Игра на интерес

Антон так и сидел на кровати, не в силах пошевелиться. Арсений стоял в дверях с сумками, комендантша уже ушла, и тишина стала тяжёлой, почти осязаемой. — Ты… — начал Антон, но голос сел. Арсений открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент в дверь снова постучали — на этот раз вежливо, но настойчиво. Не дожидаясь ответа, в комнату ввалился Дима Позов, таща в каждой руке по огромному чемодану. За спиной у него болтался рюкзак, на плече висела сумка с ноутбуком. — Шастун, привет, — выдохнул Дима, ставя чемоданы у порога. — Извини за вторжение. Он перевёл взгляд на Арсения, потом на Антона, замер на секунду, явно замечая странное напряжение между ними. В комнате повисла немая сцена: Арсений с сумками в дверях, Дима с чемоданами, Антон на кровати с красными глазами. — Так, — Дима первым нарушил тишину. — Давай по порядку. Антон, я теперь твой сосед. Трубу прорвало в моей комнате, весь этаж залило, ремонт на месяц, а то и больше. Комендант сказала, у тебя место есть, так что… — он развёл руками. — Не против? Антон моргнул, пытаясь переварить информацию. Сосед. Дима Позов. Не Арсений. — А он? — спросил Антон, кивнув в сторону Арсения. — А я помогаю, — Арсений наконец подал голос, и в его тоне снова появилась та самая ленивая насмешка, от которой у Антона всё переворачивалось внутри. — Дима позвал подмогу, вещей много. А то он один не справился бы. Он поставил сумки на пол, выпрямился во весь свой рост, и его голубые глаза снова встретились с зелёными глазами Антона. — Вообще-то, — Арсений сделал паузу, поигрывая бровями, — у меня своя квартира. Родители купили, ещё когда я на первый курс поступал. Так что мне не нужно ютиться по общагам. Он подмигнул. Открыто, заигрывающе, с той самой улыбкой, которая сводила Антона с ума ещё в первую их встречу в библиотеке. Подмигнул и чуть склонил голову набок, давая понять: «Я не твой сосед, но я здесь, и ты это знаешь». Антон почувствовал, как кровь приливает к щекам. Он сидел, сжимая в руках край одеяла, и понимал, что сейчас скажет какую-то глупость. И сказал. — А я вот только что с девушкой расстался, — выпалил он, глядя то на Арсения, то на Диму. — Только что. Позвонила, сказала, что поцеловалась с другим, и мы больше не вместе. А тут вы оба, и коменда, и вообще… всего слишком много. Он замолчал, понимая, как нелепо это прозвучало. Дима Позов уставился на него с искренним удивлением. Арсений замер — на долю секунды его лицо потеряло всю насмешливость, стало серьёзным, почти встревоженным. — Сочувствую, — сказал Дима первым. — Правда. Но если ты не хочешь соседа, я могу поговорить с комендантом, может, найдут другое место… — Нет, — Антон мотнул головой. — Всё нормально. Просто… день тяжёлый. Он провёл рукой по волосам, откидывая кудри со лба. Браслетов на руке не было, и это тоже чувствовалось странно. Дима помолчал, потом предложил: — Слушай, давай я схожу в магазин, возьму пива. Посидим, поговорим. В конце концов, нам месяц жить вместе. Лучше сразу познакомиться нормально, чем в напряжении. Антон хотел отказаться — он не пил, никогда не пил, кроме той текилы. Но сегодня был особенный день. Сегодня он расстался с Ирой, и внутри была такая пустота, что любое предложение казалось лучше, чем сидеть одному. — Ладно, — кивнул он. — Пиво — это хорошо. В этот момент у Арсения зазвонил телефон. Он глянул на экран, нахмурился, потом сказал: — Мне надо ехать. Срочно. Он взял рюкзак, закинул на плечо, но перед выходом задержался на пороге. Обернулся к Антону. Их взгляды встретились — и в этот раз Арсений не отвёл глаз первым. — Поплачем в следующий раз, учитель, — сказал он тихо, и в его голосе не было насмешки — только что-то тёплое, почти ласковое. — Ты держись. Он вышел, быстро, почти бегом, и дверь за ним закрылась. Дима Позов посмотрел на закрытую дверь, потом на Антона. — Странный он сегодня, — заметил Дима. — Обычно Арс не такой… мягкий. Антон не ответил. Он смотрел на дверь, за которой только что исчез человек с голубыми глазами и тёплыми губами, и думал о том, что сегодняшний вечер обещает быть долгим. Дима вздохнул, достал телефон. — Ладно, я за пивом. Ты пока освободи мне половину шкафа, ладно? И предупреждаю: я храплю. Он улыбнулся — по-доброму, без тени той компанейской насмешливости, которая была на вечеринке. И вышел. Антон остался один. Посреди комнаты стояли два чемодана и две сумки. На кровати — смятое одеяло. В голове — каша из поцелуя, игнора, расставания и нового соседа. Он медленно встал, подошёл к шкафу, открыл дверцу. Своих вещей было немного, место для Димы освобождалось легко. Но внутри всё равно было тесно. От мыслей. От чувств. «Что происходит?» — спросил он себя. — «Почему Арсений снова смотрел на меня так, будто я ему нужен? И почему он ушёл именно сейчас?» Ответов не было. Только стук сердца в тишине и запах чужого одеколона, оставшийся в комнате после Арсения.