Элина Снейп

Всем привет, я знаю что я та ещё ленивица, но честно, я даже не думала что кто то эту работу прочитает, думала все это фигня собачья и я зря придумывала сюжету, но.. Божечки у меня 7 МАТЬ ЕГО ЛАЙКОВ, МНЕ ЕЩЕ И НАПСАЛИ ЧТО ЖДУТ ПРОДОЛЖЕНИЯ! Вы бы знали как я орала в подушку, теперь ходу как сумасшедшая дура, лыблюсь. Вообщем, решила сделать все по совести, чтоб все красиво было, так что теперь пахать. Эхх, а я ведь только сессию сдала.. --- Итак, пора представится, мое имя — Элина Элеонора Снейп, итак, ваши аплодисменты и пожалуй я могу начать свою историю. В этом году я поступаю на первый курс в Хогвартс, я уже перечитала все книги своего старшего брата Севы, поэтому особых сложностей возникнуть с учебой пока не должно, можно наконец расслабится. Эхх, Сева с Лили уже на втором курсе, растут детки, горжусь. Так то с Лили я знакома с детства, она такая милашка, просто не могу, обожаю ее взгляд, заботу, шутки, подкалываения, ну лучшая, вырасту, женюсь на ней. Ну а пока мое краткое введение прервется, хочется вести этот дневник подольше предыдущих. Болеем за мою выдержку! 30.08.1972 --- Поезд чуть покачивает, за окном моросит дождь, размывая пейзаж. В купе тепло и пахнет тыквенным соком. Северус сидит напротив, уткнувшись носом в книгу, но по губам видно — он прислушивается к нашему с Лили разговору. Лили листает «Трансфигурацию для начинающих», но явно скучает. Я потягиваюсь и вдруг шлёпаю себя ладонями по коленям. — Та-ак, скука смертная, — объявляю я голосом, слегка дребезжащим и старческим. — Сев, внучок, ты бы хоть чаю бабушке наколдовал, а то поясницу ломит, сил нет... Я выпрямляюсь на сиденье, накидываю на плечи мантию, как платок, и внезапно шамкаю голосом: — Ох, внучек, Севви, подай-ка бабуле волшебную палочку. Ревматизм замучил, а чайку-то ох как хочется... Северус, не отрываясь от книги, ворчит. Лили уже откровенно хихикает, а я продолжаю — ещё громче и противнее, подражая скрипучей старушенции: — А помнишь, внучек, как в мое-то время волшебники без палочек колдовали? Вот это была магия, не то что нынешняя молодёжь — только и знают, что квиддич да девчонок глазами пожирать... — Лина, прекрати, — фыркает Северус, но уголки губ у него уже поползли вверх. — Не дождёшься! — я подмигиваю Лили, и та, сдавшись окончательно, сгибается пополам от хохота. — Ой, не могу... бабуля... ревматизм... — Лили вытирает слёзы. Я театрально кланяюсь, сидя: — Спасибо, спасибо, сегодня в программе также «Профессор МакГонагалл, потерявшая терпение» и «Пивз, когда его поймали за шкирку». Цена билета — одна шоколадная лягушка. Лили хохочет уже в голос, а Северус качает головой, но уже не прячет редкую улыбку. Купе наполнилось смехом — как раз в тот момент, когда дверь с грохотом отъехала в сторону, и на пороге возник Джеймс Поттер собственной персоной. Я поворачиваю голову к двери, и в первое мгновение на лице мелькает любопытство — кто там? Но тут же замечаю, что визитёр смотрит не на меня. Его глаза — холодные, оценивающие — прикованы к Северусу, и в них я читаю знакомую смесь презрения и предвкушения. Моё любопытство гаснет. Позвоночник выпрямляется сам собой. — Оу, Нюниус, — раздаётся нараспев. — И что ты здесь делаешь с Эванс? Голос Поттера скользкий, точно масло на воде. Я перевожу взгляд на Лили — она уже вытирает слёзы от смеха, но теперь в её глазах зажигается искра раздражения. — Поттер, уходи отсюда, — бросает она, всё ещё чуть задыхаясь после хохота. Я молча разглядываю гриффиндорца. Лохматый. Очки съехали набок. Ухмылка — приклеенная, будто он с ней родился. И тут