printf("hello, world")

Бортовой компьютер «Аполлона» имел 4 КБ оперативной памяти. В то же время, игра Mortal Kombat II на SNES имела 4 МБ оперативной памяти. Элли любила перебирать в голове цифры, проезжая с Джоэлом много миль по стране. Она думала о том, сколько полетов на Луну можно уместить в ее любимой игре. В конце концов, последовательности нажатий кнопок для фаталити были достаточно похожи на последовательности нажатий кнопок для взлета. Она запоминала и то, и другое. Она представила, как разбирает игровой картридж и находит в нем место для тысячи лунных миссий, а также место для 8-битной версии песни Given to Fly группы Pearl Jam, которую она могла бы включить, пробиваясь сквозь атмосферу. В FEDRA было мало компьютеров. Мистер Фредриксон, 30-летний лысеющий мужчина в депрессии, преподававший английский, но больше всего любивший рассказывать о старых добрых временах, когда грибы еще не были чем-то большим, чем просто добавкой к салату, с ностальгией вспоминал компьютерный класс в своей начальной школе. Раньше, по его словам, учеников заставляли учиться печатать. Ученики только-только учились пользоваться интернетом для поиска информации, когда мир покатился к чертям.  Вместо того чтобы спрягать глаголы, Элли откинулась назад и представила себе: вся информация мира у нее под рукой.  Мысль о башнях из компьютеров, успокаивающее жужжание работающей машины — всё это умиротворяло. В Бостоне случались веерные отключения электроэнергии, когда потребление было слишком высоким. Каждый раз, когда свет мерцал в продуваемом сквозняками общежитии, она думала о морозильных камерах, которые выключались, размораживали и портили ужин для студентов, содержащихся там. И не только о морозильных камерах: о лампах, которые сканировали улицу на наличие зараженных, о дребезжании обогревателя в мрачные зимние дни, когда без него они бы умерли. В темные ночи Элли задавалась вопросом, не станет ли достаточно одного слишком длительного отключения электроэнергии, чтобы QZ больше никогда не ожил. Элли жаждала хоть каких-то обрывков прошлого, которые только могла найти: свой плеер, плакаты с видеоиграми, в которые она не могла играть, но ей так чертовски сильно хотелось компьютер, что аж болело сердце. Компьютеры FEDRA были подключены к обновленной версии ARPANET. Интернет все еще существовал, но без мониторинга и постепенно разрушался без обслуживания. В функционирующих помещениях кишели ошибки или несколько предприимчивых хакеров. Преподаватели описывали это место как пустую витрину, полную людей, которые желали только зла. Благодаря своим небольшим размерам и простой системе, FEDRA могла тратить ресурсы на поддержание ARPANET. Она соединяла аванпосты FEDRA. Она была быстрее и безопаснее, чем, например, радиоволны, которыми мог пользоваться любой гражданский.  Когда Элли была маленькой, студентам показали те немногие компьютеры, которые были в Бостоне (офис QZ). Они хранились глубоко в подвалах самых охраняемых зданий: в безопасности от непогоды и, что еще хуже, от небрежных посторонних. Поскольку заводов по производству микрочипов и экранов больше не осталось, эти немногочисленные неповрежденные компьютеры были бесценны.  «Вся современная промышленность, — ворчливо сказал один компьютерный техник, — штампует примитивные пули или автомобильные запчасти. Никто больше не производит такие мелкие детали». Он постучал открытой ладонью по корпусу и тяжело закашлялся, захлебываясь мокротой. Все остальные в классе отступили, кроме Элли. Элли это было похоже на находку принцессы в подземелье или сокровищницы дракона. Здесь, под человеческими страданиями в бетонных зданиях наверху, мерцал слегка зеленоватый экран форумов и чатов со всей страны. Здесь находилась информация, которая заставляла всё работать. Она подумала о своих ветхих учебниках, на которых с радостным видом было указано авторское право 80-х годов, и ей захотелось закричать. Пальцы так и чесались, чтобы коснуться клавиш перед собой. Они подбежали обратно, но