Магическая трансмутация

Следующий день выдался на редкость дерьмовым. Небо затянуло тяжелыми, как не пропеченное тесто, тучами, а воздух в коридорах казался липким от влажности. Едва закончилась последняя лекция по «Этике магических основ» — на которой Ванилла, разумеется, едва не сдох от скуки — Уайт Лили пулей вылетела из аудитории. Он даже не успел спросить, пойдет ли она ужинать. Ответ был очевиден: дверь её лаборатории захлопнулась с таким грохотом, что, кажется, в соседнем крыле пара первокурсников обосралась от страха. Ванилла стоял у двери, прислонившись к холодному камню стены. Он слышал, как внутри Лили швыряет пергаменты и что-то яростно бормочет под нос. — Ну как так-то? — донесся её приглушенный голос. — Без «Лунного сахара» вся стабилизация к чертям полетит. Где я его возьму в это время года? «Лунный сахар». Ванилла поморщился. Редкая дрянь, которая кристаллизуется только на самых высоких пиках в полнолуние, и то, если повезет. Достать его легально — это ждать месяца три и вывалить кучу золота. У Лили не было ни того, ни другого. Её глаза горели тем самым фанатичным огнем, который одновременно восхищал Ваниллу и пугал его до чертиков. — Ладно, Лили, — прошептал он, отходя от двери. — Раз ты такая упрямая, будем играть по моим правилам. Он вышел во внутренний двор академии, где тени были гуще всего. Магия изменения собственного теста уже не казалась такой сложной, как в первый раз. Он закрыл глаза, представляя не мягкость кошачьей шерсти, а легкость перьев и остроту зрения, способную пробить любой туман. Хруст. Тело сжалось, перестраиваясь с мерзким чавкающим звуком. Пьюр Ванилла открыл глаза и издал резкий крик. Теперь он был голубем. Не каким-то там облезлым, а породистым, идеально белым голубем, который светился в темноте, как гребаный ночник. «Надо было выбрать серый цвет, — мелькнула мысль, — а то меня любой сокол за версту увидит». Но времени на рефлексию не было. Он взмыл в небо. Холодный ветер ударил в грудь, но Ванилла только сильнее забил крыльями. Ему нужно было попасть к Скалам забытого рецепта — только там, по слухам, еще оставались залежи этого гребаного сахара. Полет был той еще пыткой. Пару раз его едва не сцапала какая-то хищная тень, а один раз он чуть не врезался в шпиль башни, потому что засмотрелся на закат. — Глупые птицы, как они вообще это делают? — ругался он про себя, когда мышцы крыльев начали ныть так, будто их набивали раскаленными иглами. Наконец, на самом краю обрыва, он увидел это. Слабое, мерцающее сияние, пробивающееся сквозь слой инея. Лунный сахар. Он выглядел как крошечные осколки звезд, вмерзшие в камень. Ванилла приземлился, едва не соскользнув в бездну. Его маленькие голубиные лапки скользили по льду. Он начал яростно долбить клювом по камню. — Давай же... колись! — каждый удар отдавался в голове тупой болью. Спустя десять минут "кровавой" битвы с породой, он выковырял самый крупный кристалл. Аккуратно зажав его в клюве — вкус был холодным и горьким, как застывшее разочарование — он снова взлетел. Обратный путь казался вечностью. Силы были на исходе, кристалл оттягивал голову вниз, а внизу уже зажигались огни академии. Ванилла чувствовал, что его тесто начинает терять стабильность. Магия требовала слишком много энергии. — Только не сейчас, пожалуйста, только не грохнись, — подгонял он себя, видя впереди знакомое окно лаборатории. Он влетел в приоткрытую форточку и буквально рухнул на стол Лили, рассыпав по её чертежам перья и капли воды. Лили вскочила, выронив перо. Она уставилась на белого голубя, который тяжело дышал, раскинув крылья. — Откуда ты... подожди. Ванилла с трудом разжал клюв. Сияющий кристалл Лунного сахара со звоном упал прямо на центр её главной формулы. В лаборатории повисла тишина. Лили медленно протянула руку и коснулась кристалла кончиками пальцев. — Это же... это он. Настоящий. Свежий. Она посмотрела на голубя. Ванилла старался выглядеть как можно более «птичьим», хотя внутри у него всё кричало: «Гладь меня, женщина, я чуть не сдох ради этого!». — Ты... — Лили прикусила губу, и в её глазах блеснули слезы. — Ты принес мне его? Глупая птица... ты хоть понимаешь, что это значит? Она осторожно взяла его на руки. Её ладони были горячими, и Ванилла почувствовал, как по его телу разливается благодатное тепло. Она прижала его к своей щеке. — Спасибо, — прошептала она. — Я не знаю, кто тебя послал, или ты просто чудо... но спасибо. Она начала гладить его по голове, очень нежно, едва касаясь перьев. Ванилла закрыл глаза. В этот момент он был готов принести ей хоть луну целиком, лишь бы она продолжала так на него смотреть. Его сердце колотилось как сумасшедшее. Он чувствовал, что еще секунда — и он просто растает от этой смеси нежности и облегчения. Лили посадила его на мягкую подстилку из чистых тряпок и вернулась к работе. Её движения стали уверенными, она больше не бормотала проклятия. Она улыбалась. Ванилла понаблюдал за ней из своего угла какое-то время, а затем незаметно для увлёкшейся исследованиями Лили вылетел в окно и долетел до своей комнаты, где без сил рухнул на кровать и уснул.