Seven minutes in haven

Музыка в квартире Чимина гремела так, что пол под ногами ощутимо вибрировал. Воздух был пропитан смесью дорогих парфюмов, алкоголя и едва уловимых феромонов. Тэхён, изящный омега с запахом спелой вишни, прикусил губу, глядя на свои карты. Удача сегодня явно была не на его стороне. — Ну что, Тэ-Тэ, — Чимин, его лучший друг и по совместительству коварный лис-омега, победно выложил на стол козырного туза. — Ты проиграл. Время расплаты. Тэхён вздохнул, убирая прядь волос с глаз. Он знал этот блеск в глазах Чимина. Ничего хорошего (или, по крайней мере, спокойного) это не предвещало. — И что ты придумал на этот раз? — обреченно спросил Тэ. — О, это сейчас самый топ, — Чимин хитро прищурился. — Помнишь тренд «Seven minutes in heaven»? Ты должен пойти в лифт с кем-то и снять видео. Семь минут наедине в закрытом пространстве. Сердце Тэхёна пропустило удар. Он знал, на кого сейчас посмотрит Чимин. — И я уже выбрал тебе партнёра, — Чимин кивнул в сторону балкона, где у перил стоял Чонгук. Чон Чонгук. Альфа, чей запах густого леса после дождя заставлял колени Тэхёна подгибаться. Чонгук, который всегда был вежлив, но держался немного отстраненно, сводя Тэхёна с ума своей недоступностью. Тэ тайно вздыхал по нему уже полгода, и Чимин, конечно, был единственным, кто об этом знал. — Чим, нет... он не согласится, — прошептал Тэ, краснея до кончиков ушей. — А ты проверь. Считай это приказом победителя! Тэхён, сжимая в руках смартфон, на ватных ногах направился к балкону. Чонгук обернулся, заметив приближение омеги, и на его губах заиграла мягкая, едва заметная улыбка. — Привет, Тэхён-и. Всё в порядке? Ты выглядишь... взволнованным. — Привет, Чонгук... — Тэ сглотнул. — Слушай, я тут проиграл Чимину в карты... и он загадал мне снять тренд для соцсетей. «Семь минут в раю», ну, в лифте. Ты не мог бы... помочь мне? Это быстро, просто постоим там, пока я снимаю... Тэхён готов был провалиться сквозь землю, ожидая вежливого отказа. Но Чонгук вдруг выпрямился, его взгляд стал глубже, а запах леса стал чуть интенсивнее, окутывая омегу. — Семь минут в лифте только с тобой? — Чонгук сделал шаг ближе, от чего Тэ почти перестал дышать. — Звучит как лучшее предложение за вечер. Идём. Они вышли в коридор и вызвали лифт. Когда двери закрылись, отрезая шум вечеринки, в кабине повисла оглушительная тишина. Тэхён дрожащими руками включил камеру на телефоне и установил её на поручень. — Так, — пробормотал он, глядя в экран, чтобы не смотреть на Чонгука. — Нам просто нужно создать вид, что... ну, что происходит что-то интересное. — Что-то интересное? — голос Чонгука прозвучал низко, с хрипотцой. Лифт тронулся. Тэхён стоял в углу, чувствуя, как пространство сужается. Чонгук не просто стоял рядом — он медленно сокращал дистанцию. — Тэхён, — Альфа протянул руку и аккуратно забрал телефон, нажимая на паузу. — Если мы будем снимать тренд, давай сделаем это по-настоящему. — Ч-что? — Тэ вскинул глаза. Чонгук упёрся руками в стену по обе стороны от головы Тэхёна, запирая его в ловушку. — Ты думаешь, я не замечаю, как ты смотришь на меня? — прошептал Чонгук, склоняясь к самому уху. — Или как ты краснеешь, когда я прохожу мимо? Я ждал, когда ты наберёшься смелости. Тэхён выдохнул, чувствуя, как его собственные феромоны вишни начинают сладко и тягуче заполнять кабину. — Чонгук... Альфа больше не ждал. Он накрыл губы Тэхёна своими — сначала осторожно, пробуя на вкус, а затем всё более властно и жадно. Тэхён всхлипнул, обвивая шею Чонгука руками, запуская пальцы в его тёмные волосы. Лифт доехал до первого этажа, звякнул и открылся. Никого. Чонгук, не разрывая поцелуя, нажал на кнопку верхнего этажа. Двери закрылись, и они снова остались одни. Лифт превратился в их личную вселенную. Чонгук подхватил Тэ под бёдра, прижимая к зеркальной стене. Тэхён обхватил его ногами, плавясь от жара чужого тела. Поцелуи становились всё более горячими, руки Чонгука залезли под футболку омеги, оглаживая чувствительную кожу спины. Они проездили так несколько этажей вверх и вниз. Каждый раз, когда лифт останавливался, они замирали на секунду, а потом с новым запалом впивались в губы друг друга. — Нам... — Тэхён прервался на судорожный вдох, когда Чонгук начал целовать его шею, оставляя яркие метки. — Нам нужно вернуться к Чимину... видео... — К черту видео, — прорычал Чонгук в ключицу омеги. — К черту Чимина. Тэ, я больше не могу притворяться, что просто хочу с тобой «снимать