Няня для мафии

Город спал, но Минхо не спал. Он стоял у панорамного окна своего кабинета на последнем этаже небоскрёба, сжимая в пальцах уже остывшую чашку чёрного кофе. За стеклом переливались огни ночного мегаполиса — далёкие, холодные, чужие. Как и он сам для этого города. В зеркальном отражении на него смотрел альфа с идеально очерченной линией челюсти, тёмными, почти чёрными волосами, зачёсанными назад, и пронзительными карими глазами, в которых не было ни капли тепла. Губы плотно сжаты, плечи расправлены, даже в расслабленной позе сквозила опасность. Таким его знали все: Ли Минхо, глава самого могущественного мафиозного клана в южной части страны. Хладнокровный, расчётливый, жестокий, когда нужно. Бабник, меняющий омег как перчатки — так говорили про него в кулуарах¹. Правда, за последние полгода ни одна пассия не задерживалась дольше одного вечера, да и те были лишь ширмой. Минхо тяжело вздохнул и поставил чашку на стеклянный стол. Часы на стене показывали половину двенадцатого ночи. Пора. — Чанбин, машина готова? — спросил он, не оборачиваясь. Из тени выступил высокий, широкоплечий мужчина в идеально выглаженном чёрном костюме. Его лицо оставалось спокойным, почти бесстрастным, но в глазах мелькнуло что-то вроде усталой заботы. Чанбин, дворецкий и телохранитель Минхо в одном лице, был одним из немногих, кому альфа доверял безоговорочно. — Ждёт у служебного входа, господин, — тихо ответил Чанбин. — Минсы сегодня опять не уснул до вашего возвращения. Сидел с планшетом, рисовал. Внутри у Минхо что-то болезненно сжалось. Он на секунду прикрыл глаза, позволяя маске дать трещину. Когда он снова их открыл, взгляд стал мягче, почти по-человечески. — Поехали. Через двадцать минут чёрный внедорожник без опознавательных знаков свернул с трассы на узкую дорогу, ведущую в элитный пригород. Здесь, вдали от шумных улиц, стоял двухэтажный особняк, обнесённый высоким забором с камерами. Дом, который Минхо купил пять лет назад для своей семьи. Сейчас семья состояла из него и маленького молчаливого мальчика. Минхо вышел из машины, жестом отпустив Чанбина отдыхать. Тот кивнул и скрылся в гостевом флигеле². Тишину ночи нарушал лишь шелест ветра в кронах старых дубов. Внутри дома пахло деревом, ванилью и — чуть уловимо — молоком. Минхо скинул туфли у порога, повесил пальто на вешалку и, стараясь ступать бесшумно, поднялся на второй этаж. Дверь в комнату сына была приоткрыта. Тёплый ночник отбрасывал оранжевые блики на стены, разрисованные звёздами и планетами. На кровати, свернувшись калачиком под плюшевым одеялом, спал мальчик лет шести. Тонкие черты лица, тёмные растрёпанные волосы — вылитый Минхо в детстве. Рядом с подушкой лежал потрёпанный блокнот и цветные карандаши. Минхо осторожно присел на край кровати, поправил одеяло, убрал прядь волос со лба сына. Мальчик пошевелился, но не проснулся. Альфа задержал дыхание, а потом медленно выдохнул. Он позволил себе расслабиться. Здесь, в этой комнате, не было главы мафии. Был просто отец, который боялся дышать слишком громко, чтобы не потревожить сон своего единственного сокровища. Минсы перестал говорить полтора года назад, после того как его второй родитель, омега, трагически погиб в автокатастрофе. Врачи разводили руками — физически с голосовыми связками всё было в порядке. Это был шок, психологическая травма. Мальчик понимал всё, что ему говорили, мог отвечать жестами или писать в блокноте короткие фразы: «есть», «пить», «страшно», «папа, обними». Но ни одного произнесённого слова. Минхо перерыл полмира в поисках специалистов, потратил целое состояние на терапию — безрезультатно. И тогда он решил: пусть сын молчит, но будет жить в безопасности и любви. Ради этого он готов был убить любого, кто посмеет приблизиться к ним с дурными намерениями. Минхо поцеловал Минсы в макушку, погасил ночник и вышел в коридор. Внизу его уже ждал Чанбин с чашкой тёплого молока — традиционный ночной ритуал. — Он весь вечер рисовал тебя, — сказал дворецкий, протягивая кружку. — И себя рядом. Вы держались за руки. Уголки губ Минхо дрогнули в подобии улыбки. Он сделал глоток, чувствуя, как напряжение покидает мышцы плеч. — Чанбин... на завтра есть что-то важное? — Встреча с поставщиками в два часа. И ещё — отклик на объявление о няне. Пришло несколько анкет, одна из них выглядит многообещающе. Омега, двадцать пять лет, недавно закончил технический вуз, но ищет работу. Чистая репутация. Минхо нахмурился. Идея нанимать постороннего человека, который будет проводить время с Минсы, вызывала у него внутреннее сопротивление. Но он не мог постоянно сидеть дома, а Чанбин не справлялся один. Мальчику нужен был кто-то, кто сможет играть с ним, учить, пытаться разговорить. — Хорошо. Назначь собеседование на завтра, на пять вечера. Я буду дома. — Уже сделано, господин. Минхо кивнул и допил молоко. Поставив кружку на стойку, он бросил короткий взгляд на лестницу, ведущую в комнату сына, и направился в свою спальню. Ещё пара часов — и нужно будет снова надевать маску. А пока можно просто побыть собой. Уставшим, одиноким альфой, который каждую ночь возвращается в пустую постель, потому что единственный, кто мог бы согреть её, навсегда остался в прошлом. Он лёг на спину, уставившись в потолок, и долго не мог уснуть, перебирая в памяти черты лица, которое больше никогда не увидит. А на другом конце города, в маленькой съёмной квартире, молодой омега с отросшими корнями блондинистых волос сидел перед ноутбуком и нервно кусал губу, читая свежее объявление: «Требуется няня-омега для присмотра и уходом за ребенком пяти лет с особенностями речи. Можно как без опыта работы/с опытом. График полный, с 8 до 18:00. Оплата посуточно/два раза в месяц – договор после собеседования. Адрес ... . Телефон ... .» Хван Хенджин перевёл взгляд на пустой кошелёк, вздохнул и нажал кнопку вызова. В трубке раздались гудки. — Алло? Я по поводу работы... няней... Его голос чуть дрожал, но он старался держаться уверенно. От этого звонка зависело слишком многое. ------------------------------------------------------------------------- ¹ Кулуары (от фр. couloir — проход, коридор) — это боковые помещения, коридоры или холлы в общественных зданиях (парламентах, театрах), предназначенные для отдыха и общения в перерывах. ² Гостевой флигель — это вспомогательная жилая постройка или пристройка к основному дому, предназначенная для размещения гостей, прислуги или использования в качестве мастерской