Путешествия вне времени

***

.. Король Балдуин проснулся задолго до чириканья птиц, до прилавков рынка, до самого рассвета. Утренний свет проникал сквозь лунные стёкла. Как бы он ни спал, ему было неудобно. Как бы он ни сидел, ни ходил, ни ел, ни пил… любое его действие вызывало волну дискомфорта, в самой его душе. Казалось, каждый день он чувствовал, как истощаются его жизненные силы, какие бы они ни оставались. В молодости, это казалось ему смешным. «Я не погибну!» — помнил он эти слова очень отчетливо. «Я буду самым долго-правящим королем в мире». Ох, как же глупо это сейчас казалось. Поправляя свою серебристую маску на изуродованном лице, Балдуин взглянул в окно. Шторы закрывали большую часть солнца, но он чувствовал его. Ещё одна весна. Двадцать четыре года. Прошёл ещё один год, добавивший к его жизни ещё один год, ещё один год к неизбежной смерти, которая, несомненно, его ждёт. Для любого другого это показалось бы невозможным — быть настолько уверенным в своей скорой смерти… Но Балдуин уже смирился. Он будет жить так, как сможет, помогать своему народу, возвышать его настолько, насколько сможет, а затем с радостью отдаст себя в руки Божьи. Он был погружен в мысли, глаза затуманены, он устал. Боже, если бы только он мог отдохнуть без таких метаний… Однако он быстро очнулся от оцепенения, услышав, как распахиваются тяжёлые двери. Его охрана, клацая своими доспехами, тащила молодую девушку за её подмышки прямо к его тронному залу — только король мог решить, что делать с посторонними, особенно, если они выглядели не так бедно, как привычные богохульники. Один из них воскликнул, держа за подмышки девочку: «Эта незваная дама бродила по Иерусалиму, как дерзновка! Очень подозрительная». «Кто бродит во время надвигающейся войны? Может она шпионка?» — спросил другой, держа за руки молодую девушку, словно мясо. И она действительно выглядела… Не так, как все остальные. Т/и была путешественницей во времени, и, конечно же, отсюда, в это вряд ли кто-то поверил бы. На неё смотрели очень подозрительно... Джинсы, клетчатая рубашка, и крашеная белая прядь в волосах. Она взглянула на короля в серебряной маске, потрясенная тем, во что она ввязалась в своих приключениях. Балдуин смотрел на растрепанную девушку перед собой, со смесью любопытства и беспокойства. Её наряд был непохож ни на что из того, что он видел в Иерусалиме, а её волосы… прядь седых волос в тёмных кудрях? Очень странно. Он заметил потрясенное выражение в её испуганных, слегка негодующих глазах, когда они встретились с его собственными, сквозь серебряную маску. «Отпустите ее», — спокойно приказал Балдуин своим стражникам, жестом требуя отпустить девушку. Они немного помедлили, прежде чем подчиниться, позволив ей встать на свои неустойчивые ноги. «Итак…» — начал царь, его голос был слегка приглушен маской, — «Скажите, пожалуйста, что заставило такую ​​леди, как вы, бродить по улицам Иерусалима в таком… необычном наряде? И к тому же во время беспорядков». Он внимательно изучал ее, рассматривая каждую деталь — странную ткань её одежды, необычную прическу и манеру держаться. В этой.. Поленице, как он подумал, было что-то особенное, что отличало её от местных жителей. «Говорите правду, и, возможно, я проявлю к вам снисхождение. Зачем вы здесь?» — спросил Балдуин, искренне заинтригованный этой таинственной гостьей, которая каким-то образом оказалась в самом центре его королевства. — Я-э-э-.. «Склонись!» — произнес один из стражников, и девушка неловко поклонилась королю, словно впервые узнала про подобный жест. В местное время, это казалось невежливым. — Э-э, ваше величество, боюсь, я всего лишь простой путник! Да, я выгляжу иначе, и-и-ииии.. Страннее! чем другие жители, но я не желаю зла... Я безоружена, видите? — Она демонстривно покрутилась, смущая стражников лишь ещё больше тем, что за большая сумка тряслась за её спиной. Балдуин наблюдал, как девушка неловко поклонилась, её манера поведения явно не соответствовала привычному почтению к королевской семье.. Он видел, что у неё не было видимого оружия, и её