Весна, которой не было

Все мы знаем, что весна ассоциируется с первой любовью, доверием, чем-то хорошим и теплым. Но эта весна оказалась самой холодной: где-то всё еще лежал нерастаявший снег. Погода была ужасной. Пасмурной, холодной до дрожи в теле – и совсем не о любви. Так думал Гарри. Было начало апреля, и он только вернулся в замок, отыскав все крестражи. Он любил весну за тепло, радость и завершение холодной зимы. Но сейчас его пальцы немели от холода, а палочку держать было еще хуже. В стенах Хогвартса Гарри больше не ощущал защиты; он чувствовал, что это место станет его последней битвой. Всего лишь место, чтобы переждать затишье. Он так устал от скитаний за столько месяцев, что думал: за что он это заслужил? Всё, чего он сейчас хотел – чтобы всё оказалось шуткой, сном, нереальностью. Чтобы он проснулся и стал обычным мальчиком-подростком без проблем и ответственности. В коридоре слышались его тяжелые шаги. Он шел с обречением в Большой зал, ни о чем особо не думая, старался перезагрузить мозг и посмотреть на проблему (скорее, конец света) с другой стороны. Он смотрел на свои потертые ботинки: время купить новые у него не было, да и это не казалось чем-то важным. Он привык донашивать всё до конца – как и свою жизнь. Он надеялся, что конец не будет таким холодным, как этот апрель. Так он чуть не врезался в кого-то, но вовремя заметил силуэт впереди себя. Это был Драко. За то время, что они не виделись, он изменился: стал выше, но остался таким же худым. Под его глазами виднелись большие синяки от недосыпа. Скулы стали острее – Гарри казалось, что об них можно обрезаться. Взгляд тоже изменился: в нем больше не было той ненависти, что прежде. Гарри сам не был до конца уверен, сохранилась ли между ними вражда. Драко смотрел на него с какой-то усталостью. Скорее всего, это было из-за допроса в Малфой-мэноре. Гарри вспомнил тот момент: он стоял перед Драко, а рядом стоял Люциус и давил на сына, чтобы тот сказал правду. Но тот соврал. Гарри понял это по взгляду, презрением и немного сжатым кулакам – такие эмоции Драко всегда проявлял, когда они сталкивались в коридорах. Но сейчас всё было по-другому. Они смотрели друг на друга изучающим взглядом, и никто не подавал голоса. В итоге Драко коротко, почти незаметно кивнул. Гарри ответил тем же. Удивительно, но Драко заговорил тихим хриплым голосом: — Ты – последняя надежда. Надеюсь, мы больше не будем враждовать. Он ушел медленно, не убегая, будто признавая, что бежать ему некуда и всё решено заранее. Гарри простоял в ступоре минут пять. Он никак не ожидал, что Драко скажет такое. Тот точно изменился. И, похоже, закончились их вечные ссоры в коридорах и ненавистные взгляды. Гарри всё шел по коридору в башню. Есть перехотелось, а в голове застряли слова Драко: «Ты – последняя надежда». Что это значит? Драко устал быть в этом замешан? Гарри не знал, да и узнавать не хотелось. Раньше, на протяжении всех курсов, спасение мира казалось ему развлечением и его судьбой. Тогда он не ощущал всего груза – он был ребенком. Сейчас же хотелось спокойствия и умиротворения. Рон и Гермиона решали свои дела, а он почти перестал с кем-либо общаться – ему было плохо от всего. Ему часто снились кошмары; тогда он пытался не спать, а после «отрубался» совсем ненадолго. Зелья не работали вовсе, хотя он перепробовал все возможные.