ее мысли были заняты чем-то более глубоким и глубоким. Элли знала, что ещё до появления компьютеров существовали «человеческие компьютеры». Они были необходимы для космических путешествий. И если они могли это сделать, то, чёрт возьми, Элли тоже сможет. Учебники по математике было довольно легко найти в скромной библиотеке FEDRA. Было достаточно спокойно, что книги не сжигали в ежегодном костре (Элли нравилось это в детстве, пока она не поняла, что весело горит на площади перед приютом: она и все дети сбились в кучу, чтобы защититься от декабрьского холода, а угрюмые взрослые бросали туда экземпляры «1984» и «Дивного нового мира»).  Никто больше не изучал «Введение в математический анализ. Том второй».  Элли это понравилось. Это было похоже на забавную часть каламбуров, где разные слова могут иметь разные значения, если их достаточно растянуть или взглянуть на них сбоку. Она пробилась через второй том, прежде чем взять продвинутую версию (в библиотеке не было версии для среднего уровня). И все же мысль о экране компьютера: мерцающем, манящем, — не давала ей покоя.  Грегсон, компьютерный техник, любил выпить. Все об этом знали так же, как знали, что Бриттани сделала аборт годом ранее, или как избегали рук мистера Карпентера на уроках труда. Элли (еще меньше, чем сейчас) не составляло труда заметить признаки запоя: дрожащие руки и затуманенные глаза. Она наблюдала за ним за учительским столом (который был поднят так, чтобы они могли смотреть на всех сверху вниз, эти чертовы фанатики паноптикума). Затем она тайком выходила из комнаты и шла по коридору к нему. Его повысили ровно настолько, чтобы у него была отдельная комната, но недостаточно, чтобы держаться подальше от «сопливых ботинок» — распространенное прозвище детей-солдат на тренировках.  Элли была тихой. Она ненавидела свой маленький рост, но ей нравилось, что он позволял ей шпионить и пробираться незаметно. Прокрасться в комнату Грегсона, когда он был без сознания и дышал как мужчина вдвое старше, оказалось проще, чем должно было быть. Она не вдыхала кислый, пьянящий запах, витающий в его комнате.  Он хранил ключи на гвоздике на стене. Она точно знала, как добраться до компьютера и как избежать патрулей. Патрульные всегда были слишком параноиками, опасаясь, что Светлячок обрушит на них град пуль снаружи, чтобы беспокоиться о маленькой девочке, которая могла бы пробраться внутрь. (Ха! Пробраться внутрь — как компьютерный червь. Элли была чертовски гениальным мастером слова). Элли забралась на стул перед компьютером и цокнула несколько клавиш, просто чтобы услышать звук нажатия. Экран загорелся.  Внезапно Элли оказалась не в крошечной кладовке, превращенной в информационный центр, с пятном от воды на потолке и годами ветхости. Вместо этого она оказалась на космическом корабле, перед ней предстал весь мир. Воздух не был пропитан плесенью и гнилью. Это была космическая пыль. Это было захватывающе. Никто не замечал. Годами никто не замечал. Возможно, потому что Элли была такой шумной во многих других отношениях. Возможно, потому что слишком много детей вытворяли по-настоящему опасные для жизни вещи: Брэндон поджег мусорный бак, и весь класс наблюдал за этим, или Сюзанна тайком убегала в трущобы и возвращалась со свежим укусом на ноге, — и никто не обращал на Элли никакого внимания. Или, может быть, потому что Элли знала, насколько осторожной ей нужно быть. Это было преступление, за которое можно было повеситься: копаться в секретах FEDRA, читать их серверы, пытаться писать небольшие программы, которые никто не заметит. Если бы Грегсон когда-нибудь понял, сколько сообщений отправил его (ужасный) никнейм, или кто-то увидел, как она тайком убегает, это был бы конец. И все же она не могла остановиться.  До появления Райли это было единственное, что давало ей ощущение, что она куда-то движется, что она кто-то значит. После появления Райли это была единственная часть её жизни, которую она не позволяла Райли видеть. Райли получала всё остальное, но Элли не знала, сможет ли она даже передать, как цифры танцевали у неё под веками, как она прокручивала в голове теорему, словно колыбельную, потому что в её памяти не было никаких реальных теорем.  