Возможность

***

      Дуэль на борту «Непобедимого» транслировалась на всю Галактику. Дроиды, ещё не уничтоженные, передавали сигнал на командные базы сепаратистов. Клоны, следившие за боем через разведывательные дроиды, ретранслировали его на флот Республики. Сенат, Храм джедаев, даже сам Палпатин — все они смотрели, как «фигура в чёрном» уничтожает Гривуса, как сражается с Дуку, как побеждает. Клоны смотрели в молчании. Капитан Рекс, стоявший на мостике республиканского крейсера, не мог оторвать глаз от голограммы. — Он... он уничтожил Гривуса, — сказал один из солдат. — Один! Без поддержки! — Это не человек, — ответил другой. — Перестань, — сказал Рекс. — Он как джедай.       Джедаи в Храме смотрели с тревогой и восхищением. Мейс Винду стоял в центре зала Совета, его лицо было непроницаемым. — Хм, он не убил Дуку, — заметил Кит Фисто. — Ведь мог. — Не мог. Это не милосердие, — ответил Винду. — Это расчёт. Он считает, что смерть Дуку ничего не изменит. Он знает того, кто стоит выше графа...

Йода закрыл глаза

— Опасен, он... Но нам не враг.       Сенат смотрел с ужасом и надеждой. Сенаторы перешёптывались, строили теории, спорили. Кто этот полу-джедай, полу-ситх? Откуда он взялся? И что будет, если он захочет захватить Галактику? — Если он может победить Дуку, — прошептал один из сенаторов, — может быть, он сможет закончить эту войну? — Или начать новую, — ответил другой.       Палпатин смотрел в тишине. Он сидел в своём кабинете, скрестив руки, и его лицо было неподвижно, как маска. Но внутри него бушевала буря. Он не знал, кто перед ним. Не знал, откуда он взялся. Но знал одно: этот разумный — угроза. Угроза всему, что он строил десятилетиями. — Да кто же ты? — прошептал Палпатин в пустоту. — И откуда ты знаешь о будущем?       Ответа не было. Но Палпатин уже знал, что делать. Он поднял руку и активировал комлинк. — Приведите его ко мне, — сказал он. — Живым.

***

А мёртвым?

      Рен вернулся на Корусант через два дня после битвы. Его встречали как героя. Клоны салютовали ему, когда он проходил мимо. Джедаи смотрели с уважением, но всё ещё с подозрением. Даже сенаторы, обычно занятые своими интригами, выходили в коридоры, чтобы увидеть фигуру в чёрном, уничтожившую Гривуса и победившую графа Дуку. Кайло не обращал на них внимания. Он шёл прямо, не сбавляя шага, и люди расступались перед ним, как вода перед кораблём. На полпути к Храму его остановил посыльный. — Верховный Канцлер желает видеть вас, — сказал клон-офицер, протягивая голографический пригласительный. — Немедленно.       Кайло взял приглашение, не говоря ни слова. Он знал, что этот момент настанет. Знал, что Палпатин захочет встретиться с ним. И знал, что эта встреча изменит всё. — Идём, — сказал он.

***

Встреча

      Кайло шёл по коридорам Сената в сопровождении отряда клонов. Это были элитные солдаты, их броня блестела в свете голографических ламп, их бластеры были направлены в потолок, но готовы к бою в любой момент. Они не доверяли ему. Он чувствовал это — их напряжение, их страх. Вдруг один из клонов споткнулся. Это не была случайность, по крайней мере, Кайло не верил в это. Это неловкое движение, потеря равновесия.

И бластер выстрелил, луч устремился прямо в спину Кайло.

