Глава 12
20 июня 2026 г., 03:01
В комнате Студенческого совета…
— Ты уверена, что после этого ничего не произошло?
— Конечно, президент.
Сона не верила своей Королеве. Сегодня в Цубаки что-то изменилось. Она словно светилась, да и её отношение стало теплее. Сона оглянулась на парня, проставляющего печати на стопке бумаг. Он выглядел нормально – ни малейшего намёка на то, что он провёл ночь с Цубаки.
— Я закончил, — сказал он, складывая бумаги и вставая. Как член Студенческого совета, он помогал с клубными финансами. Это было нетрудно – всё, что укладывалось в бюджет, одобрялось.
— Тебе нужна помощь? — спросил он, присаживаясь рядом с Цубаки. Он подпёр щёку ладонью и с любящей улыбкой посмотрел ей в глаза.
— Всё в порядке, это обычное дело, — ответила она с тихим смешком.
— Тогда как насчёт массажа? — предложил он, вставая и кладя руки ей на плечи. Но как только он надавил, у неё вырвался тихий стон. Её глаза расширились от удивления, и она быстро прикрыла рот рукой, пока лёгкий румянец заливал её щёки.
Но было уже поздно – Сона смотрела на них с невозмутимым выражением лица.
— …Вы двое флиртуете прямо передо мной?
— Да.
— Нет!
Цубаки с румянцем повернулась к Косуке. Она не могла поверить, насколько он бесстыден перед Соной. Её сердце трепетало, но было и немного стыдно. В конце концов, Сона была не просто её госпожой, но и близкой подругой. Висок президента дёрнулся, а на лице появилось глубоко недовольное выражение.
— Что с президентом? Она ревнует, что я уделяю всё внимание тебе? — прошептал Косуке на ухо Цубаки, наклонившись ближе. Однако было очевидно, что миниатюрная дьяволица слышала его, судя по зловещей ауре, вспыхнувшей вокруг неё.
«Хм! От этого он точно задрожит и, может быть, даже намочит шта… что?» – Сона намеревалась наказать Косуке, выпустив свою дьявольскую ауру. Но, к её удивлению, он ни капли не смутился. Напротив, он смотрел на неё с весельем.
Её взгляд проследил за его рукой, когда он медленно снял кольцо со среднего пальца. В тот момент, когда оно соскользнуло, из его тела вырвалась подавляющая аура, заставив её глаза округлиться.
Но так же быстро, как она появилась, аура исчезла, стоило ему надеть кольцо обратно – словно её никогда и не было.
Сона застыла в оцепенении. Она также заметила, как её Королева легонько шлёпнула Косуке по плечу, словно отчитывая его за шалость.
— …Что это только что было? — спросила Сона низким, настороженным тоном.
— Хм? Что случилось? — отозвался Косуке, наклонив голову с таким видом, будто понятия не имел, о чём она говорит.
Она повернулась к Цубаки, но та тоже сделала вид, что ничего не произошло. Сона могла бы заставить её говорить, но это означало бы раскрыть всё перед Косуке.
— Я… неважно, — сказала Сона, качая головой. Она решила не развивать эту тему. Она доверяла своей Королеве – Цубаки никогда бы её не предала. Они были вместе с тех пор, как та впервые переродилась дьяволом. Если что, она просто была немного раздражена на Косуке.
У Соны возникло желание очистить его, как луковицу, раскрывая секреты слой за слоем. Но она не могла принудить его. Он был обычным человеком – по крайней мере, пока у неё не было физических доказательств обратного. Может быть, если бы ей удалось незаметно снять с него кольцо…
Косуке вернулся к флирту с Цубаки, как ни в чём не бывало. Казалось, его ничуть не беспокоил пронзительный взгляд Соны, которая явно пыталась его раскусить.
Рассказав Цубаки свой секрет и вспомнив то, чем они занимались прошлой ночью, он почувствовал странное освобождение. Его больше не заботила необходимость что-то скрывать, что объясняло его смелость подшутить над Соной.
Не то чтобы он сделал это без причины – он просто подыгрывал. Или, может быть, после столкновения с кем-то вроде Бога Демонов уловки кого-то вроде Соны казались просто истерикой ребёнка.
Поскольку технически она была госпожой его девушки, было бы неплохо, если бы они поладили.
Злые Фигуры… поначалу это выглядело сложно, но… Он вспомнил ночь после их близости. Цубаки начала рассказывать ему о себе – как она стала дьяволом и всё, что с этим связано. Как только кто-то перерождался дьяволом, Злые Фигуры полностью сливались с душой, делая извлечение практически невозможным без вреда.
Они сами становились Злыми Фигурами.
Эта концепция напомнила ему кое-что из Иного Мира. Проклятая метка, приносящая лишь несчастья – страдания, которые со временем становились только хуже. И всё же, как ни парадоксально, жертве становилось трудно умереть. Это была жестокая, изощрённая пытка.
Поражённых клеймили как предателей фанатичной Церковью, которая отказывалась им помогать. Снять проклятие означало предать веру.
Перед возвращением на Землю Косуке счёл своим долгом навестить эти проклятые души. Как он и ожидал, проклятие исчезло после того, как он уничтожил Бога Демонов. Но даже если бы нет, он уже разработал метод.
Косуке взглянул на ожерелье на шее Цубаки. Оно слабо мерцало.
«Она ничего не почувствует, но со временем влияние Злой Фигуры ослабнет, пока не исчезнет полностью».
Это не означало, что она снова станет человеком – она останется дьяволом и продолжит служить Соне как её Королева.
Но на этом всё. Сона не сможет заставить её делать что-либо, например, выведывать его секрет. Он доверял Цубаки хранить тайну. Сона же, напротив, была чистокровным дьяволом.
Он видел, как Риас обращалась с членами своей Свиты, и, по словам Цубаки, у Клана Гремори была хорошая репутация среди людей. Они относились к слугам как к семье.
Сона же казалась намного более строгой и суровой со своими. Хотя она не была жестокой, Косуке не доверял семье, стоящей за ней, – особенно её старшей сестре, Серафолл Левиафан, одной из Четырех Сатан.
Цубаки встречалась с Серафолл несколько раз и описывала её как дико непредсказуемую… и странно одержимую девушками-волшебницами. Если дело примет серьёзный оборот, Косуке полагал, что сможет подкупить её и переманить на свою сторону. Сделать что-то подобное было бы не слишком сложно.
Но он искренне надеялся, что ему никогда не придётся встречаться с кем-то подобным. Не говоря уже о её силе, он сомневался, что она благосклонно отнесётся к его присутствию – особенно как единственного парня, близкого к её драгоценной младшей сестрёнке.
«Какой странный Сатана», – подумал он.