Затем Райли умерла, и Элли снова пришлось быть громкой. Ей нужно было быть полной бравады, полной уверенности, потому что без этого Светлячки могли бы убить ее, что бы ни говорила Марлен (и кто такая Марлен, чтобы посылать Райли с плохо сконструированными бомбами и без плана действий?). Позже, в дороге с Джоэлом, математика для него означала лишь подсчет банок или вычисление траектории полета пули — и все это было основано на мышечной памяти и интуиции. Джоэл был в этом потрясающим, настоящим гением.  Ужасно было обладать навыком, который больше не пригоден для использования. Элли молча ворчала об этом, пока они пробирались сквозь километры потрескавшегося асфальта. На этот раз ее воспоминания об ARPANET были не сплошь радужными и солнечными, а скорее напоминали последний вздох угасающей эпохи. Но тут Джоэл упоминал кое-что, что он когда-то умел: навык, который больше не пригоден для использования, но который он, казалось, все еще ценил. Он играл на гитаре. Некоторые мозоли на его пальцах появились от этого, а не просто от обращения с оружием. Однажды она раздобыла ноты, и он легко их прочитал, так же легко, как Элли могла распознать карточку Холлерита или понять, что означает какой-либо текст.  В том последнем путешествии обратно в Джексон, прочь от Светлячков, которые не смогли спасти мир и вернуть все, чего Элли когда-либо желала, Элли пыталась смириться со своими способностями. Возможно, она никогда не сможет ими воспользоваться. Возможно, никто никогда не узнает, на что она способна, но она может хранить это в своем сердце так же, как, по ее мнению, Джоэл хранил музыку или воспоминания о прошлом. Возможно, этого будет достаточно. Или. Возможно. Пока она не узнала, что у Джексона есть компьютеры. — Элли вела себя странно. Ну, страннее, чем обычно. Это заставило Джоэла оживиться и задуматься о том, что неизбежно должно произойти. Ему нравилось следить за ней. То, что в Джексоне были стены, не означало, что ребенок не мог попасть в неприятности внутри них. Пока вокруг были другие люди, не являющиеся родственниками, Джоэлу нужно было знать, где его девушка. К счастью, первый месяц, пока они обживались, она держалась ближе к нему, чем его тень. После этого, когда они оба стряхнули с себя большую часть дорожной пыли и приблизились к привычному ритму жизни, все стало сложнее. Джоэл три раза в неделю подолгу выезжал на патрулирование. Часть этого времени совпадала с крайне неформальной школьной системой, созданной в городе. Это было скорее профессиональное училище, чем что-то традиционное. Как только Элли доказала, что умеет читать, писать и считать, ей разрешили выбрать специализацию: от инженерии (кто-то должен был обслуживать плотину, пока старшее поколение уезжало) до сельского хозяйства. Тем не менее, Элли была достаточно молода, и они приехали не в то время года, чтобы что-то начинать. Она находилась в подвешенном состоянии, общаясь со сверстниками и переходя из класса в класс, ничего толком не делая. Она охотно сообщала Джоэлу, где будет находиться каждый день, и он еще ни разу не поймал ее на лжи. Томми фыркнул и сказал что-то пренебрежительное о том, что «старший брат следит за ней», за что Джоэлу хотелось его отшлепать, даже если это было оправдано. Он знал, что следит за ней слишком пристально. Поэтому он был рад, что она, похоже, хотела проводить так много времени с сварливым библиотекарем в этом маленьком полубиблиотеке-полуобщественном центре, и он мог дать ей немного свободы.  Здание было одним из тех типовых домов с открытой планировкой, над которыми Джоэл ненавидел работать в качестве подрядчика. В них всегда была ужасная акустика, поэтому приходилось всячески компенсировать недостаток звука, который в обычном здании поглощался бы просто стенами . И всё же, в этом конкретном случае ему нравилось, что он мог заглянуть в парадную дверь и увидеть Элли, уютно устроившуюся в мягком кресле перед старым компьютером в самом дальнем углу.  