      Рен даже не обернулся. Он просто поднял руку, и луч застыл в воздухе, в дюйме от его плаща. Он висел там, пульсируя синим, пока клоны смотрели, не в силах пошевелиться. — Извините, сэр! — выпалил клон, виновато опуская бластер. — Это... это была случайность!       Кайло медленно повернулся. Его маска была непроницаемой, но клоны чувствовали его взгляд. — Случайностей не бывает, — сказал он, как отрезал.       Он разжал руку, и луч бластера погас. Клоны замерли, ожидая чего угодно. Но Кайло не было дела до них. Он просто пошёл дальше, оставив нетронутых солдат стоять в замешательстве.       Кабинет Верховного Канцлера был большим, тёмным, полным теней. Кайло вошёл внутрь, и дверь за ним закрылась с тихим шипением. Палпатин сидел за столом, его руки были сложены перед лицом, на губах играла приветливая, почти отеческая улыбка. — Добро пожаловать, — сказал Палпатин. — Я так ждал этой встречи.       Кайло не сел. Он стоял перед столом, и его тень падала на голографическую карту галактики, мерцавшую между ними. — Вы знаете, кто я, — сказал Кайло. Это не было вопросом. — Я знаю не так много, как ты думаешь, — ответил Палпатин. — Силён в Тёмной стороне. Победил Гривуса. Остановил Дуку. Ты мог бы стать великим союзником Республики. — Я не союзник, — сказал Кайло, не выдавая истинных намерений. — И не враг.

Палпатин улыбнулся шире

— Все выбирают сторону, мой друг. Рано или поздно. — Я уже выбрал, — ответил Кайло. — И это не ваша сторона. Думаю вы получили моё послание через графа?

Тишина

      Палпатин медленно поднялся из-за стола. Его лицо изменилось — улыбка исчезла, глаза потемнели. — Ты знаешь, кто я, — сказал он. Не спросил - утвердил. — Ещё бы, — спокойно начал Рен. — Дарт Сидиус. Повелитель ситхов. Тот, кто разжигает эту войну, чтобы уничтожить джедаев и стать Императором.       Палпатин замер. Его лицо, обычно спокойное, исказилось — на мгновение, на долю секунды, Кайло увидел под маской канцлера истинное лицо ситха. — Откуда ты знаешь это имя? — злобно прошептал Палпатин. — Уверен, что вы догадались - я пришёл из будущего, — сказал Кайло. — Из времени, где вы правите Галактикой железной рукой. Где джедаи уничтожены. Где Республика пала. Палпатин смотрел на него, и в его глазах горело что-то, чего Кайло не ожидал увидеть. Не гнев. Не ярость. Любопытство. — Будущее, — повторил Палпатин. — Ты пришёл из будущего, чтобы остановить меня? — Я пришёл не для этого, — не соврал Кайло. — Я пришёл случайно. Но теперь, когда я здесь... — Что? — настойчиво спросил Палпатин. — Что же ты сделаешь?!

Кайло молчал, а Палпатин медленно обошёл стол, приближаясь к нему.

— Ты силён, — сказал он. — Сильнее, чем любой живой. Твоя Тёмная Сторона — она чиста, не замутнена учением джедаев, не ограничена правилами ситхов. Ты мог бы стать моим учеником. Вместе мы могли бы править Галактикой. — Я не хочу править, — соврал Кайло. — Тогда чего ты хочешь? — Чтобы всё это закончилось. Война. Ваша ложь.

Палпатин остановился в трёх шагах от него

— Ты наивен, — сказал он. — Война не закончится, если я умру. Она только начнётся. Сепаратисты, джедаи, сенаторы — все они будут сражаться за власть, и Галактика утонет в крови. — Я знаю, — заявил Кайло. — Поэтому я не собираюсь убивать вас. Не буду мешать.

Палпатин удивился

— Тогда что? — Мне хватит построить свой великий преступный синдикат. Палпатин засмеялся. Смех был сухим, механическим, лишённым тепла. — Правда? И кто примкнёт к тебе? Ты - чужак, появившийся из ниоткуда. У тебя нет ничего. Нет союзников. Нет власти. — У меня есть Сила, — сказал Кайло. — И есть знание того, что произойдёт. Он повернулся, чтобы уйти. — Приказ 66, — сказал он, не оборачиваясь. — Вы отдадите его, когда станете Императором. Клоны убьют всех джедаев. Вся Галактика падёт.