тренды». Моя квартира на два этажа выше этой вечеринки. Пойдём ко мне? Тэхён посмотрел в затуманенные желанием глаза Чонгука. В них было столько обожания и страсти, что все страхи окончательно исчезли. — Да, — выдохнул он. — Пожалуйста. Когда лифт остановился на нужном этаже, Чонгук практически вытащил Тэхёна из кабины, не переставая касаться его. Едва дверь квартиры захлопнулась, вся сдержанность была отброшена. В прихожей царил полумрак, разбавляемый лишь холодным светом уличных фонарей из окна. Чонгук не дал Тэхёну даже вздохнуть — он прижал его к двери, сминая губы в жадном, собственническом поцелуе. Запах вишни теперь не просто ощущался — он заполнил всё пространство, становясь тяжёлым, сладким, почти осязаемым. В ответ альфа выпустил свои феромоны: аромат мокрой хвои и коры стал резким, доминирующим, окутывая омегу защитным коконом. — Тэ… ты уверен? — прохрипел Чонгук, отрываясь от его губ буквально на миллиметр. Его глаза потемнели, зрачки расширились так, что почти не было видно радужки. — Если мы пройдем в спальню, я не смогу остановиться. Тэхён в ответ лишь сильнее вцепился в плечи альфы, притягивая его обратно. — Пожалуйста, Чонгук. Я так долго этого хотел. Только ты. Чонгук подхватил его под бёдра, и Тэхён инстинктивно обхватил его талию ногами. Они добрались до спальни, по пути избавляясь от лишней одежды. Вещи падали на пол бесформенными кучами. Когда Тэхён оказался на мягких простынях, а Чонгук навис сверху, омега почувствовал себя маленьким и защищённым одновременно. Кожа альфы была горячей, почти обжигающей. Чонгук начал спускаться поцелуями ниже: от челюсти к шее, задерживаясь у самой железы. Он не кусал, но нежно прикусывал кожу, заставляя Тэхёна выгибаться и тихо стонать, путая пальцы в его тёмных волосах. — Ты пахнешь невероятно, — шептал Чонгук, обжигая дыханием чувствительную кожу. — Я сходил по этому запаху с ума все эти месяцы. Руки Чонгука, большие и мозолистые, медленно исследовали тело Тэхёна. Он проходил ладонями по рёбрам, задерживался на талии, сжимал бёдра, оставляя на бледной коже розовые следы. Тэхён плавился под этими касаниями. Каждый толчок крови в жилах отзывался сладкой негой внизу живота. Когда Чонгук начал готовить его, Тэхён зажмурился, сжимая в руках простыни. Альфа был предельно осторожен, несмотря на ту бурю, что бушевала внутри него. Он шептал Тэхёну ласковые слова, называл своим «единственным» и «прекрасным», пока омега не начал умолять о большем, подаваясь навстречу его пальцам. — Чонгук… сейчас… я хочу чувствовать тебя, — выдохнул Тэхён, его голос дрожал от нетерпения. Альфа медленно, давая омеге привыкнуть, вошёл в него. Тэхён вскрикнул, запрокидывая голову, и на мгновение в комнате воцарилась тишина, прерываемая лишь их сбивчивым дыханием. Чонгук замер, вглядываясь в лицо Тэ, смахивая большим пальцем выступившую слезинку из уголка его глаза. — Посмотри на меня, — попросил он. Тэхён открыл затуманенные глаза. В этом взгляде была вся его любовь, вся преданность. Когда Чонгук начал двигаться — сначала медленно, а затем всё более уверенно и глубоко — Тэхён почувствовал, как мир вокруг окончательно рассыпается. Это не было просто физическим актом. Это был танец двух стихий. Чонгук заполнял его полностью, заставляя забыть о времени и пространстве. Каждый толчок выбивал из груди Тэхёна сдавленные стоны, которые в тишине спальни звучали как самая прекрасная музыка для альфы. Чонгук переплёл их пальцы, прижимая руки Тэхёна к подушке, и склонился, чтобы целовать его, забирая каждый стон себе. В какой-то момент запахи смешались настолько, что стало невозможно понять, где заканчивается хвоя и начинается вишня. Это был запах их связи, их единения. Когда ритм стал невыносимо быстрым, а жар внутри достиг предела, Тэхён судорожно обхватил Чонгука руками, пряча лицо в изгибе его шеи. Финальный рывок — и омегу захлестнула ослепительная волна наслаждения. Чонгук зарычал, изливаясь внутри него, и крепко прижал Тэхёна к себе, словно пытаясь врасти в него. Они ещё долго лежали так, тяжело дыша и не разрывая объятий. Чонгук оставлял невесомые поцелуи на виске Тэхёна, а тот, обессиленный и абсолютно счастливый, слушал, как постепенно выравнивается пульс его альфы. — Теперь ты мой, — тихо сказал Чонгук, укрывая их обоих одеялом. — Слышишь? Больше никаких игр в лифте. Только со мной. Тэхён лишь теснее прижался к его боку, засыпая с улыбкой на губах. Этот проигрыш в карты стал самой большой победой всей его жизни.