Джоэл мог признать, что они приложили немало усилий, чтобы сделать здание уютным. Пол был покрыт коврами. Естественного света было в избытке. Полки были обрамлены местами для чтения и небольшими уголками. Многие пожилые люди играли в бридж и «сердца» возле стойки регистрации и тихо беседовали, а в детском уголке стояли ящики, полные журналов и комиксов. Элли, казалось, металась между научно-популярными книгами о космосе, комиксами (сетуя на отсутствие выпусков), чтением вслух маленьким детям, как и подобает милой девчонке, и склонившись над компьютерами в задней части зала, шипя на любого, кто к ней приближался, словно маленькая проказница. Ему хотелось спросить, что же так сильно увлекает её смену за сменой, когда он уезжает из города, оставляя её в библиотеке, и видит её там, когда возвращается, когда она в те редкие моменты слишком отвлекается, чтобы встретить его у ворот (он не дулся, что её нет рядом, заткнись, Томми). Он промолчал. У них были целые ящики старых игр на CD-ROM. Он знал, что игры про Барби вызовут у неё презрение, но у них есть Sims и несколько экшен-игр. Может, она нашла космический симулятор — ведь такие выпускали, правда? Ему хотелось спросить, но он следил буквально за каждым аспектом её жизни. Она позволяла ему это делать, даже, казалось, получала от этого удовольствие, потому что они оба были немного не в себе, но ему нужно было дать ей передохнуть. Если бы он этого не сделал, он потерял бы её, когда она неизбежно устала бы от его родительских забот слишком поздно, чтобы это казалось ей таким же реальным, как ему. Поэтому, даже когда его любопытство разгоралось, он воздерживался от вопросов, даже когда она рассказывала ему о каждой прочитанной книге и восторженно жаловалась на «Дикий звёздный свет», и подозрительно молчала о том, что она делает за компьютером.  Кроме того, она вряд ли могла сделать что-то опасное. Компьютеры ни к чему не были подключены, как ему показалось. Честно говоря, к этому моменту более подробной экскурсии по Джексону он уже отключился от реальности. Что-то про брандмауэры, отсутствие сети, и всё это для него как помехи. Он жил в блаженном неведении несколько месяцев, за это время Элли стала вести себя всё более неадекватно, но, по крайней мере, завела несколько друзей. Большую часть свободного времени она по-прежнему преследовала его при каждом удобном случае, но каждый патруль, без исключения, она оказывалась в библиотеке. Он делал вид, что она занята игрой в Кармен Сандиего, и с удовольствием слушал мыльную оперу в комической форме, которой была любовная жизнь капитана Райана. Вероятно, он бы до сих пор так делал, если бы Элли не встретила его перед конюшней после одного обычного патруля, бледную и дрожащую. Он спешился быстрее, чем мог себе представить. «Детка», — тут же сказал он, прижимая ее к себе и автоматически выискивая что-то, что могло бы причинить ей беспокойство. Она вырвалась из его объятий, отступив назад, чтобы не смотреть ему в глаза. «Что случилось?» «Мне нужно тебе кое-что сказать. И мне нужно, чтобы ты отнёсся к этому спокойно». Джоэл заметил, как она изменила позу, как ее взгляд то переходил на него, то отводился. До него дошло. Она выглядела виноватой. «Это наркотики?» — не подумав, он, поддавшись многолетнему отцовскому инстинкту, поморщился. Произнеся эти слова, он тут же вздрогнул. Джессика, его напарница по патрулю, бросила на него насмешливый взгляд, после чего отвела свою лошадь и его в конюшню. Элли подняла бровь, покрытую шрамом. Он уперся зубами.  «Это мальчики? Или девочки ?» «Нет! Джоэл!» — крикнула Элли, дергая его за куртку, пока они не закружились в танце, и оба, как ни странно, успокоились после этой встречи. «Что случилось? Ты можешь рассказать мне что угодно», — тихо ответил Джоэл. «Хуже, чем то, что я сделал, быть не может». Между ними царило молчаливое взаимопонимание. Ещё не зажившая рана от его поступка в Солт-Лейк-Сити, гнев Элли и её принятие произошедшего.  «Всё не так уж плохо», — уклончиво ответила Элли. Ладно, теперь он волнуется. «В следующем месяце Федеральное управление по охране и восстановлению окружающей среды (FEDRA) проведет расследование на плотине. Нашей плотине». Элли выглядела уверенной, словно это был неоспоримый факт. Теперь он обеспокоен более чем серьезно. «Откуда ты это знаешь, малышка?» — спросил он. Она помедлила, а затем сказала: «Мне так сказала моя интернет-подруга». — До Марии можно было добраться меньше чем за час. Она — самый доступный для общения авторитетный человек. Джоэл старался не слишком утрировать кумовство и надеялся, что его сдержанность позволит ему добиться успеха на этот раз. Мария повела их разношерстную компанию в библиотеку, включая своего мужа, потому что Томми не мог удержаться от того, чтобы не влезать в драму. После нескольких тихих слов, сказанных библиотекарю, все разошлись, и четверо (пятеро с малышом Бобби, привязанным к груди Томми) ютились вокруг компьютеров в задней части зала. «Так что же это за история с Элли?» — спросила Мария с таким терпением, какого ей никогда не удавалось проявить к Джоэлу. Элли, всё ещё не поддавшись странной преданности Марии к Джоэлу (чего он старался не поощрять, но что согревало его сердце, когда Элли, будучи слишком злой на него, чтобы смотреть на него, всё ещё не хотела проводить время с Марией), не ответила, вместо этого включив древнюю машину. Она медленно зажужжала и ожила.  Мария, не сдаваясь, продолжила: «Джоэл упомянул, что вы общались с кем-то через компьютер. Я понимаю, что иногда это может сбивать с толку. Вы можете найти сообщения и документы от давно умерших людей, или, возможно, сохраненную информацию от других жителей, но это не значит, что что-то не так. Это не значит, что вы общались с реальными людьми». Элли что-то пробормотала в ответ, ее пальцы двигались, когда она открывала… что-то. Логотип FEDRA заполнил экран, после чего появилось сообщение с запросом пароля. Элли постучала мышкой, и логотип исчез, открыв… Все трое взрослых вытянули шеи ближе к плечам Элли. Она просматривала форумы, базы данных, всевозможную информацию, которая была засекречена настолько, насколько это вообще возможно в наше время. Томми издал странный звук узнавания, когда они вошли на сайт с заголовком, посвященным военной тематике. Тишину нарушал лишь редкий стук ключей. Элли, чувствуя напряжение, подняла плечи и, наконец, начала что-то бормотать. «У нас нет Wi-Fi, но здание было спроектировано для подключения по Ethernet, и они никогда его не отключали, потому что зачем им это делать? Тем не менее, подключение заняло целую вечность. Мне пришлось обмануть сеть, заставив её думать, что я нахожусь не в глуши. Она использует локальную сеть в качестве части авторизации». Джоэл ободряюще стонал, и это всегда заставляло Элли продолжать говорить, даже когда он терял нить её разговора (он никогда не поймёт романтических тонкостей доктора Даниэлы Стар, и он это смирился). Мария же тем временем смотрела на экран, словно наблюдала за бомбой. «Поэтому я создала VPN, потому что я не дура, и ни за что на свете не позволю никому нас найти», — продолжила Элли. Джоэл понятия не имел, что она говорит, но узнал этот тон. Она пыталась нас успокоить. «Элли, — напряженным голосом сказала Мария. — Что все это значит?» Элли наконец отвела взгляд от экрана, удивленно моргнув и увидев окружающие ее лица. «Это значит, что я позаботилась о том, чтобы никто не смог отследить меня, когда я пользовалась форумами FEDRA. Я действительно была осторожна». У Марии появилось напряжённое выражение лица, которое встревожило Томми. Джоэл быстро вмешался. «Мы тут немного растеряны, б-Элли». Он заметил, что ей не нравилось, когда её называли «малышкой» в присутствии других людей. Она не выглядела смущённой, скорее испуганной, как будто это раскрывало что-то об их отношениях, что можно было использовать