𝘸𝘩𝘦𝘯 𝘵𝘩𝘦 𝘤𝘩𝘦𝘳𝘳𝘺 𝘣𝘭𝘰𝘴𝘴𝘰𝘮 𝘭𝘦𝘢𝘷𝘦𝘴 𝘧𝘢𝘭𝘭🪷

Я встретил его снова через шесть лет. Или семь. Я перестал считать, потому что цифры в моей голове давно стали лишь белым шумом. В тот день в Саду Безмолвных Отражений давали представление — заезжие музыканты с какого-то торгового судна, даже не помню, с какого именно.. Я сидел на верхней террасе чайного павильона, потягивал пуэр десятилетней выдержки и наблюдал за людьми внизу. Они смеялись, хлопали в ладоши, подпевали.. Хорошая публика. Живая. Когда тебе переваливает за несколько сотен лет, начинаешь ценить живых людей особенно остро чем требуется.. Не потому что они лучше или хуже бессмертных, а потому что они настоящие в своей временности. Они торопятся жить, и в этой спешке есть что-то, чего мы лишены навсегда. Я почувствовал его присутствие раньше, чем увидел. Это сложно объяснить словами, но у некоторых вещей есть свой особенный вес в пространстве. Блэйд не просто входил в помещение — он будто менял его плотность.. Воздух становился гуще, звуки приглушались, и даже свет, падающий сквозь бумажные фонари, словно терял часть своей яркости. Я не обернулся. Просто подвинул вторую чашку на край стола и налил чай. Не знаю, зачем я это сделал. Наверное, потому что в прошлую нашу встречу мы так и не поговорили по-настоящему, а в этот раз дождя не было, и бежать было некуда.. Он сел напротив.. Движения всё такие же — экономные, точные, без единого лишнего жеста. Человек, который научился не тратить энергию на то, что не имеет значения. Хотя какая там энергия, когда ты бессмертен и можешь позволить себе любые излишества. Но Блэйд, судя по всему, не позволял себе ничего. Даже лишнего вдоха. Я посмотрел на него поверх края своей чашки. За шесть лет он не изменился.. Волосы всё те же — тёмные, тяжёлые, падающие на лицо неровными прядями. Красные глаза смотрели куда-то мимо меня, в пространство, но я знал, что он видит всё. Каждую деталь, каждое движение губ, каждый вздох. Меч висел за спиной, замотанный в тёмную ткань, но даже сквозь неё пробивалось слабое алое свечение как в тот раз.. Как уголёк под слоем пепла.. — «Ты стал старше», — сказал он. Я усмехнулся. Забавно слышать такое от того, кто выглядит ровно так же, как в день нашей первой встречи. Но он имел в виду не лицо.. — «Должность обязывает», — ответил я. — Каждое новое звание добавляет по морщине в год. Младшим офицерам раздолье — они вечно молодые и красивые. А я уже даже в зеркало смотрюсь с опаской.. Он не улыбнулся. Шутки в моём исполнении его никогда не трогали, но я заметил, как чуть расслабились его плечи. Не от юмора. От того, что я говорил с ним так же, как в прошлый раз. Без страха, без подобострастия, без желания что-то доказать или получить.. Внизу заиграли новую мелодию — медленную, тягучую, с переливами струн, которые напоминали шум дождя. Я вспомнил ту ночь в роще Каменных Игл, грязь, налипшую на сапоги, и его слова о мёртвых, которые не должны лежать лицом в землю. Странно, но за все эти годы я ни разу не вспомнил его как угрозу. Только как загадку, которую мне не дали разгадать.. — «Ты всё ещё проходишь мимо?» — спросил я.(Если эта строка непонятна, то обратимся ко второй главе, где Цзинь Юань упомянул про корабли. «Ты давно на Лофу?» —) — «Я всё ещё ищу», — ответил он. — «Что именно?» Он взял чашку. Пальцы длинные, с тёмными полосами под ногтями — вечные спутники того, кто слишком часто держит оружие и слишком редко моет руки в нормальной прозрачной воде.. Он не стал пить.. Просто держал чашку в ладонях, словно грел их о фарфор, хотя чай давно остыл.. Мы оба знали, что тепло ему не нужно. Он мог стоять голым в ледяной пустоши и не заметить никакой разницы.. Но что-то в этом жесте было человеческое.. — «Я не знаю», — сказал он наконец. — «Что-то, что закончит это раз и навсегда..». Я не стал уточнять, что именно «это». Бессмертие.. Боль.. Память.. Всё вместе.. Он говорил о вещах, которые не требовали пояснений, потому что любой, кто прожил достаточно долго, понимал их без слов.. Мы все ищем что-то, что закончит нашу историю. Даже если делаем вид, что нам нравится читать её снова и снова.. — «Знаешь, что я понял за последние годы?» — сказал я, откидываясь на спинку стула. — «Мы тратим слишком много времени на поиски финала.. А потом оказывается, что всё самое важное случилось где-то ещё в середине, между строк, пока мы смотрели в другую сторону, неправда