деловые отношения

      

***

— Джисон, парни из «BiPi Company» просят встречу на этой неделе, у нас получится? Из-за тяжёлой офисной двери выглядывает голова, к уху прижат телефон. — Мммм, — протянул Джисон, открывая новую вкладку на компьютере, — в четверг после обеда или во вторник до двенадцати. — Давай на четверг, — кивнул мужчина и скрылся за дверью. Джисон послушно запланировал встречу в общем календаре, быстро стуча пальцами по клавишам. Он устало вздохнул, осмотрев планы на неделю, где каждый день был забит встречами, презентациями и сроками сдачи с утра до ночи. На всякий случай проверил сегодняшнюю дату. Всё ещё понедельник. Он провёл ладонью по волосам, заправляя пряди за уши. В кабинете было жарко и душно, Джисон скинул пиджак с плеч, оставаясь в белой рубашке. Подперев голову рукой, он вернулся к работе.

***

Джисон работал в этой фирме больше тринадцати лет. Начиная с практики в университете, он поднялся до личного секретаря. Он был не только правой рукой босса, но и опорой компании, тем, кто помог поднять фирму с колен, тем, кто знал все внутренние процессы и контролировал их. Он — преданный сотрудник и хороший друг своему боссу, отвечающий за его работу и безопасность. Его босс — Ли Минхо — был основателем фирмы. Он начинал с небольшого помещения на первом этаже, с десятью работниками, долгами и мечтой, и за пятнадцать лет существования компании достиг пика успеха. Теперь логотип его фирмы красовался на большом небоскрёбе в центре столицы, в его подчинении были сотни сотрудников, включая личную охрану и водителей, и он владел дорогими акциями. Он поднял своё издательство с колен и стал одним из самых богатых и влиятельных людей в Сеуле. Джисон пришёл в его фирму на практику в университете как стажёр-переводчик. Тогда Минхо еле выплачивал зарплату своим сотрудникам, и помощь практиканта была очень кстати. Хан ещё тогда был немного дерзким, во всю играл юношеский максимализм, но главными его качествами были упёртость и перфекционизм — то, что нужно было компании Минхо в то время. Дотошный, трудолюбивый и настойчивый сотрудник. После окончания университета Джисон вернулся к Минхо — тогда ещё как обычный переводчик. Он идеально владел японским и английским, что делало его невероятно ценным сотрудником. Через год работы над статьями, несколькими премиями и статусом «работник года» Ли предложил ему повышение. Так он и дорос до личного секретаря. На данный момент Джисон проработал тут дольше всех, не считая разве что самого Минхо, и, конечно, знал абсолютно все подводные камни. Ли иногда шутил, что без него компания продержится отлично, а вот без Джисона пропадёт. Возможно, в чём-то он был и прав. Задачи Джисона включали в себя не только планирование личного и рабочего календаря босса, но и все остальные организационные моменты: переговоры с акционерами, потенциальными важными клиентами, работу с документами и многое другое. В офисе его боялись больше самого Минхо, ведь, в отличие от более спокойного и уравновешенного босса, Джисон раздавал люлей направо и налево. У Хана на руках были данные о всех транзакциях, контрактах, зарплатах и дедлайнах. У Хана на руках была вся история компании. В кабинете Минхо всегда было светло. Большие панорамные окна в пол и светлые стены делали комнату ещё больше, чем она казалась изначально. Его рабочий стол стоял спиной к окнам, в углу напротив был небольшой диван и несколько шкафов с сотнями документов. Когда Минхо что-то активно обдумывал, он отъезжал на стуле к окну и рассматривал вид на Сеул. Джисон всегда смеялся с этой его привычки, говоря, что в этой позе он выглядит как злодей из фильмов. Во время редких свободных