в своих целях. «Можешь объяснить?» «Объясни так, как будто хочешь, чтобы Бобби понял», — сказал Томми, немного разрядив обстановку. Ребенок, о котором шла речь, продолжал спать, несмотря на разворачивающуюся драму. Элли улыбнулась своей кузине. Напряжение в комнате немного спало, хотя ситуация оставалась абсурдной. «Вся Федеральная служба разведки и разведки (FEDRA) использует единую систему связи друг с другом по всей стране. Не только в крупных зонах с ограниченным доступом, но и во всех небольших исследовательских пунктах, на фермах и…» — Элли сдержалась. — «В общем, я слежу за всем на случай, если появится что-то интересное. Я написала программу, которая ищет ключевые слова, например, упоминания Джексона или этой части страны, и вчера получила оповещение». Элли с мрачным выражением лица повернулась к компьютеру и вывела на экран целую череду писем и отсканированные копии документов. «В общем, если коротко, то DC QZ отправляет большую группу людей по всей стране, чтобы проверить качество дорог и инфраструктуру. Они говорят , что ищут пригодные для использования участки и ресурсы», — пожала она плечами. «Мы с Клемом думаем, что FEDRA в отчаянии после падения Канзас-Сити и хочет создать еще одну зону QZ, чтобы перенаправить часть нежелательных элементов в новое место». «Клем?» — резко спросил Джоэл. «A_Clockwork_Clementine. Он мой друг из крошечной, чертовски маленькой зоны Джуно». Элли сморщила нос. «Там все совсем не так, как везде. По сути, все военные изолированы в этом крошечном ледяном уголке, и там наверху странным образом растет грибок. Звучит неплохо». Джоэл напевает себе под нос, стараясь сохранять спокойствие, несмотря на повышение артериального давления.  Черт возьми. Незнакомцы из интернета. Одна из немногих забот прошлого, от которых, как он думал, ему удалось избавиться, но, конечно же, его сварливая девчонка возвращает их с упоением.  «Вы знаете, что люди могут лгать о том, кто они есть в интернете, поэтому нужно быть осторожным». Элли бросает на него взгляд, в котором едва ли не злобно читается. «Да, я знаю. Я уже лет восемь притворяюсь взрослым мужчиной в интернете». Томми обменивается с Джоэлом взглядом ужаса, переглядываясь через голову Элли. Он наслушался достаточно гневных тирад о безопасности в интернете, чтобы понимать, почему рот Джоэла сжался в мрачную гримасу. «Мы сбились с пути», — сказала Мария. Джоэлу хотелось встряхнуть эту женщину. Его маленькая дочь занимается мошенничеством с использованием личных данных в интернете, а это сейчас очень серьезное дело. Элли кивнула, прежде чем он успел высказать свое мнение. «Так. В общем, этот конвой, пересекающий страну, который они называют кодовым именем Льюис и Кларк, проходит через Йеллоустон и мимо плотины. Нашей плотины, той, которая явно находится в рабочем состоянии и выглядит так, будто за ней следит группа людей. Потому что так оно и есть». Мария тихо выругалась про себя, когда до неё дошло.  Они были бы совершенно застигнуты врасплох. Плотина обычно обслуживалась минимальным штатом сотрудников, в основном инженерами и несколькими патрульными из Джексона. У них не было бы ни единого шанса против какого-нибудь танка или чего-то подобного, на чем бы въехала в город Федеральная резервная система. «Это произойдет нескоро», — заверила Элли. «Документы были подписаны только на прошлой неделе, а они движутся через всю страну черепашьим темпом. У нас есть как минимум месяц. Я думаю, если мы спланируем все заранее, то сможем создать видимость заброшенности плотины. Может быть, даже загнать туда зараженных? Я знаю, что многие были против конвоя. Это обходится DC QZ в большие потери в людских ресурсах, которых у них нет, поэтому, если я достаточно надавлю на критиков в интернете, возможно, он даже не дойдет до этого места». Мария резко спустилась вниз и, подняв Элли со стула, обняла её. Элли вскрикнула. Джоэл рефлексивно сделал полшага вперёд, прежде чем заметил, что Элли расслабилась в его объятиях. Томми толкнул его локтем. «Ты собираешься напасть на мою жену?» — сказал он в шутку, но обнажив все зубы.  