его взгляд наконец отрывается от Сева и падает на меня. — Хм, первокурсница, — цедит он, смерив меня с головы до ног. — Советую уйти отсюда и поступать к нам, на Гриффиндор! — ухмылка становится шире, покровительственной. — Пойдёшь к нам в купе? Мы-то всяко лучше этого Нюниуса. В купе становится тихо. Я медленно поднимаюсь на ноги. Чувствую, как напрягается рядом Северус, но останавливаю его лёгким касанием ладони — мол, я сама. Делаю шаг к Поттеру, оказываюсь прямо перед ним, и на моём лице расцветает самая милая, самая ангельская улыбка, на какую я только способна. — Ну что ж, раз мне это предлагает сам Джеймс Поттер... — я делаю паузу. Поттер уже расправил плечи, ухмылка торжествует. И тут я выдыхаю ему прямо в лицо, стирая всю сладость: — Вали отсюда. Дверь с грохотом захлопывается перед его носом. Я оборачиваюсь к Лили и Севе, и через секунду уже корчу гримасу — брови домиком, нижняя губа выпячена, точь-в-точь обиженный гриффиндорец, которому не дали покрасоваться. Купе снова взрывается хохотом. ПоВ: Джеймс Дверь захлопнулась перед носом. Я застыл. Она просто взяла и выставила меня за дверь. Меня. Джеймса Поттера. Сзади раздался сдавленный хрип. Я обернулся. Сириус сползал по стене, держась за живот. Лицо красное, плечи трясутся, из горла вырываются какие-то булькающие звуки. Римус стоял рядом, скрестив руки, и на его физиономии расползалась та самая медленная улыбка, от которой хочется провалиться сквозь пол. — Ни. Слова. Блэк, — выдавил я сквозь зубы. — Я... я не могу... — Сириус почти икал. — Джеймс... она тебя... — он всхлипнул. — Она сказала тебе «вали»! Вали! Ха-ха-ха! Ты бы видел своё лицо! — Заткнись, а? — Нет, погоди, — Сириус выпрямился, вытирая слезу, и трагическим шёпотом продекламировал: — «Пойдёшь к нам в купе? Мы-то всяко лучше этого Нюниуса...» — пафосно изображает как Джеймс поправляет волосы, играя бровями. Резко переключился. — «ВАЛИ ОТСЮДА!» Боже, Джеймс, я бы дорого отдал, чтобы пережить это снова. Нет, серьёзно. Давай ты ещё раз постучишь? — Ещё слово, и я тебя с поезда скину, — пообещал я. — Зря ты так, — заметил Римус спокойно. — По-моему, всё честно. Ты зашёл, оскорбил человека, потом свысока пригласил к нам... и получил дверью по носу. — Она не била меня дверью! — Жаль, — вставил Сириус мечтательно. — Вот это была бы вишенка на торте. Тут из-за поворота вылетел Петтигрю. Раскрасневшийся, запыхавшийся, с мороженым в стаканчике. Он явно спешил и не смотрел под ноги. Прямо сейчас его нога встретилась с порожком. — Что случи... А-А-А! Полёт. Брызги. Плюх. Я смотрю вниз. На моих брюках красуется шоколадное пятно. Сириус замирает, раскинув руки, и на его идеально отглаженной мантии — россыпь клубничного. Тишина. — Петтигрю, — голос Сириуса стал бархатным и страшным, — ты труп. Я тем временем снова погрузился в размышления. Кто она вообще такая? И чего это Нюниус сидел с ней рядом? Он же противная личность! Как вообще с ним возможно общаться? — Снейп, — вдруг произнёс Римус задумчиво, когда мы уже расселись. — Что? — Фамилия. Сестра. Ну скорее всего, внешностью смахивает. Я уставился на него. Сириус присвистнул. — Погоди, — Блэк нахмурился. — У Нюниуса есть с естра? Мелкая?... — он неопределённо покрутил рукой. — Убедимся на распределении. — вздохнул Римус. --- Хай хай, снова буду надеется на комментарии, критику, хейт, все что можно, просто заспамьте меня, чтобы телефон сдох. Чтож Я просидела над этой главой около дня вместо подготовки к экзамену, так что пожалуйста) Впредь попытаюсь выпускать почаще, а то я та ещё ленивица. Лучше на дереве посплю..