном кафе и при общем веселье, тот момент, когда Реджина покинет помещение. Сколько Свон спасала из передряг непосредственно её, не поддаётся исчислению. От такого сердце, признаться, всегда пропускало удар, а потом билось чаще. Но возникающая мысль, что её до сих пор считают злой и повинной во многих бедах, не давала даже подумать, о зарождающейся симпатии. Затем конечно же Робин, спутавший все карты. Она надеялась, что вот он, явился во плоти, как её спасение от мук и терзаний, как ответ на все вопросы. Не тут то было. При первом же сомнении, в трудной ситуации, он выбрал не её, а когда так происходит, значит должно быть просто не твой человек. Сейчас, пришла опасная и внезапная мысль, что именно Свон о ней заботилась всегда, правда весьма неумело и не всегда явно. У них ещё к тому же и общий сын, которого они вместе взялись воспитывать, всё же с переменным успехом, но куда деваться. Может её истинной любовью и спасением является как раз таки именно светловолосый шериф. Крюка, который неугомонно увивался за Свон, вытурили из города. Ей даже не пришлось поднимать такой вопрос на голосовании совета. Инициатива Эммы удивила и порадовала, вызвав бабочек в животе и какое-то невообразимое желание. Тут раздался дверной звонок, прервав размышления брюнетки. На пороге стояла Эмма Свон, имея очень решительный и будто боевой вид. - Реджина, нам всё-таки нужно прямо сейчас серьёзно поговорить. - сказала, просто тараном врываясь в помещение. Миллс почему-то ей такое позволила. - Да, конечно, мисс Свон, чувствуйте себя как дома, совершенно не стесняйтесь. - насмешливо проговорила, закрывая дверь магическим взмахом руки. - Можешь теперь называть меня по имени, пожалуйста? После всего, что между нами уже произошло, хотя бы ради Генри. Мне очень тяжело и страшно тебе сейчас признаваться в своих чувствах, аж руки трясутся и потеют. Не знаю, зачем я вообще тебе об этом говорю. Просто ты мне давно очень нравишься и не только нравишься, это чувство несколько глубже, больше и несколько сложнее! - тараторила Эмма, задыхаясь. Прервала этот монолог Реджина, очень действенным способом, просто заткнув поцелуем. Вокруг изменилась обстановка: всё заискрилось, замигало, взорвалось фейерверком и засияло. Вот тебе и пресловутый поцелуй истинной любви. Оказывается очень даже приятно, когда человек подходит конкретно тебе, по всем параметрам. - Мама, что делать? Тут опять что-то тёмное лавиной надвигается на город! - крича и прерывая момент, кубарем скатывается с лестницы весь раскрасневшийся и растрёпанный, в пижаме с динозавриками, Генри. Приходится отрываться от такого сладкого и долгожданного поцелуя и стремительно бросаться в решение другой, не терпящей отлагательств, проблемы. Опять началось веселье. Отличие только в том на этот раз, что обе женщины точно убеждены, что предназначены друг другу. Всё в дальнейшем пойдёт конечно несколько легче.