Джоэл проигнорировал своего брата. «Реакция оказалась намного лучше, чем я ожидала», — сказала Элли. «О, у тебя большие проблемы», — сказала Мария, и голос её был невероятно сладок. «Столько же часов мне понадобится, чтобы убедить совет в твоей безумной затее, сколько тебе придётся потратить на разговор с Сайласом, чтобы подробно объяснить, что именно ты делаешь и сможет ли FEDRA как-то это отследить». «Мистер Элм, учитель естествознания? Но ведь он учит маленьких детей!» — возразила Элли. «А до этого он работал в компании Lockheed Martin, — сказала Мария. — Занимался проектированием систем наведения для ракет». Глаза Элли расширились. Джоэл знал, что она думает не о ракетах, использовавшихся в войне, а только о ракетах, поднимавшихся в космос. В каком-то смысле она была странно наивна в отношении мира до начала пандемии. Его сердце вот-вот остановится от эмоционального потрясения, которое она ему устроила. «Давайте вернемся к тому, что ты должен вести себя в интернете как взрослый мужчина», — сказал Томми. Элли вырвалась из объятий Марии, и у обеих на глазах были слезы. «Я выдаю себя за одного бостонского специалиста по технологиям из QZ, которого я когда-то знала. Кажется, он умер четыре месяца назад. Когда я впервые зашла сюда, заметила, что его учетные данные не использовались уже целую вечность . Но FEDRA никогда не удаляет всю старую информацию, поэтому я все еще могу использовать ее для входа». Она открыла профиль невзрачного на вид мужчины. «Даже при жизни он не замечал, что его профиль выполняет двойную функцию. Сначала я просто читала что-то или оставалась в местах, где он никогда не бывал, но к концу я практически делала за него всю работу. Он большую часть времени был отключен от сети». «The_G_Man_420_69», — сказал Томми, читая имя пользователя вслух. — «Не очень-то похоже на твой стиль». Элли вздохнула. «Знаю. Это даже не каламбур. Я даже не понимаю, почему эти цифры кажутся такими смешными». Джоэл видел белки глаз Томми, когда тот, при мысли о том, что нужно объяснить Элли, что такое «69», быстро побледнел. Томми несколько раз махнул рукой, словно раздумывая, что сказать. Джоэл позволил ему немного помучиться, прежде чем отпустить его. «Она издевается над тобой». Элли тут же перестала изображать из себя «бедную маленькую девочку-сироту», которую Джоэл уже научился распознавать, и расплылась в зловещей ухмылке. «Боже мой, — сказал Томми. — Ты не мог сказать об этом раньше?» Он мог бы, но наблюдение за тем, как потеет его младший брат, помогло ему на мгновение отвлечься от абсурдности ситуации. Это было своего рода терапией. Джоэл почти простил Элли все каламбуры про травку, которые ему приходилось выслушивать в дороге.  Почти. «И никто из твоих… онлайн-друзей… ничего не подозревает», — сказала Мария с явным скептицизмом. «О том, как ты раньше вела себя как два разных человека, или о том, что ты уезжала надолго и возвращалась». Элли пожала плечами. «В смысле, может, они что-то подозревают. Мои друзья не стали бы меня выдавать… ну… мне самой. Я оказала им некоторые услуги». — Джоэлу промелькнула вся жизнь при мысли о том, каких услуг просят эти ублюдки из интернета. Элли беззаботно продолжила: «Например, небольшие задания по программированию. Часто нам всем поручали собрать кучу информации, и я помогала какому-нибудь парню. А он не хотел доносить на того, кто помог ему выбраться из сложной ситуации». «Это чем-то похоже на школу. Конечно, перекусы были под запретом, но если бы все донесли на Нэнси за ее нелегальные чипсы Cheetos, то Федеральное управление по контролю за оборотом наркотиков просто конфисковало бы весь запас, и тогда никто никогда больше не смог бы использовать эту пустую стену в туалете на третьем этаже для торговли контрабандой». Томми приветливо кивнул. «Конечно, я понимаю. У вас были своего рода братские отношения. Никто не хочет быть тем, из-за кого всё закроют». Элли кивнула в ответ, хотя Джоэл по положению её плеч понял, что она понятия не имеет, что такое «Братья по оружию». Он мысленно отметил, что объяснит ей это позже, когда она будет готова задать вопросы. «Почему ты мне не сказал?» — тихо спросил Джоэл. Он старался скрыть обиду в голосе, но сочувственное шипение Томми помешало ему это сделать.  