минут Хан заходил в кабинет к боссу, нагло садился на край стола, закидывал ногу на ногу и закуривал сигарету. — Я специально купил пачку чупа-чупсов, чтобы ты не курил у меня в кабинете, — сказал Минхо, со вздохом откидываясь на спинку стула. — Яблочные закончились. — Поэтому ты куришь яблочный Чапман? — Ну типа, — пожал плечами Джисон и выдохнул дым. Он проследил за тем, как серая дымка растворилась под потолком. — Ты отключил пожарную сигнализацию? — Я тебе больше скажу: её никогда не включали. Это просто коробка с мигающей лампочкой, чтобы проверку прошла. — Засранец, — хмыкнул Ли. Джисон закинул голову вверх, рассматривая роскошную лампу. Тонкая сигарета дымилась между пальцев. На губах остался кисловатый вкус, он быстро слизал его языком. Хан стряхнул кончик сигареты в пепельницу и предложил её Минхо. Он отрицательно покачал головой и ослабил галстук. — Сегодня и правда только понедельник? — вздохнул Ли. — Ага, — кивнул Джисон, снова делая затяжку. — Я поэтому и курю: открыл наше расписание на эту неделю. — Так плохо? — А ты не смотрел? — Предпочитаю не знать, чтобы настроение не портить, — отрезал Минхо. — Надо будет сегодня уйти с работы к шести, чтобы в течение недели силы на переработки остались. — Когда мы с тобой последний раз заканчивали вовремя? — усмехнулся Ли, смотря на секретаря снизу вверх. — Примерно никогда, — вздохнул Джисон, проводя рукой по волосам. — Точно не будешь? — он снова протянул сигарету. — Ну давай, — сдался Минхо. Джисон заметил, что именно по понедельникам он курил больше всего. Время текло чудовищно медленно. Телефон разрывался от звонков, а голова — от боли. А впереди ещё пять рабочих дней. Джисону на телефон пришло уведомление: водитель подъехал и ждёт их внизу. Он сохранил все документы, закрыл вкладки в браузерах, допил уже остывший кофе и зашёл в кабинет к боссу. Как всегда — без стука. — Карета подана, — объявил он. Минхо поднял взгляд, устало потирая красные глаза. Он кивнул, закрывая ноутбук, взял рабочую сумку и встал из-за стола с тихим вздохом. Они с Джисоном синхронно потянулись, разминая спину после сидячего дня, и Ли вышел из кабинета. Хан выключил свет, закрыл за ними дверь и догнал босса возле лифта. Внизу их ждал чёрный «Мерседес». Окна затонированы, капот блестит, водитель уже держит для них дверь. Минхо садится первым и моментально открывает ноутбук, снова погружаясь в работу. Джисон садится рядом и тоже начинает разбирать рабочие письма. Водитель молча трогается, машина бесшумно выезжает с парковки. Они молчат. Каждый занят своим делом, их мысли всё ещё в рабочих делах. Джисон несколько раз вздыхает и закуривает сигарету, открывая окно. В лицо бьёт ветер, запах жаркого июльского солнца и бензина. Хан жмурится, когда дым попадает ему в нос. — Босс, не могли бы вы попросить своего секретаря не курить у меня в салоне? — нарушил тишину водитель. — Извини, Пак, сегодня я его боюсь. Водитель поджал губы и вернулся к дороге. Они выехали из центра, миновав современные многоэтажки, в более тихий район. Небольшие домики окружали высокие непроглядные заборы, а каждый двор — ряды пышных туй. Машина проехала чёрные ворота, заезжая во двор и останавливаясь под небольшим навесом. Джисон открыл дверь, выбрасывая окурок под ноги. Они оба вышли из машины, попрощались с водителем и поднялись к входной двери. Минхо провернул ключи, запуская их в дом, что встретил их оглушительной тишиной. Хан скинул туфли и пиджак. Минхо повторил за ним, подхватывая верхнюю одежду и развешивая её на крючок. Джисон облегчённо выдохнул, когда Ли потянулся к его галстуку, чтобы ослабить его. — А ведь сегодня только понедельник, — пробурчал он.