утверждение о том, что она всего лишь путешественница, нельзя было легко опровергнуть. И всё же что-то в её рассказе не казалось правдоподобным. Король слегка наклонился вперёд на своём троне, его серо-голубые глаза сузились, когда он внимательнее рассмотрел девушку. «Путник, говорите? И скажите, пожалуйста, откуда вы родом, прекрасная дева? Ваша одежда и волосы указывают на то, что вы человек... мужеского изволия». Он неопределённо указал на странную одежду, которую она носила. «Я никогда прежде не видел женщины вашего рода». — Эм... И-из далёких земель! Ну вы не знаете... Мне просто- повезло быть свободной, сейчас. — Она искажает слова, чтобы люди из тех давних времён поверили ей.. Она однако не подготовилась, что, в то время как других, просто провинившихся наглецов, просто убивали.— Н-но клянусь, я не пытаюсь создать проблемы! — она оглядывается, проверяя, может ли уйти.. но стража всё ещё блокировала выход. Балдуин приподнял одну израненную бровь под маской, услышав невнятный ответ девушки. «Далекие земли, говорите? Действительно, ваша одежда говорит об этом». Он изучал её нервно бегающий взгляд. Казалось, было достаточно ясно, что она ищет возможности сбежать. «Народ моего королевства встревожен, прекрасная дева, поскольку мы стоим на пороге войны. Боюсь, к чужестранцам издалека относятся с подозрением». Король Балдуин тяжело вздохнул, но его вздох был приглушен маской. «Я хотел бы узнать ваше настоящее имя, и происхождение, если вы будете так любезны и откровенно расскажете мне об этом». Он медленно поднялся с трона, белая мантия, расшитая золотой нитью, мягко развевалась за ним, когда он сделал шаг к девушке. Несмотря на свою немощь, он выглядел внушительно, и его взгляд был устремлён в её глаза с такой интенсивностью, что некоторым это казалось пугающим. «Я не желаю вам зла, пока ваши намерения чисты. Но вы должны понимать, что мой долг — защищать мой народ, независимо от странностей вашего прибытия». Он сделал ещё один шаг ближе, пока не навис над её хрупкой фигурой. «Умоляю вас, не заставляйте меня сожалеть о своей доброте. Назовите мне своё имя и цель прямо». Тон короля Балдуина был твёрдым, но не грубым, он пытался разгадать тайну, которая так необъяснимо появилась в его владениях в столь тяжёлое время. — Я Т/и, и я ...путешественница. Просто… повезло, что я до сих пор живу, несмотря на весь этот хаос. — (на самом деле, у неё была магическая защита от всяких бродяг, которые сильнее и крупнее её.. Не раз пригождалась, при внезапном мародёрстве.) — Эм.. подождите секунду… — она снимает с плеча чёрный рюкзак. Да, рюкзак… Местные жители носят обычные тканевые сумки, в то время как у неё что-то современное. Брелоки из эпохи видеоигр, и никто не мог понять, что это такое. Балдуин с опаской наблюдал, как девушка, Т/и, потянулась к странному мешку, перекинутому через плечо. Он никогда не видел ничего подобного, сделанного из материалов, неизвестных его королевству. Стражники напряглись, крепко сжимая копья, словно ожидая, что она вытащит оружие. Однако девушка лишь вытащила тонкий плоский предмет — не клинок, а нечто, похожее на книгу. В отличие от всех фолиантов, которые Балдуин видел раньше, она была не в кожаном переплете, а имела необычную обложку из какой-то ткани, испещренную странными узорами и некими кольцами, которые служили держателями пергамента. Заинтригованный, вопреки себе, король взял предложенный предмет из рук Т/и, и осторожно перевернул его в перевязанных пальцах. Он открыл его, и перед ним предстали страницы, полные изысканных эскизов пейзажей, и сцен из страны, явно не принадлежащей этому месту. Перед ним раскинулись удивительные виды зеленых холмов и бескрайних водоемов, совсем не похожие на иссушенный и изможденный пейзаж его собственного королевства. Балдуин различал города из возвышающихся каменных и стальных останков, поражавшие воображение, наполненные сооружениями, которых не хватило бы даже тысяче Иерусалимских. Такое мастерство, и детализация, рисунков выдавали руку не обычного ремесленника. Эти изображения говорили о виртуозном