Он и Элли обменялись взглядами, в которых отягощено всем тем, что Джоэл когда-то пытался от нее скрыть. «Я не злюсь, — сказал он. — Просто интересуюсь». Она колебалась, обдумывая его вопрос. «Я знаю, ты хочешь меня защитить. Это похоже на угрозу. Кроме того…» К его удивлению, она выглядела смущенной. Она постукивала по клавишам, не нажимая на них. «Я знаю, что это уже не такой уж полезный навык. Я и сама половину времени не понимаю, что делаю. Мой SQL ужасен. И я не очень хорошо разбираюсь в некоторых старых вещах». Джоэл с чувством неуравновешенности понял, что Элли смущается своими навыками. У нее было такое же выражение лица, как и тогда, когда она впервые осознала, сколько патронов израсходовала, пытаясь попасть в цель. У нее было такое же выражение лица, когда ей впервые пришлось разделывать животное и она порезала себе мембрану. Только на этот раз он не мог похлопать ее по голове или спине и сказать, как хорошо она справилась, потому что он даже не знал, что такое SQL. «Сайлас, наверное, сможет помочь», — сказала Мария. Джоэл был ей должен. Он предложит посидеть с детьми на следующих выходных (что он и так планировал сделать, но теперь он мог бы их отметить квадратом).  Элли оживилась. «Правда? Подождите. Значит, я могу продолжать пользоваться интернетом?» «Конечно», — сказал Джоэл, пресекая все, что собиралась сказать Мария. Она сердито посмотрела на него. Жаль. Компьютеры были одной из немногих вещей, которые Элли действительно любила в Джексоне, и он не собирался отнимать их у нее. По-прежнему. «За вами будут чаще присматривать», — предупредил он. «Я буду следить за вами, или кто-то другой». Наоборот, мысль о его присутствии только усилила ее радость. Ему это тоже понравилось. Ничто не сравнится с чувством, когда знаешь, что чей-то день стал лучше благодаря твоему присутствию. Мария вздохнула. Между ней и Томми прозвучал какой-то невысказанный сигнал, который позволил Томми расслабиться, почувствовав облегчение от того, что ему не придётся вставать между женой и братом в споре. «Тебе придётся терпеть нас всех дольше, чем ты думаешь. Может быть, совет назовёт в твою честь специальную должность. Например, виртуальный патрульный на расстоянии или что-то в этом роде», — пошутил Томми. Элли сморщила нос. «Но я все равно хочу пойти в обычное патрулирование и раздобыть пистолет». «Можно делать и то, и другое, — сказал Джоэл. — Только когда тебе исполнится 16 лет». Элли улыбнулась так, словно он только что подарил ей звёзды. Они долго обсуждали детали того, что увидела Элли. Они впустили библиотекаря обратно, чтобы пожилая женщина смогла оживить этот старый принтер (он каким-то чудом всё ещё работал, хотя одному Богу известно, как долго, когда у них закончились наполовину заполненные картриджи с чернилами) и распечатать документы, которые Элли считала наиболее важными. Они ушли уже после наступления темноты. Мария и Томми пошли в одну сторону, а Элли и Джоэл, спотыкаясь, шли по тропинке в другую. Они поддерживали друг друга, пока Элли каждые несколько минут не могла оторвать взгляд от звёзд, а Джоэл рефлексивно осматривал окрестности в поисках невидимой опасности. Ему нужна была тишина во время прогулки, чтобы осмыслить странную перестройку своего мировоззрения.  Он думал, что защитил Элли от всего возможного. Тем не менее, это не обязательно были плохие новости, просто еще один пункт в списке вещей, за которыми нужно следить. Теперь, когда он знал об этом, ему будет достаточно легко держать ситуацию под контролем. Боже, он надеялся, что это будет легко сдержать. «Привет, Джоэл». В ответ он что-то промычал. «Как вы думаете, мистер Элм сможет помочь мне взломать НАСА?»