Моя принцесса

-...Ты меня обижаешь - преувеличенно жалобно ною я, стараясь, чтобы мой голос звучал максимально мило и заставил смягчиться даже самое аскетичное в отношении удовольствий сердце, как у Даши. Мы... Трудно сказать, что конкретно мы делаем, но точно известно, что находимся на кровати в игривом беспорядке. Я, как обычно, в своём фирменном, слегка наивном стиле, который неизменно вызывает улыбку на лице Даши, подкатываю к ней, потому что находясь около неё, я не могу не флиртовать - различного рода заигрывания так и льются из моего рта без возможности остановить это. Она смеётся, шутливо отшивая меня, и всё это сопровождается моими тщетными нападками. Я и правда похожа на щенка, охотящегося на очаровательную птичку, привлекающую своим изяществом, когда вот так то медленно подкрадываюсь к своей девушке, заигрывающе канюча "Ну Дашенька, ну пожалуйста", то внезапно заключаю её в объятия, а она смеётся, отталкивает меня и отворачивается, не давая себя поцеловать, чем раздразнивает мой интерес ещё больше. Наконец-то моя принцесса сдаётся и откидывается на подушку со сладким вздохом, сложив руки чуть выше головы и приглашающе смотря на меня: - Ну на, на, задолбала - впрочем, совсем не грубо сказала Даша; её голос был бархатным и тянулся, как мёд. На меня нашло то самое ощущение, когда желаемое, будучи недоступным, разъедает нутро суетливой потребностью поскорее заполучить его, я стараюсь и так и эдак удовлетворить свою потребность, а когда вожделенное наконец оказывается в моих руках, я не знаю, что делать дальше и впадаю в ступор. Это чувство преследовало меня частенько, когда я смотрела на Дашу. Нет, это не бездумный фанатизм, который незамысловатые люди расточают на любого смазливого человека. Это высшая форма восхищения красотой, когда ты оставляешь все мирские взгляды на неё и поднимаешься на особый уровень. Я нависла над Дашей и помедлила, по своей привычке кусая губы, когда глубоко на чем-то сосредоточена. Я понимаю, что она знает, о чём я думаю, как я трепещу перед её умиротворённым величием, и ей это нравится. Мне хотелось всего одновременно: и поцеловать Дашу, и нежно коснуться губами её шеи. Последнего желала нестерпимо. Я больше не могла находиться в раздумьях, потому что моё возбуждение заглушало ступор, поэтому я наклонилась, не сдержав вздох блаженства от ощущения запаха Дашиных волос, кожи и жара, исходящего от неё. Медленно, вдумчиво, будто дегустируя изысканное блюдо, я, едва касаясь, оставила на её шее поцелуй, потом ещё один. Это балансирование на грани между прикосновением и его отсутствием в сочетании с разгорячённой от наших дурачеств и предвкушения кожей заставляли Дашу чувствовать все прикосновения с невыносимой интенсивностью. Это было неуловимо, как и мои касания, но я чувствовала, что любимая подрагивает. Я знаю, что она очень чувственная девушка и способна на большее. Время от времени Даша удивляла меня своей страстностью. Мне хочется большего, я целую её, спокойно, нежно. Наши губы словно лепестки двух цветов, аккуратно соприкасающиеся друг с другом. Мне не хочется спешить, проявлять порывистость или грубость. Я хочу пробовать Дашу медленно, по кусочкам. Хочу отнестись к ней бережно, как оно того и заслуживает, как заслуживает её шёлковая, мраморная кожа, под которой видны жилки и выступающие кости. Такая хрупкая, такая нежная... Моя. Не собственность. Даша просто позволяет мне быть рядом, делать всё, чего хотят наши души, переплетаясь, и заставляя тела сливаться так же. Она одновременно свободна и принадлежит мне. Мне очень нравится эта золотая середина. Я хочу видеть всю картину, чтобы моё сердце, как и всегда, сжалось от восхищения, перехватывающего дыхание. Снимаю с любимой футболку, она помогает мне. Кажется, будучи полностью одетой, она чувствовала себя увереннее; теперь же, когда её невинная, миниатюрная грудь купается в моих взглядах, Даша излучает неловкость, плохо скрываемую попытками её контролировать. Мне хочется зацеловать и затискать Дашу - такая уж она милая - но я ограничиваюсь лишь поцелуем, на этот раз чуть более страстным. Она целуется всё так же - лениво, размеренно, наслаждаясь моментом и щедро даря мне себя, но среди этого моря спокойствия потихоньку зарождается шторм возбуждения и волнения. Я стаскиваю с Даши пижамные шортики, слой за слоем раздеваю её, оттягивая удовольствие, медленно приближаюсь к самому лакомому. Моя