владении ремеслом, и о чувстве прекрасного, невиданном ранее на Святой Земле. Балдуин поднял взгляд от книги, его каменные глаза изучали лицо Т/и поверх маски. «Эти эскизы… восхитительны», — пробормотал он. «Я никогда раньше ничего подобного не видел. Скажите, пожалуйста, кто этот художник, стоящий за такими умелыми руками? Разумеется, что это не…» Он замолчал, обдумывая возможность того, что эта странная девушка, одетая в необычную одежду и держащая в руках незнакомые предметы, может быть, создателем, и заслуженным собственником своей загадочной воли... Он был обязан знать, кем она являлась. — Аааа.. Ну, я? А что? — она растерянно моргнула. В её районе все уже умели так рисовать, а с помощью интернета — ещё лучше, и её конкуренты размножались, как кролики... Она была искренне удивлена, когда король посмотрел на неё с таким восторгом. Балдуин удивленно моргнул в ответ, заметив ошеломленную реакцию Т/и. «Конечно вы, дивная Т/и», — ответил король Балдуин, поднимая альбом для эскизов. — «Эти замечательные рисунки — ваша работа...». Он пролистал еще несколько страниц, восхищаясь замысловатыми линиями. За все свои годы король редко встречал такой необработанный талант. «Ваш стиль очень своеобразен», — задумчиво произнес Балдуин, — «далеко не похож на грубые гравюры на дереве и иллюстрации к рукописям, которые мы обычно видим в этой стране». Он вернул альбом Т/и, не отрывая взгляда от её удивленного лица. «Скажите мне честно, юная дева, распространены ли такие таланты среди жителей вашей родины?» — спросил король, невольно заинтригованный. — «Или вы одарены даже в далеком королевстве, откуда, как вы утверждаете, родом?» — Что? О-о нет-нет-нет, на моей родине все так рисуют! Достаточно просто выучиться. — Она нервно хихикает, убирая альбом обратно в рюкзак. Непривычного для остальных здесь. — Теперь вы верите, что я обычный странник? О был поражен пренебрежительным отношением Т/и, к её необычайному таланту. «В вашей стране все так рисуют?» — повторил он, в его приглушенном голосе слышалась нотка недоверия. Он слегка попятился назад, изучая нервную девушку, стоящую перед его троном. Она показалась ему странным сочетанием уверенности и робости, загадкой, обернутой в весьма необычную оболочку. И всë же, несмотря на её странность, в её поведении была искренность, которая странным образом его привлекала. «Да, полагаю, ваши…» — он замялся, прежде чем поправить себя, — «…ваши знамения были… убедительными». Король бросил косой взгляд на своих стражников, которые все еще настороженно смотрели на Т/и. «Хотя должен признать, ваше присутствие здесь всё еще вызывает беспокойство». Балдуин еще немного понаблюдал за странной девушкой, прежде чем продолжить. «Хорошо, я приму ваши требования, по крайней мере, на данный момент». его шелковые одежды развевались вокруг перевязанных ног. «Вы можете остаться, госпожа Т/и, в качестве моей… гостьи». — ...Просто Т/и, ладно? — она взволнованно жестикулирует. — Окей, благодарю вас за понимание! И я, как ненавязчивый гость... — она пятится с места 'ненароком' назад. — ...Пожалуй пойдуууу..? «Останьтесь ещё на минутку, Т/и», — мягко, но твёрдо приказал Балдуин. «Я ещё не закончил с вами говорить». Он помолчал немного, тщательно обдумывая свои следующие слова. «Вы, кажется, очень хотите снова отправиться в путешествие, а я не стал бы удерживать честную странницу против её воли». В его приглушённом голосе прозвучала лёгкая нотка иронии при странном упоминании "честной странницы". «Но я бы предложил вам гостеприимство моего дворца, хотя бы на несколько дней. Шанс отдохнуть и восстановиться после путешествия, прежде чем отправиться в хаос королевства, за пределами Иерусалима». Болдуин неопределённо указал на стражников, которые, поколебавшись, неохотно отошли в сторону. «Сейчас время больших потрясений, как вы, несомненно, знаете», — продолжил он. «Никто не знает, что принесёт завтрашний день. Я позабочусь о том, чтобы с вами ничего не случилось, по крайней мере, пока вы не станете сильнее, и лучше подготовлены к предстоящим испытаниям». — торжественно