Палпатин замер. Его лицо побелело

— Откуда ты... — Я видел это несколько раз, — сказал Кайло. — Я видел, как джедаи умирают. Как Храм горит. Как вы садитесь на трон из их костей.

Он открыл дверь

— Подумайте, стоит ли переходить мне дорогу, — закончил Рен. И вышел.

***

Храм Джедаев

      Кайло вошёл в Храм джедаев через час после разговора с Палпатином. Он не пошёл в Совет. Он пошёл в зал, где собирались джедаи, где стояли статуи древних мастеров, где горели огни, никогда не угасающие. Там были все: Мейс Винду. Йода. Оби-Ван. Энакин. Кит Фисто. Пло Кун. Шаак Ти. Десятки других джедаев, рыцарей, мастеров, падаванов. Они ждали его. — Ты был у Канцлера, — сказал Винду. — Что он хотел?

Кайло снял маску. В зале воцарилась тишина.

      Лицо под маской было молодым, но измождённым. Шрам, тянущийся от брови к подбородку, говорил о боях, в которых пришлось потерять часть себя. Глаза — тёмные, глубокие, полные боли и осознания. — Меня зовут Кайло Рен, — сказал он. — Я — внук Энакина Скайуокера.       Взрыв шёпота пронёсся по залу. Энакин замер, его лицо побелело. Оби-Ван шагнул вперёд, защищая падавана. — Это ложь, — сказал Оби-Ван. — Как бы не так, — усмехнулся Кайло. — Я пришёл из будущего. Из времени, где джедаев больше нет. Где Империя правила галактикой. Где мой дед стал Дартом Вейдером, ситхом, «правой рукой» Императора.

Энакин отшатнулся, будто его ударили, когда понял о чём речь

— Нет, — прошептал он. — Я никогда... — Ты станешь, — перебил Кайло. — Из-за страха. Из-за гнева. Из-за того, что джедаи не смогли тебя понять. Палпатин использует твой страх, чтобы обратить тебя. Он — ситх. Дарт Сидиус. Он разжигает эту войну, чтобы уничтожить джедаев.

Тишина стала оглушающей

— Ты не можешь этого доказать, — сказал Винду. — Конечно могу, — ответил Кайло. — Иначе бы не начинал этот разговор.       Он поднял руку, и перед ним возникло затуманенное изображение. Он создал видение Силой, вытянув из своей памяти. Он не был там лично, но ещё будучи имперцем просматривал в архиве «Начало и Падение». Храм джедаев горел.       На «голограмме» были дети. Падаваны. Они бежали по коридорам, но клоны ждали их. Бластеры стреляли, и маленькие тела падали одно за другим. Энакин смотрел, и его лицо было белым, как бумага. На «голограмме» он увидел себя — не того, кем был, а того, кем станет. Жёлтые глаза с тёмными кругами. Красный световой меч. — Это ты, — объяснял Кайло. — Или то, во что ты превратишься. — Хватит! — закричал Энакин. «Голограмма» погасла, Рен прекратил ретранслировать Силу. — Приказ 66, — начал излагать Кайло. — Клоны запрограммированы уничтожить всех джедаев по сигналу Канцлера. Это не предательство. Это приказ, вшитый в их чипы.

Винду повернулся к Йоде

— Это... это безумие, — сказал он. — Если это правда... — Обратитесь к Силе. Это правда, — сказал Кайло. — Я знаю, и теперь вы знаете, что будет, если вы ничего не сделаете.

Он шагнул вперёд, и джедаи невольно отступили.

— Я не прошу вас верить мне сразу, — сказал он. — Я прошу вас проверить. Узнайте правду о чипах в клонах. Узнайте правду о Палпатине. И тогда решайте.

Он развернулся и пошёл к выходу

— Куда же ты? — спросил Оби-Ван. Рен остановился. — Туда, где я нужен, — загадочно сказал он. — Или туда, где смогу изменить будущее.

Он надел маску

— Война не закончится, если вы убьёте Палпатина. Она закончится, если вы перестанете быть пешками в его игре.

Он ушёл