ли забавно?». Он поднял глаза. В них ничего не отражалось — ни свет фонарей, ни моё лицо, ни небо над нами.. Только что-то своё, внутреннее, что он никому этого не показывал. Но я видел.. Не глазами — чем-то другим, чему нет названия.. Я видел, что под слоем усталости и отчуждения всё ещё теплится то, что когда-то было человеком. Не бессмертным, не охотником, не клинком в чьих-то руках.. — «Ты единственный, кто не боится смотреть на меня как на человека», — сказал он тихо. Я не нашёл что ответить.. Я не хотел делать ему больно.. Не в этот вечер.. Не под эту музыку.. Мы сидели молча, пока представление внизу не закончилось и публика не начала расходиться. Кто-то смеялся, кто-то спорил о достоинствах скрипки, кто-то просто брёл домой, сунув руки в карманы.. Обычные люди.. Обычная жизнь.. Я смотрел на них и думал о том, что когда-то тоже был таким.. Мне казалось, что мир состоит из простых вещей: долг, честь, служба, чай по утрам и донесения по вечерам.. А потом появился Блэйд и всё усложнил. Он напомнил мне росто своим существованием, что простота — это тоже всего лишь очередная иллюзия.. Что за каждым лицом тянется шлейф из несделанных выборов.. несказанных слов.. И что бессмертие, которое мы привыкли считать даром, на самом деле — способ накапливать эти шлейфы до тех пор, пока они не начнут весить больше, чем ты сам.. — «Мне пора», — сказал он, поднимаясь. Я кивнул. Мы оба понимали, что «пора» ничего не значит.. У него впереди была вечность, у меня — бесконечная служба.. Мы могли бы сидеть здесь ещё сутки, и ничего бы не изменилось. Но он встал, и я не стал его удерживать. Он уходил всегда, даже когда оставался рядом.. — «Заходи ещё», — сказал я. — «Чай у меня теперь лучше, чем в прошлый раз. Я наконец то научился заваривать его правильно». Он посмотрел на меня долгим взглядом.. Потом едва заметно кивнул и пошёл прочь — не через центральный выход, а куда-то вбок, в тень между колоннами. Я смотрел, как его силуэт растворяется в темноте, и думал о том, что он больше не кажется мне чужим. Он стал частью моего мира.. Как старая рана, которая давно зажила, но иногда ноет к перемене погоды.. Чай в моей чашке окончательно остыл. Я допил его одним глотком и поставил чашку на стол. Вторая, нетронутая, так и стояла напротив. Я не стал её убирать. Пусть постоит до следующего раза. Я вернулся в Зал Железной Завесы глубокой ночью.. В кабинете пахло пылью и старыми документами — обычный запах места, где слишком много работают и слишком мало проветривают помещение.. Я сел за стол, подвинул к себе стопку донесений и замер. На верхнем листе лежал цветок.. Небольшой, с тёмно-синими лепестками, которые на Лофу называют «слезами вечности».. Глупое название для красивого растения, которое цветёт только в полной темноте и умирает при первых лучах солнца.. Я не знал, как он сюда попал. Дверь была заперта, окна закрыты, Яньцин ушёл ещё до заката.. Но цветок лежал на самом виду, аккуратно, словно кто-то положил его специально, чтобы я заметил.. Я взял его в руки. Лепестки были прохладными и чуть влажными, как после дождя.. Хотя дождя сегодня не было. Я покрутил цветок в пальцах, разглядывая тонкие прожилки, и вдруг понял, что улыбаюсь. Не широко, не радостно — просто уголками губ.. Я убрал цветок в ящик стола, подальше от чужих глаз. И сел писать рапорт о сегодняшнем патрулировании, хотя патрулирования не было. Просто чтобы занять руки. Чтобы не думать о том, что Блэйд снова ушёл, не попрощавшись.. Чтобы не думать о том, что его слова «ты единственный, кто не боится смотреть на меня как на человека» теперь будут звучать у меня в голове каждую ночь перед тем как я засну.. Чтобы не думать о том, что я, кажется, влюбился в того, кто даже не считает себя живым.. Рапорт вышел сухой, как всегда.. «Обстановка стабильная. Происшествий не выявлено». Я поставил подпись и отложил перо. В окно бил лунный свет, заливая кабинет серебристым сиянием. Где-то далеко, на границе сектора Семи Озёр, наверное, снова шёл дождь.. А где-то ещё дальше медленно шёл Блэйд — по пустошам.. по руинам.. по чужим мирами.. Я не знал, когда увижу его снова. Но знал, что увижу. Потому что некоторые люди привязаны друг к другу невидимыми нитями. Я прикрыл глаза и увидел красные огни в темноте.. Не угрожающие. Просто ждущие. Даже если корабль давно сгнил, а капитан забыл своё имя. Кто-то всё ещё ждёт на берегу..