восхитительная девочка... Мысли путаются, когда она смотрит на меня так доверчиво, нервно поднеся руку к лицу - тыльная сторона ладони легла у рта, дрожащие пальцы слегка касаются губ - а от маленькой точки, дарующей мне полную власть над этим свободолюбивым и непокорным существом, меня отделяет кусочек ткани - призрачная преграда. Я наклоняюсь и оставляю горячие поцелуи от ключиц вниз, ласкаю тугую грудь. Каждое прикосновение к нежным розовым соскам отправляет импульс изнывающего удовольствия прямиком вниз, заставляя Дашу тихо постанывать. Она кладёт ладони на мой затылок и выгибается навстречу прикосновениям, пока я задерживаюсь наверху. Даша всегда была слаба перед моими ненасытными губами на своей коже. Я отрываюсь от ласок и переношу их на её губы, терзая, требовательно и страстно, одной рукой всё ещё дразня набухшие сосочки, а другой стойко опираясь на подушку. Моя малышка тяжело дышит, закрывает глаза, полностью отдаваясь поцелую, её маленькие ручки скользят по моим плечам, волосам; она жмётся ко мне, словно пытается склеиться со мной в единое целое. Тем временем мои ловкие пальцы проскальзывают по впалому животику, подрагивающему в нижней его части, и юркают в тёплую и влажную обитель. - Как мокро... - дразняще шепчу я Даше на ушко. Озвучивание этого факта заставляет её желать, чтобы она умерла на этом же месте от изжигающего стыда. В ответ мне Даша тихо хнычет от смущения и наслаждения, приносимого моими пальцами - похоже, она не могла думать ни о чём кроме этих поглаживаний, слегка вздрагивая и двигаясь в такт им - и не находя слов отворачивается. Я целую её шею, открывшуюся для ласок, и утешающе шепчу: - Чшш... Тише, тише, котёночек - поворачиваю Дашино зарумянившееся лицо к себе и нежно целую, поглаживая по волосам - Ты такая хорошая девочка и отлично держишься. Ты заслуживаешь награды... Я с лёгким разочарованием оставляю её припухшие и жаркие губы, но жертва стоит того, что ждёт меня впереди. Ухмыляясь, пальцами поддеваю шёлковые, розовые, с кружевами и бантиками трусики, отпуская комментарий про то, что "ты, похоже, готовилась", заставляя Дашу краснеть до корней волос, и снимаю их. Вот то, за что я готова петь оды благодарности природе, то, что позволяет доставлять удовольствие своей любимой, раз за разом, бесконечно, по первой её просьбе. Я развожу её ножки и ставлю по бокам от себя, выцеловываю животик, крадясь вниз, затем обхватываю ладонями её бёдра и припадаю к источнику святой воды, который уже заждался меня. Дашу всегда передёргивает в этот момент, как будто она, прекрасно зная, что сейчас произойдёт, всё равно не ожидает такого. И как же я обожаю, когда она в процессе кладёт мне на голову руку. Сожми мои волосы посильнее, я хочу этого. Даша будто слышит мои мысли - так мы синхронизировались за то время, что живём вместе и познаём друг друга, только от смущения она до сих пор не избавилась. Любимая зарывается пальцами в мои волосы и сжимает их у корней, а сама подаётся вперёд, полностью отдаваясь моей опытности и бесстыдности в противовес своей скованности и невинности. Сдержанная в словах и эмоциях, Даша и стонет тихо - кроме момента оргазма - но у неё такой мелодичный голос, что развратные вскрики обезобразили бы его. Так липко, горячо, беспорядочно. Её великолепные кудри разметались по подушке, она опьянена наслаждением. Я люблю, когда Даша показывает свою человеческую натуру, которой не чужды желания и удовольствия. Я и сама возбуждена до предела, а моя душа мечется, пока не имея возможности получить удовлетворение, но моим экстазом является услаждение любимой девушки. Даша начала возбуждаться ещё во время наших дурачеств, а к моменту, когда я наконец приблизилась к святыне, распалилась достаточно сильно, чтобы я с лёгкостью в короткие сроки заставила свою сладкую девочку содрогнуться от оргазма, яркого, до звёздочек в глазах. Я медленно приподнялась, утирая рот рукой. На лице играла ухмылочка, не сходящая с губ во время всех наших игрищ, когда я занимаю активную позицию, что, кстати, составляет большую часть от общего числа. Дашины глаза лучились неярким, тёплым светом затихания и отдыха. Обожаю смотреть, как она пытается отдышаться после того, как я заставила её кончить. - Я люблю тебя - тихо и ласково проговорила я, заправляя её волосы за ушко и нежно гладя по лицу - Хочешь ещё раз, любимая? Или по-другому? Мы никуда не торопимся, моя девочка.