***

На кухне шумно жужжала вытяжка, и в воздухе витал липкий аромат жареного мяса. Джисон склонился над конфоркой и лениво помешивал содержимое сковородки, периодически добавляя специи по вкусу. Курица в медово-соевом соусе — лучшее завершение дня. Мясо на сковороде шипело, покрываясь желтоватой глазурью. Хан мурчал что-то под нос, подпевая песне на фоне. Вдруг его талию обвили чужие крепкие руки. Минхо прижался к нему всем телом, уткнувшись лицом в изгиб шеи и легонько кусая. — Звонок закончился? — поинтересовался Джисон. — Ага, — кивнул Ли и отстранился от его шеи, заглядывая в содержимое сковородки. — Пахнет бесподобно. — Пять минут и приходи ужинать. — Не обещаю. Мне нужно ещё кое-что по контракту доделать. — Как закончишь — отправь мне, я проверю. Минхо кивнул и ещё раз прижался к нему, кусая за загривок и оставляя несколько мокрых поцелуев на шее. От Джисона пахло сладким мёдом. — Помнишь наш договор? — спросил Хан. — Никаких разговоров о работе за столом, — промычал Ли в ответ. Он отлип от Джисона, оставив последний поцелуй на плече, и, потянувшись, пошёл обратно в рабочий кабинет. Время близилось к девяти. Хан достал рис из контейнера, закинул его к курице и посыпал всё чесноком. Пахло и правда невероятно. Он выключил конфорку и разложил две порции, ставя тарелки на стол. Джисон с глухим хлопком открыл бутылку вина и наполовину заполнил два бокала. Он глянул на часы — Минхо и правда не справился за пять минут. Джисон сделал несколько глотков вина. Прохладная жидкость растеклась по горлу, обжигая и заставляя его зажмуриться. До того как к нему присоединился Минхо, Хан успел допить свой бокал и съесть почти весь сыр. — Прости, — сказал Ли, хлопая дверью рабочего кабинета. Джисон покачал головой и указал в сторону стула. — Тебе долить вина? — предложил Минхо, подходя к нему сзади и кладя руки на плечи. Хан откинул голову назад, утвердительно мыча. Казалось бы, большую часть времени они были в исключительно деловых отношениях, и, должно быть, общих тем для разговора у них не было, но они старались. Заходя домой, они из секретаря и босса превращались в обычную семейную парочку. Проводили вечера за просмотром кино, иногда ужинали в ресторанах, иногда, как сегодня, Джисон готовил что-то дома. Тема работы, особенно во время запары, была под запретом. — В центре открылся новый китайский ресторан. По отзывам вроде хороший, — начал Минхо, щёлкая палочками в руках. — Можем в четверг вечером заехать, — предложил Джисон. — Если встреча пройдёт хорошо, можем представителей BiPi взять с собой. Джисон поднял бровь, одарив Минхо недовольным взглядом. — Прости, никакой работы за столом, я помню, — быстро извинился Ли, запивая вином. — Ты в последнее время очень уставшим выглядишь, всё нормально? — Ты сам ответил на свой вопрос. Просто устал, — Хан убрал прядки с лица, зарываясь ладонью в волосы. — А ещё ты пытаешься превратить наше свидание в бизнес-встречу. — Извини, всё ещё не перестроился с работы на дом. — Так и до выгорания недалеко. — Тебе явно ближе, — грустно вздохнул Минхо. — Нужно свозить тебя куда-нибудь, где тепло и море рядом. — Мы только недавно из Японии вернулись, — напомнил Джисон. — Это была рабочая поездка, нужно будет именно на отдых съездить. Уже думал, куда хотел бы на годовщину? Точно, годовщина. Их с Минхо отношениям скоро одиннадцать лет. Джисон практически забыл об этом. В прошлом году они отмечали юбилей на Хоккайдо, прячась от жары и тайфунов. Он все ещё помнил вкус потрясающих морепродуктов. Хан смотрел на Минхо, который довольно мычал от вкусного ужина, и его глаза блестели, отражая поздний летний закат, и в очередной раз задумался об их отношениях. Минхо в следующем году сорок, а ему тридцать пять. Они оба, казалось, достигли всего, чего хотели, если не больше, и теперь погоня за успехом и деньгами изматывала ещё сильнее. Они жили в хорошем доме, одевались в дорогие бренды, их компания стабильно возглавляла мировые рейтинги. И в личных отношениях всё было прекрасно. Минхо был хорошим бойфрендом, Джисон вкусно готовил, деньги позволяли летать в дорогие отпуска. Но кольца на пальце так и не было. Хан задумчиво посмотрел на свою руку. На тыльной стороне ладони отпечатались синие чернила ручки. Минхо, оказалось, тоже его рассматривал. — У тебя щетина отросла, — заметил он. Джисон тряхнул головой и запил неприятные чувства вином. Он дотронулся рукой до щеки, поглаживая трёхдневную щетину. — И правда, нужно будет побриться. — Оставь, мне нравится. Хан удивлённо поднял бровь. — Серьёзно? — Ага, так ты больше похож на взрослого мужчину. Джисон хмыкнул и закатил глаза, убирая руку с лица. Он