провозгласил Балдуин. Король жестом пригласил её подойти и присоединиться к нему, ожидая, возможно, что она почувствует себя польщенной таким гостеприимством со стороны монарха, хотя его приглашение было окрашено странной смесью подозрения, и нежелательной ответственности. По крайней мере, сейчас он позаботится о том, чтобы прекрасная Т/и не пострадала в его стране… хотя само её присутствие было… рискованным. — О-о... Эм... — она оглядывается — К-конечно?.. — это явно не входило в её планы, и по её лицу это было видно. Он заметил нерешительность и неуверенность Т/и в ответ на его предложение, когда она оглядывала роскошный тронный зал. Он привык к тому, что путешественники наперебой выражали свою благодарность, за приглашение остановиться у короны, но эта, казалось, явно чувствовала себя неловко. Один из стражников, снова разозлился, и рявкнул ей: «Встань на колени и поцелуй руку короля!» — снова напомния ей о местных обычаях. Она стояла ошеломлённая, довольно смущённая, из-за разницы поколений... Балдуин видел её замешательство и нежелание – молодая женщина из далекой страны и, возможно, из других обычаев, чувствующая себя неловко из-за тонкостей, которые так ценил его народ. Почувствовав её дискомфорт и неловкое положение, король Балдуин поднял перевязанную руку, заглушив нетерпеливую речь стражника. Он снова обратил свой взгляд, скрытый под маской, к ней, его каменные глаза смягчились. «Простите за эти слова», — тихо произнес он, в его тоне прозвучала нотка печального веселья. «В моей стране принято оказывать королю почтение, целуя его руку». Монарх сделал паузу, тщательно обдумывая свои следующие слова. «Но я вижу ваше смущение, Т/и», — иронично продолжил он, — «и я тоже его понимаю. Кажется, нам с вами ещё многому предстоит научиться друг у друга». Балдуин спустился со ступенек, и направился к испуганно-улыбающейся девушке. «Успокойтесь, госпожа Странница», — мягко попросил он её, — «сегодня мне не нужен поцелуй, ибо я не стал бы возводить вас на колени, чтобы вы давали ложную клятву». — О-ох.. Как скажете.. — она сжала лямку рюкзака, затем и непривычно добавила.. — Ваше.. Величество. Фигура в серебряно-золотых одеждах остановилась перед ней, внушительна, но пока не угрожающая… Король долго всматривался в лицо Т/и поверх маски, прежде чем слабо кивнуть. Большинство его гостей были гораздо более многословны, и искренни в своих обращениях. Тем не менее, неловкое поведение странницы, странным образом его очаровало. «Госпожа Т/и», — тихо настаивал он, достаточно громко, чтобы стражники услышали, когда они проходили мимо. Часовые обменялись недоуменными взглядами, но сохранили стоическое молчание. Балдуин продолжал неспешно прогуливаться, ведя еë рядом с собой, позволяя ей любоваться роскошными видами Иерусалимского дворца. «Надеюсь, ваши покои окажутся вам подходящими для пребывания», — сказал он, бросив косой взгляд на свою неожиданную гостью. Он указал на богато украшенные гобелены, которыми были расписаны каменные стены; их яркие цвета изображали сцены древних сражений и героических подвигов. «Я понимаю, что такая роскошь может быть непривычной для вас, госпожа Т/и, — пробормотал король, — но я хотел бы, чтобы о вас хорошо заботились, как о любом почётном госте, моего скромного жилища». Балдуин остановился перед высокими арочными деревянными дверями, богато украшенными замысловатыми геометрическими узорами. Он медленно толкнул их, открыв просторную спальню, где доминировала огромная кровать с балдахином и дамасскими занавесами цвета тёмного вина. «Вы можете отдохнуть здесь на время вашего пребывания, — тихо произнёс монарх, жестом приглашая Т/и войти. — Мой камергер позаботится обо всём, что вам может понадобиться». Он сделал паузу, прежде чем добавить: «В разумных пределах, конечно.. Я бы не хотел, чтобы вы, незамужняя сударыня, поддалась… соблазнительным развлечениям». В его непринужденной манере речи безошибочно чувствовалась нотка печального веселья. Балдуин был слишком джентльменским, чтобы выражать такие мысли грубо, но он понимал привлекательность