откинулся на спинку стула, опустошая бокал. Минхо повторил за ним и встал из-за стола, собирая грязную посуду. Убрав всё и долив вина, он подошёл к Хану, обнимая со спины, и прижался к его щеке. — Колючка, — пробурчал он, потираясь своей щекой о чужую. Джисон улыбнулся и повернулся к нему лицом, находя его губы своими. Он положил ладонь ему на шею, притягивая ближе. — Знаешь, — сказал Ли, разрывая поцелуй, — наверное, всё-таки побрейся. — Быстро ты передумал, — хмыкнул Джисон. — Я как будто с щёткой целуюсь. Хан не нашёл, что на это ответить. Он откинул голову Минхо на живот и устало протёр лицо, надавливая на глаза. Они стояли так несколько минут, молча глядя в потолок. — Курить хочу, — нарушил тишину Джисон. — Давай лучше спать. Хан посмотрел в сторону террасы, где он мог бы сейчас выкурить ещё одну сигарету, провожая солнце. Возможно, даже Минхо к нему присоединился бы. Но Ли прав — лучше спать. Тем более в холодильнике лежит несколько пачек яблочного сока. — Давай спать, но мне надо в душ. — Иди, я после тебя, — кивнул Минхо и напоследок ещё раз сжал его плечи, оставляя поцелуй на макушке. Джисон нехотя встал, хрустнул позвоночником и поднялся на второй этаж. Он хлопнул дверью душа и быстро скинул с себя одежду. Мельком, в отражении зеркала, он увидел себя. Ему скоро тридцать пять, считай, половина жизни позади, а по ощущениям он сейчас нигде. Несмотря на карьерные и материальные успехи, в последнее время Джисон не чувствовал, что находится там, где хотел бы быть в своей жизни. Он ещё несколько минут рассматривал своё отражение. Минхо прав — выглядел он устало. Под глазами снова появились тёмные синяки, а сам он похудел. Он зачёсал волосы назад и шагнул под горячую воду. Подставив лицо под почти кипяток, он постепенно смывал усталость. Вода приятно обжигала. Ванная постепенно наполнялась паром, и Джисон больше не видел себя в запотевшем зеркале. Он перевёл взгляд на свои руки, пытаясь отмыть пятна чернил. Пальцы уже покраснели, и Хан слегка убавил температуру. Быстро ополоснувшись, он выключил воду и вышел из душа, ступая босыми ногами по тёплому полу. На ходу промокнув волосы, он небрежно обернул полотенце вокруг бёдер и направился в спальню. Там, на кровати, лежал Минхо. — Свободно, — объявил Хан. Ли поднялся, потягиваясь, и кивнул. — Я быстро, ложись. Переодевшись в пижаму, Джисон устало опустился на кровать, выдыхая тихий стон. Тело ныло, в голове всё ещё стоял гул — впрочем, мысли слегка притупились после вина и горячего душа. С телом же могли справиться только мягкая постель и сон. Минхо вернулся через пару минут — значит, не соврал. Джисон не увидел, но услышал. Он лежал на своей половине кровати, отвернувшись лицом к стене, и пытался не думать о работе. Он почувствовал, как кровать прогнулась, и через несколько мгновений его обняли сзади. — Ты такую парилку в душе устроил, — хмыкнул Минхо. — Снова в кипятке купался? — Ну, курить же ты мне не дал. — Даже не знаю, что хуже. Джисон вздохнул. С Ли всё ещё капала вода — прямо Хану на шею. Он немного поморщился, вытирая капли. — Что-то ты совсем никакой, — прошептал Минхо ему в плечо. — Точно всё хорошо? — Кризис тридцати пяти догнал, — ответил он, переворачиваясь на спину. — А ещё сегодня понедельник. — Срочно нужно везти тебя отдыхать, — пробурчал Ли. — А ещё лучше надевать кольцо на палец, — Минхо устроился у него на груди, обнимая за талию. Джисон на мгновение замер, невольно задержав дыхание. Неужели Ли заметил, как он рассматривал руку. — Серьёзно? — переспросил он. — А что? Мы в отношениях дольше, чем многие семьи в браке, — хмыкнул Минхо. — Как жаль, что государство не одобряет наши желания. — Ага, и твои акционеры. — Но ты всё равно расстраиваешься. Всё-таки заметил. — Не знаю, что на меня нашло, — признался Хан. Минхо чуть крепче сжал его в своих руках. — К сожалению, это не то, что мы можем изменить, — Ли поджал губы, проводя носом по плечу Джисона. — К сожалению, — согласился Хан. — Давай на выходных куда-нибудь съездим. Вдвоём. Может, на озеро какое-нибудь? Возьмём у Пака машину, снимем комнату в дешманском отеле и поедим заварной лапши? — предложил Минхо. — Это, конечно, не Мальдивы, но разгрузиться поможет. Он взял руку Джисона в свою, переплёл их пальцы и поцеловал его костяшки. Хан несколько мгновений смотрел в потолок, представляя номер в придорожном отеле, химозную лапшу — и глупо улыбнулся. — Поехали, — наконец согласился Хан. — Поехали, — подтвердил Минхо. Джисон повернулся к нему лицом и уткнулся в ключицы. Ли обнял его, мягко прижимая ближе к себе. В нос ударил запах геля для душа — один на двоих. Понедельник подошёл к концу.