прекрасной молодой девы, живущей во дворце. — аа, Что? — спрашивает она с улыбкой, услышав его последнюю фразу. Он на мгновение почувствовал себя неловко, не решаясь объяснять, но тут вмешалась Т/и, пораженная. — Ухтыыы! — восклицает она. Она снимает рюкзак с плеча, и кидает его рядом с кроватью. Шелковистая прядь сгибается, под весом сумки с украшениями.. Он удивленно моргнул. Король наблюдал, как Т/и вошла в комнату, её глаза расширились, при виде роскошной мебели и украшений. Он почувствовал странную смесь любопытства и дискомфорта от её напористости, но не смог заставить себя упрекнуть её в этот момент. Позволив себе легкую улыбку под маской, Балдуин последовал за ней в комнату, его шелковые одежды тихонько шептали. «Я рад, что вы считаете свои покои… удовлетворительными», — иронично заметил он. Комната, в конце концов, была обставлена ​​лучшим шелком и атласом, стены украшали роскошные гобелены, а большой камин согревал пространство. «Я хочу, чтобы вы ни в чем не нуждались во время вашего пребывания под моей крышей». — Даааа... — она рассматривала чашу с фруктами внутри .. Прежде чем она подпрыгнула, от внезапно осенившей идеи. — О! Ваше Величество, у вас есть кокосовое молоко? — с надеждой спросила она, — Ооо, если бы оно было, я бы вам ноги целовала! — пренебрежительно она произносит... незнакомое для него выражение. — Просто там, дома, молоко всегда с ГМО, подсластителями, искусственными красителями... Никакой ссвежести! — Балдуин на мгновение растерялся, услышав странный вопрос Т/и, и её ещё более странное выражение благодарности. Молоко было редкостью на Святой Земле, и сама мысль о том, чтобы... «пресмыкаться перед ним» таким образом, целуя ноги... вызывала в памяти образы, которые, хотя и не были совсем неприятными, едва ли можно было назвать приличными. На мгновение собравшись с мыслями, король осторожно ответил: «Должен признаться, госпожа Т/и, я никогда не слышал о… кокосовом молоке в моём королевстве. Однако, если это действительно ваше желание…» Он энергично хлопнул в ладоши, вызывая одну из своих верных горничных. «Немедленно приведите ко мне главного повара», — приказал он, в его голосе звучала мягкая, но твёрдая уверенность. «Я попрошу его найти это вещество, которое просит госпожа». Повернувшись обратно к Т/и, Балдуин смущённо улыбнулся ей под маской. «Вы должны понимать, что в эти непростые времена, такие предметы роскоши, к которым вы привыкли, могут быть труднодоступны», — объяснил он, в его словах чувствовались нотки извинения, и объяснения. — О-ой, да, извините! Я немного замечталась... — она робко улыбается и пожимает плечами — И... Пожалуйста, ваше величество, зовите меня просто «Т/и». Просто Т/и. Балдуин приветствовал сдержанные извинения, и возвращение к более непринужденной обстановке, со стороны своей необычной гостьи. Его странным образом освежало и привлекало то, как Т/и, неосознанно принимала свои желания и комфорт. Что касается её неоднократных просьб отказаться от почетного обращения... Король склонил голову, в знак признания её настойчивости в неформальности, хотя и сам перешел к уклончивой дипломатии. «Как пожелаете… Госпожа Т/и», — ответил Балдуин с мягкой, хотя и слегка забавной улыбкой. Он позволил парадоксальному обращению задержаться, даже повернувшись к горничной, появившейся в дверях. «П-полагаю, у нас есть несколько молодых кокосов из последней партии, прибывшей в порт до начала сражений», — нерешительно сказал повар, после короткого разговора с королем. «Они еще не испортились. Может, мне приготовить их, для удовольствия вашей гостьи, Ваше Величество?» Балдуин на мгновение замолчал, а затем кивнул. «Можете. Следите за тем, чтобы у Девы было кокосовое молоко, пока она остаётся в моём доме, и… принесите угощения, чтобы все могли вместе разделить трапезу». Он снова повернулся к Т/и, в его глазах поверх маски мелькнула искорка юмора. «Похоже, нам ещё предстоит отведать вкуса вашей родины, госпожа Т/и». — ...Просто Т/и. — она мягко поправляет его который раз, надеясь, что когда-нибудь, эти короли научатся...